Уничтожение якоря

Драться в школе, да еще и в чужом классе, с точки зрения обычного ученика – поступок крайне неразумный. Но Камию Каву это не заботило. Сейчас его целью был слуховой аппарат Исино Саюри. Ему нужно было подтвердить, действительно ли Ханако совершила Рэйко именно в него. Что же до этих хулиганов…

Побили их – и поделом.

— Постараюсь быть помягче, — бросил Камия.

Используя швабру вместо меча, он нанес первый удар – молниеносный Кэсагири снизу вверх, сразу свалив одного противника. Затем, используя шаг «Стрекозы» из стиля Хассо, он легко ушел от захвата второго хулигана. В момент, когда они поравнялись, Камия отвесил ему бесхитростный, но эффективный пинок в пах.

Удары ногами – обычный прием в арсенале фехтовальщика. К тому же уличная потасовка – это не поединок по правилам кэндо. Здесь бьют туда, где больнее. Впрочем, силу удара Камия все же сдерживал. Главное – вывести из строя, а лишать человека мужского достоинства было бы лишними хлопотами.

Последним остался вожак задир, тот самый преданный обожатель Мацусимы. Он был выше и крепче остальных, поэтому Камия уделил ему особое внимание. Быстрый выпад сократил дистанцию, древко швабры рассекло воздух. Удар на три сяку! Конец древка двигался так быстро, что оставил в воздухе остаточный след. Точный удар пришелся прямо в грудь вожаку, отчего тот повалился на пол, полностью дезориентированный.

На данный момент Нодати Дзигэн-рю у Камии было на уровне мастерства, плюс имелось около 560 единиц дополнительного опыта. Если переводить игровые ранги на реальные навыки, то начальный уровень мастерства соответствует примерно трем-четырем годам усердных тренировок для обычного человека. С учетом бонуса, техника Камии сейчас была сопоставима с уровнем человека, практиковавшего Дзигэн-рю лет семь или восемь.

Такое мастерство нельзя назвать божественным, но чтобы раскидать кучку бестолковых задир, его хватало с лихвой.

Исполнение базового тайного приема Нодати Дзигэн-рю – «удара на три сяку» – требовало огромных затрат выносливости, даже в облегченной версии. А Телосложение Камии было не слишком высоким. Опрокинув вожака, он почувствовал, что силы почти на исходе. Но, к счастью, бой был окончен.

Тяжело дыша, Камия не стал ничего говорить, а лишь снова указал шваброй на Мацусиму, сжимавшую аппарат.

— Тц, — Мацусима, видя стонущих на полу приятелей, не захотела лезть на рожон. Она швырнула слуховой аппарат на парту Исино Саюри и поспешно ретировалась.

Камия подошел ближе и коротко кивнул Саюри. В ее глазах этот красивый парень сейчас выглядел холодно и отстраненно – он просто взял с парты ее аппарат, словно заслуженный военный трофей. На самом же деле Камия просто настолько вымотался, что у него не было сил на объяснения.

Забрав устройство, он развернулся и пошел прочь. В голове билась одна мысль: «Надо найти место, где можно уничтожить эту штуку».

Ученики, не смея преграждать ему путь, испуганно расступались. Лишь когда Камия скрылся за дверью, они осмелились заговорить.

— Что это было? Кэндо?

— Не знаю… но тот удар, которым он свалил Куросаву… такая скорость… даже капитан клуба кэндо так не умеет.

— Быть не может. Камия всегда выглядел как дохляк, откуда у него такая сила?

— Кто он вообще такой?

— И главное – какая связь у этого болезненного красавчика с Исино? С чего это он решил за нее вписаться?

— Да кто ж его знает…

Пока класс гудел от обсуждений, в коридоре раздался зычный крик, и в кабинет влетел разъяренный лысеющий учитель:

— Что за шум?! Что здесь происходит?! Все, кто участвовал в драке – живо в учительскую!

Шум, поднятый Камией в классе 2-F, был слишком велик, чтобы остаться незамеченным администрацией школы.

… На крыше.

Уже прозвенел звонок на урок. Наверняка охрана и учителя сбились с ног, разыскивая зачинщика драки. Но сейчас это не имело значения. Первым делом нужно было покончить со слуховым аппаратом.

Камия положил устройство на бетон и, достав из Холщового мешка миража окровавленный мачете, нанес несколько ударов. Металл лишь оставил неглубокие зазубрины на белом корпусе прибора. «Эта вещь не должна быть такой прочной. Значит, Ханако действительно в нем».

Он взвесил аппарат в ладони, припоминая системное уведомление: «При уничтожении якоря Рэйко использование активных светлых предметов или заклинаний эффективно подавляет призрачную ауру и повышает шансы на успех».

«Светлая магия… Истинный метод Пяти Громов точно подходит. Вот только мой фрагмент магии Пяти Громов слишком слаб, сработает ли?»

Решив рискнуть, Камия сложил пальцы в жест Перст Пяти Громов. Синие искры затрещали вокруг его тела. В этот момент он резко обрушил мачете вниз!

Клинок, окутанный электрическими разрядами, ударил по аппарату. С первого же попадания пластиковый корпус разлетелся, а внутренние детали превратились в крошку. В момент разрушения Камии показалось, что рядом с ним промелькнула фигура девочки в красном сарафане, смотрящей на него с лютой ненавистью. Тень исчезла мгновенно.

На экране телефона всплыло сообщение: [Вы уничтожили якорь Рэйко Ханако. Призрачная девочка Ханако вынуждена вернуться в мир Кайланов!]

Камия выдохнул. Похоже, с этой проблемой покончено. Спустя пару минут на крышу ворвался учитель и со всей строгостью велел ему немедленно явиться в учебную часть.

Избавившись от тяжкого груза, Камия отправился туда чуть ли не с улыбкой на лице. На самом деле школьная драка – дело серьезное. В кабинете завуча, перед своим классным руководителем и учителем класса 2-F, Камия, сжимая в кармане Тысячу серебряных игл, уверенно заявил:

— Это они спровоцировали конфликт и напали первыми. Я лишь применил соразмерную самооборону.

Его слова звучали искренне, были близки к правде и логичны. Подкрепленные легким воздействием Тысячи серебряных игл, они убедили комиссию. К тому же пострадавшие хулиганы и так были на плохом счету. В итоге Камия не получил серьезного наказания – лишь устный выговор и требование привести родителей для беседы.

А вот задирам, чьи лица теперь напоминали спелые дыни, впаяли строгие дисциплинарные взыскания. Что касается вызова родителей, то Камия просто проигнорировал это. У него их не было. А если школа будет настаивать, он принесет поминальную табличку своего папаши-игрока.