Вступление в бой

Бегущие солдаты, словно солома, сметённая ураганом, в безумной панике метались по болоту. Кто-то бросал оружие и щиты, думая лишь о том, чтобы бежать быстрее. Тяжёлое снаряжение становилось смертельной ловушкой для многих: споткнувшись, они падали в грязь, и их, отчаянно цепляющихся за жизнь, топтала обезумевшая толпа. Их предсмертные крики быстро тонули в общем хаосе.

Кто-то терял обувь и бежал босиком по острым камням и торфу, не замечая кровавых ран. В глазах стоял лишь первобытный ужас смерти, а из горла вырывались хриплые, бессвязные крики: «Монстр!», «Спасите!».

Несколько лучников, цепляясь друг за друга, пытались спастись. Колчаны давно слетели со спин, а стрелы, рассыпанные по грязи, были втоптаны в землю. Один молодой солдат, сбитый с ног товарищем, пытался подняться, но увидел, как над ним сгущается тень гигантского медведя. Его глаза, полные первобытного ужаса, были прикованы к чудовищу. Он обмочился от страха, издавая лишь нечленораздельные всхлипы, прежде чем его раздавила гигантская лапа. Чёрная кровь и грязь брызнули во все стороны, окрашивая штаны бегущих.

Некоторые пытались пробиться к холмам и лесу, но их увлекал за собой поток обезумевшей толпы. Они толкались, ругались, даже обнажали мечи друг против друга, борясь за малейший шанс на спасение. Один сотник, размахивая мечом в попытке навести порядок, был предательски заколот в спину одним из беглецов. Он с недоумением обернулся, увидел искажённое страхом и безумием лицо, и рухнул в грязь, где его тело было втоптано в землю.

А члены дисциплинарного отряда, сбросив тяжёлые доспехи, бежали быстрее обычных солдат. Когда нужно было гнать других на смерть, они кричали громче всех, но когда пришёл их черёд, они оказались самыми быстрыми. Кто-то даже выбрасывал свой меч и знаки отличия, чтобы облегчить ношу. Один оруженосец поскользнулся и упал в глубокую яму с торфом. Чёрная грязь мгновенно поглотила его по грудь. Он протягивал руки, отчаянно взывая о помощи, но его товарищи, не оборачиваясь, бежали дальше. В конце концов, его полностью поглотила трясина, оставив на поверхности лишь несколько пузырьков…

Вся низина превратилась в ад на земле. Топот бегущих ног, крики ужаса, плач и рёв гигантского медведя слились в одну чудовищную какофонию. Армия, лишённая всякой дисциплины и аристократической чести, превратилась в стаю затравленных псов, в глазах которых был лишь страх перед чудовищем и отчаянная жажда жизни.

Тем временем рыцари во главе с графом Уимблом с мертвенно-бледными лицами смотрели на это повальное бегство. Их мечи и топоры дрожали в руках. Они понимали, что охота провалилась. Элитная армия из более чем тысячи человек, с укреплениями и осадными орудиями, была разбита в пух и прах за считанные минуты. «Сокол-Бронебой» уничтожен, а медведь оказался невероятно силён. Как с ним бороться?

Бежать? Сохранить жизнь, чтобы сражаться в другой день. Пока они живы, всегда есть шанс начать всё сначала.

— Нет, ни в коем случае! У нас ещё есть шанс!

Вперёд выступил виконт Рот. Он вложил в эту охоту немало сил: двести элитных солдат и двадцать оруженосцев, и, судя по всему, все они погибли. Солдат и оруженосцев можно было набрать снова, но кровь магического зверя — это было будущее его семьи! Уйти с пустыми руками он не мог!

— Смотрите, цепи на лапах этой твари!

Ранее несколько якорей, выпущенных из катапульт, удачно зацепились за правую переднюю и левую заднюю лапы медведя. Цепи натянулись, и несколько солдат отчаянно пытались их удержать. Но сила медведя была слишком велика, и он с лёгкостью раскидал их. Теперь же эти цепи, болтавшиеся на его лапах, превратились в смертоносное оружие. Каждый раз, когда медведь двигался, они со свистом хлестали по земле, оставляя глубокие воронки и убивая на месте многих беглецов.

— Мы бросимся вперёд! Часть из нас будет держать цепи, а остальные разрубят его конечности и суставы! Когда мы его обездвижим, добьём копьём в глаз!

План был прост, но требовал от них смертельного риска. Тринадцать рыцарей низшего ранга, включая Райана в броне «Брок», должны были удержать медведя, пока четыре рыцаря среднего ранга наносили бы решающие удары. Учитывая их броню и физическую силу, они могли бы выдержать удары цепей. Но они только что видели, на что способны когти этого зверя, и не хотели встречаться с ним лицом к лицу.

Граф Уимбл разделял их опасения. Его семья была богата и влиятельна, у него было много рыцарей и солдат. Не было никакой необходимости рисковать своей жизнью. Если бы с ним что-то случилось, вся его семья могла бы погрузиться в хаос.

Но виконт Рот и Райан думали иначе. Как ключевой член семьи Карл, Райан знал, что они должны заполучить кровь этого зверя, чтобы вырастить нового лидера, способного укрепить их положение в королевстве. Виконту Роту было уже сорок, и он знал свой предел. Через двадцать лет он состарится и не сможет больше управлять семьёй. Тогда семью Рот ждала та же участь, что и семью Карл, но у Карлов были куда более глубокие корни. Семья Карл, столкнувшись с подобным кризисом, могла бы лишь потерять часть своих владений, а вот семью Рот могли бы просто сместить другие силы, стерев их с карты Королевства Пурпурного Шиповника.

Если не рискнуть сейчас, то когда? Когда он состарится и ослабнет? Тогда у него уже не будет сил для такой отчаянной схватки!

В этот момент Райан шагнул вперёд и произнёс низким голосом:

— Граф, интеллект этого зверя превосходит наши ожидания. Он точно уничтожил «Сокола-Бронебоя» и атаковал самые опасные цели в первую очередь. Мы его разозлили, и он нас запомнил! Если такой гигантский зверь вырвется из леса Адо, разрушения будут невообразимыми!

При словах «вырвется из леса Адо» граф Уимбл побледнел. За лесом Адо начинались его владения! Там были его поля, поместья и пастбища. Если этот зверь вырвется на свободу, сколько людей, скота и урожая он потеряет? Это же были огромные деньги! И что ещё хуже, враги его семьи, давно точившие на него зуб, могли бы воспользоваться моментом и напасть. Оказавшись между двух огней, семья Уимбл могла бы быть уничтожена.

— В таком случае, мы должны убить эту тварь! — граф Уимбл, хоть и дорожил своей жизнью, не был нерешительным. Если зверь вырвется, проблем будет ещё больше.

— Вперёд!

— По плану: рыцари низшего ранга держат цепи, мы, четверо среднего ранга, рубим его конечности!

С этими словами рыцари, сжимая оружие, бросились на зверя.

Тем временем, в толпе беглецов, Ло Куньлунь одним ударом сбил с ног человека, который пытался оттолкнуть его, чтобы проложить себе путь. Ло Куньлунь, с его нынешней силой, мог бы легко убить его. Он не был удивлён этим разгромом. Если даже крупнокалиберные пулемёты и артиллерия не могли справиться с таким медведем, как могла победить армия средневекового образца?

Ло Куньлунь, смешавшись с толпой, наблюдал за рыцарями на возвышенности. «Так вот в чём дело, они хотят сковать медведя цепями, повредить его суставы, а затем убить». Он с первого взгляда понял их замысел. Они собирались использовать свою броню и физическую силу, чтобы выдержать удары цепей, удержать их, замедлить и ограничить движения медведя. План был осуществим, но шансы на успех были невелики. Тем не менее, они были.

«В такой ситуации они не сдаются, а продолжают охоту. Значит, ценность этого медведя чрезвычайно высока, и в нём кроется какая-то большая тайна…»

С этой мыслью Ло Куньлунь подобрал из грязи чей-то доспех и острый меч и незаметно скрылся за одним из уцелевших укреплений. Стряхнув с доспеха грязь, он надел его и взял в руки меч. На поле боя, охваченном хаосом, никто не заметил его и не обратил на него внимания.