Холодная ночь

【Пристанище для уставшего мозга】

【Прим. автора: Эта книга — не чистое западное фэнтези, в ней будут элементы и восточного жанра сянься. Впрочем, раз уж магия сама по себе подразумевает мультивселенные и множество миров, то существование в ней миров с боевыми искусствами и культивацией бессмертных вполне логично, не так ли?】

...

Пронизывающий до костей ледяной ветер, словно мириады ледяных игл, впился в обнажённые руки и лодыжки Ло Куньлуня. Он содрогнулся всем телом, и сознание, барахтаясь, вынырнуло из вязкого хаоса.

Он попытался поднять руку, чтобы плотнее закутаться в одежду, но конечность налилась свинцом, и каждое движение отдавалось мучительной болью, словно рвались внутренности.

Лишь тогда он ощутил, что на нём не одежда, а жалкие лохмотья из мешковины.

Мутный взгляд упёрся в низкий, влажный свод пещеры. Стены покрывал иней, а в воздухе висела удушающая смесь из запахов пота, плесени и едва уловимого металлического смрада крови.

— Кха… кха-кха… — Жестокий кашель заставил его согнуться пополам. В горле першило и горело, будто оно вот-вот треснет.

Это не Пустошь. И уж точно не та железнодорожная станция, где он был в последний раз.

Воспоминания нахлынули приливной волной: бомбы войны, пикирующие с небес на станцию, ослепительная вспышка белого света, оглушительный рёв, и та самая коробка размером с кулак, что надёжно покоилась в его ментальном хранилище…

Такими были его последние мгновения на планете Водная Лазурь.

Он снова переместился.

В первый раз он попал на Водную Лазурь, превратившись из обычного человека мирной эпохи Земли в третьего сына рабочего с завода за стенами города-базы, в мире, разорённом ядерной войной.

На той планете большая часть земель была отравлена радиацией — осквернённая, изнасилованная и брошенная на поругание.

Для обычного человека просто выжить было уже подвигом, даже если его семье относительно повезло.

Его родители в той жизни умерли от переутомления, не дожив и до тридцати. Из двух старших братьев один погиб в результате несчастного случая, а другой скончался от болезни ещё в юности.

Единственной опорой Ло Куньлуня в той жизни было ментальное хранилище размером с кулак, появившееся у него после перемещения.

Пространство было, но крошечное. Не то что у героев романов про выживание в апокалипсисе, чьи хранилища были размером с футбольные поля, города или даже целые миры.

Но и этого хватало, чтобы выжить, даже в ту суровую эпоху Пустоши.

Ло Куньлунь не знал, что это за ментальное пространство, но он знал, что предметы, помещённые в него, невозможно было обнаружить никакими приборами.

Кроме того, он мог оказывать на них некоторое влияние — небольшое, но достаточное, чтобы, например, создать несколько трещин на поверхности.

Повзрослев, он начал заниматься «контрабандой», используя эту способность.

Идти работать на завод было немыслимо. Рабочие на конвейере были всего лишь расходным материалом, обречённым либо умереть от непосильного труда, либо погибнуть в аварии.

Приходилось выживать с помощью своего дара.

Он не перевозил наркотики или что-то подобное — такие вещи стали легальными ещё до его эпохи.

Ло Куньлунь доставлял крошечные высокоточные детали, данные, жёсткие диски и тому подобное.

За каждый выполненный заказ он получал щедрое вознаграждение. Не какие-то бесполезные банкноты.

Твёрдой валютой после ядерной войны были чистая вода, медикаменты, еда и прочие жизненно важные ресурсы.

А чтобы попасть в город-базу и стать его гражданином, требовалось достаточное количество металла.

Медь, серебро, железо, золото или специальные сплавы, а также свинец, цинк и другие промышленные металлы.

Он десятилетиями боролся за выживание на окраинах Пустоши, скопив немало металла. Ло Куньлунь думал, что последняя доставка — та самая коробка — позволит ему наконец накопить достаточно, чтобы перебраться в город-базу, но это задание обернулось катастрофой.

И всё же, кто мог устроить бомбардировку вблизи города-базы?

Этот вопрос, вероятно, навсегда останется для Ло Куньлуня без ответа, ведь теперь он стал пятнадцатилетним крепостным по имени Лорен.

Впрочем, люди на той планете, Водной Лазури, тоже, скорее всего, никогда не узнают правды.

Затем обрывки воспоминаний этого тела начали вспыхивать в его сознании:

Крепостной из поместья Хандэ в Долине Пепла. Месяц назад его и других похитили разбойники и пригнали в это логово, затерянное глубоко в горах. Днём и ночью они таскали воду, кололи дрова, переносили брёвна, прислуживая бандитам.

За малейшую оплошность их жестоко избивали. Впрочем, иногда бандиты срывали на них злость просто от плохого настроения.

Оказаться в таком положении было равносильно смерти.

Зимний холод, постоянный голод, изнурительный труд и регулярные побои давно истощили тело юноши.

Незадолго до этого прежний владелец тела упал в обморок от голода, рухнув прямо в снег. Один из разбойников пнул его пару раз, и его, как мешок с костями, оттащили обратно в пещеру. Там он и испустил дух, так и не придя в себя.

Сейчас стояла глубокая зимняя ночь.

В пещере, скорчившись на ледяной земле, лежали ещё с десяток таких же крепостных. Большинство — с землистым цветом лица и пустыми, потухшими глазами, больше похожие на живых мертвецов, чем на людей. Некоторые, как и прежний хозяин этого тела, уже были мертвы.

В пещере царила мёртвая тишина. Опираясь о стену, Ло Куньлунь, шатаясь, поднялся на ноги. Он отчётливо ощущал, насколько хрупко это новое тело. Ростом не выше полутора метров, руки и ноги — тонкие, как спички, в животе урчало от голода, а чтобы просто стоять, приходилось напрягать всю волю.

Но в то же время он заметил кое-что ещё.

Знакомое ментальное хранилище никуда не делось.

Такое же, как и на Водной Лазури: размером с кулак, способное вмещать неживые предметы.

И сейчас в нём по-прежнему лежала та самая коробка.

На Водной Лазури он бы никогда не стал выяснять, что внутри. Как первоклассный «перевозчик», он знал: в некоторые вещи лучше не совать свой нос.

Это было одно из главных правил «перевозчика»: не проявлять излишнего любопытства, держать руки при себе, а рот на замке.

Но теперь… он в другом мире. Так почему бы не заглянуть внутрь?

«Станцию разбомбили точно из-за этой коробки!»

Вещь, способная вызвать бомбардировку такого масштаба… как она могла попасть в руки к нему, обычной крысе из сточной канавы?

«Простое совпадение? Скорее всего. Никто не станет плести заговор против такой мелкой сошки, как я».

Есть старая поговорка: мир — это огромный, наспех сколоченный балаган.

В его нынешнем положении, в этом разбойничьем логове, ему всё равно долго не протянуть. Так что перед смертью можно и посмотреть, что за сокровище стоило целой бомбардировки.

Хуже уже точно не будет. А вдруг то, что внутри, поможет ему выбраться из этой дыры?

Ночь сгустилась, и холод в горах стал ещё более лютым.

Бандиты давно спали, лишь за деревянным частоколом изредка раздавались шаги часового.

Остальные крепостные в пещере — кто живой, кто мёртвый — не подавали признаков жизни, и Ло Куньлунь забился в самый дальний угол пещеры.

Прислонившись спиной к ледяной каменной стене и убедившись, что на него никто не обращает внимания, он медленно закрыл глаза, погружая сознание вглубь себя.

Возникло знакомое ощущение пространства — в хранилище размером с кулак тихо лежала та самая чёрная коробочка с Водной Лазури.

Он сосредоточился, и коробочка по его мысленной команде «выпала» из хранилища прямо ему в ладонь.

Коробочка была холодной на ощупь, сделанная из какого-то неизвестного сплава с гладкой, бесшовной поверхностью. Никаких замков или защёлок.

В обычных условиях её было не вскрыть — Ло Куньлунь, когда принимал её от того мужчины с видом наркомана, даже сомневался, что её возьмёт хотя бы электропила.

Но с помощью своего ментального хранилища он заранее проделал в ней несколько трещин, так что теперь открыть её было проще простого.

Окоченевшими пальцами Лорен — теперь он был Лореном — нащупал одну из трещин, слегка повернул, и крышка поддалась.

Слабый лунный свет, пробивавшийся сквозь щель в пещере, осветил содержимое. Это был прозрачный шприц-инъектор длиной не больше мизинца.

Внутри него плескалась серебристо-белая жидкость, тускло отсвечивающая металлом в лунном свете. Если присмотреться, можно было заметить, что в ней медленно кружились мириады крошечных, едва различимых глазом световых точек.

Вот из-за этой штуки он и погиб?

Ло Куньлунь нахмурился. На Водной Лазури он слышал о высокотехнологичных медицинских инъекторах. Неужели это один из них?

Но даже если так, то хоть они и были ценными, но не настолько, чтобы из-за одного шприца устраивать бомбардировку.

Впрочем, сейчас не время для сомнений.

Десятилетия в Пустоши научили его одному: неизвестность может таить в себе опасность, но в безвыходной ситуации она же может оказаться единственным шансом на спасение.

Ло Куньлунь снял с инъектора металлический колпачок, обнажив тонкую иглу. Глубоко вздохнув, он вонзил её в свою иссохшую руку и нажал на поршень.

Серебристо-белая жидкость мгновенно влилась в тело. Никакой боли, как он ожидал, лишь слабое ощущение прохлады, разбегающееся по венам.

Словно тысячи муравьёв пробежали по всему его телу. И когда это ощущение исчезло, Лорен услышал странный голос.

"Первоначальная версия наномашин №0 Космического исследовательского института. Активация. Начало симбиоза с носителем".