Слухи в каменной школе и противостояние Сапфира и Граната

1

— Что ты думаешь про «комнату страха»? — спросила девушка передо мной.

Вечно яркая и общительная, Юмэмэ Химено стала на место старосты, чтобы собирать пожелания людей и их идеи к школьному фестивалю. И так получилось, что лидирующем вариантом стала комната страха. Она же комната приведений. Юмэмэ Химено успела опросить уже всех людей из класса за моей спиной, так что я сидел и смиренно ожидал своей очереди. Она успела опросить даже Гишики, с которым она, как сама утверждала, общалась с лета. Ему идея понравилась, если вам интересно.

— Хэ-э-э-эй? — она помахала передо мной руками. — Ты не знаешь, что такое «комната страха»?

— Нет, я просто задумался, — ответил я. — На самом деле мне все равно, что вы будете делать на школьном фестивале, так что можно было и не спрашивать.

— В смысле тебе все равно? — пробурчала Юмэмэ. Её желтые волосы, с кончиков которых исчез зеленый цвет, покачались вслед за движением головы.

— Я не планирую приходить на фестиваль, — ответил я.

Я и правда не хотел приходить на фестиваль. Зная мое умение находить проблемы, то я точно во что-то вляпаюсь на таком большом событии. Лучше отсижусь дома.

— В смысле не пойдешь? Это же такое важное событие! — сказала Юмэмэ.

— Не интересуюсь, — ответил я.

Сколько бы Юмэмэ не пыталась меня убедить в том, что школьный фестиваль важен, но я не сдавался в своем упорстве. Если я сказал, что не хочу идти на школьный фестиваль, то я не пойду на школьный фестиваль.

— Эх, ладно, — вздохнула Юмэмэ. — Раз не хочешь, то не буду вписывать твое имя… Но все-таки… — Она чуть помедлила и протянула мне пару листов бумаги с распечатанными изображениями цветастого постера, на котором говорилось про фестиваль, который устраивает наш класс. Нарисовано ужасно, кстати. — Если захочешь, то приходи. Десятого сентября… Хм, это меньше чем через неделю, да?

Я кивнул. Да, сегодня — пятое сентября. Президент Аоиро поставила всех в невыгодное положение, сообщив о школьном фестивале чуть больше чем за неделю, так что теперь все классы старались выбраться из сложившейся ситуации и в спешке придумать идеи. Президент Аоиро, кажется, была невероятно жестока.

— Эх, ну ладно-ладно, — вздохнула она, передав мне листы. — А я надеялась на твою помощь. Всё-таки, лишние руки никогда не помешают, я права?

— А ты ответственная за фестиваль из нашего класса? — спросил я.

— Ну да. По идее, ответственными должны быть старосты, но у нас же нет старосты, — объясняла Юмэмэ. — Раз нашим старостой был назначен наш классный руководитель, то и он должен был всем заниматься, но я решила взять всё на себя. Так что на время я могу считаться старостой, круть?

— Ага, — я кивнул.

Жизнерадостная девушка удалилась дальше по классу со своими опросниками, а я остался совершенно спокоен, будучи уверенным, что не пойду на фестиваль.

На фестиваль я пошел.

2

— А ты слышал про призрака в кабинете литературного клуба? — спросила девушка, сидящая передо мной в кресле. — Это популярная нынче байка про наш клуб.

— Я не особо разбираюсь в школьных слухах… — неуверенно ответил я.

Девушка передо мной — Ямами Ито, представительница литературного клуба. Девушка в небольших очках, которые не скрывали розовые глаза, а также с необычного цвета красными волосами. Короткими, но собранными в хвостик на левом боку. Она одевалась в форму школы, но надевала поверх рубашки красный свитер. Кажется, она была второгодкой.

Мы находились в кабинете литературного клуба одни. Клуб был изысканно обставлен: диван, мягкое кресло, несколько стеклянных столиков, желто-зеленые обои с узорами, а также огромный шкаф, занимающий всю стену. Страшно представить сколько книг стояло на этом шкафу, ведь он был уставлен книгами полностью.

Ямами как раз читала одну из книг. Эм… Кажется, это «Исэ-моногатари». Думаю, ей нравится.

Как я оказался в кабинете литературного клуба? Оказалось, что Мария вступила в этот клуб, так как у них оказалось свободное место после ухода одного из участника. Сама оранжевая девочка говорила, что просто захотела почитать книжек. Я решил поговорить с ней и узнал о том, что она почти все свободное школьное время проводит в этом кабинете, так что зашел сюда. Но тут оказалась только Ямами Ито, предложившая подождать Марию в кабинете. Я сел напротив. Ямами предложила чай, но я отказался. Так что какое-то время я молча сидел и ждал, наблюдая как Ямами проглатывает страницу за страницей и перелистывает листы книги. А потом Ямами начала диалог, пусть голос ее и звучал неуверенно.

— Вот оно как… А я и не ожидала, что остались люди, которые не знают про этого призрака, — спокойным голосом произнесла Ямами, перелистнув еще одну страницу. — А? — Она наконец-то подняла голову и поняла, что все это время я смотрел на нее с явным удивлением на лице. — Что-то не так?

— Меня интересует ваш хвост… — Я указал на хвост сбоку. Этот хвост был бы максимально обычным, если бы не тот факт, что сверху он заканчивался острыми, словно нож, прядями. Этот хвост никак не подходил образу девочки в очках, которая увлеченно перечитывает страницы «Исэ-моногатари». — Ито, этот хвост…

— Зови меня Ямами, — твердо потребовала девушка передо мной.

— Ямами, этот хвост… Если честно, он выглядит довольно странно, — сказал я. — Вам нравятся подобные острые прически?

— Мне нравится всё острое.

— А? — я переспросил.

— Мне нравится, всё острое. Ножи прекрасны, тебе не кажется? В их лезвиях сокрыта невероятная красота, их металлический блеск наверняка можно назвать самым прекрасным, что вообще есть в мире. Блеск ножей — наверняка подарок от бога. Ох, но блеск ведь есть только у металлических ножей? Но и деревянные, либо ножи из других материалов, они тоже прекрасны. Их форма, острота лезвия, заточенного самыми настоящими мастерами… Да, это воистину прекрасно. А если это деревянный нож, то они обычно не столь остры, но их красота тоже поражает. Чтобы выпилить из дерева форму ножа нужно потратить много сил, да и подвластно такое только настоящим мастерам, спору нет. Трудный, долгий, но очень притягательный процесс. Я и сама занимаюсь подобным. У меня в комнате вся полка засыпана деревянными ножами, которые я сама создала. Конечно, там есть и пробные экземпляры, и самые новые ножи. Понятное дело, что самые первые ножи будут не так прекрасны, как новые, но даже старые я невероятно люблю, пусть их краса и форма не так прекрасна. Были бы у меня возможности, я бы занялась и созданием металлических ножей, но не получается, — Ямами едва вздохнула. — Конечно, такие ножи стоит назвать настоящим произведением искусства, ведь в них прекрасно всё: блеск, форма, острота, длина. Да, они правда прекрасны. А особенно прекрасны изысканные ножи из разных изысканных отелей. Да, их форма также прекрасна, но еще прекрасны узоры, которые вырезаны на таких ножах. Ох, да, они прекрасны. У меня дома есть несколько таких ножей, которые я купила на свои деньги. Я любуюсь ими каждый день. А, ты спрашивал о моем прическе? Разумеется, я люблю острое, так что я решила попробовать показать это в своей прическе.

Я был уничтожен и ошеломлен.

Какое-то время я даже не знал, что ответить, но в итоге сказал тихое «спасибо», а после вновь умолк.

Какие эксцентричные личности мне встречаются, не правда ли?

После этой невероятной речи любительницы ножей Ямами, класс погряз в тишину, которая теперь сделалась неловкой. Я не знал, что говорить, а Ямами, похоже, и вовсе не обращала внимания на тишину, продолжая читать книжку. Я тихо вздохнул.

Любительница ножей, значит? Это звучит слишком хорошо для персонажа, которого я встретил на один диалог. Только не говорите, что она убьет меня своей коллекцией ножей?

— Так что за призрак? — спросил я, чтобы хоть как-то нарушить тишину в классе.

Не подумайте, я в призраков не верил вообще никак. Пусть я и был знаком с двойником, монстром, кучей эсперов, а также с существом, мнящим себя богом, но в призраков я поверить отказывался. Призраки — это же магия, я прав? Не может быть и магии в таком мире, как наш, и я абсолютно серьезен в этом мнении.

— Это довольно популярная нынче история. Я удивлена, что Митоме тебе не рассказывала, — произнесла Ямами, наконец-то закрыв книгу и отложив ее на столик, чтобы начать разговор со мной.

— Как-то не до этого было последние пару дней, — ответил я. — Напряженное начало триместра и все дела, ха-ха…

— В общем, это история о том, что в классе литературного клуба завелось приведение. Все ученики рассказывают о призраке, но все всегда описывают его по-разному. В одном случае призрак — юная младшеклассница в готическом костюме, в другом — высокий мужчина в школьной форме, которая была закреплена в Хошино около тридцати лет назад, а в третьем — девушка, практически старшеклассница, как описывают, которая ходит в белом больничном наряде. Ну, есть еще вариант с просто монстром, монстром в виде клубка шерсти на ножках, а также пару вариантов с другой внешностью.

— Иными словами, все просто придумали себе призрака, верно?

— Да, ты прав. История про призрака — просто байка, популярная среди людей. Но вскоре, я уверена, про нее все позабудут, когда поймут, что это лишь история, не имеющая под собой оснований.

— Ну, кабинет литературного клуба и правда выглядит так, словно тут может жить призрак… — сказал я, еще раз окинув кабинет.

— Да. Но призрака тут нет, — сказала Ямами.

Как я и говорил. Призраков не существует.

А после кабинет погрузился в молчание. Ямами снова принялась читать «Исэ-моногатари», а я скучать, смотря на часы. Тик-так. Тик-так. Я пытался пару раз заговорить с Ямами, но любительница ножей оказалась несгибаема, словно камень. Разговор с Ямами заканчивался так быстро, что это даже разговором сложно было назвать. В итоге я смирился и отстал от Ямами, позволив девушке и дальше читать свою книгу.

Вскоре раздался стук, а дверь приоткрыли.

— Ямами, а у тебя есть «Ворота Расёмон»? — спросила Мария, высунувшаяся из приоткрытой двери.

— Он должен находиться в сборнике с рассказами Акутагавы, — произнесла Ямами, не отрываясь от книги. — Поищи на… — Она остановилась на секунду, а после сразу выдала: — Третья полка в последнем ряду у окна. Там есть сборник Акутагавы, где и есть рассказ «Ворота Расёмон».

— Спасибо! — Мария зашла в кабинет, а после обомлела, увидев меня, сидевшего напротив Ямами. — Ой, Кохей? А ты тут откуда? Решил вступить в литературный клуб?

— Нет, он просто сидит и ждет тебя, — произнесла Ямами быстрее, чем я успел ответить.

— Да, — подтвердил я. — Мне скучно, так что я хотел бы поболтать после уроков.

И это правда была моя цель. Но, кажется, после ошеломительной лекции Ямами я наслушался людей на ближайший день. Даже спорить с Рури желание пропало.

— А я буду занята, скорее всего, — сказала Мария.

Она положила свою сумку на свободное место на диване, а после пошла к указанному месту. Там, чуть порыскав в шкафу, она и правда вытянула сборник Акутагавы. Надеюсь, что там есть нужная ей книга. Взяв книгу в руки, словно победитель, Мария вернулась на место и села рядом со мной и Ямами. Кресла в кабинете были расположены так, что квадратом окружали стеклянный столик. Было место еще для одного человека.

— Ямами, как ты запомнила все книги на полке? — спросила Мария.

— Я их все расставляла, как я могла не запомнить? — ответила Ямами, не особо отрываясь от книги.

Кажется, я ошибся, решив, что Ямами Ито — обычный член литературного клуба. Кажется, она была его главой. Тем человеком, который решил создать клуб, либо же просто получил от прошлого владельца право быть главой. Ямами перелистнула страницу.

— Кстати, Иши, ты можешь взять какую-нибудь книгу, если хочешь, — сказал Ямами. — Обычно я не даю так просто книги, но ты так увлеченно слушал мои бредни, что я не против, чтобы ты взял какую-нибудь книгу. Поверь, в клубе есть много интересных книг. Они практически все традиционные, написанные много столетий назад, но среди них наверняка найдется что-то, что тебя заинтересует. Акимия тоже не любила традиционную литературу, но после пары книжек полюбила.

— Да нет, я люблю такую литературу, — ответил я, а после шепотом обратился к Марии: — Кто такая Акимия?

— Одна из девочек в клубе, — ответила Мария.

— В общем, если хочешь, то бери, — сказала Ямами, вернувшись к чтению книги.

Ха-ха. Ну почему такие сложные люди меня окружают?

Нет, правда. Ямами Ито была очень сложным человеком для общения. Казалось, что ее единственное увлечение — это только книги. Она общалась спокойным голосом, словно не обращала на других людей внимания, а ее речи чаще всего казались оторванными от реальности. С ней было тяжело говорить, и я это понял, когда не сумел завязать диалог. Пожалуй, впервые за долгое время.

В итоге и я взял себе книгу. Какой-то сборник Дадзая Осаму. Я не особо увлеченно вчитывался в происходящее в текстах. Я взял книгу, скорее, чтобы просто не сидеть одному без дела, когда вокруг все такие увлеченные книгами. В итоге я прочитал где-то треть книги, а после Мария наконец-то сказала, что готова идти домой.

Тогда мы и покинули литературный клуб, оставив Ямами Ито читать в одиночестве.

3

— Эта Ямами какая-то пугающая… — честно сознался я в тот момент, когда мы с Марией шли по школьному коридору. — И как же так сложилось, что ты попала в этот литературный кружок?

— Говорю же, услышала, что есть свободное место и подала заявку. Особо даже проблем не было. Это, кажется, было на первое сентября. Сразу после выступления Аоиро.

Мы шли по коридору без цели. Уроки совсем недавно закончились у большей половины школы, так что в коридорах было достаточно шумно, а повсюду толпились люди.

— Кстати, а ты знал, что Ямами довольно популярна? — спросила Мария.

— Я ничего не знаю, — сказал я. — Нашла у кого спросить. Я даже про Аоиро узнал только на ее выступлении, что еще можно говорить, м?

— Да я тоже не особо знала про Ямами до своего вступления в клуб, — произнесла Мария с легкой улыбкой. — Я слышала, что в самом начале учебного года Ямами хотела стать президентом студсовета, так что у нее с Аоиро случилась возня. Я тогда только справлялась с трудностями переезда в Японию, так что мои мысли были точно не в школьных делах. Но, оказывается, что в тот момент Ямами почти смогла одолеть Аоиро на голосовании. Кажется, они закончили в шестьдесят процентов на стороне Аоиро и сорок у Ямами. Конечно, в основном за Ямами голосовали потому что она второгодка. Сам понимаешь, второгодок обычно уважают в школах.

— Получается, что это была битва красного и синего? Я читал о таком, — произнес я.

— Ага, так и получается, хи-хи, — осознав ситуацию, Мария хихикнула. — В общем, как-то так. Я спросила Ямами о том, что она чувствовала, но Ямами ответила, что ей, в общем-то все равно. Она попробовала выступить ради своего интереса и не надеялась на победу.

— Да уж, к удивительной личности ты прибилась. У тебя тоже открылся талант находить себе проблемы?

— Нет, Ямами хорошая, — ответила Мария. — В отличии от всяких… «Проблем», которых ты находишь.

Я вздохнул. И правда. Пусть и странная, но эта любительница ножей точно не была плохим человеком.

Мы прошли еще чуть вперед. Впереди оказалась толпа школьников, которые что-то оживленно обсуждали.

— Ты слышал? — спросил один парень с короткой прической.

— О чем я должен был слышать, м? — спросил другой парень в белой рубашке.

— О том, что произошло в кабинете рисования! Я думаю, что об этом слышала вообще вся школа!

— Кабинет рисования? Я слышала, что там собирается тот странный клуб рисования. У них могло произойти вообще что угодно, понимаешь? — сказала девушка с косой.

Мы с Марией мгновенно остановились, чтобы послушать диалог. Делать все равно нечего, верно?

— Мой друг был на уроке в этом кабинете, — начал судорожно объяснять парень с короткой прической. — Он сидел неподалеку от шкафа. Там стояла скульптура, но она была максимально неподвижна! Я серьезно! А потом… Она внезапно упала на стул рядом с ним! Чуть ему на голову не упала! Черт, да он бы помереть мог от такого, не?! — Парень повысил голос.

— Ну упала скульптура. Бывает, — произнесла девушка.

— Ага, — поддакивал ей парень в белой рубашке.

— Эта скульптура совсем внезапно упала! Она спокойно стояла… И потом упала! Словно ее скинул кто-то! Помните историю о призраке в кабинете рисования? Я уверен, что этот призрак сменил место деятельности на клуб рисования!

— Ты правда в призраков веришь? — Девушка сложила руки на груди.

— Я точно уверен в том, что призрак поселился в кабинете и скинул эту скульптуру на моего друга!

В конце концов, мы с Марией пошли дальше, оставив кричащего и дрожащего школьника позади.

— Призрак, серьезно? — сказала Мария в воздух.

— Ты тоже в это не веришь? Мне Ямами говорила, что вокруг литературного клуба какой-то слух ходит…

— Да бред это, а не слух, — ответила Мария, не дав мне закончить.

Я кивнул. И правда. Бред.

Ямами Ито уже смогла это научно-популярно доказать.

4

На следующий день, шестого сентября, школа выглядела совсем неспокойной.

— Я видел, что из кабинета компьютерного клуба исчезли диски… Эм, там была коробка для дисков. Когда взялись проверять, то поняли, что диски испарились, а после их нашли в совсем другом кабинете… Кажется, то был клуб каллиграфии.

— Точно, а в клубе каллиграфии пропали несколько картин. Там же были картины с фотографиями особо успешных учеников, которые участвовали в мероприятиях и занимали на них почетные места. Но, когда сегодня утром люди из клуба зашли в кабинет, то поняли, что несколько этих картин пропали. Их смогли отследить только в кабинете рисования.

— А в кабинете рисования куча плакатов оказались беспорядочно раскиданы по полу!

Пока я поднимался в класс, даже пока я просто сидел в классе, я все же слышал всю эту беспорядочную череду слухов. Казалось, что кто-то устроил череду беспорядков почти в каждой клубной комнате. Исключением стали только литературный клуб, а также спортивные клубы. Уж не знаю, кто решил так ужасно пошутить, но я надеюсь, что виновника найдут.

К слову, все ученики снова пришли к выводу, что всё устроил призрак.

5

— Хэ-э-э-э-эй, Кохейчик, — произнесла Юмэмэ Химено с таким лицом, словно она сейчас убьет меня. В том смысле, что она была невероятно зла, но натянула улыбку. — Как дела? Надеюсь, что ты прекрасно проживаешь свою молодость.

— Не надо меня убивать, — сразу же ответил я.

Рядом с Юмэмэ, касаясь ее белых гетр, стояли несколько коробок, доверху усыпанных всяким барахлом.

— Я и не собиралась. — Выражение лица Юмэмэ стало абсолютно спокойным. — Я собиралась тебе поныть, не откажешься послушать?

— А, ага, — кивнул я.

— В общем, оказалось, что подготовка к фестивалю за такие сжатые сроки — это самоубийство. Лучше бы и правда нарядили всех девочек в мейд-костюмы, да спокойно отделались, — она прилегла на парту и выгнулась, зевнув. — Но я решила заниматься этой комнатой страха, ха-ха-ха… Глупая Юмэмэ, да? Ладно, не отвечай. В общем, рук не хватает, так что я решила попросить клуб рисования помочь, и они согласились. Но я — хрупкая гяру, — сказала девушка, которая раньше и правда была такой же загорелой, как гяру, но теперь лицо ее было бледным, а следов загара и не осталось. — Хрупкая гяру, которая сама не сможет донести эти крупные коробки, так что я запрягу тебя в помощники, понял? И не смей отмазываться. Ты все равно не придешь на фестиваль, так хоть помоги мне.

С этими словами она всунула мне тяжелые коробки в руки.

Совершенно внезапно я стал помощником Юмэмэ Химено, пусть совсем того и не ожидал.

Мы отправились в кабинет рисования. Большую часть пути я послушно выслушивал нытье Юмэмэ. Всего коробок было три: две взял я, а самую легкую взяла Юмэмэ. Таким образом мы и прошли большую часть пути по длинным коридорам школы Хошино.

Правда, в какой-то момент Юмэмэ отпала от моей компании. Она встретилась со своими друзьями, так что остановилась пообщаться с ними, попутно скинув третью коробку на меня, попросив пойти в кабинет самому. Позже Юмэмэ пообещала присоединиться. Думаю, не надо говорить, что она не присоединилась в ближайшие полчаса.

В итоге в кабинет рисования я пришел один. У закрытой двери я поставил коробки на пол, облегченно выдохнув, а после открыл дверь.

Я посмотрел на класс. Просторный класс с мощными шкафами, росшими из пола, несколькими большими столами, а также большим пространством, которое освещалось светом из окон. Класс был пуст, а на полу были разбросаны холсты, да листы бумаги с рисунками. Кажется, еще никто не заходил в класс.

Она повернулась.

Длинные оранжевые, почти желтые волосы, развевающееся на ветру. Бледное лицо. Странные ярко-голубые огоньки, парящие над её оранжевыми волосами. А также одежда, в которую она была одета, — традиционное белоснежное японское кимоно с длинными, огромными рукавами, закрывающими руки. Ее ноги были сокрыты кимоно, так что я не был уверен, как они выглядят.

— Мяу? — спросила она, увидев меня.

А после удалилась внутрь стены, пройдя сквозь нее.

Я закрыл дверь и вышел в коридор.

Нет, у меня точно начались галлюцинации.