Тайная область Творения. Богиня жизни

Тёплое солнце сияло над головой. Пахло травой, цветами и чистым воздухом; где-то легко щебетали птицы.

Мир перед ними был светел, тёпл и полон жизни.

После чёрного, смердящего, холодного мира Гниющих трупов — мира, где смерть лежала на каждой пылинке, — этот внезапный переход в совершенно иное пространство на мгновение ослепил и Линь Моюя, и Дунфан Яо.

Свет оказался слишком ярким. Дунфан Яо даже не могла сразу открыть глаза.

Линь Моюй привык быстрее. Скипетр Творения сам проявился рядом с ним и засиял. Его световой столп откликался сиянию тайной области, словно два давних знакомых, узнавшие друг друга.

Из скипетра вырвался белый луч, полный жизненной силы, и устремился вдаль.

Линь Моюй сразу понял: скипетр указывает ему дорогу.

Дунфан Яо наконец смогла смотреть по сторонам. На её лице было изумление.

— Что это за место?

Линь Моюй огляделся.

Цветы, травы — всё напоминало сад.

В воздухе висело маленькое солнце, питавшее этот сад энергией.

Линь Моюй бросил на него навык обнаружения.

Навык поднял лёгкий ветерок, пробежавший по саду.

[Тайная область Творения]

Ответ состоял всего из четырёх слов.

Молния Творения. Скипетр Творения. Тайная область Творения.

Между ними явно существовала тесная связь, и любопытство Линь Моюя проснулось сильнее.

Дунфан Яо последовала его примеру, тоже применив обнаружение. Узнав название места, она стала ещё более удивлённой.

— Пойдём.

У крыльев молнии ещё оставалось немного времени, и Линь Моюй хотел полететь вперёд. Но всё его тело внезапно потяжелело, и он не смог подняться.

Он понял: здесь запрещён полёт.

Раз так — придётся идти.

Ступая по мягкой траве и вдыхая свежий воздух, Дунфан Яо невольно выказала наслаждение.

— Воздух здесь такой чистый. По сравнению с миром Гниющих трупов — просто небо и земля.

Воздух мира Гниющих трупов был как старая свалка: кислый, гнилой, удушливый. Сравнивать его с этим местом и правда было невозможно.

В саду ползали крохотные насекомые, издавая едва слышный шорох. Впереди журчала вода; за садом лежал пруд. Вода была прозрачной, внутри плавали рыбы. В воздухе пролетали птицы.

Здесь всё дышало жизнью.

Следуя указанию скипетра Творения, они прошли через сад, пересекли небольшой лесок и наконец увидели поместье.

Оно стояло среди деревьев. Снаружи его обнимали ручьи и мостики — настоящий уголок вне мира.

Но это место отличалось от идиллии тайной области праведного бога. Там было больше земной теплоты, больше человеческого дыма.

Здесь же…

Здесь не походило на место, где живут люди.

Линь Моюй не знал почему, но ощущение было именно таким.

Поместье окружала вода; оно словно стояло на отдельном островке, соединённом с внешним миром маленьким мостом.

— Ай!

Дунфан Яо вдруг вскрикнула.

Линь Моюй оглянулся и увидел: за его спиной неизвестно когда возникла тонкая прозрачная преграда. Дунфан Яо, не ожидавшая её, ударилась лбом.

— Странно. Когда появилась преграда?

Линь Моюй нахмурился. Только что её точно не было.

Он отступил на два шага и свободно прошёл сквозь неё. Затем снова шагнул вперёд — и так же беспрепятственно вошёл внутрь.

Для него преграда не существовала.

Но Дунфан Яо не могла пройти, как ни пыталась.

Линь Моюй вспомнил о скипетре Творения. Разница между ними была только в нём.

Когда он попытался передать скипетр Дунфан Яо, она не смогла взять его. Для неё скипетр оказался чем-то иллюзорным: она видела его, но пальцы проходили сквозь, как сквозь тень.

После нескольких попыток Дунфан Яо вздохнула:

— Иди сам. Я подожду снаружи.

Линь Моюй не стал медлить. Он выпустил один легион нежити охранять Дунфан Яо и сам вошёл внутрь.

Он легко прошёл сквозь преграду, пересёк мост и оказался перед воротами поместья.

Увидев ворота, Линь Моюй остановился.

На них был вырезан скипетр.

По форме он полностью совпадал со скипетром Творения. Точнее — совпадал его стержень.

Но у скипетра, выгравированного на воротах, на вершине был ещё шестигранный камень.

Линь Моюй понял: это и есть ядро жизни, которого недостаёт скипетру Творения. Только получив ядро жизни, можно сделать его полным.

Он слегка толкнул ворота. Те открылись сами, и Линь Моюй вошёл.

После его входа ворота закрылись без звука.

Внутри всё было удивительно просто: небольшой сад, и ни одного дома.

Теперь в саду не было цветов — одна трава.

В центре стояла статуя. Руки статуи были сложены так, словно она держала некий предмет.

Линь Моюй обошёл сад несколько раз, но ничего необычного не произошло. Наконец он остановился перед статуей.

Статуя изображала женщину, тонко и живо высеченную. По одному только камню можно было понять: женщина была прекрасна.

Линь Моюй ничего не увидел. Даже навык обнаружения не дал ни малейшей реакции.

Обычно в этом мире обнаружение давало хоть какой-то ответ.

Хотя бы имя.

Вещей, которые не вызывали у него никакого отклика, было немного. Уже это доказывало: статуя необычна.

Линь Моюй осмотрел её ещё раз. Его взгляд наконец остановился на пустом жесте ладоней.

Он вынул скипетр Творения и вложил его туда.

Скипетр, которого Дунфан Яо даже коснуться не могла, спокойно лёг в руки статуи.

Он вспыхнул ослепительным светом, и вся статуя начала сиять.

Линь Моюй отступил на два шага. Он не чувствовал опасности, но всё равно сохранил должную настороженность.

В сиянии статуя превратилась в женщину.

Внешне она ничем не отличалась от человеческой.

Прекрасная и святая до такой степени, что слова теряли силу.

Её красота была особенной — благородной, чистой, будто она не принадлежала этому миру.

Женщина держала скипетр Творения. Её взгляд был мягок, голос — тих.

— Здравствуй, человек.

Линь Моюй спросил:

— Осмелюсь спросить, кто вы?

Женщина тихо ответила:

— Я — прежняя Богиня жизни.

Линь Моюй оцепенел. Холод поднялся от ступней.

О скипетре Творения он строил разные догадки. Самой вероятной казалась мысль, что это легендарное оружие. В конце концов, его монарший скипетр тоже был легендарным.

Он и представить не мог, что из-за него встретит божество.

Погодите…

В её словах прозвучала деталь.

Она сказала: прежняя.

В прекрасных глазах Богини жизни появилась слабая печаль. В этот миг в сердце Линь Моюя бесконтрольно поднялась такая же глубокая грусть.

Камень домена сам собой закрутился. Из него вырвалась убийственная энергия, и разум Линь Моюя встрепенулся. Он мгновенно очнулся.

Ему стало жутко.

Она ничего не сказала и ничего не сделала. Лишь выразила каплю чувства — и он уже оказался под влиянием.

Неужели божества настолько страшны?

Богиня жизни слегка виновато сказала:

— Прости. На мгновение я не удержала эмоции.

Она медленно прошла к участку, где прежде, должно быть, росли цветы. Скипетр Творения в её руке легко взмахнул, и из земли наперегонки стали вырываться ростки. Они росли, вытягивались, раскрывали бутоны.

Затем она перешла к нескольким другим местам и повторила то же самое.

Очень скоро сад наполнился цветами всех оттенков.

Аромат разлился вокруг, и весь сад обрёл цвет.

Линь Моюй был потрясён.

Таковы средства божества?

Богиня жизни… неужели она действительно управляла жизнью?

Женщина изящно вернулась к нему.

— Давно я не видела прежнего вида этого места. Возможно, это последний раз.

— Человек, знаешь ли ты, что внешний мир раньше вовсе не назывался миром Гниющих трупов?

Линь Моюй ответил:

— В записях нашей человеческой расы сказано, что из-за одной войны и чрезвычайно страшного навыка он превратился в мир Гниющих трупов.

Богиня жизни вздохнула.

— Тот, кто применил этот навык, тоже был божеством.

— Он уничтожил мой мир и превратил его в мёртвую землю.

— Он убил всех представителей трёх рас. Убил меня. И себя тоже убил.

— Этот навык был силён… но цена оказалась слишком велика.

Линь Моюй слушал, и холод пробирал его до костей.

Разве это была не война трёх рас? Почему здесь замешаны божества?

И ещё — навык взаимного уничтожения.

Навык, способный убить даже божество, действительно был ужасен.

Подумав, Линь Моюй наконец задал вопрос, который давно хотел задать:

— Досточтимая Богиня жизни, что такое божества?

Богиня жизни тихо рассмеялась.

— Маленький представитель человеческой расы, тайны божеств нельзя рассказывать. Позже ты постепенно сам узнаешь.

Она явно не собиралась отвечать.

Линь Моюй не хотел отступать:

— Тогда кто сильнее — божества или божественные специалисты нашей расы?

Богиня жизни улыбнулась, будто вопрос показался ей занятным.

— Божественные специалисты человеческой расы, демонические короли Бездны, Драконьи короли расы драконов и мы, божества, — существа одного уровня.

— А кто сильнее, зависит от того, кто дальше прошёл на этом уровне.

Этот ответ почти совпадал с тем, что когда-то говорил Мэн Аньвэнь.

В конце концов, сила определяется самим собой.

Линь Моюй немного успокоился. Значит, божества не столь непостижимы, как он воображал.

— А вы?

Он задал второй вопрос.