Следовало идти на компромисс

15 глава - Следовало идти на компромисс

По пути до места назначения троица случайно наткнулась на оставшегося в одиночестве Смита. Тот стоял на том же месте, что и тогда. Но скучно ему не было: он игрался с медяком, подбрасывая его в воздухе и совершая с ним различные трюки.

— Йо, Смит, — обратился к нему Кёрли. — Лэнэт так и не вернулся? Куда эта пара запропастилась?

— Мне бы об этом знать, — пожимая плечами, кисло ответил Смит.

— Ты раньше не замечал никакой химии между Лэнэтом и Зои?

— Хм? Зачем ты спрашиваешь меня об этом сейчас? Будто от моего ответа будет какой-то прок. Любовь у них уже кипит, и ты сам этому причина.

— Наверное, ты прав.

— А что с твоими товарищами? Почему они такие грустные?

Джошуа ответил:

— Потому что Кёрли полный болван.

— Эй, вообще-то я сказал, что пошутил! — все ещё придерживая Эдит, в третий раз говорил Кёрли. — Порой всякому хочется побаловаться. Этого у нас, увы, не отнять.

— Баловался, говоришь? Да ты же издевался надо мной! Говорить подобное ради забавы — это неразумно. Из-за тебя я теперь сомневаюсь в собственных словах. Ты это понимаешь?

— Ну ты же ДО-О-ОБРЫЙ! Ты должен меня терпеть.

— Думаешь, такой умный?

— Нет. Я простак, Джо. Сначала мне, конечно, хотелось донести до тебя мысль, что не бывает абсолютно плохих и хороших людей. Но потом... буду честен, мне стало как-то влом. А ещё, наверное, моему рвению поспособствовала Эдит.

— Я?

— Да, именно. Ты так усердно пыталась осквернить союз "Добрых людей", что я просто не мог промолчать.

— Вот дурак! — Эдит ударила Кёрли рукой по спине.

— Ай! Больно же. Чего дерешься?

— Ты... Ты меня разозлил!

— Уверена? Где в моих словах ты услышала что-то обидное?

— Не знаю. Но ты меня обидел.

— Ах, ладно... Смит, я хотел бы кое о чем тебя попросить. Смотри, если Лэнэт и Зои всё-таки вернуться, то... то можешь...

— Опять, что ли, хочешь, чтобы мы дали тебе денег?

— Да. Но поскольку нам сейчас нужно будет идти дальше, я не очень пойму, как в дальнейшем мы с вами должны встретиться.

— Не переживай: Лэнэт, вероятно, все равно не захочет с тобой встречаться.

— Ну... тогда забудь, что я сказал. Ты только напомни Лэнэту, что любовь к Зои стоила всего 10 медяков. Хорошо?

— Хорошо.

— До встречи.

— До встречи.

— У тебя классный голос, мужчина, — не очень соображая, пробурчала Эдит в адрес Смита.

После этого троица направилась дальше.

Через минут пять Кёрли заметил, что Эдит стала уж больно теплой.

— Что с тобой? Ты какая-то слишком горячая.

— Хм-хм-м-м. Спасибо за комплимент, — вяло проговорила Эдит.

— Нет, правда. Ты точно в порядке?

— Кёрли..! Я слышу от тебя это в который раз. Тебе не надоело?

— А если я волнуюсь?

— Не надо. Мне сейчас весьма приятно, чтоб ты знал.

— Да? И что же ты чувствуешь?

— Сложно описать... Но мне сейчас хорошо. Думаю, через пару минут это состояние опять пройдет.

— Как ты можешь быть в этом уверена?

— Заткнись, Кёрли.

После этого они совершили еще пару десятков шагов и внезапно остановились. Путь им перегородили несколько знакомых человек — Капитан, Генри и Бамбони. Каждый из них стоял гордо и уверенно. Видно, они тем самым хотели показать, насколько серьезны.

— И что вы встали? — нахмурившись, вопросила Эдит.

На лице Кёрли прослеживалось непонимание.

— Ох, дорогая парочка. Вы вместе! — радостно сказал Генри. По всей видимости, он слегка выпил. А может и не слегка.

— Что вам от нас нужно? — чувствуя неприятности, спросил Кёрли.

— Мы хотели бы узнать о результатах проделанной помощи. Вы любите друг друга?

— Знаете, это звучит довольно странно. Да и кроме того, почему вы решили назвать свои действия "помощью"? Тут, скорее, подошло бы слово — глупость. Или же его синонимы. Разве нет?

— Но вы же любите друг друга? — обеспокоенно спросила Бамбони. — Вы целовались? Вы проявляли симпатию?

— А как вы сами считаете? — спросил Кёрли. — По-вашему я мог бы страстно засосать Эдит в губы и потом спросить: "Понравилось ли тебе, моя любовь?"

— Кёрли, заканчивай дурить! — прошипел Джошуа.

— Не гневайся, Джо. Я всего лишь веду диалог.

— А вот и нет! Ты их хочешь запутать так же, как и меня. По-твоему, я этого не вижу?

— Мне кажется, ты ищешь смысл совсем не там, где нужно. Я тебе несколько раз говорил, что наш недавний разговор был обычной шуткой. Если даже я и пошатнул твое мнение насчёт "добрых людей", это все равно было сделано не специально.

— Это правда?

— Догадайся сам.

— Мне хотелось бы верить...

— НО ВЫ ВСЕ-ТАКИ ЛЮБИТЕ ДРУГ ДРУГА, ИЛИ НЕТ! — не вытерпев, крикнул Генри. — Неужели так сложно произнесли слово из двух букв?

— "Бе-бе-бе-бе-бе-бе-бе-бе!" — спародировала его Эдит. — Вы ничего не понимаете! Сами же виноваты, что издевались над нами! Для вас, возможно, было чудесно тащить нас в катакомбы, но для нас это было кошмарно! И я не преувеличиваю! Будьте уверены, ваша точка зрения кардинально отличается от той, которая была бы у по-настоящему доброго человека!

Кёрли обхватил Эдит покрепче.

— Солнышко, не дёргайся так сильно. Иначе мы тебя не удержим, — прошептал он ей на ухо.

— Сам прекрати. От твоего шепота у меня мурашки по коже, — покраснев, сказала Эдит.

— Может, всё-таки признаетесь? — вновь предложила Бамбони. — Как долго вы собираетесь увиливать от ответа?

Кёрли сказал:

— Вообще-то из наших слов вы уже давно могли сделать вывод насчёт нашей любви.

— Врёте! — грубо проговорил Генри. — Пока вы не дадите нам окончательный ответ, мы не уйдем!

— Точно, — поддержала мужа Бамбони. — Ну чего вы, в самом деле? Стесняетесь, что ли?

— А вот и нет! — хором крикнули Эдит и Кёрли.

— Но почему тогда упрямитесь?

— Все из-за ваших бредовых идей, — начала Эдит. — Нельзя насильно влюблять одного человека в другого!

— Именно, — согласился Кёрли. — Вот что вам даст наш ответ? Усилит веру? Или, быть может, как-то продвинет дела союза "Добрых людей"? Можно ли ваш поступок вообще называть добрым? Для чего вы придумали этот союз? Какова ваша цель? То есть, я знаю, вы собираетесь делать добро и помогать нуждающимся. Но как? Будете снабжать их едой и одеждой, да? Или вместо этого потратите деньги на бесполезные лозунги, с надписями о том, что "Любовь — спасет мир"?

— Понятно. Вы, видно, не согласны с нашим мнением, — нахмурившись, раздражённо ответил Генри. — Хотите сказать, что мы действуем плохо?

Эдит решила подметить очевидный факт и сказала:

— А ты сначала взгляни на себя, пьяница. Сидел, понимаешь ли, в красивом домике, вовсю строил из себя добрячка. А теперь напился и еле на ногах стоишь! Прямо сейчас у меня нет ни единого желания называть тебя добрым.

— Вот как. Теперь мы, значит, судим людей по их состоянию. Как интересно.

— Замолчи! Твой голос меня раздражает.

— Сначала перестань противиться! Скажи, что любишь Кёрли. Это ведь так просто!

— Ничего она вам не скажет, — ответил Кёрли.

— Хорошо. Раз вы так хотите, то пусть это будет точкой невозврата. Теперь мы не можем закрыть глаза на то, что вы оклеветали наш союз. Притом вы отказали нам в объявлении результатов наших трудов, чем ещё больше нам нагрубили... В общем, сейчас мы поступим так, как подобает. И займется этим никто иной, как наш постоянный спонсор. Вы же не против? — спросил он Капитана.

Капитан послушно кивнул и сказал:

— То есть вы хотите, чтобы я-

— Да. Избейте их до полусмерти.

— Мне не послышалось? — уточнил Кёрли. — Это же шутка?.. Нет? Стойте! Не делайте необдуманных поступков! Вы так или иначе пьяны! Давайте ещё раз все обсудим. Я уверен, мы все ещё можем поменять свое мнение.

— Точка невозврата уже пройдена, Кёрли, — повторил Генри. Он не врал.

В следующий миг Капитан достал из ниоткуда гигантский двуручный меч. Конец лезвия был направлен прямиком на Эдит, Кёрли и Джошуа.

Теперь, судя по всему, игры кончились. Раз необдуманные действия почти всегда карались ужасными последствиями, Кёрли решил действовать сразу. Он незамедлительно отпустил Эдит, сделал шаг вперёд и закрыл ее своим телом.

— Мне повторить? Генри, я серьезно! — продолжал настаивать Кёрли. — Я знаю Капитана 13 дней, и я полностью понимаю, что он может натворить! Помимо этого, подумайте об остальных! Мы ведь сейчас на улице. Как вы собираетесь объяснять происходящее прохожим?

— Это не имеет значения. Никто не смеет ругать наш созданный с Бамбоней союз. Мы — добрые люди. И в отличие от ваших унылых предположений, цель нашего союза куда более великая. Сможете догадаться?.. Мы собираемся создать мир во всем мире, где больше никогда не будет плохих людей!

— То есть, грубо говоря, утопия?

— Нет. Утопия — это немного другое. Видимо, ты неправильно понимаешь значение этого слова.

Тут отозвался Капитан:

— Мне кажется, хватит пустой болтовни.

— И правда, — поддержал его Генри. — К бою!

Кёрли запаниковал:

— Погодите-погодите! Давайте ещё раз! Я не буду сейчас оправдываться или отрицать сказанное. Тем более я не собираюсь с вами драться. Я добрый, как вы, ребята!.. К-кроме того, у меня нет с собой оружия. Чем мне, по-вашему, драться? Фонарем?

— Защищайся тем, что есть, — задорно проговорил Капитан.

Все слова Кёрли были смыты в утиль и с той самой секунды началось настоящее сражение.

Обхватив рукоятку меча покрепче, Капитан нацелился на оппонента и принялся атаковать. Кёрли, в свою очередь, не имея иных идей, поспешил уворачиваться. Он отлично помнил о маневренности Капитана, однако подстроиться под его манеру боя ему никак не выходило. Движения капитана были резкими и словно необдуманными. Как будто не Капитан управлял мечом, а меч Капитаном. Оттого Кёрли не мог и подумать о своем следующем шаге. Все происходило до ужаса быстро. Казалось, любое промедление, и тебе конец.

По воле случая Кёрли в один момент правда чуть не умер. Делая очередной манёвр, он поторопился и сделал один лишний шаг. Если бы он только не запрокинул вовремя голову, у него было бы перерезано горло.

— Остановись, Капитан! — закричала Эдит. Она стояла в ужасе и не могла отвести взгляд от сражения.

Видя это, Бамбони внезапно оживилась. Она поинтересовалась:

— Не жарко ли тебе, Эдит?

— Что? Зачем спрашиваешь? Тут и так разгар целой бойни. Лучше бы помогла это остановить! — грубо сказала Эдит. Она пыталась казаться уверенной. Но, с другой стороны, она все же ощущала приятный, но и одновременно отвлекающий жар. Теперь ее чувства были ещё более насыщенными. Иногда у нее затуманивался разум, что заставляло ее нести глупый, но искренний бред.

— Эдит, так ты не чувствуешь переживания за своего возлюбленного? — вновь подала голос Бамбони.

— Конечно чувствую! Его же могут убить! Сделай уже что-нибудь. Переубеди своего мужа, Бамбони!

— Боюсь, мой муж не особо любит прислушиваться ко мне, будучи в пьяном состоянии.

— А ты накричи на него!

— Ни за что!.. — взглянув на наблюдавшего за сражением Генри, твердо проговорила Бамбони. — Лучше скажи — что ты сейчас чувствуешь?

— Для чего тебе это знать? Сначала про любовь спрашиваешь, теперь это? Допустим, мне жарко и чувствуется лёгкое головокружение. И что? — спросила она с явным непониманием.

Бамбони ухмыльнулась. В очередной раз раскрыв свой рот, она решила объяснить нынешнее состояние Эдит. Каждое ее слово было будто крышка гроба, вбиваемая в гвоздь. Это было КРАЙНЕ неуместно. Подобное должны говорить в спокойной или хотя бы не такой накаленной обстановке. Но да неважно. Произошло то, что произошло. Если перейти к сути, Бамбони заострила внимание на напитке "Поцелуй дракона", который Эдит выпила некоторое время назад. Она с небывалым удовольствием объявила, что напиток этот был своеобразным любовным зельем, способным заставлять людей идти на "любовные" поступки.

— ...Дорогуша ты моя! Я думала, что ты сразу все поймешь. Разве этот напиток у тебя не вызвал влечение к Кёрли? Почему ты до сих пор не попыталась его расцеловать?

— Ты... Ты..! Ты вышла за чёртовы рамки, Бамбони! — вскипев от злости, яростно проговорила Эдит. Из ее головы пошел заметный дымок, а запрокинутая за спину рука вжалась в огромное плечо Джошуа.

Разумеется, Джошуа тут же заскулил:

— Эдит, успокойся! Я не хочу, чтобы ты причиняла мне боль.

— Ты слышал, что она сказала?! Ты слышал?

— Главное, не бесись. Остынь, Эдит. Ладно?

— Легко сказать... Я сейчас, наверно, пылаю, как впервые зашедшая в баню девчонка. Дай мне одну секунду...

Эдит сделала пару глубоких вздохов и на некоторое время закрыла свои глаза. Потом она все-таки ослабила хватку на плече Джошуа и, пытаясь держать себя в руках, обратилась к Бамбони:

— Что именно ты подмешала мне в напиток?

— Секретный ингредиент, моя дорогая.

— Тоже увиливать удумала? Джошуа, тащи меня к ним. Я готова показать этой дуре свою любовь! Тащи меня, говорю!

— Мне, кажется, сейчас не самое лучшее время, — сказал Джошуа. — Давай лучше-

— Ну нет- Ну вот что? — раздражённо перебила его она. — Ты хочешь и дальше смотреть на смертельное представление? Я понимаю, что это выглядит как абсурд, Джошуа. Поэтому я и хочу остановить эту дуру и того пьяницу. Я хочу, как следует, ударить их в голову, чтоб до них дошло.

— Но это же ужасно, Эдит. Вряд ли мы так чего-то добьемся.

— Не трусь. Если мы вовремя не поторопимся, Капитан убьет Кёрли! И ведь даже Бамбони не осознаёт этого.

— Может, будет лучше, если ты сейчас подбежишь к Кёрли и поцелуешь его?

— Ты в своем уме?

— Да. И как мне кажется, Генри успокоиться, если всё-таки увидит между вами долгожданную страсть.

— Я не собираюсь этого делать, Джошуа, — настойчиво сказала Эдит. — По крайней мере не перед ними. Говорю тебе, неси меня к этим остолопам. Иначе я тебя самого ударю.

— Как знаешь, — обидевшись, ответил он.

При помощи Джошуа Эдит помчалась к зачинщикам неприятностей, аккуратно огибая поле сражения. На полпути она заметила, что Генри и Бамбони, как последние трусы, начали от них убегать, что по итогу... ни к чему не привело. Когда Эдит смогла дохромать до места будущей расправы, ее обидчики уже ретировались на другую сторону улицы. То есть, если быть точным, Генри и Бамбони аналогично оббежали поле сражения и остановились в той точке, где раньше стояли Эдит и Джошуа.

— Что ж вы убегаете? — язвительно крикнула Эдит. — Боитесь нас? Почему же? Мы ведь хотим просто показать вам любовь. Не верите? Наверное, все потому, что мое лицо выражает мои намерения. Попытайтесь не обращать на него внимания, хорошо?.. Ну? Чего молчите? Остановите уже бой!

Джошуа опять решил высказать свое ненужное мнение:

— Эдит, я думаю, не стоит вот так на них кричать. Ты-

— Джошуа! Я тебя не пойму. Ты хочешь, чтобы Кёрли умер?

— Нет.

— Тогда почему ты их защищаешь? Потому что дал им свои деньги? Потому что уверен в том, что Капитан действует осторожно и, на самом деле, не собирается убивать Кёрли? Да ты только посмотри на Капитана! Ты веришь, что он сражается понарошку? Я вот — ни капли! Поэтому заканчивай свое тряпье. И вообще — отойди от меня!

С до боли разгневанным взглядом Эдит высвободилась из-под обнимавшей ее руки, затем оттолкнула Джошуа в сторону, тем самым показывая к нему неприязнь, и сделала несколько хромых шагов в сторону. Потом она вновь обратила внимание на сражение между Кёрли и Капитаном.

Капитан тогда говорил:

— Не убегай, Кёрли. Я не собираюсь серьезно тебя ранить.

— Я что-то сомневаюсь в этом!

— А зря.

Через пару мгновений Капитан, казалось, уже забыл о своей первоначальной цели. По моему мнению, он размахивал мечом, как попало, совершенно не осознавая что творит. Кёрли тем временем практически выдохся и еле-еле мог уклоняться. Он ничего не понимал. У него возникало чувство, будто его руки и ноги становятся непропорционально больше. Словно конечность специально увеличивается в том месте, где должно пройти лезвие меча.

Таким образом, пару атак Кёрли всё же пропустил, из-за чего получил несколько глубоких и не очень ранений. Тело его молило о пощаде, но Капитан не собирался останавливаться. Используя свою особую технику, он произвел серию многочисленных ударов и подарил Кёрли ещё несколько порезов. Наш герой от такого упал на колено и, по всей видимости, не мог больше уворачиваться.

— Эй! Генри! — молниеносно крикнула Эдит. За пять секунд она протараторила: — Один удар меча не позволит довести Кёрли до полусмерти. Он попросту убьет его!

— А ведь точно, — шатаясь из стороны в сторону и держась за свою жену, осознанно произнес Генри. Облокотившись на мягенькое плечо Бамбони, он окликнул Капитана: — Все! Теперь начинаем рукопашный бой.

— Что?! Вы шутите?!

Приобняв мужа, Бамбони начала понимать их ошибку и попыталась донести ту же мысль:

— Генри, — мягко прошептала она. — Может, с Кёрли и правда хватит? Он вроде бы получил то, что заслужил.

— Нет. Ты не понимаешь. Он... Он должен поплатиться за свои слова.

— Прошу... не надо! — выдавила из себя Эдит. Неосознанно у нее в голове что-то переклинило, отчего из ее глаз пошли слезы.

Данное действие побудило Бамбони уже полностью изменить свою изначальную точку зрения. К всеобщему счастью, она внезапно перешла на сторону Эдит и попыталась вновь отговорить своего мужа. Это стало началом разногласий.

— Генри. Ну давай прекратим уже, — предлагала Бамбони. — Кёрли усвоил урок.

— Нет. Ему не хватает ещё пару ударов по лицу.

— Да что ты такое говоришь, Генри! — шокированно сказала она. — Почему ты так себя ведёшь? Хочешь выставить себя злодеем?

— Ох... Злодеи не ведут себя так, как я, Бамбони. Настоящие злодеи должны внушать страх и ужас... А я что?

— Ты ТуПиЦа! — с плачущим видом закричала Эдит. Поддавшись эмоциям, она вознамерилась закатить истерику. Она плакала, плакала, плакала и плакала. Видно, на то сказался эффект любовного зелья. Я имею в виду — его алкогольная составляющая, которая не успела выйти из организма.

— Генри, я прошу тебя, — в очередной раз сказала Бамбони. От вида Эдит у нее тоже начали наворачиваться слезы. Она решила высказать мужу свое настоящее мнение, однако забыла, что Генри всё-таки был пьян и ум его был притуплен одной бутылкой хорошего вина.

В общем, получилось так, что каждый хотел остаться при своей точке зрения. Уговоры и просьбы не очень помогали. С одной стороны, Бамбони хотела, чтоб Кёрли с Эдит создали счастливую, благополучную новую жизнь. Ей, разумеется, было важно "их" общее дело. Но не только "союзом" она жила. Более всего прочего ей был важен сам Генри: ему явно было пора отлежаться в кровати и прийти в себя. С другой стороны, Генри противился ей. Он все ещё оставался взбудоражен от того, что их союз "Добрых людей" подвергся ужасной критике. Каждое слово жены он оспаривал добрыми намерениями. Он хотел, чтобы Кёрли понял, настолько важны их начинания.

Он говорил:

— ...Две! Почти две бессонных недели я корпел над задумкой нашего союза! Ты сама это знаешь. А Кёрли просто берет и... Этот сукин сын даже не пытается разобраться, насколько это важно для нас! Он не может просто сказать "да" или "нет". Ему легче поиграться, подурачиться и поуклоняться от ответа... Я тебе серьёзно говорю, Бамбони. После встречи с мэром я абсолютно вымотан. Прости, что не был в силах сдержаться. Но ведь и сама знаешь, я не могу совладать с желанием, когда начинаю сильно нервничать...

Тут же в диалог встрял Кёрли. Прежде чем начать возмущаться, он со всей силы пнул Капитана в живот, тем самым запачкав его смокинг.

— Как ты посмел говорить плохо о моей матери?! — разъяренно спросил он. — И после этого ты хочешь, чтобы я называл тебя добрым?

— Ты сам наводишь меня на грех, — с тяжелым вздохом отвечал Генри. — Тебе, наверное, кажется, что мы ради забавы это устроили? "Ха-ха. Как будет смешно, если мы отправим влюбленную пару в катакомбы, чтобы ещё сильнее сплотить их любовь!" Так вы подумали? Ради вас ведь старались. Хотели узнать, насколько это поможет для сплочения духа и всего такого...

— А нашего мнения вы не удосужились спросить? — вытерев слезы, спросила Эдит.

— Какой смысл? Вы же тогда не почувствовали бы переживания друг за друга.

— Переживания? Да как вы вообще можете быть в этом уверены? И почему именно катакомбы? Почему не романтический ужин, не ролевые игры, не бутылка хорошего вина, на худой конец? Почему?

— Не знаю.

— Выходит, ваши действия были нелогичны... и притом спонтанны. Вы действовали, как попало.

— Но это же помогло? Вы любите друг друга или нет?

— Зачем вам об этом знать? — вновь спросила Эдит. — У вас есть какой-то план?

— Нам нужен ваш результат, чтобы сформировать "Миловидную точку зрения", — высказался Генри.

— Что это значит?

— У нас имеется мануал (или документ), в котором описан первый (любовный) опыт работы нашего союза. Он относится именно к вашему случаю: то есть тогда, когда вы были подвержены намеренной разлуке в катакомбах. В ходе этого опыта вы должны были ещё сильнее сойтись и... возможно, немного возненавидеть нас. Это само собой, разумеется: вряд ли получилось бы иначе... Однако вы все упрямитесь. Вы совершенно не даёте намёков на любовь! Пока мы не получим от вас согласия, наш союз никак не сможет сформировать "Миловидную точку зрения".

— Вы это сейчас серьезно?

— А по нам не видно? Уж не думал я, что ненависть к нам будет настолько велика. Впрочем, мне все невдомек, почему вы так и продолжаете отнекиваться. Покажите уже результат.

— Хорошо-хорошо! — отозвался Кёрли. Осознавая свою глупость, он решил сдаться. — Я люблю Эдит! — заявил он. — Я люблю ее до одури. Но я не готов отдавать за нее свою жизнь... по крайней мере таким образом.

— Я-я не верю тебе, — нахмурившись, скептично проговорил Генри. — Если хочешь доказать свои слова, поцелуй Эдит прямо в губы.

— Почему именно сейчас? Вы не можете просто поверить на слово?

— И вот опять. Мы ходим по кругу. Неужели так сложно поцеловать любимого тобой человека?

— Да я и не прочь! Правда. Однако, если смотреть из моих предпочтений, я сделал бы это в другой обстановке.

— Что за дешевое оправдание? Сила любви безгранична, и ее можно проявлять где угодно и когда угодно. Если ты так стесняешься, давай я сам продемонстрирую, как надо. Это несложно... если, конечно, ты никогда до этого не целовался. Вот, следи за действиями мастера.

Поправив рубашку, Генри приблизился к Бамбони, приобнял ее пышную талию и страстно поцеловал в губы. Затем спустя мгновение отпрянул, посмотрел на смутившееся личико своей жены и поцеловал вновь. Целых 45 секунд, явно наслаждаясь моментом, он не прекращал проявление любви к Бамбони. Он намеренно не отпускал ее, дабы показать истинную красоту данного действия.

В конце концов, он разомкнул поцелуй и с уверенным видом посмотрел на Кёрли.

— Ну как? Можешь повторить?

— Да я бы... я бы с радостью, — вновь оправдываясь, говорил Кёрли, — однако разве могу я это провернуть, пока сражаюсь с Капитаном?

— Сражаешься? Вообще-то наш дорогой спонсор уже минуты две тебя не трогает, — мрачно сказал Генри. — Сделай то, что должен! Поцелуй ее! Сколько ещё упрашивать тебя можно?

— Ну... Тут уже зеваки собрались. Я бы не стал у всех на виду-

— Чего ты стесняешься? Бамбони уже все устроила тебе! Ты, как герой, пострадал за свою принцессу. И теперь в благодарность за спасение ДОЛЖЕН СДЕЛАТЬ ТАК, КАК ПОДОБАЕТ ДОБЛЕСТНОМУ РЫЦАРЮ!

— Разве? А как же свобода воли? Вообще-то я могу распоряжаться своими поцелуями так, как захочу. И вы мне не указ.

— Ах, противишься? Неужели тебе отвратны поцелуи?

— Ничуть. Я целовался уже не раз... Но вы мне не родственники и тем более не близкие люди, чтоб о таком просить!

— Значит, тебе нужен дополнительный толчок? Хорошо. Продолжайте бой.

— Что? Каким образом это должно исправить положение? — вопросил Кёрли. Стоя на дрожащих ногах, он обратил внимание на Капитана. Не имея иных идей, ему оставалось только одно — второпях попытаться переубедить его. — Одумайтесь! — в порыве отчаяния крикнул он. — По-вашему, так следует поступать настоящему Капитану? По—вашему, ему дозволено калечить бывших напарников?

— Ты был лишь наемным рабочим, Кёрли. Не обольщайся и стой смирно, — с жутким спокойствием проговорил Капитан. Убрав меч и вновь встав в стойку, он сжал кулаки и был готов к новой атаке.

— Может, хватит уже, Генри? — вновь послышался голос Бамбони. После поцелуев она вела себя несколько робко и уже меньше хотела перечить своему мужу. Но тем не менее решила настоять на своем: — Давай дамим поблажку. Кёрли и Эдит ведь такие милые. Ты и сам это знаешь.

— Если бы Кёрли не противился, я бы уже давно все закончил. Но ему, видно, нравится получать боль.

— Генри, мне кажется, он и так уже довольно побитый. Это нехорошо. Я не хотела для них такого исхода.

— Бамбони, прекращай. Ты повторяешься из раза в раз, — с еле заметной мягкостью и сильным раздражением говорил Генри. — Давай объясню ещё раз: план в катакомбах был рассчитан на то, чтобы свести Кёрли и Эдит на почве общей ненависти, страха и тоски. Предполагалось, что они полюбят друг друга. И, как видишь, наполовину это уже подтвердилось. Остается только удостовериться полностью... Я знаю, что они в праве ничего не делать. НО МНЕ НУЖЕН ТОЧНЫЙ РЕЗУЛЬТАТ. Мне нужна гарантия на то, что все получилось именно так, как я предполагал.

— Ты так и будешь это твердить? — перестав плакать, спросила Эдит.

— Да, буду. Кёрли уже признался. И потому вам остаётся только поцеловать друг друга. Если не он тебя, то хотя бы ты его. Бросьте свое нежелание куда подальше и просто поддайтесь влечению!

— И это ты говоришь в данный момент? Ты только что попросил продолжить их бой. Я ведь не смогу к ним подойти.

— Хорошо, я сейчас все остановлю-

— Это даже не имеет смысла, поскольку я и Кёрли уже мертвы. Ты ещё не забыл об этом? В данной ситуации выходит так, что Капитан собирается убить убитого Кёрли. Потому что Кёрли, с его же слов, уже труп. И не отнекивайся. Ты сам это слышал. Поэтому нечего тут говорить про вашу серьезность и дурацкие поцелуи!

— Стой, стой, стой, стой, стой, стой. Я... Я уже, честно сказать, запутался, — закрыв лицо рукой, напряжённо проговорил Генри. — Давай не будем приплетать сторонние факты, хорошо? Просто поцелуйтесь и идите на все четыре стороны.

— Конечно, — саркастично ответила Эдит. — Тогда отдайте мне его уже! — не выдержав, со слезами на глазах приказала она.

И вот так Кёрли был, наконец, спасён. Хотя, вряд ли случившееся можно назвать настоящим спасением. Вместо ожесточенного сражения, где тебя со всех сторон о чем-то уговаривают и не дают даже нормально порассуждать, можно было обойтись поцелуем и словом "простите". Конечно, Кёрли тот ещё чудак. Но обида, отсутствие денег и союз "Добрых людей" сильно разозлили и в то время расслабили его. Ввиду этого ему, видите ли, уже было все равно. Ну не поцелует он Эдит. Что может случиться?.. Такого исхода он, конечно, не ожидал.

Подойдя к Эдит, Кёрли приобнял ее и с до жути усталым лицом посмотрел ей в глаза. С виду она была обижена, очень рассержена, невероятно горяча* и очень сильно расстроена.

Дабы всё-таки продемонстрировать свою любовь перед союзом "Добрых людей", она безэмоционально поцеловала Кёрли, а Кёрли поцеловал ее в ответ. К сожалению, удовольствия от этого никто из них не получил.

— Вау! Как это мило! — с явной наигранностью язвительно проговорила Эдит. Она посильнее вжалась в Кёрли и что-то шепнула ему на ухо. В ответ Кёрли кивнул. Спустя мгновенье, пока все остальные застыли в ступоре, они вдвоем рванули из последних сил через столпившихся зевак и впоследствии скрылись за первым попавшимся поворотом.

---

* Она буквально была горячей — Примеч. автора