Небожитель

Падение света.

Спустя несколько минут после фееричного боя Алекса. За кулисами, в зоне отдыха для участников:

— Вот это был бой… — с восхищением протянул Клейн, опустившись на диван. Он глянул в сторону арены, где сейчас сражались два элементалиста — один из расы Сильфов, другой из древнего рода Ящеров. Воздух был насыщен пламенем и штормовыми потоками.

— Ага, — кивнула Миравель, подперев щёку. Её голос был спокойным, но в глазах плясал огонь. — И это наш Алекс. Даже я не ожидала, что он так разбушеваться сможет. Хотя когда начал хромать я думала он проиграет.

— Это гроза всех, кто думает, что раса решает всё, — добавил Клейн, усмехаясь. — Он столько лет тренировался в тени, а теперь… Весь мир увидит, кто он.

Алагей сидел чуть поодаль, откинувшись на спинку кресла, с закрытыми глазами. Он ничего не сказал, но лёгкая полуулыбка скользнула по его губам.

— А ты чего молчишь? — поддел Клейн. — Или думаешь, что твоя очередь — и пора волноваться?

— Ха, — только хмыкнул Алагей.

С громким звуком гонга очередной бой на арене завершился. Комментаторы торопливо обсуждали победу ящера, а затем объявили:

— Следующий бой: представитель расы Высших Небес — Алагей, сын Семи Архангелов!

Тишина повисла в комнате. Все взгляды обратились к ангелу.

Он медленно открыл глаза, взглянул на арбитров, затем на своих друзей… и, потянувшись, лениво пробормотал:

— Вот рутины подкинули…

Клейн прыснул со смеху, хлопнув себя по колену:

— А к нам, значит, ты со своими любовными драмами лезешь, а сам теперь как ленивый архон на сеновале!

Миравель хмыкнула, но ничего не сказала. Её глаза следили за Алагеем с лёгкой насмешкой — и интересом.

— Не подведи, крылатый, — бросил Алекс, проходя хромая мимо и хлопнув Алагея по плечу. — После меня планка уже поднята высоко.

Алагей встал, потянулся, и за его спиной вспыхнули полупрозрачные, светящиеся крылья.

— Подумаешь. — Он ухмыльнулся. — Сейчас напомню этому турниру, кто тут небожитель.

Толпа гудела, арена дрожала от магической энергии, и даже небо над местом проведения турнира будто бы нависло в ожидании. Комментаторы перечисляли имена грозных участников, на экранах высвечивались краткие досье — и вот, наконец, ведущий громогласно выкрикнул:

— Следующий бой — ангел из великого Небесного Рода! Прямой потомок архангелов! Представитель света — АЛАГЕЙ!

Небо взорвалось золотыми сполохами. Свет прорвал облака и словно бы сошёл на землю. В сиянии, с распростёртыми крыльями, медленно спускался Алагей. Его плащ из белоснежного пера слегка развевался, а на лице была та самая хмурая, почти скучающая гримаса, которую его друзья уже знали слишком хорошо. Он даже не взглянул на толпу — только на вип зону где на него смотрела Силена, будто бы уже знал: здесь ему не будет равных и он сможет проявить себя.

На противоположной стороне появилась его соперница — демоница из рода огненных маркусов, воительница с репутацией хищницы, уничтожавшая соперников ещё до того, как те успевали поднять щит. Её тело пылало пламенем, каждый её шаг заставлял дрожать камень арены.

— Вылетай, птичка, — прорычала она, усмехаясь.

— Заносчивая барышня — устало пробормотал Алагей, вытягивая из воздуха копьё из чистого света.

Команда к началу боя прозвучала, и демоница взвыла, вырываясь вперёд, оставляя за собой следы расплавленного камня. Её кулак был уже у лица Алагея — но тот даже не шелохнулся. Искра света вспыхнула — и её удар прошёл сквозь пустоту.

Она не успела понять, что произошло, как оказалась прижатой к земле — свет пронзил её тень, и ангел уже стоял над ней, опустив копьё всего в нескольких сантиметрах от её шеи.

— Ты сдалась? — холодно спросил он.

— Ещё нет! — взревела она, и арена запылала — огромный огненный вихрь окутал всё поле.

В центре же, словно осколок вечности, стоял Алагей. Его сияние усилилось, и вихрь начал рассеиваться, будто боясь приближаться к его телу.

— Свет не горит, — произнёс он спокойно и сжал ладонь.

С неба спустился огромный меч, сотканный из небесной кары. Он упал, пронзая центр арены, заставив демоницу отлететь назад и потерять сознание от давления ауры.

— Победа. Без единого удара, — комментаторы не могли поверить своим глазам.

С трибуны донёсся смешок Клейна.

— Эй, Алагей, — поддел он, — Для неё выделяешься?

Алагей лишь поправил перо на плече и отвернулся, молча покидая арену.