Видение Янтаря

Обезглавленный камень Том 1.0 Глава 11.0

Ценой за способность чаще всего было что-то очень важное, вы не заметили? Все эсперы, которых я встречал, так или иначе страдали из-за своей силы.

Сэкие Юки, бывшая ранее весьма энергичной девушкой, внезапно стала ледяной на ощупь, из-за чего более не могла активно жить в обществе и решила отгородить себя от людей.

Мария, видящая будущее, тоже страдала от своей способности: просто я не знал как. Она упоминала в нашем разговоре о чем-то грустном, связанном с её силой, но я и не мог предположить, что же это было. Оранжевая девочка была даже загадочнее, чем Ран Ранару, вам не кажется?

К слову о Ран Ранару… Её способность заключалась в том, что она могла забирать боль людей. Естественно, она также испытывала боль, которую забирала, так что эта способность не была обычным исцелением. И взамен Ран получила… Нет, не получила. Здесь это не подходящее слово. Она была проклята, как была проклята и Сэкие.

Ран Ранару перестала испытывать эмоции. Она перестала что-либо чувствовать, что и стало платой за способность исцелять людей. Ужасающая плата, согласитесь?

Мария уже упоминала это, да и я не мог не согласится с ней. Способности эсперов были чем-то смешным на фоне платы, которую они давали взамен. Особенно учитывая, что никто не соглашался на подобный обмен. Подобный обмен просто происходил сам собой, не давая эсперам и шанса на нормальную жизнь.

Интересно, а сколько еще эсперов сходили с ума от боли, причиненной их же способностью, которую они даже не хотели получать? Это было ужасно, так что я предпочел даже не задумываться.

— Давай начнем с важного. Кто такой Терра Сонне, раз уж ты его знаешь? — внезапно начала разговор Мария, после того, как мы все просидели в тишине пару минут. Оранжевая девочка постоянно спасала в таких ситуациях, надо было её как-нибудь поблагодарить.

— Он бог, — ответил Хакаи, выделив слово «бог» интонацией.

— Когда ты говоришь «бог», ты имеешь в виду, что ты поклоняешься ему? — встряла в разговор Сэкие своим тихим голосом. Я тоже хотел задать этот вопрос, но хрустальная девочка обогнала меня.

— Когда я говорю, что он бог, я говорю, что он бог, — ответил Хакаи, не внеся ясности в разговор.

— В каком смысле? — я не выдержал и задал вопрос.

— В том смысле, что он божество, — ответил Хакаи с улыбкой. Кажется, он насладился тем, что вывел меня на вопрос. Ну и гад, а? — Божество, которое правит всем этим городом, если не всем этим округом. Божество. Бог. — Подытожил Хакаи, после чего на руинах заброшенного дома повисла тишина.

А теперь поясняю, что вообще происходит. После школы я взял с собой Сэкие и Марию, чтобы познакомить их с Хакаи. Точнее, знакомил я только Сэкие, потому что Мария до этого уже виделась с моим двойником. Я повел их по краткой тропе, и спустя пару минут мы вышли к руинам дома на склоне горы. Все еще задаюсь вопросом: а кто его вообще построил?

Сэкие удивилась больше нас и стояла, открыв рот от удивления. Да, понимаю. Я и сам сначала удивился, когда впервые увидел этот дом.

К слову, после встречи с Хакаи она словно и не удивилась. Лишь выдала короткое «так вот ты какой» и умолкла. В итоге мы уселись в тишине на первом этаже дома под открытым небом. И именно тогда, спустя пару минут молчания Мария задала вопрос, который привел нас к нынешней ситуации.

Терра Сонне — бог, да?

У меня не было слов. Я просто застыл. Нет, ну Хакаи точно шутил надо мной! Я посмотрел на его лицо, но оно было серьезнее, чем я когда-либо видел. Или он не издевался, кто его знает…

— Бог? — удивилась Сэкие. — Бог, который… Эм… — Да, даже у Сэкие не нашлось слов.

— Бог, который божество, сверхъестественное существо, — ответил Хакаи. — Простите, я мало чего знаю о божествах, — произнес он и кивнул на меня.

Точно. Он же был моей копией с частью моих воспоминаний. И если я чего-то не знал, то и он не мог этого знать. А я как раз не разбирался в божествах. Я просто не верил в них, вот и всё. Даже мои родители, несмотря на приверженность традициям, не верили в богов, так что всю нашу семью можно было назвать неверующими.

— Бог, который правит городом… — повторила Мария. — Я слышала, что у маленьких городов в Японии есть собственные мелкие божества. У этого такой есть?

— Нет. И никогда не было, насколько я знаю, — сразу же ответил я.

Наш город был построен чуть более двухсот лет назад, но за всё это время тут ни разу не закреплялась вера в какого-либо божества. Тогда Терра Сонне и не должен являться богом? Или он странствующее божество?

— Ты еще что-то знаешь про Терра Сонне? — спросил я, посмотрев двойнику в глаза.

— Не-а, — ответил он, пожав плечами. — Ничего, кроме этого. Его личность стерлась из моей памяти, как случается и со всеми остальными. Так что я тут не помощник.

— Бог, который имеет власть создавать клонов… — произнесла Мария. А затем оранжевая девочка наклонилась назад и устремила свою голову в небо. А затем, выдохнув, произнесла: — Ну, раз это бог, то нам только и остается, что сдаться и пойти делать ему подношения.

Я хотел что-то возразить, но не знал, что и говорить. Если противник и правда бог, то нам, простым школьникам, я напоминаю (пусть и с суперсилами), и правда оставалось просто сдаться. Мы были беспомощны в этом деле. Только если внезапно не найдем эспера, который способен убивать богов своей силой. Но я мало верил, что такой найдется хоть где-нибудь, а тем более в нашем городке.

Иначе говоря, мы проиграли, так ничего и не добившись.

— А как ты понял, что должен заменить Кохея? Может это тебе говорил Терра Сонне? — спросила Сэкие.

— Нет, я решил так сам, — решительно ответил Хакаи. — Я же доппельгангер, моя суть — заменять оригиналы людей.

Бог, который сильнее нас в разы… Ну да. Если это существо не врало, то нам и правда оставалось только сдаться. Мы ничего не сможем сделать, так что лучше перестать пытаться. Но так было только если Хакаи не врал. А я ему не верил, как вы можете понять. Это существо было ужасающим лжецом, даже не хуже, чем я. Почему бы он не мог соврать?

Пусть предоставит доказательства, как он говорил мне. Ха.

— Кстати, а когда у нас каникулы? — внезапно спросила Мария.

Я лишь молча пожал плечами. Я не помнил. Я вспоминал о каникулах в тот день, когда нам про них объявляли. По сути для меня жизнь на каникулах и в школе особо не отличалась, так что мне и не было смысла запоминать дату начала каникул. Кстати, а когда они начнутся?

— Если я не ошибаюсь, то еще около двух месяцев, если не все три, — ответила Сэкие. — А что?

Тон беседы сразу сменился. И нынешний тон мне нравился в разы больше разговора о богах.

Если честно, то я смогу поверить в божество только тогда, когда он лично покажется передо мной. Пока я не получу доказательства, я буду считать, что Хакаи наглый лжец. Точнее, я так уже считал. Неудобно получилось.

— Я слышала, что в часе езды отсюда есть пляж… Это правда? — спросила Мария.

— Ну да, наш город находится неподалеку от крупного города у океана, так что… — ответил я. Я неплохо знал географию региона, в котором находился мой родной город. — Да, рядом должны быть пляжи, но, я думаю, что они больше чем в часе езды.

— Хм… Я хотела предложить всем на пляж на летних каникулах… Как японские школьники в аниме.

— Не надо строить свои представления о Японии на одном аниме… — ответил я, недоумевая. Уверен, что, если бы я не положил руки на колени, то Мария бы увидела от меня жест рука-лицо. Поразительное зрелище. — В прочем, идея неплохая, признаю.

Да, было бы неплохо собраться и вместе отдохнуть.

— Хорошая идея, слушай! — вклинилась в диалог Сэкие с энтузиазмом.

А она вообще сможет купаться в воде? По идее же она должна заморозить всю воду вокруг, только коснувшись её? Я ведь прав? Только я не решился спросить. Этот вопрос уже успела задать Мария, так что у меня и не осталось времени его осмыслить.

— Нет, я могу касаться воды, — ответила Сэкие. — Моя способность по неизвестной мне причине не реагирует на воду. Так что я спокойно могу касаться воды. Только нужен купальник закрытый, — завершила она тихой фразой.

— Тогда на летних каникулах отправимся на пляж! — заявила Мария с блеском в глазах.

Только без Хакаи, пожалуйста.

Ну, я был бы рад. Действительно хорошая идея. Еще бы дожить до этих летних каникул…

Ночью пошел дождь.

Довольно редкое событие в наших краях.

Так что мы с Рури сидели в гостиной на диване и смотрели в окно, слушая стуки капель дождя о крышу дома. Кажется, я недооценил дождь, назвав его просто «дождем». Это был настоящий ливень. Капли с ужасающей силой ударяли по крыше, словно пытаясь ее пробить. В какой-то момент я и правда обеспокоился за крышу дома. А вот Рури была спокойна, пусть и несколько раздражена.

— Вот же чертов дождь, а! — причитала она.

— Что случилось? — спросил я, не оборачиваясь.

— Сегодня ко мне должна была прийти Кииро! — Рури вскочила с дивана и принялась ходить вокруг дивана, раздраженно причитая. — Но этот дождь всё испортил! Кииро не смогла до меня добраться, так что я теперь должна гнить тут!

Если бы Кииро и правда пришла, то я бы не выдержал двух среднеклассниц в одном дома, и сбежал бы куда подальше. Я не помнил характера Кииро, но был уверен, что она несносная, потому что такими были почти все ученики средней школы. Источник: я сам был учеником средней школы.

Рури сделала пару оборотов вокруг дивана, а потом уселась, скрестив руки на груди. Я лишь выдохнул.

Я понимал, что завтра весь город будет в лужах, из-за чего мой путь в школу превратится буквально в минное поле. Не хотел и думать о том, как завтра буду добираться до школы…

Главной отличительной особенностью Одзиро Мегуми, кроме ее очков, были, конечно же, её две косы. Но в этот раз она встретилась мне с одной косой, которая доходила почти до талии, столь длинными были ее волосы. Я поражен. Кажется, когда она носила две косички, то визуально её волосы казались меньше.

Уверен, что всем в классе понравится ее новая прическа, раз даже я заценил. Хотя, насколько я мог судить, Мегуми не особо и общалась с классом. По большей части она молчала, а с ней никто и не общался. Каким-то магическим образом я собираю вокруг себя людей, которые ни с кем не общаются. Страшная сила, да?

Одзиро Мегуми встретилась мне, когда я пересекал лужи. После дождя второго мая, все улицы были залиты водой, и только к утру дороги засохли достаточно, чтоб по ним было можно ходить. Так что я, надев ботинки, отправился в школу, максимально стараясь не попадать в лужи. И тогда я встретил Одзиро Мегуми.

Староста класса пересекала лужи неподалеку от школы. Она активно перепрыгивала от сухого куска асфальта к другому куску, минуя лужицы. Если так подумать, то это был первый раз, когда я видел активную сторону Мегуми, потому что она никогда не показывала, как активно перемещалась. Максимум, что я помнил, — бег по ступенькам. И то он длился менее двух секунд.

Мегуми перепрыгнула через еще одну лужицу и приземлилась на сухом месте. Она пригладила юбку и взглянула в мою сторону. Я не видел ее глаз за очками, но, судя по выражению лица, она удивилась. Не ожидала меня тут увидеть? Ну да, я ведь вышел пораньше, потому что переоценил масштаб потопа на улице.

В итоге мы пошли в школу вместе.

— Я слышала, что днем снова пойдет дождь, — произнесла Мегуми себе под нос.

— Это звучит ужасно… — ответил я на слова старосты.

— Боишься, что промокнешь? — спросила она, наконец-то повернув голову на меня.

— Боюсь, что промокнет моя форма, — ответил я.

Если днем пойдет дождь, то я весь промокну. А значит, что промокнет и моя школьная форма, которую бы мне очень не хотелось сушить. Я бы мог заменить свою форму на второй комплект, но он был уничтожен проклятием воздуха полмесяца назад. Шить я не умел, так что и залатать бы не смог. Рури, кстати, тоже не умела шить. А родителям я не особо хотел рассказывать, что моя форма уничтожена.

Так что мне хотелось как можно быстрее добраться до дома, если бы пошел дождь. Может стоило посмотреть прогноз погоды на сегодня и взять зонтик? Хорошая идея, так отныне и буду делать.

— А я всё спросить хотел… — начал я. — Что ты думаешь про Ран Ранару? Которая наша новая одноклассница.

— Мне не надо делать уточнения, я помню всех одноклассников, — произнесла Мегуми.

А потом староста прыгнула, преодолев большую лужу. Она перелетела лужу и бесшумно приземлилась на обе ноги, даже не запачкав свою юбку. Ну а я, обделенный акробатическими талантами старосты, пошел через лужу, стараясь делать меньше шагов. Хорошо, что брызги не попали на брюки.

— Ну а насчет Ранару… — произнесла она, отряхнув юбку. — Вроде бы она нормальная девочка, разве нет? Обычная девочка, довольно активная, вот и всё. А ты сам, что думаешь? Ведь эта девочка выбрала тебя первым человеком, с которым заговорить она заговорит в новом классе. А ты так ужасно отверг её попытки в дружбу, — добавила она более тихим голосом. Но я услышал вообще-то.

— То, что она первой поговорила со мной ничего не значит, — пытался защитить свою честь я. — Я просто был ближайшим соседом по парте, с которым она могла познакомиться. Не более.

Она повернулась на меня и посмотрела на мое лицо с осуждающим взглядом, словно вот-вот что-то предъявит. Я уже приготовился придумывать объяснения, но Мегуми так ничего и не сказала, продолжив идти вперед. Она остановилась и свернула налево. Ах да, мы только что дошли до школы.

Учитывая общую картину, где серое небо, затянутое тучами и не позволяющее солнцу осветить улицы города, соседствовало с залитыми лужами мрачными улицами города, то наша серая школа выглядела пугающе. Какой-то слишком серый вид. Обычно по утрам было гораздо ярче.

Не хотелось об этом думать, но серый вид с самого утра наводил на пугающие мысли. Словно сегодня что-то произойдет. Но я надеялся, что ничего не случится. А если и случится, то пусть случится не со мной. Я все еще хочу спокойно пожить.

Вокруг было тихо. Я полагал, что в такую рань в школе одиноко, но чтоб никого из школьников не было рядом... Это пугало. Мы с Мегуми шли вперед к зданию школы в тишине (которая сопровождалась ее тихими шагами). Молча, не говоря ни слова. Мегуми смотрела в сторону, словно о чем-то думая, но я не хотел отвлекать её от мыслей. Наверное, она точно думает о чем-то важном.

Внезапно ударила молния. Где-то в стороне, но я всё же одернулся от громкого звука. Мегуми, немного ошарашенная от моего громкого крика и рывка в сторону, улыбнулась. Почти уверен, что она сдерживала смех. Я выпрямился и посмотрел в сторону.

А потом хлынул дождь. Еще сильнее, чем вечером прошлого дня. Мы с Мегуми быстро забежали под навес у входа в школу, так что не особо промокли. Разве что пару капель упали на мою форму, но это было не смертельно. А вот Мегуми и вовсе не попала под дождь, так что её форма осталась абсолютно сухой.

Мы прошли внутрь школы. Вместе переобулись в сменную обувь, но шли абсолютно молча. Временами Мегуми поглядывала на меня и вздыхала. Подобное уже начинало настораживать, так что я уже почти решился задать вопрос, о чем она думает, но мне помешал чей-то голос.

— Привет, Кохей! — крикнула девушка с другого конца коридора.

Мы с Мегуми стояли у лестницы. И в тот момент, когда я обернулся посмотреть, кто же кричит, староста быстро пошла по лестнице и скрылась из виду. Странная она какая-то…

Кричащей оказалась Ран Ранару. Её форма изрядно промокла, так что она нацепила поверх свой свитер. Я подошел чуть ближе. Как только она поняла, что мы одни на этаже, то сразу же изменилась в лице. Её радость исчезла, а осталось лишь пустое безразличие.

— Иногда так достает играть эмоции, — причитала она. — Спасибо уж, что раскрыл мою тайну. Из-за этого я могу с тобой вести себя как обычно. Это радует, правда. Я рада.

Я не знал, стоит ли ей верить. Но решил, что поверю. Все-таки приятнее, когда человек говорит, что рад из-за тебя?

— Ты рановато, — произнесла она.

— Думал, что не успею из-за луж, — ответил я. — Но в итоге добрался даже быстрее, чем обычно. А ты всегда так приходишь, или тоже решилась раньше выйти?

— Я живу… — она призадумалась, приподняла подбородок и положила на него пальцы. — Кажется, где-то в тридцати минутах до школы. Но обычно я дохожу за двадцать. Я быстро хожу.

— Тридцать минут, да? — Я мог только горько усмехнуться про себя. — А мне до школы идти около часа.

— И где же ты живешь, раз тебе так долго идти? Мне кажется, что этот городок от края до края можно пройти за сорок минут. Даже прогулочным шагом, — подчеркнула она холодным голосом.

Учитывая, что сейчас на улице было холодно, а за окнами стучали капли дождя, то её голос и правда заставлял меня почувствовать себя замороженным. Почти как тогда, когда меня коснулась Сэкие.

— Я живу слегка за городом, — произнес я.

— В том японском особняке? — спросила она.

— Это не особняк, — слегка раздраженно ответил я.

Мы с Ран пошли вдвоем к лестнице. В тот момент, когда я ответил, мы уже перешагивали через ступеньки, направляясь на второй этаж. Ран шла весьма быстро. Не наврала, она и правда была весьма быстрой. Я старался идти в том же темпе, что и она, но не поспевал за ней.

— А я слышала о особняке, — сказала Ран, повернув голову ко мне, пока стояла на ступеньке выше. — Это местная легенда среди школьников. О том, что в горах есть особняк в японском стиле.

— Этот особняк особняком является только на половину, если не меньше, — ответил я.

Хватит называть его особняком, пожалуйста!

И да, меня правда раздражало, что дом моей семьи называли особняком, тогда как он просто был похож на особняк по стилю строения, а по факту являлся самым обычным большим домом. Понимаю, что это странно, но я просто не мог не злиться.

— Ладно, значит не особняк, — поправила себя Ран. — Но ты же там живешь, да?

— Да, — кивнул я.

— Вот оно как… Я бы хотела посмотреть на то, как этот дом выглядит, — произнесла Ран, закончив подъем по ступенькам. — Надеюсь, там нет пугающих призраков?

— Там есть моя сестра, — ответил я, следуя за Ран.

Она шла вперед, не оборачиваясь. Так что я вел диалог, не видя её выражения лица. Но даже так я знал, что её лицо не выражало никаких эмоций.

— Я вот спросить хотел… — начал я.

— Валяй, — ответила она, оглядевшись по сторонам. Иначе говоря, она знала, о чем я ее спрошу и хотела узнать не будет ли рядом свидетелей. Пугающе.

— Как живется с отсутствием эмоций?

— Просто прекрасно, — мгновенно ответила она. А затем, добавив своему тону детскости, продолжила: — Ран сначала не понимала людских эмоций, но потом, потом она как начала понимать! Так что Ран начала копировать эмоции людей, ня.

— Можешь не кривляться, пожалуйста, — попросил я, глядя на детское поведение Ран. — Мне трудно воспринимать информацию, когда мой собеседник переживает приступ сумасшествия.

— Эх, не ценишь ты Ран, — ответила она детским голосом, но потом вернулась к своему безэмоциональному состоянию. — Я думала, что все знают о психопатах. Есть же куча фильмов про психопатов.

— Вот только в таких фильмах психопаты просто сумасшедшие убийцы. А ты на такую не похожа.

— Правда? — она остановилась. А затем повернулась ко мне. — И почему ты так думаешь?

— Ну, ты не выглядишь, как человек, который сможет кого-то убить, — произнес я.

Ран начала медленно идти в мою сторону.

— Точно? — С каждым словом она делала шаг. — Но ты сам знаешь, что я — человек, не испытывающий эмоций. Такой человек легко может совершить убийство, так что я могу легко стать убийцей. — Она подошла почти вплотную ко мне. А затем наклонилась, чтобы прошептать на ухо: — Когда человек не понимает людей и их боль, то он легко начинает воспринимать их, как декорации, которых можно легко убить. От того он и решается на убийство. — А потом она развернулась и начала идти обратно, не смотря на меня. Её тон сменился на более дружелюбный: — Но я — так уж свезло — понимаю людскую боль, так что вовсе и не желаю никого убивать.

И зачем тогда это было говорить, а? Только зря напугала.

В итоге Ран ушла в сторону класса, а я остался один в коридоре, стоя на месте, словно парализованный. Эта девушка напугала меня так, что по коже пошли мурашки. Я и не думал, что человек может использовать такой леденящий душу голос. Я поморщился, сглотнул ком в горле, а потом начал постепенно идти вперед, едва шагая.

Ран Ранару пугала.

Ударила еще одна молния.

Учитывая, что я шел по почти темному коридору, то мне становилось страшно. Молния пугала своими громкими звуками, но она хотя бы осветила коридор, за что ее можно было бы поблагодарить. Спасибо, молния.

Пугающая речь Ранару, которую я только что прослушал, даже не шелохнувшись, навела на меня жути, а пустая, темная и тихая школа только усилила страх. Я шел перед окнами в сторону своего класса, слушая, как капли дождя атакуют черепицу крыши.

Стук. Стук. Стук.

Громкий звук капель отвлекал от ненужных мыслей, за что им тоже надо было сказать спасибо. Дело в том, что в такой пугающей обстановке я начал думать не о том. Моя паранойя внезапно проснулась, и я вспомнил, что некто в будущем отрубит мою голову. И я очень не хотел, чтобы этот кто-то встретился со мной прямо сейчас.

Пустая школа, где нет никого, кроме теней деревьев во дворе, которые ложатся на стены, была идеальным местом для убийства. Но я предпочел заткнуть свою паранойю и двигаться вперед быстрым шагом. Мне осталась всего минута, чтобы дойти до кабинета, но эта минута оказалась самой мучительной за весь май.

Подумать о чем-то другом… А о чем? Единственное, что мне сейчас приходит в голову, — зловещие слова Ран. Ведь она и правда могла легко совершить убийство, раз не могла испытывать эмоции. Эта розовая девочка пугала. Может понизить её до «злой девочки» или это уже будет оскорблением?

В итоге я ускорил шаг, почти побежал. Будь тут дежурный, то он бы пожаловался на меня, но в этом коридоре не было никого, кроме меня и теней на стенах. Поэтому я мог спокойно побежать. И поэтому я побежал.

В итоге я добрался до класса за пару секунд, схватился за края двери и вошел в кабинет. Мегуми в кабинете не было. А Ран Ранару уже сидела за своей партой, которая находилась за моей спиной. За моей спиной, да? Звучало так, словно она сможет отрубить мне голову из-за спины.

Так, нет. Надо срочно подумать о чем-то не пугающем, иначе я сойду с ума. Приятное, приятное… Хм, а Хакаи очень смешно бы смотрелся в фартуке, который носила продавщица с одного магазина на магазинной улочке. Лучше бы он пошел работать туда, я бы посмеялся. Нет, это правда была веселая картина. Настолько, что я даже тихо усмехнулся, из-за чего Ран обратила на меня внимания, но ничего не сказала.

Я зашел в освещенный класс, вырвавшись из темноты школьных коридоров.

— Хм, а когда придет кто-нибудь? — внезапно спросила Ран, когда я уже подходил к своей парте.

Я повесил рюкзак на крючок, сел на стул, вздохнул, а потом повернулся к Ран. Розовая девочка сидела с карандашом в руках.

— Мы пришли слишком рано, — произнес я, посмотрев на карандаш в руках Ран.

А затем перевел взгляд на парту, за которой должна была сидеть Мегуми. Скорее всего староста открыла кабинет и вышла из класса по каким-то своим делам. Как я слышал, старост ужасно напрягали, так что ее загруженность не казалась чем-то необычным. Было даже грустно за эту девушку, которая целыми днями пахала на школу. Наверняка это мешало обычной жизни обычных школьниц, к которой, например, стремилась розовая девочка.

До начала уроков было еще около двадцати минут, а мы пока были единственными в классе. Так что я должен был сидеть наедине с Ран на протяжении еще где-то десять минут, пока в классе не появится хоть кто-то. Ран пугала, но я подумал, что она вряд ли что-либо решит сделать. Точнее, я на это понадеялся.

Если я буду продолжать называть Ран пугающей, то у меня заберут право на слово «пугающий» (и его производные), но я не мог обойтись без такого прекрасного слова, как «пугающий».

Ран Ранару была пугающе дружелюбной, если честно. Когда в класс начали приходить люди, то она, до этого сидевшая молча, сразу начала активничать, приняв роль активной и дружелюбной девочки, которая фанатеет по аниме и любит розовые милые штучки. Она накинулась на бедного Горо (один из моих одноклассников, который был весьма хорош в спорте) с расспросами, да так, что бедному парню только и оставалось, что потирать свою короткую колючую прическу от недоумения.

Ну а потом, когда вокруг собралось еще больше людей, то Ран и вовсе включила небывалый уровень дружелюбности.

— Я так хотела погулять с вами всеми, но этот дождь всё испортил, — жалобно произнесла она, повернувшись к собравшимися в классе людьми. Я сидел спиной к ней, так что слушал ее громкий голос.

Судя по всему, мои одноклассники и правда верили в игру Ран.

— Да ладно тебе, — успокаивал ее вышеупомянутый Горо. — Если захочешь, то мы можем все вместе потусить в другой день.

Примерно такие же слова произнесли и прочие люди, которые собрались в классе.

— Спасибо вам, вы такие добрые! — произнесла она, включив режим милашки.

Хм, а может быть эти ребята просто купились на ее образ милашки? Я и тоже сначала думал, что она просто милашка. Да, роль милой девочки Ран отыгрывала на все сто, в этом ее даже нельзя было упрекнуть.

В любом случае, я был рад за Ран. Она хотела жизни обычной школьницы, которая тусит со своими друзьями и одноклассниками, — она получила себе такую жизнь. Вокруг нее собралась целая орава людей, с которыми она общалась, изображая заинтересованность. А может она и правда была заинтересована. Я не знал, когда эта девочка играет, а когда нет. В этом плане общаться с Ран было тяжело, потому что ее словам и действиям не хотелось верить. Но мои одноклассники ничего о Ран не знали, так что общались с ней вполне нормально.

Интересно, а с Гишики они так бы общались? Но это только мысли, не более.

Наверное, когда пройдет время, то весь класс остынет со своим интересом к Ран, а вокруг нее останется небольшой (а может быть и гигантский, кто его знает) круг друзей, с которыми она и будет в дальнейшем общаться. Но это покажет только время, так что сейчас не нужно ничего загадывать.

Кстати, весь день Ран Ранару на переменах была окружена кучей людей. Так что она была весьма популярной, пусть я раньше этого не замечал.

А так как Ран сидела за моей спиной, то куча людей столпилась прям у меня под боком. И они очень сильно шумели, мешая мне погружаться в мои пессимистичные мысли. Некоторые даже не замечали меня, но я их прекрасно понимал, учитывая, что я сам в первые дни апреля решил не общаться со всеми.

Я поднялся из-за парты и пошел в коридор, потому что уже не мог выдерживать шума. Когда за твоей спиной болтают десять взрослых (и очень громких) школьников, то тебе станет неприятно в любом случае. Поэтому я вышел из класса. Перемена все равно длинная, так что у меня много времени на то, чтобы просто пройтись по коридорам школы.

На удивление в коридорах почти не было людей, так что тишину нарушали только капли дождя за окном. Этот чертов ливень не останавливался. После школы я точно попаду под дождь и полностью промокну. Почему вообще дождь пошел в это время? Через месяц начнется жаркое лето, а сейчас дождь, словно на улице осень. А может быть в этом вина эспера, а?

Конечно, это была шутка, но почему бы и нет? У эсперов наверняка есть такие способности.

Я прошел вперед по коридору. Он был освещен тусклыми лампами, но это уже выглядело лучше, чем утренняя тьма в коридоре. Первоначально я хотел встретиться с Марией и Сэкие на крыше, чтобы о чем-нибудь поболтать (у меня даже не было идей о чем), но дождь испортил все планы. Кто же знал, что он пойдет днем.

А может пройтись и найти класс, где учится Мария? А может туда, где сидит Сэкие? Да вряд ли я их найду, школа ведь огромная… Так что я решил просто продолжить бесцельные блуждания. Шел вперед без цели. Хотел о чем-то подумать, да только в голову ничего не пришло, мысли просто испарились. Моя голова была пуста.

Я остановился и посмотрел на стадион на заднем дворе школы. Всё было в воде, всё затоплено. Меланхоличная картина. Не нравилось мне такое. Но я все же удержал свой взгляд, положил руки на подоконник и пристально осматривал мокрый асфальт, словно пытаясь там что-то найти. Мимо меня точно прошли пару школьников, которые весело о чем-то болтали, но я не уловил сути разговора.

После школы я побежал домой, даже не обращая внимания на то, что вступаю в лужи. Ливень пошел с такой силой, что становилось немного больно от ударов капель по спине. Я чувствовал холод, чувствовал, как мои волосы намокают и начинают лезть в глаза, заграждая обзор. Благо я знал дорогу до дома наизусть, так что мне и не приходилось особо полагаться на зрение, но я все равно убирал волосы с глаз и вытирал капли дождя, которые стекали по лицу. Моя форма промокла настолько, что начала прилипать к телу. Ужасное ощущение.

Я сделал прыжок и приземлился посреди лужи. Бульк. Капли воды залили собой мои брюки, но я уже и не переживал. Вся моя форма была мокрой, так что пару капель не спасут ситуацию.

Еще один прыжок. Я приземлился на краю лужи. Мой рюкзак чуть не слетел с плеч, но я смог ухватиться за его лямки. Решил, что будет лучше прижать рюкзак к своей груди и скрыть его от воды, так что так и сделал. Остальной путь бежал вот так, сжимая рюкзак.

А дождь только усиливался.

Если обычно мне нужно было пройтись до дома около часа, то в этот день я добежал за полчаса. Под конец пути (после еще одного прыжка) дыхание начало сбиваться, так что я чуть не поскользнулся на луже. Чуть не улетел спиной в лужу, но смог сохранить равновесие и выгнулся вперед. А потом тяжело отдышался.

Остался только подъем в гору, но у меня уже не было сил бежать. Я не ожидал, что в самый обычный день мне придется пережить столько экшена. В следующий раз я возьму зонтик.

В итоге домой я пришел мокрый настолько, что вода стекала с моей формы. Рури встретила меня на входе в гостиную. Эта маленькая девчонка, только вернувшаяся со школы, держала в руках зонтик. Ха. Ха. Раз моя сестра додумалась взять зонтик, то я точно был глуп.

— Ну что, как тебе дождик? — спросила она, натянув на лицо улыбку. Ехидную улыбку.

— Просто прекрасно, — раздраженно ответил я, снимая рубашку и кидая ее в сторону. Мокрая ткань приземлилась в угол комнаты.

— Чего же ты не взял зонтик, а? — улыбалась она. Эта девочка просто издевалась надо мной. Ну ничего, у меня в комнате в заложниках ее манга лежит…

— Затупил немного, — ответил я.

В общем, спустя пару минут я уже стоял в домашней одежде, полностью сухой. Быстро у меня получилось, ничего не скажешь. За процессом моей борьбы с водой наблюдала Рури, сидящая на диване и хихикающая. А я лишь тяжело дышал после каждого её «хи-хи». В итоге я уселся рядом с ней на диван.

— В следующий раз бери зонтик, — подытожила сестра.

— Я уже понял. — Я скрестил руки на груди и прикрыл глаза. — Могла бы не напоминать.

— А как день прошел в школе? — поинтересовалась Рури.

— Нормально. Если не учесть, что мне угрожали убийством. — Я говорил о Ран. Пусть и немного преувеличил, но в общем я довольно хорошо передал суть нашего утреннего диалога.

— Какая же у тебя интересная жизнь, братец, я завидую, — улыбнулась Рури.

Лучше бы не завидовала. Ее же не пытался убить ее двойник, а кто-то не строит планы по её обезглавливанию. У этой девочка была очень даже спокойная жизнь на моем фоне.

Я откинулся на диване. Хотелось отдохнуть после такого внезапного марафона. Я прикрыл глаза.

Я открыл глаза. А потом поднялся и оказался в сидячем положении. Мои волосы слиплись, глаза закрывались. На мне лежало одеяло.

Я уснул на диване в гостиной. И, похоже, я проспал до самого вечера, потому что за окном уже было темно, а свет в гостиной горел желтым. Я почесал затылок. Вот же угораздило меня уснуть, а? Ну спасибо Рури, что накрыла меня.

Честно говоря, после такого внезапного сна мои мысли были спутаны, так что я вообще ничего не понимал. Так что просто решил усесться, прижавшись к дивану и дать себе время на приход в сознание. Снова прикрыл глаза, но в этот раз не уснул, а почти сразу же их открыл.

Послышался стук часов. Точно. У нас в гостиной же стояли часы. Такие огромные часы с маятником, звук тиканья которых сводил с ума. Именно эти часы. Я пригляделся и увидел, что на часах было восемь вечера. Я проспал около шести часов, если я правильно помнил. Это мой новый рекорд… Никогда столько не спал днем. Вообще не спал днем, если точнее.

Я встал и, пошатываясь, пошел в ванную. Там умылся, окатив лицо холодной водой, и вернулся обратно на диван. Все это время на мои плечи было накинуто одеяло, словно плащ. Оно было легким, так что почти не мешало ходьбе.

Учитывая, что я слышал капанье дождя за окном, то понял, что дождь так и не прекратился. Мне было страшно представить, что сейчас происходит на улицах города. А нам отменят завтра уроки в честь такого? На самом деле никогда не отменяли, но надежда все еще теплилась во мне. Я не хочу идти по затопленным улицам еще раз.

Последний раз я сталкивался с чем-то странным и жутким двадцать третьего апреля, когда впервые пересекся со своим доппельгангером. Учитывая, что сейчас было уже четвертое мая, то можно было понять, что уже почти две недели я не сталкивался с чем-то, что пыталось убить меня или навредить кому-то еще. Счастливые две недели отдыха, что еще сказать. Затишье перед бурей. И это было абсолютно точным описанием, потому что буря действительно началась — в четверг, четвертого мая, дождь продолжился. Он почти без остановок шел уже три дня, из-за чего обстановка в городе была весьма меланхоличной. Но, с другой стороны, сегодня капли дождя были совсем уж маленькими, чтобы как-то помешать человеку спокойно идти.

Тем более, сегодня я взял зонтик.

Небольшие капельки дождя ударялись о черный зонтик, но не попадали на мою одежду. Моя школьная форма смогла кое-как высушиться, так что я её одел. Надо будет купить новый комплект. Но это просто мысли на будущее. В любом случае, скоро нам должны выдать летнюю форму. Интересно, как она будет выглядеть? Я и правда не знал.

Я шел, даже не обращая внимания на небольшие лужи на улице. И в итоге я добрался до школы.

И там, у порога, стояла Мария, повернутая спиной ко мне. Оранжевая девочка была слишком яркой для общей серости на улице, так что ее было заметно издалека.

Мария тяжело дышала.

Вдох. Выдох.

Я начал идти вперед. Наверное, она просто быстро бежала до школы и выдохлась. Да, точно. Так и было.

Я подошел к ней. Она повернулась ко мне. Её глаза были ошарашены от удивления. Она тяжело дышала. С ее лица стекали капли дождя.

— Я… Увидела будущее… — произнесла она, едва дыша.

Мы с Марией сидели друг напротив друга.

К тому моменту оранжевая девочка уже успокоилась и взяла свое дыхание под контроль. Но беспокойство с ее лица не исчезло. Я держал в руках карандаш, наблюдая за тем, как Мария мечется глазами по пустому классу. Она не могла сформулировать свои мысли. Так мне показалось. И я был уверен, что оказался прав.

— Что ты увидела такого, что так удивилась? — спросил я, попытавшись натянуть улыбку.

Будущее, которое удивило Марию настолько, что ее дыхание сбилось. Это было ужасающее будущее. И я очень надеялся, что оно не связано со мной.

— Я… — Она открыла рот.

А затем она произнесла те слова, от которых я ошарашенно открыл рот, а мои зрачки сузились от удивления. Карандаш, который до этого я крепко держал в руках, упал на пол.

Стук.

Карандаш с громким стуком приземлился на пол, но я не обратил внимания.

— Я увидела силуэт будущего с твоим трупом, — произнесла Мария.