Ангел жаждет любви
Тщательно вымыв все ингредиенты, Канаде очистил картофель, нарезал его кубиками и погрузил в холодную воду, чтобы он не потемнел. Затем он подготовил морковь и добавил её в кастрюлю вместе с картофелем, доведя всё до лёгкого кипения. Когда вода закипела, он добавил кубики карри, при необходимости регулируя густоту, подливая воду. Наконец, он добавил заранее подготовленную говядину и оставил всё на среднем огне, позволяя вкусу карри и мяса как следует смешаться. Тушение, уваривание, подача вместе со свежесваренным рисом — и менее чем за час была готова дымящаяся тарелка говяжьего карри с рисом, настолько аппетитная, что соседские дети заплакали бы от зависти. Для завершения он подумал добавить щепотку перца и тмина или положить сверху на рис две сливы умэбоси — штрих, который добавил бы блюду не только визуальной привлекательности, но и аппетитной кислинки.
*Динь-дон…* — Резкий звук дверного звонка вырвал Канаде из размышлений.
«Неужели запах и правда приманил соседских детей?» — с усмешкой подумал он.
Открыв дверь, он увидел не кого иного, как Сиину Махиру — самого Ангела, стоящего на пороге с дымящейся кастрюлей мисо-супа в руках. Аромат тут же донёсся до него — насыщенный и манящий. Зная кулинарные способности Махиру, Канаде был уверен, что вкус будет божественным.
«Это…?»
«Ты опять не приготовил суп, да? Постоянно пить кофе вредно для здоровья, поэтому я… я подумала…» — Её привычный наставительный тон постепенно сошёл на нет, голос стал тише. — «П-просто впусти меня уже. У меня руки устают», — смущённо сказала она.
«О, прости, заходи», — извинился Канаде, отступая в сторону. — «С чего вдруг решила зайти? Просто так?» — с любопытством спросил он.
После того как он закончил с Кагуей, Канаде больше не избегал общения с другими девушками, опасаясь недоразумений. Он принимал близость с такими друзьями, как Махиру — пусть даже только как друзья. Однако сам он не стремился ничего инициировать, опасаясь недопонимания или возвращения старых чувств.
Махиру замялась. Ранее днём она увидела Канаде в супермаркете — он смеялся и разговаривал с другой девушкой. Он не заметил, что она наблюдала издалека. И она почувствовала укол ревности.
«Почему эта девушка может так свободно с ним разговаривать?» — подумала Махиру. — «Я тоже этого хочу. Хочу ходить с ним по магазинам, идти вместе домой, слушать его смешные истории, видеть, как он улыбается мне…»
Раньше всё это казалось чем-то само собой разумеющимся. Теперь же это казалось недосягаемым. Если она не начнёт действовать сейчас, она боялась, что потеряет его навсегда. Дни без него были мучительными. Махиру больше не могла обманывать себя — ей нравился Канаде. Ей нравились его глупые улыбки, его неловкая бравада и даже то, как он иногда пытался произвести на неё впечатление. Но одних слов было недостаточно. Ей нужно было показать свои чувства — так же, как когда-то это делал он.
«Я… я просто хотела провести с тобой время. Это… нельзя?» — спросила Махиру, её щёки покраснели, взгляд стал неуверенным.
Она сказала это. Впервые она прямо выразила свои чувства. Теперь её сердце колотилось от волнения, пока она ждала его ответа. Канаде моргнул, на мгновение ошеломлённый, затем мягко улыбнулся.
«Конечно можно. Давай проведём время вместе.»
«Мм», — с облегчением выдохнула Махиру.
Сегодня Канаде, похоже, был в хорошем настроении — он даже согласился на её эгоистичную просьбу. Если бы он холодно отказал, как раньше, это бы её разбило.
«Итак, что сегодня в меню?» — спросила она, стараясь говорить непринуждённо.
«Говяжье карри. Хочешь попробовать?»
«Н-ну… если ты настаиваешь…» — её голос дрогнул, хотя сердце подпрыгнуло от радости.
Одна из причин, по которой она принесла мисо-суп, заключалась в том, чтобы поужинать с ним вместе. Она даже пропустила обед, чтобы оставить место. Да, это было бы неловко, если бы у неё заурчал живот, но если это поможет заслужить расположение Канаде — оно того стоило. Она знала, что Канаде дисциплинирован и готовит нормальную еду, но всё равно хотела попробовать его блюда. Если будет вкусно — замечательно. Если нет — она всё равно не оставит ни кусочка. Даже если бы Канаде солгал о том, что нормально питается, её это не волновало. Она бы просто отругала его и сама начала готовить для него. Это не казалось ей обременительным — наоборот, она бы с радостью делала это всю жизнь.
«Если будет невкусно, я тебя хорошенько отчитаю.»
«Без проблем. Я с радостью приму критику, наставница.»
«Наставница?»
«Ага. Я же у тебя научился.»
«Что? Но я не помню, чтобы учила тебя готовить…»
«Потому что это называется воровать навыки — я тайно наблюдал за тобой.»
«Невероятно! Ты научился просто наблюдая?» — ахнула Махиру, прикрыв рот.
«Не совсем. Сначала я много ошибался, но со временем разобрался», — признался Канаде с неловкой улыбкой.
Он не был таким талантливым от природы, как Кагуя, которая преуспевала во всём. Его навыки родились из желания выразить свою любовь к человеку, о котором он заботился, заставляя его снова и снова пытаться. Процесс обучения был тяжёлым, но мысль о награде — искренней связи — давала ему силы.
«Тогда я буду тщательно оценивать твою готовку! Если она не на уровне, я не позволю тебе "выпуститься"!» — Махиру сделала вид, что говорит строго.
Это открытие — что Канаде учился готовить ради неё — сблизило их ещё сильнее, и Махиру не могла сдержать радости.
«Да, учитель», — игриво кивнул Канаде.
Махиру любила подобные ролевые игры, и Канаде охотно подыгрывал. Если это помогало ей справиться с одиночеством — тем лучше. В глазах Канаде визит Махиру был не только ради ужина. Скорее всего, ей было одиноко, и она искала утешения у него — у своего единственного друга. Махиру жаждала любви, и Канаде это хорошо понимал. Она стремилась к любви, боялась её — и ещё больше боялась потерять, когда уже обрела. Это противоречие заставляло сердце Канаде сжиматься. Даже если она видела в нём лишь временное утешение, ему было всё равно — пока он мог ей помочь. В конце концов, именно ради этого он и был здесь.