Глава 24.0
Спустя долгое время в кабинете Аида.
Король Подземного царства, как обычно, судил души, отбирая тех, кому было предназначено место в Элизиуме. Пока он работал, к нему подошел слуга, выглядевший так, словно хотел что-то сообщить.
— Аид, в Подземном царстве кто-то ищет встречи с вами...
— Пусть войдет.
Тот, кто вошел, был душой пожилого человека, его светлые волосы уже поседели от времени. Я сразу узнал его.
— Редкий гость пришел в Подземное царство.
— В-вы знаете, кто я...?
Первый смертный, обманувший Тифона, похитивший жилы Зевса, основавший Фивы и победивший Исмения, злого сына Ареса ( П.П тут скорее всего речь идет об Исменийском драконе). Он выдержал восемь лет рабства в качестве наказания, а затем заслужил прощение Ареса, женившись на его дочери Гармонии. Великий герой Кадм дрожал, преклонившись передо мной.
— Как и ожидалось, твоя память угасла после того, как ты пересек Реку Забвения. Мнемозина, будь добра, принеси немного воды из Источника Памяти.
— Поняла, Аид. Для Кадма это не станет проблемой.
Богиня Памяти, Мнемозина.
Когда мертвые пересекают Реку Леты и пьют её воду, они теряют все воспоминания о своей прошлой жизни. Однако вода из Источника Памяти, что обладает противоположными свойствами, возвращает эти утраченные воспоминания.
Ну… иногда души с необычно сильной обидой сохраняют свои воспоминания даже после питья из Реки Леты...
Как бы то ни было, богиней, управляющей этим Источником Памяти, является Мнемозина, которая сейчас покинула нас. Она также мать Муз, богинь искусства и наук, после девяти ночей, проведенных с Зевсом.
Когда Кадм выпил воду, принесенную из Источника Памяти, его воспоминания постепенно вернулись. Его когда-то тусклый и растерянный взгляд прояснился, обретя величие великого героя.
— Ах… Аид, прошло столько времени с нашей последней встречи.
— Да, прошло много времени. Я был слишком занят, чтобы присутствовать на твоей свадьбе с Гармонией.
С полностью восстановленными воспоминаниями он мягко улыбнулся и поклонился, так же, как в первый раз, когда мы встретились.
— Всё в порядке. Как Повелитель Подземного царства, вы, вероятно, были заняты.
— Ты был разочарован, что я не пришел на свадьбу?
— Ха-ха… Был бы рад, если бы вы пришли, господин Аид.
— Хех. С возрастом ты стал ещё остроумнее.
Причина, по которой я вернул Кадму его воспоминания о смертном мире, была проста. Я хотел услышать из его уст, как великий герой, встретившийся с Тифоном, смотрит на свою жизнь.
— Как ты оцениваешь свою жизнь в смертном мире?
— Что вы имеете в виду...?
Я продолжил говорить с немного горьким выражением лица.
— Проклятие несчастий, которое ты получил за убийство сына Ареса, Исмения.
— Ах…
— Я тоже нахожу это трагичным — несчастья, которые постигли королевский дом Фив, который ты основал. Даже сам Арес пожалел об этом…
Однажды наложив проклятие, даже бог не может его снять. Я слышал, что Арес глубоко сожалел о проклятии, наложенном на Кадма, даже даруя ему в жены свою дочь.
Хотя Кадм стал первым смертным, женившимся на богине, его конец не был счастливым. Из-за проклятия несчастий постоянные трагедии среди его потомков привели к тому, что Кадм и его жена решили стать змеями и навсегда закрыть глаза.
— Если бы только я раньше стал змеем…
— Отец Арес… Пожалуйста, не оставляйте моего мужа одного. Я… прошу, превратите меня в змею тоже.
Кадм на мгновение замолчал, погружённый в мысли. Герой, достигший подвигов, признанных всеми, но в конечном итоге ставший несчастным из-за богов…
Будет ли он ненавидеть богов, похитивших его сестру, проклявших его и, в конце концов, приведших его и его жену к смерти из-за гибели их потомков?
— Я не тот, кто будет неблагодарным.
Неожиданно, он снова заговорил после короткого молчания.
— Проклятие Ареса… Я понимаю его. Какой родитель смог бы простить того, кто убил его сына?
— Хм.
— Вместо этого я благодарен за краткий срок наказания в восемь лет и за то, что мне дали его дочь. И…
В отличие от нашей первой встречи… это не была ложь, произнесенная из страха перед возмездием, но истина. Даже в конце своей жизни, после страданий и смерти, он остался благороден.
— Благодаря этому я смог встретить свою жену, которая последовала за мной даже в смерть.
Гармония, дочь Афродиты и Ареса, богиня гармонии. В отличие от Исмения, который был смертным, Гармония обладала божественным бессмертием, но всё же выбрала путь в смерть, чтобы быть с Кадмом.
— Трагедии среди моих потомков — это также моя вина, так что кого ещё мне винить? Я даже наслаждался правлением в Фивах вместе с женой. Хотя, останки Тифона, которые мы обнаружили на пути, всё же немного беспокоили меня…
— Останки Тифона? Они были похожи на него внешне?
— Да. Хотя они были значительно меньше, это был очень сильный монстр с нижней частью тела змеи и верхней частью тела человека, как у Тифона. Мне было непросто его победить.
Нижняя часть тела змея, а верхняя — человека. И Кадму, который был достаточно силен, чтобы победить Исмения, было трудно справиться с ним.
Лицо моё постепенно напряглось.
Неужели это и правда останки Тифона… или, возможно, другой монстр, о котором я знаю?
— Однако после того случая я не встречал больше никаких следов Тифона, поэтому и не докладывал богам… Господин Аид?
Существует вероятность, что это Гигант.
— Где вы нашли это чудовище?
— Ах… Я наткнулся на него неподалеку от Фив, прогуливаясь. Услышав странные звуки, я вошел в пещеру и обнаружил его там, — сказал Кадм.
Он рассказал, что в этой пещере он увидел огромного монстра, наполовину человека, наполовину змея, который пожирал людей.
И хотя Кадм достал меч и вступил с ним в бой… даже ему, великому герою, победившему дракона, пришлось непросто.
Не все Гиганты обладают одинаковой силой. Хорошо, что существо, с которым столкнулся Кадм, было одним из тех, с кем он мог справиться. Могло ли оно спрятаться в пещере, оставаясь вне поля зрения богов Олимпа? Если наша бабушка, богиня Земли Гея, приложила все усилия, чтобы скрыть местонахождение Гигантов… даже Деметра могла этого не заметить. Хотя Деметра и является богиней земли, её сила явно уступает Гее. В отличие от свержения Титанов, на этот раз они имеют преимущество внезапного удара. Возможно, это ловушка, чтобы заманить богов, или, может быть, это было самовольное действие некоторых из них. Но прежде чем строить догадки, нужно подтвердить, является ли это Гигантом, через богиню Памяти.
— Мнемозина, пожалуйста, проверь воспоминания Кадма на мгновение.
— Хорошо. Кадм, закройте глаза.
Богиня Памяти, Мнемозина, прикоснулась к голове Кадма и начала читать его воспоминания. Спустя некоторое время, она посмотрела на меня с серьезным выражением и кивнула. Черт, это действительно Гигант.
— Понял… что ж, за твои заслуги при жизни тебе дарован вход в Элизиум.
— Ах… Элизиум… Благодарю вас! Господин Аид!
— И твоей жене также. Пусть вы оба будете счастливы там.
Так был рожден первый обитатель рая — Элизиума. Он будет жить в покое и гармонии со своей возлюбленной женой навеки. Хотя наша беседа с Кадмом после столь долгого времени доставила мне удовольствие, моё сознание было неспокойно.
Гигант, найденный неподалеку от Фив, остался незамеченным стражами Подземного царства? Но я не могу оставить свои обязанности в Подземном царстве, чтобы отправиться на поиски Гигантов в смертный мир. Может, стоит взять пример с Аполлона и воздействовать на смертный мир через мой храм?
— Жрец из Дельф, я пришел из далекого места...
— Вы пришли также за прорицанием от бога Аполлона? Подождите своей очереди.
Но в отличие от Аполлона, которого широко почитают в смертном мире, имеющего знаменитый храм на острове Дельфы… В смертном мире у меня всего один храм, и он находится в Фивах. Храм, построенный Кадмом при его жизни, в знак уважения к нашей связи.
— Свяжитесь с Олимпом и сообщите, что обнаружены следы Гигантов. И приведите ко мне Морфея.
— Да!
Вскоре после этого Морфей явился по вызову посланника душ.
— В чём дело, господин Аид? Я что-то сделал не так…?
— Я не собираюсь упрекать тебя за кошмары, которые ты иногда насылаешь на людей ради забавы.
Он выглядел ошеломленным. Ты думал, что я не знаю? Не стоит беспокоиться об этом сейчас…
— Мне нужна твоя помощь.
Великое государство Фивы, основанное героем Кадмом. В Фивах находится единственный храм Аида во всем мире. Учитывая, что это храм одного из трех великих богов, он должен был бы быть полон людей, ищущих защиты…
— Ааа-хх… — зевнула жрица храма Аида, Парона, сидя на своём месте с утомленным выражением лица.
Посетителей не было, люди избегали её из-за того, что она служила богу Подземного царства, и единственное преимущество её положения жрицы Аида заключалось в том, что никто не решался вступить с ней в ссору. Она была в брачном возрасте и входила в десятку самых красивых девушек города…
Но даже самые сильные задираки из панкратиона не осмеливались к ней подступиться , не говоря уже о заигрываниях.
— Ха… Скучно…
Скорее всего, они боялись, что если оскорбят жрицу Аида, их потащат в Подземное царство. Однако сам храм стал местом, которое люди считали зловещим, благодаря репутации бога Подземного мира.
— Почему-то я засыпаю посреди дня…
Храм Аида, построенный по указанию великого царя Кадма из Фив, был настолько тихим. Было так пустынно, что никто бы не заметил, даже если бы одинокая жрица погрузилась в странный сон.
Когда Парона открыла глаза вновь, она больше не была в храме. Она оказалась в пространстве, наполненном такой густой тьмой, что не могла видеть даже шага вперед. Будучи жрицей, прошедшей высшее обучение, она быстро поняла ситуацию и преклонила колени.
— Я… Я не знаю, какой бог передо мной, но у вас есть приказ для этой смиренной смертной?
Ей захотелось спать, а когда открыла глаза, оказалась в другом мире. Её память была ясна, тело подчинялось, так что это не мог быть обычный сон. Это, вне всяких сомнений, было делом рук бога. Однако она не подумала бы, что это её бог, Аид. Её господин молчал уже слишком долго.
Из тьмы раздался низкий, холодный мужской голос.
— Я — Плутон.
…!
Плутон, другое имя бога Подземного царства, Аида. Неужели это чтобы судить её за небрежное управление храмом? Она поспешно попыталась оправдаться, но не смогла произнести ни слова.
— В смертном мире ты — единственная, кто служит мне. В награду за твою преданность я дарую тебе небольшое благословение и поручение.
Поручение и награда… значит, есть что-то, что ей предстоит выполнить!
— Отныне ты возродишь мой храм. Я наделяю тебя благословением, чтобы помочь в этом.
Её тело застыло от страха. Её зрение вновь потемнело. Последнее, что она почувствовала — это знание, мощным потоком нахлынувшее в её разум, прежде чем она пробудилась от сна.