Рассерженная Мацусима

Западный учебный корпус, третий этаж, кабинет третьего «С» класса. Семеро участников испытания на храбрость остановились здесь.

— Давайте разделимся на группы и пойдем в ту женскую уборную, — предложили Кавано и Нагасаки, единственная парочка в их компании.

Подобные вылазки по умолчанию подразумевали, что юноши и девушки действуют парами. Разумеется, Кавано и Нагасаки сразу составили дуэт, это даже не обсуждалось. Еще двое студентов с самого входа в школу оживленно болтали и вели себя весьма недвусмысленно – они тоже решили держаться вместе.

Остались неприметная Исино Саюри и девушка по фамилии Мацусима. Из парней же свободным оказался Нагатомо Масао – коротко стриженный крепыш. Лицо у него было квадратным и не таким смазливым, как у остальных, зато от него так и веяло мужской энергией.

«Похоже, мне придется идти с этим типом», – недовольно подумала Мацусима. Как и Кавано Саэ, Мацусима считалась красавицей. Она мастерски накладывала макияж, умела стильно одеваться и сегодня даже специально накрутила локоны, чтобы ее Харизма была на высоте. К тому же у нее были длинные стройные ноги, а фигура развита куда лучше, чем у сверстниц.

Обладая такой внешностью, она и смотреть не хотела на невзрачного Нагатомо. «Эта Рэйми… подсуетилась быстрее всех. Сразу прибрала к рукам того симпатягу, какая гадость», – продолжала злиться про себя Мацусима. Она незаметно закатила глаза и нехотя сделала шаг в сторону Нагатомо Масао. Этот жест был своего рода немым согласием.

Пусть будет «ежик». В конце концов, это просто испытание на храбрость, а не признание в любви. Если за эту ночь она превратит его в одного из своих «запасных игроков», это будет не так уж плохо.

— Похоже, все определились с напарниками. Кто пойдет первым? Может быть, Мацусима и Нагатомо-кун? — Предложила Кавано Саэ, видя, что ее подруги уже пристроены. Судьба оставшейся в одиночестве Исино Саюри ее совершенно не волновала. С таким составом участников было очевидно, что та останется лишней.

— Нет, я пойду попозже, — Мацусима скрестила руки на груди и уселась на парту. — Саюри, почему бы тебе не пойти первой? Пока полночь не пробила, в туалете еще безопасно. — Неподходящий напарник напрочь отбил у нее интерес к затее.

— Я… я… — замялась Саюри.

Она и сама понимала, что пары ей не достанется. Но идти в то место в одиночку было слишком страшно. В душе она отчаянно сопротивлялась, но слова отказа застряли в горле. Исино Саюри попросту не умела говорить «нет». Она и так была изгоем, а потому изо всех сил старалась вписаться в коллектив, заслужить признание и стать хоть чуточку популярной. Если она откажет, ее ведь возненавидят, верно?

— Хорошо, я пойду, — пропищала Саюри едва слышно.

Кавано, Мацусима и третья красавица восприняли это как должное. Саюри развернулась и побрела к выходу. Коридор снаружи тонул в непроглядной тьме, тишина там пугала до дрожи. Но стоило ей, дрожа всем телом, сделать шаг за порог, как из класса ее окликнули:

— Исино-сан, подожди. В испытании на храбрость принято ходить вдвоем, верно? Так что я пойду с тобой. — Это был Нагатомо Масао.

— А? Мо… можно?

— Конечно, — парень пожал плечами и с улыбкой вышел из кабинета. Хотя все присутствующие решили иначе, сам Нагатомо ни разу не подтвердил, что собирается идти с Мацусимой.

Исино Саюри застыла на мгновение, а затем с благодарностью засеменила следом. Когда они скрылись из виду, три грации в классе переглянулись. Мацусима, сидевшая на парте, так стиснула челюсти, что зубы скрипнули.

Да, ей не нравился этот парень с короткой стрижкой. Но как он посмел? Как он посмел проигнорировать ее явный намек, упустить шанс подержаться за руку или даже обняться с такой красавицей, и вместо этого увязаться за этой серой мышкой Исино? Непростительно. Просто непростительно.

Свет в коридоре не горел. Путь, который днем казался коротким, ночью растянулся до бесконечности.

— Исино-сан, это у тебя… — Нагатомо заговорил первым, осторожно указав пальцем на свое ухо.

— Это слуховой аппарат, — Саюри инстинктивно прикрыла его ладонью, словно стыдясь этой вещи.

— Я знаю. У моей мамы такие же. Если не наденет – почти ничего не слышит, — спокойно произнес Нагатомо Масао. — Это совершенно нормально. Почти как очки, разве нет? Мама говорит, что очки исправляют зрение, а аппарат – слух.

— А… ну да.

«Неужели носить его – это нормально?» Саюри впервые слышала такое от сверстника.

— Кстати, Исино-сан. Помню, на первом году ты была в литературном кружке? — Снова спросил Нагатомо.

— Да, — она едва заметно кивнула. — Откуда ты знаешь?

— Я видел твои короткие стихи в школьной газете. Очень красиво написано.

— Но я ушла оттуда, — голос Саюри на миг дрогнул; ей было странно, что кто-то ее заметил. — Саэ и остальные говорили, что девочки из литкружка, которые вечно читают и пишут стихи, выглядят скучно. Такие не нравятся парням.

— Брось, писать стихи – это чертовски круто. Не слушай, что болтают другие.

За разговором они быстро дошли до той самой женской уборной, о которой гудела вся школа. В отличие от коридора, здесь освещение работало от датчиков звука. Стоило им подойти, как лампы вспыхнули сами собой. Свет люминесцентных трубок был тусклым и болезненным, к тому же они неприятно мерцали – видимо, из-за плохих контактов.

Это неверное, дрожащее сияние не прогоняло мрак, а лишь сгущало гнетущую атмосферу мистической тайны. Кап. Кап. Где-то внутри не до конца закрыли кран. В тишине этот ритмичный звук отчетливо бил по ушам.

— Ну что, входим. Хех, никогда еще не бывал в женском туалете, — Нагатомо явно нервничал и пытался разрядить обстановку шуткой. — Исино-сан, тебе страшно?

— Да.

— Тогда… — парень слегка отвернулся и протянул ей руку.

Взяться за руки – это была обязательная часть любого испытания на храбрость. Исино Саюри на мгновение замешкалась, но затем сжала его ладонь. Сердце ее бешено колотилось – то ли от страха, то ли от чего-то еще. Ей казалось, что это широкое, квадратное лицо Нагатомо дарит ей невероятное чувство безопасности.

— Хорошо, идем, — они толкнули дверь и вошли внутрь. Главное действо этой ночи наконец началось.