Словно рождается новый сильнейший божественного ранга

Когда Линь Моюй вернулся в Академию Сяцзин, на него сразу обратили внимание бесчисленные ученики.

За последние дни его имя стало слишком громким. Уже не по всей стране — по всему миру. Все знали Линь Моюя. Все знали, что он получил.

Чемпионы турнира профессионалов появляются каждый год. Академия Сяцзин никогда не испытывала в них недостатка. Но таких, кто забирает почти все, как Линь Моюй, — немного.

А того, кто разбил старый рекорд вызова и создал новый, прежде не было вовсе.

Он шел по дороге академии, и почти каждый ученик смотрел ему вслед. Куда бы он ни ступал, взгляды стекались к нему, как вода в низину. Иногда кто-то подходил сам — поздороваться, сказать пару слов, показать расположение.

Обычные ученики и воспитанники независимых факультетов — все одинаково старались держаться приветливо.

Сила — самый жесткий довод. Человек вроде Линь Моюя, если не погибнет, непременно станет великой фигурой. Может быть, когда-нибудь — таким же, как Бай Шэнь.

Такого человека приходится уважать заранее.

Линь Моюю было неловко. Непривычное внимание словно царапало кожу изнутри.

Нин Ии, кажется, все это предвидела. Ее серебряный смех звякнул где-то рядом — и она тут же ловко сбежала.

— Паршивая девчонка… быстро же ты исчезла.

Вернувшись в общежитие, Линь Моюй посмотрел на комнату. Чистая, словно новая. С тех пор как он поступил, он жил здесь всего несколько ночей; в комнате почти не было следов его присутствия.

Он сел на край кровати, достал начальное чудесное зелье и выпил.

Теплая волна тут же разошлась по телу. Она мягко растекалась по жилам, проникала в руки, ноги, кости, и все характеристики понемногу росли.

Как профессионал магического типа, он не мог похвастаться высокими базовыми характеристиками, кроме духа. На двадцать седьмом уровне сила, ловкость и телосложение у него были всего по пятьсот десять. Только дух достигал двух тысяч семисот — больше, чем три остальные характеристики вместе.

После начального чудесного зелья все характеристики выросли на двести.

Для него это было заметно.

— Если бы мои характеристики были такими же, как у скелетов, вот тогда я был бы силен.

— Жаль, что талант полного усиления действует только на навыки. На меня самого — нет.

Едва мысль поднялась, как в комнате одновременно появились скелет-воин и скелет-маг.

Ветер нежити пронесся по помещению, и тепло быстро отступило. Призванные существа нежити всегда несли с собой мрачный холод, от которого людям становится не по себе.

— Скелет-воин двадцать седьмого уровня: все характеристики двадцать две тысячи пятьсот. А базовая основа всего семьсот пятьдесят.

— Скелет-маг: дух тысяча пятьсот, остальные три характеристики по триста сорок.

Линь Моюй говорил тихо, будто сверялся сам с собой.

Без божественного таланта полного усиления скелеты не были бы такими уж сильными. С такими характеристиками они уступали бы обычным профессионалам. Единственное преимущество — число, которым можно завалить чудовище.

Но Линь Моюй верил: уникальный скрытый класс некроманта не может ограничиваться только этим.

— Некоторые классы слабы в начале, зато чем дальше, тем сильнее.

— Возможно, с ростом уровня и новыми навыками все изменится.

— Даже без таланта он все равно должен стать сильнейшим классом.

Он доверял своей профессии.

Картина, увиденная во время смены класса, снова всплыла в памяти: бесчисленные скелеты, плотные, как бедствие, явились перед миром. Даже могучие драконы падали под их клинками.

Однажды он тоже достигнет этого.

Та картина указала ему путь и показала будущее профессии.

Этой ночью Линь Моюй разбирал навыки, вспоминал победы и ошибки, сопоставлял каждую сцену боя со своими решениями. Если подумать теперь, он мог бы побеждать еще легче, сразу применяя Пламя души.

Но этот навык слишком мучителен. Достаточно вспомнить реакцию нескольких профессионалов.

Если бой не смертельный, ему не хотелось использовать его лишний раз.

Во дворе Бай Шэня Линь Моюй сидел у чайного стола и почтительно разливал чай Бай Июаню и Мэн Аньвэню.

Бай Июань явно наслаждался заботой ученика. На его лице держалась довольная улыбка.

Такой ученик — как ни посмотри, приятен глазу.

— На этот раз ты выступил хорошо, — сказал он.

Мэн Аньвэнь спокойно добавил:

— А как же иначе? Пять раундов вызова. За всю историю такого никто не делал. Сильнее, чем твой учитель в свое время.

Улыбка Бай Июаня исчезла как сметенная ветром.

— Мы вообще можем нормально поговорить?

— Я всего лишь говорю правду. В свое время ты прошел только три раунда. Ты же мужчина, неужели не признаешь? — Мэн Аньвэнь говорил тем же ровным тоном, будто беседовал о погоде.

Бай Июань скрипнул зубами. Этот старый друг совсем не щадил его лица.

Он кашлянул и сменил тему:

— Мальчишка, дальше тебе нужно как можно быстрее подняться до тридцатого уровня. Потом я отведу тебя в одно место.

Линь Моюй кивнул.

— Хорошо.

— Эти дни оставайся в академии. Если нужно качаться — иди в Зал подземелий.

— Ты и сам заметил: шум вокруг тебя слишком большой. Куда бы ты ни пошел, на тебя будут смотреть.

Это было правдой. Теперь люди замечали его всюду, как знаменитость прежнего мира, которую окружают взглядами на каждом шагу. Неприятное чувство.

Бай Июань продолжил:

— Само внимание не важно. Важно другое: ты не знаешь, кто из смотрящих несет злой умысел.

— В последние годы в глубине империи уже убивали талантливых людей. Будь осторожен.

— По крайней мере в академии опасности не будет.

В его словах было больше заботы, чем наставлений. Линь Моюй это почувствовал, и в груди стало теплее.

Когда он ушел, Мэн Аньвэнь открыл глаза и посмотрел на Бай Июаня:

— Ты собираешься вести его туда?

Бай Июань ответил так, будто все само собой разумелось:

— Конечно. Если не побывать там, как можно считаться настоящим профессионалом?

Мэн Аньвэнь нахмурился:

— Не боишься, что он столкнется с опасностью? Ты сам в свое время пошел туда только после второй смены класса.

Бай Июань покачал головой:

— Я пошел слишком поздно. Чем раньше туда попасть, тем больше пользы.

— Как знаешь. Все равно он твой ученик.

Мэн Аньвэнь больше не стал спорить.

Бай Июань, похоже, ничуть не тревожился:

— Не волнуйся. Этот мальчишка говорит мало, но голова у него работает. Убить его не так просто. К тому же на нем метка Зала героических душ. Даже если умрет, воскреснет.

Зал подземелий, как всегда, был полон шума.

Но стоило Линь Моюю выйти из телепортационной формации, как пространство вдруг стихло.

— Это Линь Моюй.

— Он вернулся.

— Раньше я знал, что он силен, но не думал, что настолько.

— У меня такое чувство, будто я вижу рождение нового сильнейшего божественного ранга.

— Я ведь проходил с таким человеком подземелье. Как подумаю — сердце колотится.

— Ой, хватит. Ты просто заплатил ему очки, чтобы он протащил тебя. Это не называется «проходить вместе».

Люди переговаривались вполголоса, глядя на Линь Моюя почти с благоговением.

Здесь никто не смел смотреть на него свысока. Даже высшие профессионалы, завершившие вторую смену класса, относились к нему иначе.

Он победил армейскую команду магов пятидесятого уровня. Что значили они?

Даже профессионалы выше пятидесятого, выйди они один на один, вряд ли могли бы говорить уверенно.

Сила правит. Кулак — самый простой закон.

Под взглядами толпы Линь Моюй вошел в Зал подземелий.

— Линь Моюй, ты вернулся!

Перед ним появилась Шу Хань с улыбкой.

— Какое совпадение.

Он не ожидал встретить старую знакомую сразу после возвращения.

Улыбка Шу Хань всегда несла ленивую мягкость; вся она казалась спокойной, неторопливой, будто никуда не спешила. В ней было что-то, чего не встретишь у обычных учеников.

На ней не было знаков независимого факультета, с виду — рядовая ученица. Но манера держаться выдавала иной круг.

Линь Моюй давно подозревал, что ее семья не проста.

И все же он не понимал, почему она постоянно выполняет мелкие задания, зарабатывая совсем немного очков. Что ей от этих крох?

— Ты снова пришла за заданием? — тихо спросил он.

Шу Хань расцвела улыбкой.

— Ага. А ты?

— Проходить подземелье. Качаться.

— Хочешь, я посоветую тебе подземелье? Платно. Сто очков — и ни очком меньше.

Линь Моюй сразу перевел ей очки.

— Как приятно. Снова заработала.

— Пойдем за мной, однокурсник Линь Моюй.

Шу Хань улыбнулась ярче и повернула к одному из входов. Воронка подземелья медленно вращалась; из нее время от времени вырывались языки огня.

Подземелье тридцать второго уровня.

Дворец Бога огня.