Счастливое пойло

4 глава - Счастливое пойло

— ...Вот ведь добродушный малый, — идя мимо неизвестных домов, говорил Кёрли себе под нос. — Том... Какой он всё-таки хороший. Уверен, если б Эдит поговорила с ним, ее мнение насчёт этого места сразу же изменилось бы. Но она, вероятно, до сих пор сидит и сжимается саму в себя, дабы казаться каким-нибудь элементном декора. И кто только ее научил этому? Плохой опыт? Такое чувство, словно она доверяет только самым близким себе людям. Разве так сложно проявить хотя бы немного уважения к собеседнику? Нет, вместо этого нужно быть упрямой и высокого мнения о себе. И только попробуй поспорить..!

Оказавшись между большим двухэтажным домом слева и однотипными домиками справа, Кёрли остановился.

— А на кой я вообще сейчас об этом думаю? — спросил он себя. — Быть может, так и должно быть? Не бывает же мира, где каждый будет счастлив и добр. Я-то знаю.

Закончив разглагольствовать, он по привычке повернул налево и подошёл к высокому забору, за которым лишь едва виднелась верхушка либо особняка, либо поместья (тут уж как посмотреть). На удивление, встроенная в забор дверь была не заперта, и Кёрли ничего не мешало незаметно прошмыгнуть внутрь.

Когда он миновал первое препятствие, на его пути выросло второе. Если точнее, Кёрли оказался перед палисадником, который с первого взгляда был похож на странный лабиринт из идеально подстриженных кустов. Решив последовать своей интуиции, он пошел по узким дорожкам, дабы найти хоть кого-нибудь живого. Сначала нашёл кошку. Она была белая и появилась перед ним только на мгновенье, после чего перебежала ему дорогу и тут же исчезла. Потом на глаза ему попалась симпатичная мадемуазель, напряжённо сидящая на скамейке (по предположению ей было от 38 до 40 лет).

Кёрли осторожно приблизился к ней и вознамерился побеседовать:

— Добрый день. Вы не возражаете, что я брожу по вашему палисаднику?

— А? Да без проблем. Мне все равно! — грубо ответила она.

— И вы даже не сделаете предположения о том, что я вор?

— Говорю же, мне нет до этого никакого дела. Можешь не мешать?

— Извините, но мне сейчас принципиально необходима уборщица... Ладно, я наглею. Мне хватит и обычной швабры. Вы можете такое одолжить?

— Ты мне мешаешь.

— Это вряд ли: вы же просто сидите и напряжённо смотрите на небо.

— Не говори глупостей! — нахмурившись, сказала мадемуазель. — Я дуюсь.

— Чего-чего?

— Дуюсь на своего мужа. Он обидел меня.

— Вы поссорились?

— Это не твое дело.

— Но тогда, может, рассмотрите мою просьбу?

— Ха? Ты тут, значит, мне ещё и условия хочешь ставить? Не видишь, как я опечалена?! Да я сейчас чуть с ума не сойду.

— Как по мне, вы слишком драматизируете.

— А вот и нет.

— Вам скучно, что ли?

— А вот и нет! Во всем виноват мой муж.

— Он вам... нагрубил?

— Наоборот! В последнее время он даже и не пытается затевать со мной ссоры. Только и делает, что улыбается, смеётся и вовсю радуется нашему переезду.

— Переезду?

— Да! Мы только что переехали и... вот.

— Что... "вот"?

— Мне здесь не нравится. Не знаю, каково мужу, но мне уже который день мерещатся монстры. Я правда скоро сойду с ума!

— А вы пробовали с ним поговорить на эту тему?

— Пробовала. Но он отвечал, мол, "все в порядке". Говорил, что никакая нечисть не сможет перелезть через наш высокий забор.

— И вы ему, разумеется-

— Не верю! Точно! Все это какой-то сюр. Даже не знаю: может, нанять каких-нибудь телохранителей? Или нет! Лучше уж ещё усерднее начать упрашивать его съехать отсюда... — Она резко сменила тон и сделалась более печальной. — Ох! Ну вот зачем он надоумил переехать сюда? Каждый день говорил: «Ох, дорогая, я сделаю тебе такой сюрприз! Это будет так сногсшибательно, что ты прямо-таки свалишься с ног!» А что по итогу? КАКАЯ-ТО ЗАДНИЦА! Тихое захолустье, посреди которого здоровенный дом. А ещё — для остроумной шутки — табличка на входе: "Монстрам вход воспрещён!"

— Но я не видел никакой таблички.

— Муж повесит ее в среду... вроде бы ближе к обеду. И вообще заткнись! Чего ты улыбаешься? Небось, дружок моего мужа? Может, это ты посоветовал ему это место? Чтоб я здесь страдала?

— Не. С вашим мужем я не знаком.

— Везунчик. Может, мне и не стоило выходить замуж?

— Да вы что? Вам действительно так не нравится ваш муж? А как же любовь? Ведь, по сути, он сделал это ради вас... если припомнить цитату о сюрпризе.

— Он просто... просто..!

— Не оправдал ваших ожиданий? Не сделал так, как вам хочется?

— Ха? В смысле? Почему ты так говоришь? Умного из себя строишь? Рассудительный, да? Хочешь сказать, я настолько глупа, что не понимаю намёков? Что совсем не обращаю внимания на ту любовь, которую проявил ко мне мой муж? Да, я эгоистка и признаю это! А ты... Ты вообще кто такой, чтоб переубеждать меня?

— Ладно! Был не прав... Давайте вернёмся к разговору о швабрах.

— А не пойти ли тебе куда подальше со своими нелепыми рассуждениями? — хмуро предложила ему мадемуазель. — Вот скажи, ты правда видишь во мне какую-то тупицу, которой нужно объяснять все на пальцах? Может, у тебя был подобный опыт, и ты мастер в этих делах?

— Я как раз хотел спросить о швабрах.

— Обращайся к монстрам с такими предложениями! Я женщина гордая и не буду после таких "советов" что-то тебе давать. Не заслужил.

После ее слов Кёрли решил не продолжать разговор: мало ли, ещё по лбу получит. Натянув на лице улыбку, он оставил мадемуазель в покое и, не оборачиваясь, сделал пару шагов назад. Затем ему внезапно удалось ощутить спиной что-то мягкое, но довольно упругое. Похоже, это была горничная; довольно упитанная, но в каком-то роде симпатичная. Я даже не совру, если скажу, что выглядела она здорово: была ухоженная, с пухлым и милым личиком. Если б Кёрли был глуп и легкомысленнен, он СРАЗУ ЖЕ предложил бы ей свою ЛЮБОВЬ. Однако, поскольку сейчас он был в ужасном положении и с назойливой и весьма своенравной напарницей, ему оставалось только задать вопрос:

— Вы моете полы?

— Что-что? — удивлённо спросила горничная.

— Вы моете полы? — повторил Кёрли. — У вас есть в наличии швабра или метла?

— Я вас н-не понимаю. Кто вы? К-как вы здесь оказались? Вы гость? Вас п-пригласил сюда господин Ма-Масаккарик?

По всей видимости, горничная была наделена даром заики, что делало ее в разы симпатичнее. Благо, что Кёрли мог держать себя в руках и на данный момент имел в голове план, закрывающий обзор на красоту данной пышечки.

— Я здесь по делу.

— Да? Тогда можете от-тойти от меня? Вы все ещё уп-пираетесь мне в живот.

— Извините, — Кёрли отошёл и развернулся лицом к горничной.

— Чём я могу вам п-помочь? — спросила она.

— Как я и говорил, мне нужна метла... но будет лучше, если вы одолжите мне свою швабру. Я возьму ее совсем ненадолго и потом сразу же верну. Конечно, я понимаю, что выглядит это как-то странно, но поймите меня. Я-

— Эй-эй! Не приставай к Люси! И не приближайся к ней! — услышав их разговор, крикнула мадемуазель.

Кёрли вздрогнул.

— Все в порядке, госпожа Ли-Ли-Линда, — заверила горничная. — Этот молодой человек всего-то хотел позаимствовать у нас швабру.

— Швабру? Кати прочь этого недотёпу... И не слушай его! Вероятно, он и в тебе сейчас видит какую-то дурочку. Слышишь меня, Люси?

— Д-да, госпожа. — Она слегка нахмурилась и обратилась к Кёрли в приказном тоне: — Прошу, покиньте палисадник.

Кёрли ничего не оставалось, кроме как послушно выполнить требование.

Минутой позже он уже вышагивал с хмурой миной по слегка оживленной улице. В отличие от него, люди вокруг были до жути радостные. И тут невозможно было не согласиться с Эдит: данная атмосфера вправду выглядела странно.

Кстати, о Эдит. Как только Кёрли вернулся к гостинице, он, к своему удивлению, потерял напарницу из виду. Единственная скамейка, куда он вроде бы посадил ее, была пуста.

«Сбежала? — мгновенно подумал он. — Да не. Она ж хромая. И денег у нее нет. — Тут ему внезапно вспомнились ее подозрения. — А что если..? Ну нет. Я ж не идиот в такое верить. — Недолго думая, он отмёл мысль о похищении, покопался в мозгу и за пару мгновений понял — Эдит манипулировала! — ...Точно-точно! С ее стороны это было бы даже к месту. Всего-то требовалось соблазнить какого-нибудь мужчину и заставить его плясать под дудку... Вот только куда она пошла? В гостиницу? Вряд ли: в этом нет смысла... Тогда, может, в бар или таверну?.. Без понятия, как она относится к спиртному, но в нашей профессии это уж точно не новость. Хотя, кто знает? Не каждый плюёт на здоровый образ жизни. Или нет? Допустим, я дурачок, который каждый вечер напивается в хлам. Будет ли мне от этого лучше? С одной стороны, убегу от проблем и страха. С другой, получу в подарок сюрпризы от печени... О боже».

Не желая больше развивать никаких мыслей, Кёрли отправился в ближайшую таверну. К его счастью, та находилась сравнительно недалеко — всего-то в пятидесяти двух шагах от гостиницы.

Кёрли зашёл в бар мгновенно. После трёхсекундного осмотра, он заприметил одинокую Эдит, которая сидела за столиком с пустой пивной кружкой. Приблизившись к ней, он обомлел: Эдит была счастлива! Если это вас не удивило, то дам уточнение: она была УЖАС, как счастлива. Она хихикала и не переставала улыбаться, будто уже пару минут не могла оправиться от смешной шутки.

— Эдит? Эдит? — пытаясь ее растормошить, обращался к ней Кёрли. — Что ты здесь делаешь? Откуда ты взяла деньги?

Увы, точного ответа он не получил. Ничего не говоря, напарница лишь задорно рассмеялась.

— Хе-хе-хе... Ха-ха-ха! Кё-рли!!!

— Сколько кружек ты выпила? Одну?

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха!

Судя по выражению ее лица, внешнему виду и задорному смеху, Эдит была пьяна. Ну да. Это как бы очевидно. Только вот что она могла такого выпить, если находилась теперь в невменяемом состоянии? Кёрли вознамерился это узнать. Не колеблясь, он подошёл к бармену, стоящему за стойкой. Тот невозмутимо натирал уже давно очищенную кружку.

— Добрый день, — сказал ему Кёрли.

— Добрый.

— Я могу у вас поинтересоваться?

— Без проблем. Что вас беспокоит?

— Взгляните по направлению моего пальца. Видите? За тем столиком сидит моя напарница. Можете, пожалуйста, сказать, что она у вас заказала, сколько это стоило, и не говорила ли она, что заплатит позже?

— Хм-м-м... Если мне не изменяет память, то, скорее всего, она заказала Счастливое пойло.

— Счастливое пойло?

— Оно самое.

— Это какой-то экзотический напиток?

— Увы, об этом я вам сказать не могу. Если хотите, можете сами его заказать и испробовать.

— И-извините. Чисто из вежливости и отсутствия моего потерянного кошелька буду вынужден отказаться... Но я всё-таки хотел бы узнать, не взяла ли моя напарница у вас в долг?

— В долг? Нет, не беспокойтесь. Первая кружка счастливого пойла продается совершенно бесплатно. За счёт заведения, так сказать.

— Вы не шутите?

— Ничуть. Если вы тоже хотите испробовать этот напиток, то не стесняйтесь.

— А с чего такая щедрость?

— Интересный вопрос... Советую просто не брать это в голову.

— Но меня... как бы... напрягает это! Если она заказала у вас одну кружку, то почему так сильно пьяна? Сколько градусов в вашем пойле?

— Около 3-5°, если не меньше.

— Хм, странно... — С подозрением посмотрев на бармена, Кёрли его спросил: — По-вашему, нормально, что моя напарница так хохочет?

— Она же счастлива. Разве это плохо?

— Не знаю... Мне кажется, что это эффект от вашего напитка. Вы ничего странного туда не подмешиваете?

— Этого я вам сказать не могу.

— Почему же?

— Дело принципа... Если вы и дальше продолжите, я буду вынужден попросить вас либо покинуть заведение, либо насильно держать любопытство в узде.

— Я просто интересуюсь.

— Для чего? Раз ваша подружка счастлива из—за "бесплатного" напитка, то зачем переживать?

— Ладно, не продолжайте, — хмуро согласился Кёрли. — Будь по-вашему. Я пойду у вас на поводу.

С тяжелым вздохом он повёлся и заказал одну кружечку счастливого пойла.

— Минуту, — сразу же повеселев, сказал бармен.

Пока Кёрли ждал свой заказ, ему внезапно пришла в голову банальная мысль. Назвать ее планом или хитрым маневром я бы не рискнул, поскольку она была совсем уж проста. Все упиралось в два действия: заболтать и уговорить. Почему именно так — узнаете позже.

— Вот ваш напиток, — добродушно сказал бармен.

— Спасибо.

Взяв кружку в руки, Кёрли немедля отправился к выходу, дабы воплотить свой план в реальность.

— Постойте! — внезапно крикнул бармен. — Кружки с собой выносить нельзя.

— Почему нельзя?

— Таковы правила, — пояснил он.

Угроза пришла, откуда не ждали. Не имея иных вариантов, Кёрли пришлось искать обходные пути, дабы ниточка его плана не оборвалась в самом начале. Сразу же рискуя, он начал подходить к каждому столику и выпрашивать у посетителей какую-нибудь красивую тару, в которую можно было бы перелить "счастливый" напиток.

Подойдя к ближайшему столику, он потревожил местных мужчин и одну миледи, которая, в отличие от других, пила напиток из красивого стеклянного бокала.

— Добрый день, — начал он.

— Чего тебе? — спросили мужчины.

— Прошу прощения... Миледи, не могли бы вы одолжить мне ваш прекрасный бокал?

— Для чего же? — с интересом спросила она.

— Ага, для чего, приятель? — с раздражением начали повторять за ней мужчины.

Кёрли на ходу попытался объяснить:

— Мне... нужен ваш бокал для... высшей цели!

— Что? Как тебя понимать, приятель? — вопросил бородатый мужчина.

— Видите ли... Мне... Мне срочно нужен этот бокал... для моей любимой! Эти грязные пивные кружки ужасны!.. П-помогите мне.

После такого пылкого и лживого объяснения сердце каждого мужчины за столом ёкнуло. Желая помочь человеку в его "любовных отношениях", они вынудили миледи быстренько допить свой напиток и с гордостью отдали ему опустошенных бокал.

— Ну давай, приятель, — уже с улыбками кричали мужчины. — Не бойся и приударь за ней... кем бы она ни была!

— Главное, держи выше нос и не показывай своей второй половинке, что слаб! Слышишь?!

— Да угомонитесь вы, — сказала сидящая вместе с ними миледи. — Щас насоветуете ему всякой чуши, а потом испортите этому молодому человеку судьбу.

— Ладно, — хором ответили мужчины.

Бокал был получен! Кёрли подбежал к стойке, взял свой напиток и начал переливать его из кружки в красивую тару. В этот же момент он заприметил нахмуренный взгляд бармена, отчего ему пришлось моментально проявить уважение и отпить несколько глотков счастливого пойла.

«Уэ-ах... Какой странный вкус», — подумал Кёрли.

Вздрогнув от терпкости и, в основном, неестественности данного спиртного напитка с остальными, он посудил, что двух глотков будет достаточно, перелил остальное в бокал и молниеносно выбежал на улицу.

Далее ноги понесли Кёрли в палисадник. К его удаче, ворота до сих пор не были заперты, что дало ему сразу же добраться до высокомерной госпожи Ли-Ли-Линды.

— И снова здравствуйте, — чутка запыхавшись, довольно странным голосом сказал ей Кёрли.

— Ох... Вот что тебе опять от меня нужно? — смотря на него исподлобья, с явным нежеланием спросила госпожа.

— Прошу вашего прощенья... Ранее я не хотел вас как-либо обидеть или задеть. На самом деле, я понимаю ваши чувства.

— Да ну? Серьёзно? И что ты этим хочешь сказать?

— Я думаю, вы правы. Все в нашем мире совершают ошибки, и ваш муж не исключение. Но прежде чем вы начнёте сыпать на меня обвинения, я хотел бы преподнести вам в качестве утешения этот напиток. Он терпкий, но, как мне кажется, поможет вам успокоиться.

— Я, по-твоему, дура? Ты хочешь, чтоб я выпила неизвестный мне напиток и почувствовала себя лучше?

— Да.

— Ты, видно, издеваешься надо мной. Опять! Я... Я уже настолько вымотана, что аж говорить с тобой не хочу...

— Перестаньте. Вы явно хотите пить. На такой жаре у вас наверняка уже пересохло горло.

— Этого ты знать не можешь.

— И всё-таки я настаиваю. Не противьтесь судьбе, когда она протягивает вам освежающий напиток.

Линда взглянула на счастливое пойло и заинтересовалась.

— Отпей сперва сам, — предложила она. — Я хочу убедиться, что напиток не отравлен.

— Вы не против? Ну хорошо.

Кёрли немного отпил и, приподняв голову, продемонстрировал потребление напитка.

— Ладно! Давай сюда, — уже не в силах терпеть, грубо сказала госпожа. Она выхватила из рук Кёрли бокал и залпом опустошила его. — У-у-а-х... Уф! Какой приятный вкус, — совершенно поменявшись в лице, сказала она. — Ох-ох. Как жжётся..!

— Вам нравится?

— Не могу определиться. Что-то не так. Я... чувствую лёгкость. Ба! Как это? Что случилось? Теперь я не хочу маяться предположениями. Сегодня же поговорю с мужем об укреплении ворот... Ха... Ах-ха-ха! А ведь точно! К чему были сомнения? Ха-ха-ха! Ха-ха-ха-ха!.. — Когда ее рассуждения попали под влияние алкоголя, она откинула голову назад и захотела посмотреть на облачка. — Так хорошо и одновременно с этим так противно. Почему так? Теперь мне, наоборот, не нравится. Ха-ха-ха-ха... Я больше никогда не притронусь к такому ужасному напитку. Какая гадость. Бе-

Тем не менее госпожа Ли-Ли-Линда не переставала улыбаться и иногда хохотать. Кёрли это было только на руку. Пока Ли-Ли-Линда "наслаждалась" послевкусием, он быстренько пробежался по палисаднику и отыскал горничную Люси.

— Снова здравствуйте, — сказал он ей.

— Опять вы? Разве г-госпожа не сказала, что вам здесь не рады?

— Нет. Все в порядке... Люси. Вас можно так называть?

— Д-да.

— Хорошо. В общем... видите ли, ваша госпожа с радостью согласилась на то, чтоб я позаимствовал у вас швабру.

— Вот как? Ну... если он-на так сказала, то ладно. Все, что вам нужно, находится у меня в подсобке.

— В подсобке? А не могли бы вы сопроводить меня к ней? Думаю, у такой красивой горничной не должно возникнуть проблем с моей просьбой. Я ведь прав?

Люси от такого неожиданного комплимента густо покраснела и, закрыв лицо руками, кивнула головой.

— Д-да. Идёмте за мной.

Как только они направились к подсобке, Кёрли показалось, что Люси как-то странно на него поглядывает. Чутка подумав, он предположил, что та его подозревает, и поэтому попытался затмить ее разум ещё парочкой комплиментов.

— Кстати, у вас красивые волосы. Вы ухаживаете за ними?

— Д-да. Господин Ма-Масаккарик хочет, чтобы я выглядела опрятно и ухоженно. Само с-собой, этого желает и госпожа Л-Линда.

— Буду откровенен! Как по мне, вы смотритесь умопомрачительно, в хорошем смысле! Ваше телосложение настолько чарующее и завораживающее...

— С-скажете тоже! Я же толстая.

— Но разве это недостаток, Люси? Любому мужчине определенно хотелось бы иметь упитанную, расцветшую женщину. Скажу даже больше — такие пышечки, как вы, в моем королевстве пользуются популярностью среди повзрослевших парней. Я видел много пар, где 18-летние или 24-летние мужчины встречались с пышными женщинами. Вероятно, они замечают в подобном куда большую красоту...

— Вот к-как. Удивительно.

Теперь Люси покраснела ещё больше. До самого окончания их пути, слушая глупые речи от Кёрли, она не поднимала взгляда и смотрела только себе под ноги.

— Ну вот и все. М-мы пришли, — оказавшись перед подсобкой, тихо проговорила горничная. — Прошу, проходите внутрь.

Ничего не подозревая, Кёрли зашёл в тускло освещённую подсобку и начал осматриваться, чтобы найти необходимые ему вещи. Когда его взглядом была замечена скучающая без дела швабра, он тут же взял ее в руки.

— То, что надо, — сказал Кёрли себе под нос.

После утверждения этого довольно приятного на вид инструмента, он обратился к Люси:

— Именно такая швабра была мне нужна. Спасибо. Теперь я, пожалуй, пойду.

— Не торопись, — тихо сказала Люси. Ее силуэт был темный, поскольку закрывал собой дверной проход. — Я не хочу, чтобы ты уходил прямо сейчас.

— Хм? Почему? Что-то не так? — совсем не понимая ситуации, подобно простаку, вопрошал Кёрли.

— Нет-нет-нет. Все в порядке, — медленно, будто намеренно растягивая предложения, говорила Люси. — Просто... М-может, оставим дела на потом и... поговорим о чем-нибудь?

— Слушай, Люси, у меня сейчас не так уж много времени. И, к сожалению, денег у меня при себе нет. Если ты меня сейчас задержишь, я, вероятнее всего, буду ночевать на улице. А этого бы мне не хотелось.

— Ну-ну-ну! Н-не бойся. В-вот подойди ко мне.

— Зачем? Уж извини, но меня ждут.

— Какой ты настырный... Разве ты не хочешь задержаться?

— Я понял тебя. Но не думаю, что это будет разумно. Дай мне пройти.

— Нет уж.

— Я пришел сюда исключительно за шваброй. Иного мне нужно! — пояснял Кёрли.

Люси, однако ж, его не слушала и всеми силами противилась его выпускать. Чтобы Кёрли случайно не сбежал, она преднамеренно прибила его к стенке.

— Не стоит, Люси... Уверен, моя мама была бы очень этим недовольна!

— Почему? Ты же сам недавно г-говорил о привлекательности пышных женщин. Я ведь красивая?

— Да, да! Без сомнений. Но я же не говорил, что пытаюсь тебя охмурить!

— Вообще-то ты намекал... и п-при этом очень сильно. Скажи, что положил на меня глаз. Давай!

Внезапно Люси вздумала неподобающе себя вести, и Кёрли от этого смутился. Он попробовал противиться, но не смог: его тонкие ручки были слишком тонкие, чтоб хоть как-то совладать с действиями Люси. Она тем временем постепенно сужала расстояние между ними.

По итогу, чтобы выбраться, Кёрли ничего более не оставалось, кроме как выбрать самый не очевидный и не логичный вариант.

— Хочешь близости? — шепотом спросил он. — Тогда иди сюда!

В следующий миг он начал всячески налегать на Люси, отчего та моментально приободрились.

— Ах! Стой-с-стой!..

Полностью поддавшись его упорству, Люси принялась медленно отходить назад.

— Ох, теперь я тебе привлекательна? — мило улыбаясь, с полностью красным лицом говорила она.

Игнорируя ее слова, Кёрли вопрошал:

— Выходит, ты хочешь моей любви? Ты хочешь, чтобы я любил тебя?..

— Да.

— ...Ты точно готова получить любовь от незнакомца? Что, если я вздумаю пойти наперекор твоим желаниям? Вдруг я, наоборот, сделаю твою жизнь несчастной? Вдруг я всё испорчу и потом оставлю тебя совсем одну? Вдруг я являюсь плохим человеком?

— Постой! — Люси изменилась в лице. — Но... Но ты был таким... милым. Как ты можешь так говорить?

— Понятно. Небось, нафантазировала себе чистый и незапятнанный образ, а потом, как дурочка, сразу влюбилась в него.

— Нет! Это неправда.

— Тогда почему ты решила, что я люблю тебя? Ты думала, что я сделал тебе комплимент и тем самым подал некий "знак"? Если теперь я тебя поцелую, то что ты ощутишь? Скорее всего, тебе покажется, что я искренне люблю тебя; но, увы, не думаю, что это будет именно так. Эй! Не отводи взгляд! Смотри прямо мне в глаза. Что ты ко мне чувствуешь? Ты правда любишь меня? Мы знакомы, дай бог, десять минут.

— Э-это... Это любовь с п-первого взгляда.

— Врешь. Если б ты хотела настоящей любви, то сначала проявила бы скромность или хотя бы узнала мое имя! На самом деле, тебе хотелось всего лишь плотских утех, раз ты так себя повела... — Он отпрянул от Люси и покачал головой. — И вроде бы кажешься милой девушкой... Что тебя вообще надоумило так поступить? Ты хоть осознаешь, кем являешься? Ты женщина, в конце концов... Женщина. Веди себя подобающе. Ясно?

Люси все поняла. Однако одновременно с этим она готова была расплакаться.

— Только не реви... Прошу тебя.

Увы, Люси не послушалась и разревелась.

— Ладно, реви, сколько влезет. Я ухожу. Если тебе хочется полюбить по-настоящему, то сходила бы лучше в гостиницу. Там работает один мой знакомый по имени Том. Ему как раз не хватает такой женщины, как ты.

— Он... он хотя бы милый?

— Том? На вкус и цвет, как говорится. Ты только не устраивай с ним таких выкрутасов. А лучше почитай каких романтических книжек. Это будет тебе пособием, как проявлять к партнеру свои чувства. Тебе это понятно?

Люси кивнула и, вытерев, слезы, отошла в сторону. После этого Кёрли поднялся на ноги, отряхнулся, забрал швабру и вышел обратно в палисадник. Разогнавшись, он добежал до все ещё хохочущей и явно счастливой госпожи, забрал у нее пустой бокал и побежал к таверне.

— Вот! Спасибо.

Не особо церемонясь, он передал миледи ее бокал.

— Ну как? Все прошло удачно? — заинтригованно спрашивали его мужчины, до сих пор сидевшие вокруг миледи.

— Я не хочу больше врать. Никакой любви не было. Ваш бокал был мне нужен только ради получения этой швабры, — ответил Кёрли.

— ...

— ...

— ...

— Ну да, я вас обманул. Но это же было во благо...

— Ради швабры?

— Вы просто не знаете сути. Я мог бы вам все объяснить, но сейчас у меня совсем нет на это времени.

— Это все равно звучит странно, приятель.

— Согласна, — сказала миледи. — Для чего ты использовал мой бокал?

— Вряд ли моя слова будут убедительны.

Оставив мужиков позади, он подошёл ко все ещё пьяной Эдит. Та будто бы и не сдвинулась со своего места. Можно было заметить лишь то, как она время от времени хихикала и одновременно с этим хрюкала.

— Что ж... делать нечего, — по итогу сказал Кёрли себе под нос. Он поднял Эдит, погрузил ее себе на спину и аккуратно вышел из бара. Далее, как не трудно догадаться, он кое-как направился к гостинице.