Глава 36.0

Зрелище, развернувшееся на арене, всё меньше походило на поединок двух смертных. Это был танец стихий, столкновение двух древних наследий, что вели свой род от крови богов и звёзд.

Миравель, облачённая в алое платье, её глаза — золотые, как расплавленное солнце, шагнула вперёд. Каждый её шаг будто оставлял шлейф из крови и лепестков роз, а сама арена трещала под её присутствием.

Ну ладно Алакей, посмотрим кто победит, что же поделать, я потрачу не мало энергии на этот прием, если ты и после этого сможешь сражаться, пожалуй я проиграла без шансов. Именно эта мысль крутилась в голове Миравель.

— Ты на равных сражался со мной, Алакей, — её голос был мягок, но нес в себе звенящую, древнюю силу. — И потому… ты заслуживаешь увидеть мой истинный дар.

Она вскинула руки к небу.

— Кровь родословной… взываю к тебе. Я — Миравель Альтезара, дитя клана Алых Тронов. Внемли моей воле!

Арена содрогнулась. С небес хлынул алый дождь — густой, как кровь. Из каждой капли начали вырастать лепестки, собираясь в воздухе в гигантский бутон.

Он раскрывался медленно, величественно, лепесток за лепестком. Гигантская кровавая роза, чьё основание едва умещалось на арене, возвышалась над ней, излучая мрак, красоту и ужас. А в её центре — энергия, способная растопить сознание.

— Это… невозможно… — прошептал один из магов-наблюдателей. — Она не просто управляет кровью. Она создаёт из неё законы.

Кровавая роза не бросалась в атаку. Она тянулась к Алагею… нежно, как будто хотела погладить. Но каждый, кто чувствовал исходящую от неё силу, понимал: одно прикосновение — и всё живое сгорит изнутри.

Алагей, глядя на неё, молча выдохнул.

— Прекрасно… — тихо произнёс он. — Но…

Он закрыл глаза.

— Ты не единственная, кто несёт дар крови.

Мгновение — и волосы ангела начали переливаться оттенками космоса. Тьма межзвёздья заменила свет, его глаза теперь были бездонны. В каждой зрачке отражались вселенные.

— Я прошёл за пределы всего, Миравель. И принёс оттуда не только силу. Но и волю.

Он протянул руку вперёд.

— Сверхновая.

В его ладони вспыхнуло нечто. Маленький объект — размером с автомобиль. Но излучаемый жар был таким, что вся арена содрогнулась, зрители, даже находящиеся за барьером, отпрянули в страхе.

— Это не магия. Это — смерть звезды, заключённая в сердце ангела, — шепнул Алекс с трибуны, глаза расширены, такое вообще законно, да он точно нарушает законы природы.

Миравель не дрогнула. Кровавая роза двинулась вперёд. Словно тень, стремящаяся к свету.

И тогда сверхновая коснулась её.

В одно мгновение — розу охватило испарение. Лепестки, алые и божественные, начали таять, как снег под огнём. Один за другим, каждый атом испарялся. Лишь на секунду её касание дошло до Алагея — но не повредило. Он стоял, сдерживая энергию, не позволяя ей разорвать весь мир.

Когда последний лепесток исчез, Миравель всё ещё стояла.

Она улыбнулась. Грустно. Тихо.

— …Я сдаюсь.

Арена замерла.

— Я… не могу противостоять звезде, что умирает… — продолжила она. — Но… я горжусь, что была той, кто вызвал тебя на полную силу.

Алагей опустил руку. Его волосы снова стали светлыми. Глаза — мягкими.

Он шагнул к ней… и, забыв про всё, просто обнял.

— Ты — лучшая из всех, кого я знал.

Миравель прижалась к его груди.

— А ты… наконец стал тем, кем всегда хотел быть, поздравляю.

Над ареной вспыхнул световой экран:

ПОБЕДА: АЛАГЕЙ СОЛАРИС

А толпа взорвалась криками восторга и недоверия — они стали свидетелями не просто боя, развязки!