Охота рубина и камня

Обезглавленный камень Том 1.0 Глава 19.0

Темно. Очень. Страшно. А.

Шаги. Стук. Кто-то идет. Это он. Высокий. Он — высокий. Его волосы. Темные, как улица. Волосы — темные. Цвет. Как называется? Цвет. Интересно. Узнать. Он — высокий. Его глаза. Яркие. Солнце. Как солнце. Его глаза — солнце? Нет. Они не такие яркие. Они — бледное солнце?

Он идет. Темная улица. Аллея. Холодно. Капли. Дождь. Дождь — это капли. Кап. Кап. Он смеется. Но такие, как он боятся дождя. Он — не как все? Он не боится дождя? Странно. Все боятся дождя. Животные боятся. Я боюсь. Они боятся. Он издает странные звуки. Ха. Ха. Ха. Это общение? Но это не похоже на их язык. Может это другая форма общения? Ха. Ха. Ха.

— Ха… Ха… Ха…

Тихо. Никто не услышит. Он уходит. Он не заметил. Он одет в черное. Он словно ночь. Он исчезает. Он становится меньше. Он ушел. Он ушел далеко. Он смеялся. Он…

— Ха-ха-ха…

«Ха-ха-ха» — это смех. Точно. Я знаю это. Смех — это когда они радуются. Когда им приятно. Когда они наслаждаются чем-то. Когда. Что когда? Что значит «радоваться»? Странное слово. Его нет в моих знаниях. Я хочу узнать, что такое радоваться.

Я хочу. Я хочу узнать всё про этих существ. Я хочу узнать кто они. Я хочу узнать, как они общаются.

Кап. Кап. Кап.

Я хочу стать как они.

Что вы сделаете, если увидите монстра на ночной улице?

Думаю, адекватный человек бы сбежал сразу же. Монстр — это монстр независимо от облика. Даже если он выглядит, как обычный человек. Он все равно остается опасным для жизни. Именно поэтому от монстров надо сбегать, не оглядываясь.

Думаю, что остаться и понаблюдать с безопасного расстояния тоже можно считать адекватностью, но такого человека стоило бы побаиваться. Тот, кто ради удовлетворения своего любопытства готов рискнуть своей жизнью, и правда является страшным человеком. Но этот человек все еще не безумец. Он рискует, но он понимает это, поэтому и старается обеспечить себе безопасные условия, наблюдая издалека.

А я… А я заговорил с монстром.

Вечером восьмого июля я возвращался домой. Не важно почему, но я задержался, так что город опустился в мрак. Улицу освещал только один блеклый фонарь. Тогда я думал только о том, как вернуться домой, чтобы родители этого не заметили.

В свете фонаря лежала девочка. С расстояния было плохо видно ее одежду, но она точно была одета в школьную форму средней школы. Может одноклассница Рури? Вот только… Её нижняя половина представляла из себя сплошную кашу, словно огромный комок плоти, распластавшийся на асфальте.

Эта девочка должна была быть мертва.

Но я надеялся, что ей можно помочь, даже если ее нижнюю половину тела превратили в кашу. Я подбежал со всех ног. Нога ударилась об ногу, и я чуть не упал, но сумел удержаться. Я оказался напротив ее тела. Нижняя половина представляла собой ярко-красную массу, похожую на комок теста.

— Ты… В порядке? — проговорил я дрожащим голосом, сам понимая, что эта девочка даже не может быть жива с такой раной.

Я судорожно ощупал карманы, но не нашел там телефона. А может позвать кого-то на помощь?

Девочка подняла руку. Она протянула свою руку ко мне. И я коснулся ее руки в надежде, что я смогу как-то ей помочь.

А потом мое тело было уничтожено. Моя душа исчезла из плоти. Моя плоть была разорвана. Мое сердце перестало качать кровь. Мои легкие взорвались. Сосуды лопнули. Мозг перестал функционировать. Я был разорван. Я был сдавлен. Я был уничтожен.

Я был убит.

Я коснулся руки девочки, лежащей рядом с раздавленной половиной тела.

Но я не почувствовал тепла жизни, которое должно находится в теле человека. Эта девочка точно была мертва. Но она подняла свой взгляд на меня и протянула свою руку.

А следом ее палец исказился и превратился в острый коготь, который резко устремился вперед. Моя рука была разрезана вдоль от самой ладони до локтя. Я ухватился за руку и едва сдержал крик. Я отпрянул, почти отпрыгнул в сторону, все еще сжимая руку, и приземлился спиной на асфальт. Повезло, что я вовремя убрал руку, так что порез был значительным только на ладони. Точнее, моя ладонь была изрезана в клочья. Из нее сочилась кровь бурными потоками. И я не мог остановить эту рану никак.

А девочка начала подниматься. Точнее, начало подниматься ее тело. Ярко-красная масса поднялась, а следом за ней поднялось и остальное тело, словно послушная марионетка. В тот момент фонарь осветил лицо девочки, и я понял, что эта девочка монстр. У нее не было левой половины лица, а вместо нее бесформенная красная масса.

Моё сердце учащенно забилось. Девочка потянула свои руки в мою сторону, а я судорожно пытался встать и убежать, но ноги не двигались. Я словно застыл.

— Подтверждение. Это черные волосы. Глаза. Солнце. Ты напуган?

Эта фраза вырвалась изо рта девочки. Она смотрела на меня своими красными глазами, в которых не отражалось вообще ничего.

— Тебе больно. Боль — это плохо. Прости. Черные волосы. Глаза цвета солнца. Ты боишься? Прости. Больно. Когда больно, люди кричат. Им страшно. Боль — это страх.

Пот стекал с моего лба, огибая нос и капая с подбородка. У меня в горле образовался ком. Моя растерзанная рука пульсировала от боли, пока я безуспешно пытался остановить кровотечение. Девочка… Нет, существо. Она не человек. Монстр. Существо смотрело на меня с вопросом в своих пустых глазах.

— Боль — это страх? Верно?

Оно точно пыталось общаться со мной, но я от боли даже не мог мыслить.

— Черные волосы. Но одежда тоже черная. Не так. На тебе белая одежда. Не черная. Ты не черные волосы? Тогда кто ты?

Плевать. Я попытаюсь сделать это. Я выгнулся и прижал целой рукой и ногой ткань своей белой рубашки. Резкий рывок, сопряженный со стоном боли. Я оторвал огромный кусок ткани. А потом одной рукой пытался перевязать руку, смотря на монстра, застывшего на месте. Моя рука все еще ревела от боли, но…

— Боль? Тебе больно. Я знаю. Боль — это боль. Ничего сложного. Почему тебе больно? Лицо. Ты страдаешь? Желтые глаза. Солнце. Им страшно. Страх. Страх. Боль. Ужас. Смерть. Это страшно. Люди боятся этого. Ты — человек.

Я смог перевязать руку. Белый кусок ткани окрасился в красный, но кровь, вроде бы, закончилась. Но я не чувствовал руки. Пожалуйста, Ран, спаси меня. Я поднялся. У меня не было половины рубашки, так что мой голый живот обдувал холодный ветер июльской ночи.

— Ты человек. Черные волосы — человек. Подтверждено. Человек — живое существо.

Я встал напротив этого монстра.

Бледно-красные, почти розовые, волосы существа развивались на ветру.

Я хотел броситься бежать прочь от этого существа. Я хотел повернуться и вернуться в квартиру Ран, где был до этого и мирно общался с розовой девочкой.

— Черные волосы. Имя. Имя — это суть человека. Человек — имя. Ты. Твое имя? Есть у тебя имя? У меня нет. Имя. Имя — это важно.

Мои ноги задрожали.

— Имя. Твоё имя, — сказало существо.

— Да что ты такое?! — крикнул я, безуспешно пытаясь развернуться и убежать.

— Я. — Существо закачало головой. — Я. Я. Я. Я. Я. Я. Я. Я. Я. Я. — Оно начало качать всем своим телом из стороны в сторону. Волосы трепались на ветру. — Я. Я. Я. Я. Я. Я. Моё имя. Моё имя. Моё. МОЁ.

Оно кричало, словно обезумевший зверь. Я развернулся. Я не хотел смотреть на существо, трясущего телом в панике, словно тряпичной куклой. Я сделал шаг вперед. И побежал. Я убежал прочь. Убежал, чтобы не видеть больше этого существа. Убежал настолько далеко, насколько вообще мог.

Существо осталось одно в свете фонаря, бесконечно повторяя одно и тоже.

Я переночевал дома у Ран Ранару.

Днем восьмого июля я наведался к розовой девочке, и мы немного пообщались. Наше общение слегка затянулось, так что домой я пошел только под вечер. Ну и в итоге я встретил монстра.

Я на одном дыхании добежал до дома Ран и принялся стучать в дверь. Я уже знал, что дома она одна (а если бы не была одна, то она бы и не пригласила меня), так что решил остаться там. Я прислонился к двери в ожидании, боясь, что монстр нагрянет по моим следам. Либо же найдет меня по каплям крови, оставшимся на асфальте. Я не знал остались ли капли крови. Но я все равно боялся.

Ран открыла мне дверь с явным удивлением. Она посмотрела на мою рану и исцелила её. Но, как она сама сказала, она вряд ли потянет исцелять такую крупную рану, так что исцелила ее процентов на пятьдесят. В итоге, порывшись в аптечке, она принялась перевязывать мне руку, пока я рассказывал ей о произошедшем ранее.

— Монстр, да? Умеешь же ты находить себе друзей, — хмыкнула розовая девочка, когда закончила обвязывать мне рану. В итоге кисть моей правой руки оказалась забинтована.

— Мария также говорила, — ответил я.

Моё сознание все еще было в беспорядке, так что я и не знал, что сказать.

— Значит, где-то в этом городе броди бешенный монстр, вылезший из «Нечто», который пытается познать людей и стать человеком? — переспросила Ран. — Ужасный город моя семья выбрала для переезда, ничего не скажешь.

— У меня голова трещит, так что я не особо уверен насчет деталей, но в целом ты правильно всё описала… Пугающее существо…

Сначала я хотел использовать к монстру фразу «ранранару», но потом понял, что это существо будет даже пугающее, чем сама розовая девочка. Новый уровень страха, не иначе.

Я не рискнул возвращаться домой, поэтому Ран предложила остаться у нее. В итоге я провел ночь, лежа на полу в пустой белой комнате на белом одеяле. Поспать так и не получилось, тогда как лежащая рядом Ран мирно сопела, сложившись комочком. А я просто смотрел в потолок, не в силах и сомкнуть глаз.

Но в какой-то момент я все-таки уснул. Точнее, вырубился. В следующий раз я открыл глаза уже утром, когда в комнате горел свет. Я поднялся. Ран ходила по комнате, держа перед собой огромного плюшевого мишку. Она ходила из стороны в сторону, смотря в глаза бедному пушистику. Ха. Да, я точно все еще сплю. Такой абсурд просто не может существовать в реальности.

Но Ран увидела, что я проснулся и посмотрела на меня с приветливой улыбкой.

— О! Ты в порядке? — задала вопрос розовая девочка, выкинув мишку в сторону.

Мишка приземлился рядом с кучей других плюшевых мишек, лежащих у стенки комнаты. Кстати, все мишки были белыми.

В тот момент, когда голос Ран раздался в моей голове, я кое-что понял. Мои счастливые летние каникулы закончились. Только в этот раз убивать будут не меня. Это существо (хотелось бы дать ему имя, но у меня не было идей для имени) могло напасть на любого человека в городе.

Его надо было уничтожить до того момента, когда оно совершит убийство, иначе весь город опустится в мрак.

Я вскочил с кровати. Ран удивилась моему внезапному приливу сил.

— Значит, в порядке, — кивнула розовая девочка.

— Спасибо за помощь! Но мне срочно надо поговорить с одним человеком! — произнес я и выбежал из комнаты, оставив Ран в одиночестве.

Розовая девочка пожала плечами и вернулась к своим белоснежным мишкам.

А я выбежал из ее дома. Когда речь заходит про монстров, то я знаю человека, который знает о них. Точнее, он и не человек, ведь он монстр. Будучи монстром, Хакаи должен куда лучше понимать других монстров. Так что я хотел получить совета от него.

Я думаю, что никому бы не понравилось спать на кусках раздробленной крыши в разваливающимся и гниющем доме. Но Хакаи спокойно спал в таких условиях. От вида того, как этот бедняга ютится под открытым небом в том старом доме, я даже начинал хоть пустить его к себе домой… Но сразу же отказывался, потому что Хакаи не тот человек, которого я бы осмелился пустить домой. Спасибо, монстров в доме не желаю.

Я добежал до дома и свалился на землю, едва успев выставить вперед себя руки. Я добежал до этого дома через весь город за двадцать минут. Моё сердце бешено стучало, ноги болели, а воздух исчез из легких. Я стоял на четвереньках перед этим домом и кашлял, стараясь отдышаться.

Страшно. Страшно. Страшно. Страшно.

Стоило только остановиться, как в голове сразу же появлялся образ монстра с телом девочки, которое качалось из стороны в сторону. А также я вспоминал боль от разорванной ладони.

— Хакаи! — крикнул я, заходя в дом через отверстие в стене, едва передвигая ногами.

Хакаи мирно спал на гниющем полу.

Ну что за бедняга.

— Вставай! — сказал я после тяжело вздоха и легонько пнул Хакаи в бок.

Двойник мгновенно открыл глаза. Он пялился в ясное небо, его брови недовольно приподнялись.

— Не мешай спать, а… — сказал двойник так, словно он проснулся уже давно. — Я так наслаждался звуками горного леса, но тут явился ты, мерзавец.

Кто бы говорил…

— Да я бы к тебе и не являлся, но тут ситуация ужасная! — я не мог говорить спокойно.

Хакаи приподнялся на локти и присел, посмотрев на меня. Он смотрел на мое запотевшее лицо (наверняка оно еще и было красным, но я не знал), а также на помятую одежду (я застегнул свою кофту, так что разорванной майки под ней не было видно). А еще он обратил внимание на мою забинтованную руку. Кивнув, двойник понял, что всё плохо.

— Во что ты уже успел вляпаться? — спросил он, но, не дождавшись моего ответа, продолжил: — Кто на этот раз? Дай угадаю… Внезапно в Японию явилась ведьма в компании с огромным металлическим человекоподобным ящером, и теперь эта компания угрожает тебе?

Мой двойник нес чушь.

— А существуют еще и ведьмы? — Я и правда ничего не знал про ту сторону мира, где обитают монстры.

— Я не знаю, но… — Он пожал плечами. — А почему бы не существовать ведьмам в таком мире, как наш? Так давай, что там у тебя? Можешь сесть, не надо стоять.

Я уселся напротив своего двойника, а после пересказал ему всё случившееся со мной вчера. Я упускал детали, говорил сбивчиво, но Хакаи, кажется, понял всё случившееся и кивнул.

— Что ты думаешь об этом? Кто это существо? — спросил у него я, все еще не отдышавшийся. Кажется, я паникую.

— Да я откуда знаю? — Хакаи откинул голову назад. — Я рад, что ты считаешь меня каким-то экспертом в монстрах, но я и правда ничего не знаю о монстрах. Если ты не видел монстров ранее, то и твоя копия их не видела. У нас только пару месяцев разных воспоминаний, а за это время я монстров не видел. — Он указал на меня пальцем, все еще смотря в небо. Его палец удлинился. — Но с другой стороны, ты же теперь крутой. Встретил монстра! Обскакал меня, получается.

Я не видел смысла радоваться тому, что обскакал своего двойника тем, что чуть не умер. Нет уж, спасибо.

— Ты прям ничего не знаешь? — спросил я уставшим голосом.

— Не-а… — Палец Хакаи устремился ко мне, а, так как мы сидели рядом, то он коснулся меня. — Странно же, что монстр не разбирается в монстрах, да? Эх, похоже, что это мой предел. А я хотел тебя обвить пальцем… — После этого палец пополз обратно, вернувшись в исходное положение.

— Ты сейчас делаешь то же самое, что делал тот монстр… Он тоже удлинил палец… — Я почесал подбородок.

— Кто знает, может мы представители одного вида? — Хакаи наконец-то сел прямо.

— А у монстров есть классификация по видам?

— Пока монстров не изучают официально, я могу творить всё, что хочу. Почему похожие монстры не могут считаться представителями одного вида? Мне кажется, что это облегчит выявление и устранение угрозы… К слову, я из себя не представляю красную жижу. Технически, я вообще не монстр, а способность, так что не думаю, что корректно звать меня монстром…

— Ты монстр не только потому, что ты не человек, — хмуро ответил ему я, вспоминая всё, что творил этот доппельгангер в прошлом.

— Судя по твоим словам, это существо умело говорить, да? И что же оно говорило?

— Мм… Честно говоря, я не особо запомнил. Я истекал кровью, уж прости. Но монстр говорил односложными предложениями… Да и говорил бред какой-то, если честно.

— Хм… — задумался Хакаи. — Красная жижа… Нет, мне это все равно ничего не дает…

Внезапно Хакаи поднялся. Практически вскочил, устремив руки в небо. Я удивленно уставился на него. На лице моего двойника выросла ужасающая улыбка.

— Я хочу поймать этого монстра и посмотреть на него, не хочешь прогуляться со мной? Считай, что ты открываешь рут своего двойника, — хмыкнул двойник.

— Как ты собираешься ловить этого монстра?

С одной стороны, Хакаи монстр, пределов регенерации которого я не знал… А с другой стороны, тот монстр был слишком опасен, да и он бы не стал церемониться. Интересно, он пожирает жертв, поглощая их в красную массу? Фу.

— Ну, ты же сам говорил, что хочешь остановить монстра… В любом случае придется его найти, так что лучше сделать это сразу, — сказал Хакаи.

— Но… — я пытался возразить, но не нашел, что сказать.

— Если мы поймаем монстра, то сможем понять его строение, а также слабости, сам подумай. У любого монстра есть слабость, которая позволит его уничтожить, так что нам стоит узнать эту слабость. К тому же, если мы схватим монстра, то он не сможет никому навредить в городе, а ты же не хочешь жертв?

— Да, — я выдохнул и кивнул. — Ты прав. Но где нам его искать?

— Вот в этом и проблема… Я не знаю, — честно признался Хакаи, склонив голову. — Я думаю, что оно не в городе, потому что иначе его бы уже обнаружили, но… Я думаю, что существует и более плохой вариант. Но о нем лучше не думать, так что пошли скорее! — сказав это, он радостно зашагал прочь из дома, размахивая руками и целеустремленно смотря вперед.

— Какой еще плохой вариант? — крикнул ему вслед я, хотя и смутно осознавал этот вариант.

Вариант, что монстр до конца стал человеком.

Разумеется, мне бы не хотелось, чтобы монстр влился в жизнь города. В городе уже был один монстр, так что ему хватило бы.

— Быстрее за мной! — крикнул Хакаи.

Я поднялся, отряхнул колени от пыли и мелких камней, а потом шагнул за Хакаи.

Руки. Руки — это руки. У человека есть руки. Руки — держать. Что держать? Предметы. Принято. Руки нужны, чтобы держать предметы. Ноги — это ноги. Ногами люди ходят. Ходить — переставлять ноги и двигаться. Нога вперед, нога назад. Нога вперед и нога назад. Это ходить. Ходить — двигаться. Не ползать, как раньше.

Я могу ходить. Я — человек?

Я не ползаю. Я хожу. У меня есть руки. Я могу держать. Теперь я человек? У меня есть голова. Волосы. Я могу думать. Я рассуждаю. Сейчас я думаю. Я человек? У меня есть одежда — черная, как волосы черных волос. Черная одежда.

Я человек?

Я как все люди. Значит я человек.

Я выгляжу, как люди. Тогда я человек?

Впереди свет. Свет над городом. Город — место, где живут люди. Город — это красивое место. Свет солнца. Как глаза черных волос. Я в городе. Свет — это день.

Я в городе. Днем, а не ночью, как обычно.

Если кому-то интересно, то я был одет в черную кофту.

Первоначально планировалось, что после разговора с Хакаи я зайду домой и переодену свою разорванную майку, но Хакаи так резво повел меня за собой, что у меня и не осталось времени, чтобы переодеться. Когда твоей голой кожи касается ткань кофты, то тебе становится неприятно.

Мы выходили из леса и шли к городу по тропе. Хакаи шел впереди меня, а я плелся следом. У меня не было телефона, чтобы послать сообщения Марии или кому-то еще, так что я просто молча думал о всяком, что не касалось монстра. Думать о монстре звучало самоубийством.

Я хотел зайти к Марии по пути, чтобы рассказать ей о случившемся (и, возможно, попросить о помощи), но я не был уверен, что мы с Хакаи будем проходить рядом с ее домом.

— Это существо… Что оно говорило. Повтори еще раз, — потребовал Хакаи своим холодным голосом.

— Э… — я пытался вспомнить слова монстра. — Оно точно описывало мою внешность. «Черные волосы и глаза цвета солнца», вроде как так.

— Глаза цвета солнца? — спросил Хакаи с усмешкой. — А немного ли пафоса для простых желтых глаз?

— Точнее, оно говорило: «Глаза. Солнце», — я поправил себя.

— Значит, оно обладает низким интеллектом? Я удивлен. Я был уверен, что монстры в основном неразумные, а существа с интеллектом среди них — редкость. Хотя, у меня и не было оснований для этого…

Рядом с нами проехала какая-то машина.

Кстати, на улице всё еще было жарко. А может монстр сам расплавится от жары?

— На самом деле… — говорил Хакаи. — Это страшно. Я напуган.

— Точно? — Я недоверчиво взглянул на Хакаи.

— Да. Если монстр имеет интеллект, то он для нас опасен… Неразумного монстра можно загнать в угол, а разумный может превратить охоту на него в охоту на нас… В прочем, судя по твоему описанию, этот монстр был настолько большим, что оно вряд ли бы смогло что-то нам сделать…

Я вздохнул.

Прямо сейчас мы отправлялись на охоту за существом, которое могло находится вообще везде в городе. Оно могло уйти в лес. Оно могло покинуть город. И, честно говоря, я надеялся на последнее, пусть и не до конца верил в такую возможность.

Мы шли дальше и вскоре оказались в городе.

— Ты в прошлый раз видел монстра на дороге у границы леса рядом с уличкой магазинчиков? А после уже ты пошел в дом своей подружки? — уточнил Хакаи.

— Да, — кивнул я. — Но ты же не надеешься, что монстр остался где-то в округе? Или ты надеешься, что монстр протянет за собой след из красной жижи? Единственное красное там — капли моей крови, не более.

— Я просто уточнил, а ты бесишься, — он вздохнул.

— Конечно, я ужасно зол, — абсолютно спокойно ответил я. — И у тебя есть план?

— Не-а, — Хакаи пожал плечами, — вообще никакого. Я понял это, только когда пошел ловить монстра. У нас ноль зацепок, так что нам остается лишь надеяться на удачу. В конце концов, ты тоже часто выживал благодаря удаче, да?

— Моя удача заключалась не в том, что я абсолютно случайно в городе найду нужного мне человека, — ответил я.

— Кто знает, вдруг твоя удача воскреснет в теле твоего двойника и превратится именно в удачу на нахождение нужного человека? — Он повернулся ко мне.

Ну нет, это уже было полностью бредово.

— Если мы предположим, что монстр окончательно превратился в человека, то мы его и вовсе не найдем… — рассуждал я, смотря на асфальт. — С другой стороны, если бы монстр оставался в виде полу-девочки, полу-жижи, то на него наверняка бы обратили внимание, а город слишком спокоен… Либо оно стало человеком, либо свалило в горы, верно?

— В целом, ты прав.

— Тогда, мы должны найти ученицу школы в городе, где школьники на каждом шагу?

Это было еще хуже, чем пытаться найти иглу в стоге сена.

Мой идиотизм передался моему двойнику. Терра Сонне, ты мог копировать только хорошие качества?

Ветер. Ветер холодный. Но солнце жаркое. Холод и жара. Холод холодный, а жара жаркая. Холод и жара уничтожают друг друга. Но ветер все еще холодный. А солнце все еще жалкое. Почему они не уничтожают друг друга.

Я стою перед деревом. Деревья красивые, я это знаю. Я люблю деревья. Тут много деревьев. Это лес. Но почему там сверху табличка? А почему тут ворота? Табличка. На ней что-то написано. Но текст стерся. Почему табличку не заменят. Людям она не нравится? Почему они ее не заменили? Я хочу заменить её. Мне жаль табличку. Табличка старая. Люди ненавидят таблички? Но я не хочу ненавидеть таблички. Тогда я не человек? Но я точно человек. Тогда я должна ненавидеть таблички. Плохая табличка. Ненавижу тебя. Умри, табличка. Ты никому не нужна.

Бедная табличка. Прости. Я не хочу, чтобы ты обиделась.

— Как насчет школы Хошино? — спросил Хакаи.

Мы практически сдались. Найти монстра представлялось невозможным, да и я устал (насчет Хакаи я не знал, а может ли он вообще устать?), поэтому мы вдвоем решили совместить поиски и отдых: мы продолжаем бродить по городу, но максимально стараемся расслабится, а не то я умру быстрее, чем мы встретим монстра. Ну а после мы начали спорить о том, куда нам идти.

— Никого сейчас туда не пустят, она закрыта, — ответил ему я.

Прямо сейчас мы качались на качелях неподалеку от улицы магазинчиков и обсуждали дальнейшую цель.

— А тем более не пустят тебя, ты же даже не ученик, — продолжал я.

— Да ладно? Они всех учеников помнят? Разве нельзя просто назваться чужим именем и пройти? — ныл Хакаи, склонив голову.

— Можешь рискнуть, но я тебе не советую. Ради твоей же безопасности. У нас в школе есть охранник, если что.

— Спасибо, ты меня напугал, — отозвался Хакаи.

Качели были расположены рядом, так что и мы находились практически впритык друг к другу. Где-то вдали бегали маленькие дети, так что их крики звучали вдали. Солнце скрылось за облаками, так что перестало так неистово светить, а подувший холодный ветерок приятно охлаждал уставшее тело. Можно сказать, что погода наконец-то вернулась в норму.

— Значит, Хошино мы вычитаем из списка мест? Тогда что остается… — Хакаи задумался.

— Может на улочку магазинов? Как раз проверишь деда, у которого работаешь. Кстати, а чего ты не работаешь?

— «Мальчик, отдохни ты, у тебя летние каникулы, а ты тут работаешь днями». Он так сказал, — ответил Хакаи, имитируя старческий голос. — Ну, я думаю, что на улочке магазинов и правда будет полно народу, нам стоит сходить туда.

— Значит… — Я уже приготовился вставать.

— Нет, еще минуточку, — ответил двойник и начал раскачиваться. — Мне нравится качаться на качелях.

— Ладно, тогда я пойду первым, а ты догоняй, — ответил я и встал. Потом повернулся к Хакаи и спросил: — Только быстрее, а то вдруг я и правда монстра встречу?

— Конечно, — вздохнул Хакаи.

И я отправился в сторону улочки магазинчиков. Она находилась отсюда в пяти минутах ходьбы, так что вскоре я увидел эти выстроенные в ряд домики с прилавками. Вокруг было полно людей. Силуэты людей окружили прилавки, а также очень сильно шумели, нарушая тишину. И как мне найти тут монстра, а?

Среди силуэтов были как детские, так и взрослые. Родители стояли рядом с детьми, а где-то в стороне находились еще и старшеклассники. О, знакомый силуэт! Яркую Юмэмэ Химено можно было увидеть отовсюду, но я почему-то думал, что она не посещает улочку магазинчиков. В прочем, я не особо сейчас хотел говорить, так что предпочел смотреть на людей со стороны.

Монстр в прошлый раз принял вид ученицы средней школы. Среднеклассниц (или среднеклассников) вокруг магазинчиков не было… Или они просто стояли, сокрытые спинами взрослых. Ну, тут как минимум нет огромной красной жижи. А если монстр изменил облик на взрослого? Я все еще не был уверен в способностях монстра, так что и знать наверняка не мог.

Я прижался спиной к дереву, стоящему неподалеку от магазинчиков и облокотился на него.

Куда бы я пошел, будучи монстром?

Я встретил монстра неподалеку от леса и улочки магазинов. Если мы предположим, что монстр не ушел в лес, а стал человеком, то куда бы он мог прийти? Куда мог пойти монстр, который пытается стать человеком…

Нет, у меня не было идей. Я напряг мозги, но все равно идей не появлялось.

— Вот же блин… — Я выдохнул, все еще смотря на силуэты, медленно расходящиеся от улочки магазинов.

Куда же мог пойти монстр?

А приемлемо ли вообще рассуждать о действиях монстра, будучи человеком? И среди людей были безумцы, ход мыслей которых не понять, а мы говорим о монстре, который нечто иное, а не человек. Монстр мог пойти куда угодно, не руководствуясь логикой…

Библиотека, старшая школа Хошино, парк с стертым названием, средние школы (например, та, в которой учится Рури), торговые центры, ресторан, просто случайный дом, куда оно заявится… Оно могло пойти куда угодно.

Я распахнул глаза от резкого удивления.

— Парк… — едва слышно проговорил я.

Да, парк со стертым названием. Тот парк, куда отсюда было идти десять минут.

Пусть я и не был уверен, но я хотел проверить парк.

Я рванул от улочки магазинов, даже не дождавшись Хакаи, который уже слишком долго качался на качелях. Я бы хотел начать жаловаться, а с другой стороны моему двойнику было всего лишь два с половиной месяца, так что ему прощалось детское поведение.

Этот парк без названия находился на самом краю города и пользовался популярностью только у среднеклассников. А я же как раз охочусь на среднеклассницу? Блин, какая-то неправильная формулировка… Лучше не говорить, чем я занимался, а то меня неправильно поймут.

Я добежал до парка за шесть минут. К тому моменту солнце только находилось в зените. Я посмотрел на небеса, затянутые облаками, через которые пробивалось солнце. Этот день едва успел начаться, а я уже устал, ха-ха.

Табличка со стертым названием нависала над аркой. Я перевел взгляд на нее и пытался восстановить дыхание от такого резкого марафона. И как же все-таки назывался парк? Табличка с названием была настолько старой, что уже начала ржаветь.

Я остановился и пошел вперед, пройдя под аркой и оказавшись в этом тихом и умиротворяющем парке. Раскинувшиеся повсюду высокие деревья скрывали лучи солнца своими кронами, но в парке все еще было ярко, как днем.

Осталось только найти тут кого-то подозрительного… Я начал прокручивать в голове образ девочки, который видел раньше у монстра. Красные, практически бледно-розовые волосы, длинная черная школьная форма… Да, думаю, что по такому описанию я смогу сразу отличить человека и монстра. Если монстр, конечно, не изменил свой облик.

Надеюсь, что он достаточно туп, чтобы не догадаться так сделать.

Я прошел вперед. В парке было слишком тихо для общественного места. Да, он был непопулярен, но даже в самых непопулярных местах можно встретить хоть кого-то. А тут не было никого. Я шел вперед по тропам из камня, осматривая каждый уголок парка. И постепенно я начал чувствовать, что я не найду тут никого. Этот парк пуст. Единственный человек здесь — я, а больше тут нет никого.

Силуэт впереди меня смотрел на деревья.

Силуэт ростом с девочку из средних классов.

Силуэт обернулся.

Это была девочка на вид тринадцати лет, как моя сестра. Ее бледное, как белый лист, лицо казалось каким-то болезненным. Красные глаза с ромбовидными зрачками особо выделялись на бледном лице. А покрывали бледное лицо волосы. Бледно-красные, словно почти розовые, они ниспадали на лоб. Эти волосы опускались до плеч, но… Эти волосы были похожи на округлые комки слизи. Словно та масса, которую представляло из себя это существо. Похожие на слизь волосы падали на черную школьную форму.

У этой девочки была нижняя половина тела. У нее абсолютно точно были ноги, скрытые длинной черной юбкой.

Она смотрела на меня. Её ромбовидные зрачки сверкали.

— Примечание: ты черные волосы. Черные волосы… У черных волос есть имя? — задало вопрос существо.

Я вспомнил этот голос и неосознанно сделал шаг назад. Это был голос того монстра. Теперь сомнений не осталось. Передо мной стоял монстр.

Я хотел что-то ответить, но не знал. А правильно ли я поступил, оставив Хакаи?

— Сомнение: у меня нет имени. Но у черных волос имя быть должно. Люди имеют имена. Черные волосы человек. У него есть имя. Так какое же у тебя имя, черные волосы? Требование: черные волосы, назови свое имя.

Но я все еще не мог ничего сказать. К слову, а разве раньше оно не говорило более односложно?

Девочка начала качать головой, вслед за которой качались и ее волосы.

— У-у-у-у-у-у-у-у, — протянула девочка. — Черные волосы, ты не человек? У тебя нет имени?

Монстр стояла на своих ногах. Стояла на крепкой поверхности. Крепкими ногами.

Монстр стал человеком, да? Ужасно. Пугающе.

— Вопрос: черные волосы не умеет говорить? Странно. Люди должны уметь говорить.

Она сделала шаг.

— Утверждение: черные волосы точно человек. Вопрос: черные волосы не хочет называть свое имя? Почему?

Она сделала еще один шаг, а я начал пятиться назад. Один только вид этой девочки с пустыми глазами и отсутствием эмоций на лице вызывал у меня ужас. Я хотел позвать на помощь, но понял, что это бессмысленно: я же один в этом парке. Если бы Хакаи и смог меня найти, то у него бы это заняло больше десяти минут, как минимум. За это время монстр бы успел меня убить. Значит, оставалось выигрывать время, да?

Я заговорил с монстром.

— Ты… Что ты такое? — спросил я едва слышным голосом.

— Я — человек. У меня есть голова. Волосы. Руки. Ноги. Одежда. Я умею говорить. Я человек, — ответило существо, смотря на меня безжизненными глазами. Кстати, она не моргала. Даже Хакаи моргал. — А ты, черные волосы? Кто ты?

— Я человек, как ты видишь… — ответил я. С моего лба стекал пот. Я сглотнул. — Самый настоящий человек.

— Радость: Ура, черные волосы человек. Ура, — монстр начал хлопать. — Ура. Ура. Ура. Ура. Ура. Мне радостно за черные волосы. Раз так, то у черных волос должно быть и имя? Раз черные волосы человек. Назови мне имя, черные волосы.

— Хакаи Иши, — ответил я первое, что пришло на голову.

Ну в самом деле, кто раскроет свое имя монстру? Пусть за все отдувается Хакаи.

— Хакаи. Иши. Хакаи Иши, — монстр склонил голову. — Хакаи Иши — это одно имя?

— Хакаи имя, а Иши — фамилия, — ответил я.

— Фамилия. Вопрос: что такое фамилия. Я знаю только имя. Но не знаю, что такое фамилия.

— Фамилия… — я хотел ответить, но не стал. — Ладно-ладно. Раз ты человек, то и имя у тебя есть? А то называть тебя просто девочкой начинает раздражать.

— Ответ: имени нет. У меня нет имени. Грусть: я грущу. Мне грустно, — ответил безымянный монстр. — Имя — важная часть человека. Человек — это имя, или имя — это человек? — Я хотел ответить, но монстр перебил: — Имя важная деталь в становлении человека. Получить имя — стать человеком. Все просто. Но у меня нет имени. Я человек. Но без имени. Заключение: без имени я не человек. Просьба: Хакаи, придумай мне имя. С именем я стану человеком. Да.

Слишком много монстров за последние пару месяцев просят меня придумать им имя… Справедливости ради, Хакаи имя придумал себе сам.

Я выпрямился. И какое имя я должен придумать монстру? А если я отмолчусь, то монстр разозлится и нападет, да? Вчера вечером, когда я спросил про имя, у монстра случился прям припадок гнева. Лучше что-то быстро придумать…

Я не успел даже подумать, как сразу выдал имя:

— Хоуко.

Монстр захлопал.

— Хоуко. Хоуко. Хоуко. Хоуко. Хоуко. Хоуко. Хоуко — имя. Теперь я — Хоуко. Теперь я человек. Ура. Хоуко — хорошее имя.

Ах, прошу прощения.

Захлопал не монстр. Захлопала Хоуко. Теперь у этого монстра есть имя. И дал его ей я. Ну каким образом я постоянно впутываюсь во всякий ужас?

— Хоуко… — сказала Хоуко. — Хоуко — это хорошее имя. Оно мне понравилось. Спасибо, Хакаи Иши.

Я посмотрел на монстра. Его лицо не издавало ничего, но в голосе проступили нотки радости. Она смотрела ровно на меня. Я стряхнул пот со лба. Хакаи, где же ты?

Я посмотрел на девочку. Если так подумать, то она вообще не отличалась от людей. Её главное отличие — волосы, а в остальном она практически идеальный человек по внешности. Кстати, её волосы были такого странного цвета…

Словно киноварь.