Отличная работа, Фудзивара!
«Президент, попробуйте это.»
«А... хорошо.»
«И это... и это тоже!»
«Угу...»
Описать происходящее было сложно. Как объяснить абсурдность обмена роскошных, изысканных блюд на простые домашние гарниры из чужого бэнто? Это было переизбытком щедрости? Если бы это происходило с кем-то другим, это выглядело бы странно. Но в случае с такой, как Синомия Кагуя — богатой девушкой, заинтересованной в обычной домашней еде — это имело смысл.
«И всё же, так пристально смотреть на чужой бэнто... не перебор ли это? Неужели оно настолько вкусное?» — Нацукава Канаде не мог отделаться от ощущения, что Кагуя вот-вот начнёт пускать слюни.
Всё началось чуть раньше, когда Кагуя предложила сначала пообедать, а уже потом обсудить дела студсовета. Канаде не возражал. Однако стоило ему открыть своё скромное бэнто, как он почувствовал на себе взгляд Кагуи — взгляд хищника заметившего добычу. Она полностью проигнорировала роскошный обед, приготовленный знаменитыми поварами, сосредоточившись исключительно на его простой, сделанной своими руками еде.
Подумав, что ей просто любопытны непривычные блюда вроде сосисок в виде кальмара или котлет, Канаде предложил обменяться несколькими кусочками. Он не хотел, чтобы ей было неловко брать у него без ответа. Но его доброта превратила обед в неловкое испытание. Фуа-гра, тасманийский голубой омар, каспийская икра... бесчисленные деликатесы, некоторые из которых Канаде даже не мог распознать, оказались в его дешёвом бэнто. Это был простой обед за 1500 иен — он явно не был рассчитан на такую роскошь! То, что начиналось как дружеский обмен едой, превратилось в нечто, напоминающее обман наивной наследницы. Если ей так нравилась его еда, Канаде не возражал бы отдать ей весь бэнто. Но тогда ему пришлось бы забрать её роскошный обед. Это был не просто неравный обмен — это был абсурд!
«Кхм... давай вернёмся к главному», — сказал Канаде, пытаясь сменить тему. Мастерство поваров было безупречным, а аромат блюд слишком соблазнительным. Чтобы не отвлекаться, ему нужно было переключиться.
«Кагуя, я верю в твои способности. Есть ли вообще что-то, что может поставить тебя в тупик?»
Утончённая, элегантная и невероятно талантливая — Синомия Кагуя, без сомнения, была гением. Канаде не знал, сколько усилий она вложила, чтобы стать такой, но он искренне уважал её труд. В конце концов, это была девушка, которой он когда-то восхищался — нет, которую он когда-то любил. Безоговорочно доверять ей было естественно.
«Ах!» — сердце Кагуи дрогнуло.
Ещё мгновение назад она дулась, потому что президент закрыл бэнто и лишил её возможности попробовать ещё. Но теперь он искренне её похвалил!
«Он меня признал!» — Настроение Кагуи взлетело, словно она лежала на мягком облаке, окутанная теплом, которое таяло внутри неё.
«Кагуя?»
«Да! Конечно!»
«Эм... например?» — с любопытством спросил Канаде.
Кагуя явно только что витала в мыслях. Что бы там ни было, у него не было ни времени, ни желания это разгадывать. Мысли девушек слишком сложны. Пытаться их понять — всё равно что покупать лотерейный билет. Но в последнем, хотя бы, есть шанс выиграть.
«Например... быть хорошим президентом студсовета! Это то, чего я не могу!» — уверенно заявила Кагуя.
Эту фразу она заранее отрепетировала с Хаясакой. Она отчаянно хотела, чтобы Канаде остался президентом. Иначе у неё не будет повода проводить с ним время в школе, не говоря уже о таких личных встречах. Сегодняшняя встреча стоила ей огромных усилий — уговорить Хаясаку всё организовать, получить советы, как пригласить Канаде, поручить ей охранять вход в кабинет, чтобы никто не мешал, и держать связь на случай непредвиденных ситуаций. Получить время наедине с Канаде было совсем непросто!
«Быть... хорошим президентом?» — Канаде выглядел ошеломлённым.
Честно говоря, он ожидал чего-то грандиозного — задачи, способной поставить в тупик даже гениев студсовета. Но это? Разве быть президентом студсовета так сложно? Разве Сирогане Миюки не доказал обратное за время его отсутствия? Студсовет прекрасно работал без него, что лишь подтверждало — он не незаменим. К тому же, именно Миюки был «настоящим» президентом в оригинальной истории. Канаде чувствовал, что просто занял чужое место. Уходя, он лишь возвращал то, что ему не принадлежало.
«А как насчёт Сирогане? Думаю, он справится...»
«Это невозможно!» — выражение Кагуи стало серьёзным. «Сирогане может быть способным, но он никогда не заменит вас, президент! Вы — это вы. Другого такого не будет!»
«О нет, это прозвучало почти как признание! А если президент подумает, что он мне нравится?! Чёртова Хаясака, это всё из-за тебя!» — Хотя Кагуя следовала плану Хаясаки, её настоящие чувства просочились в слова, сделав их гораздо искреннее, чем она рассчитывала. Канаде был явно тронут.
«Спасибо, что веришь в меня...»
«Да! Президент поблагодарил меня! Хаясака, ты гений!»— Погружённая в свои эмоции, Кагуя не заметила сложного выражения на лице Канаде.
Её слова эхом звучали в его голове. Она признала его способности или его уникальность? Значит, вот как она его видит… В груди Канаде стало тепло. Искренни её слова или нет — они его задели.
Впервые он вспомнил важную вещь: он никогда не признавался Синомии Кагуе. С Сиина Махиру и даже позже с Юкиноситой Юкино он находил в себе смелость признаться. Но с Кагуей он всегда был осторожен, так и не решившись открыть свои чувства. Возможно, потому что она напоминала ему Юкино, которая всегда смотрела на него свысока. Он решил, что Кагуя такая же, и сдался, даже не попробовав. Но что если...?
«Кагуя, я хочу кое-что тебе сказать...»
«Мм? Что такое, президент?»
«Я... прости, если это внезапно, но мне нужно сказать...» — Канаде глубоко вдохнул, сжимая кулаки. Его тело слегка дрожало, он боялся её ответа.
«Л-»
«Добрый дееень~!» — Дверь студсовета резко распахнулась, прерывая его. В проёме появилась розоволосая фигура с глупой улыбкой.
«Вот вы где, президент! Кагуя-тян! Представляете, что я сейчас видела? Поросёнок в контактном зоопарке залез на дерево, когда я за ним погналась! Ха-ха! Ой, и смотрите!» — Фудзивара Тика, словно демонстрируя сокровище, вытянула руки из-за спины, показывая хомяка, грызущего семечки. — «Это Хомячок Таро!»
Канаде: «...»
«Фудзивара-сан», — холодно сказала Кагуя, сверля её взглядом. «Забирать животных из контактного зоопарка запрещено школьными правилами. Советую немедленно вернуть его.» — Её холодный взгляд был направлен не на хомяка — а на эту мешающую корову, разрушившую её личное время с президентом.
«Э? Да ну! Я только-только нашла Хомячка Таро! Дайте ещё немного поиграть!» — Не обращая внимания, Тика подбежала к Кагуе, обняв её за руку и надув губы. — «Эй, Кагуя-тян, ты изменила причёску? Такая красивая!»
«О... ты заметила?» — спокойно ответила Кагуя, украдкой взглянув на Канаде. Её слегка кольнуло разочарование. Приятно, что заметили — но почему не он?
Канаде замер, в его голове закружился вихрь мыслей. Обычно люди меняют причёску после серьёзных перемен. Может, это тот случай? Из-за его ухода? Или... нет. Тут должно быть что-то ещё. В его глазах мелькнуло понимание: за время его отсутствия Сирогане Миюки, скорее всего, занял его место, решая проблемы студсовета. Его серьёзность и усталость наверняка произвели на Кагую ещё большее впечатление. В оригинальной истории Кагуя и Миюки естественно влюбились друг в друга. Вмешательство Канаде лишь отсрочило неизбежное.
«Я изначально не должен был победить, да?»
Канаде тяжело вздохнул. Возможно, пора признать поражение. Он даже не заметил простого изменения причёски — какое у него право любить её? Впервые Канаде почувствовал благодарность к Фудзиваре Тике. Если бы не её вмешательство, он бы совершил ещё одну непоправимую ошибку.