Пролог

Это случилось в одном особняке одного города.

[ГУГЯЯЯЯЯЯ!]

— Ииик... Хииии!

Юная дочь хозяина особняка спасалась бегством от монстра, появившегося словно из ниоткуда.

Нет — внезапным это было лишь с точки зрения самой девочки. На деле же монстры, как обычно, подошли к городу, как обычно, прорвали его оборону и теперь, как обычно, нападали без разбора. Просто сама девочка прожила в этом городе всю жизнь, ни разу прежде не увидев монстра, — вот потому-то это нападение и стало для неё чем-то внезапным.

Но как бы она это ни воспринимала, реальность оставалась реальностью: на неё охотились.

[ГЕГЯ! ГЕГЯ!]

— Угх... а...

Монстры нападают на людей.

То ли по приказу демонического вида, то ли просто утоляя голод и подчиняясь своим инстинктам — они всё равно нападают на людей.

Как правило, у монстров малого типа, в отличие от средних и крупных, нет магического барьера, и с ними можно справиться обычным оружием.

Поэтому уровень их угрозы считается ниже, чем у более крупных сородичей.

Но это вовсе не значит, что они не опасны.

Точно так же, как безоружный человек, на которого в лесу набросился дикий зверь, оказывается между жизнью и смертью.

Точно так же, как беспомощный ребёнок не способен сопротивляться вооружённому взрослому.

И хуже всего то, что монстры малого типа берут числом. На одного монстра среднего типа приходится почти двадцать малых.

Они достаточно хитры, чтобы избегать ловушек, и по природе своей беспощадны.

Вот почему монстры малого типа так страшны. Ведь, в отличие от средних и крупных, они не убьют тебя быстро.

Иногда они не просто пожирают людей, а утаскивают их для разведения.

Так что не будет преувеличением сказать: именно монстры малого типа страшнее всего для тех, у кого нет сил дать отпор.

[ГЯГЯГЯ!]

— ААААААХ!

Перед глазами девочки были чудовищные морды, скалившиеся над её беспомощностью.

Уши забивали глумливые вопли тварей, упивавшихся её слабостью.

[ГУГЯ. ГУГЯ.]

— НЕЕЕЕТ!

Будто наслаждаясь охотой, монстры нарочно не спешили, медленно преследуя свою добычу.

Девочка в отчаянии отползала всё дальше, не понимая, что этим только сильнее их забавляет, — хотя, по иронии, именно поэтому её до сих пор не убили сразу.

Но и у этого был предел.

— Ах!

Наверное, силы у неё закончились. Девочка споткнулась буквально на ровном месте и рухнула.

— Нет... только не так...!

Заливаясь слезами, она всё равно пыталась ползти дальше, отчаянно стараясь хоть немного отдалиться от монстров.

— Помогите... кто-нибудь... пожалуйста...

Она звала на помощь, но никто не приходил.

Ни отец, ни мать, ни брат, ни старый слуга, ни даже солдаты, которые должны были охранять особняк. Никто не придёт.

И это естественно.

Здесь уже не осталось никого из её семьи. Все, кто был в особняке, уже погибли.

Тех, кто сопротивлялся, перебили на месте.

Тех, кто пытался бежать, разнесли дальнобойными атаками.

Даже не зная всех подробностей, девочка понимала: сколько бы она ни плакала и ни кричала, никто не придёт её спасать.

И всё же... всё же она продолжала кричать.

«Я не хочу умирать. Не хочу, чтобы меня убили. Пожалуйста, спасите!»

Инстинкт выживания заставлял её кричать. Она понимала: если сейчас не выложится до конца, второго шанса уже не будет.

— Кто-нибудь! СПАСИТЕ МЕНЯ!!

Даже зная, что спасения нет, она могла выкрикнуть только это.

[ГЯГЯГЯ!]

Монстры упивались видом девочки, которая плакала и билась впустую.

Сознавали ли они это?

Что когда-то, до того как стать монстрами, они тоже плакали вот так?

Что и они сами когда-то чувствовали ужас и ненависть к монстрам, которые их мучили?

Нет... а может, наоборот, помнили.

Возможно, они помнили, что когда-то были людьми, и именно поэтому завидовали — нет, ненавидели — девочку за то, что она всё ещё человек.

Вполне возможно, что эта нарочитая погоня, нагнетающая страх, и была для них способом выплеснуть подобные чувства.

— Кто-нибудь... хоть кто-то!

Её отчаянный крик разнёсся по опустевшему особняку.

[ГУГЯ.]

Вдоволь насладившись её беспомощными мольбами, монстры перестали тянуть время и пошли уже всерьёз: схватили рыдающую девочку за голову и подняли в воздух.

— Иик!

Пусть их и относили к малому типу, но для неё они всё равно были крупнее. А схваченная существом больше себя, беспомощная девочка уже не могла сопротивляться.

Её съедят прямо здесь? Или утащат на одну из ферм разведения демонического вида?

— П-помогите... мне...

Цепляясь за слабейшую надежду, она исторгла из себя последний крик.

Умей монстры говорить, они, наверное, насмешливо бросили бы: «Никто тебя спасать не придёт!»

И в самом деле, теперь у девочки уже не оставалось никакой возможности выжить.

Её убьют здесь — никем не оплаканную и забытую?

Хотя бы подарят быструю смерть?

Или будут жрать заживо?

По крайней мере, она не знала, что означает [разведение], — и потому не могла вообразить самое страшное. Только вот какое это утешение?

[ГЯГЯГЯ!]

— Аах...

Натешившись, монстры мерзко осклабились и швырнули её в сторону. Придавленная отчаянием, девочка уже перестала даже думать.

——— И в следующее же мгновение.

[А-А-А-А-А!]

[БУМ!?]

— Э?

[ДАББАЙ!]

[ВЖУХ!?]

— Э-э?!

[Вас больше? Да плевать!]

[ХРЯСЬ!]

— ЭЭЭЭ?!

[Вы, твари, смеете смотреть на людей свысока?!]

[БАБАХ!?]

— ЭЭЭЭЭЭ?!

С этими загадочными боевыми криками внезапный вихрь пронёсся вокруг, сметая окруживших девочку монстров.

Ветер взвыл — и чудовища разлетелись на куски.

(...Ого.)

Столкнувшись с таким нереальным зрелищем, девочка, пусть и ошеломлённая, инстинктивно поняла: «Меня спасли».

— ...А...

Она и без того была на пределе, и напряжение, державшее её до сих пор, наконец оборвалось.

Разве кто-то стал бы винить ребёнка за то, что она потеряла сознание, так и не успев увидеть источник этого яростного ветра?

[Эй, мелкая, ты молодец — э, погоди, она что, спит?!]

Спасший её ветер, кажется, что-то выкрикнул, — но уж точно не ругал её за это.

[Ну и невовремя. Стой, мне теперь ещё и тащить её?]

Пусть они ещё даже не успели представиться друг другу.

Пусть теперь ему пришлось тащить на себе девочку без сознания.

Ни один человек в мире не осудил бы ребёнка за то, что она обессилела и отключилась после такой отчаянной борьбы за жизнь.