Компиляция

Том 1 Глава 2 — Компиляция

Ночь в Высокой Башне была временем, когда магия затихала. Контуры на стенах тускнели до едва заметного свечения. Артефакты в хранилищах переходили в режим ожидания. Маги расходились по своим покоям, и коридоры наполнялись той особенной тишиной, которая бывает только в зданиях, где слишком много знаний и слишком мало понимания.

Акито любил это время. Он сидел в каморке под лестницей — помещении, которое канцелярия называла «комнатой отдыха обслуживающего персонала», а на деле было просто местом, куда ставили швабры и ведра. Стены здесь никогда не отапливались. В углу лежал тощий тюфяк, на котором он спал. Рядом — ящик с инструментами для уборки. И кристалл. Фокусирующий артефакт третьего ранга лежал на ладони, и Акито смотрел на него так, как когда-то смотрел на чужой код: ища уязвимости, структуру, логику. Внутри кристалла пульсировали золотистые нити. Они двигались по замкнутому циклу, идеально синхронизированному. Но Акито знал: идеальных систем не бывает. Если система работает без ошибок, значит, ты просто еще не нашел их.

— Третий ранг, — прошептал он, проводя пальцем по грани. — Фокусирующий. Назначение — стабилизация потоков при призыве. Стоимость на черном рынке столицы — примерно тридцать золотых. Это три года моей работы.

Он положил кристалл на тюфяк и откинулся спиной к стене.

Холод камня прошел сквозь рубаху. Акито закрыл глаза.

Пять лет назад. Он умер так, как и жил — перед экраном. Сердечный приступ случился на тридцать седьмом часу без сна. Акито (тогда его звали иначе — Акира, но это имя теперь казалось чужим) отлаживал код для кластерного проекта, который сдавали утром. Коллеги ушли еще вчера. Он остался один в прокуренном комп-клубе «Астрал», потому что дома у него не было.

Был складной стул, три монитора, клавиатура с подсветкой и кофе в кружке, которую никто не мыл уже месяц.

Он почувствовал, как левая рука онемела, и успел подумать: «интересно, я сохранил коммит?» Потом была пустота. Не чернота. Не белый свет. Пустота — как выключенный экран, на котором даже заставка не горит. И голос.

Не голос даже — системное сообщение, выведенное прямо в сознание:

[Ошибка: несоответствие ядра реальности]

[Поиск совместимой среды…]

[Совместимость: 0.003%]

[Аварийная загрузка…]

Акито тогда подумал: «Какой же дурак писал этот код? 0.003% — это даже не баг, это издевательство».

Система ответила ему. Не словами — ощущением. Словно кто-то перелил его сознание в сосуд, который не был для него предназначен. Тело новорожденного, которое он получил, не дышало. Легкие не раскрылись. Сердце сделало три удара и остановилось.

[Критическая ошибка: хост нежизнеспособен]

[Перераспределение…]

Его перекинуло. Снова. Теперь тело было старше — лет пять, не больше. Мальчик лежал в канаве за городской стеной, и голова его была разбита. Кто-то ударил. Или упал. Акито не знал. Он знал только, что в этом теле кровь вытекала быстрее, чем он успевал понять, как здесь работает система.

[Хост критически поврежден]

[Экстренное резервирование…]

Третье тело.

Оно было взрослым. Грязным. Исхудавшим. Мужчина лет тридцати лежал в подвале какого-то здания, и дыхание его было хриплым, прерывистым. Умирал он долго — от чахотки, от голода, от того, что мир просто выплюнул его на обочину.

Акито вошел в это тело за секунду до того, как его сознание должно было рассеяться.

Он вцепился в жизнь, как хватаются за последний коммит перед падением сервера.

[Резервирование завершено]

[Совместимость: 4.2%]

[Предупреждение: стабильность не гарантирована]

Он открыл глаза.

Вокруг были камни. Сырой подвал. Запах мочи и плесени. Тело дрожало, и каждый вздох отдавался болью в груди.

Акито (тогда он еще не знал, как назовут его в этом мире) поднял руку. Грязную, костлявую, с обломанными ногтями. Он смотрел на нее и думал:

«4.2% совместимости. Значит, система считает, что я здесь чужой. Посторонний процесс. Вторжение».

Он усмехнулся.

В его прошлой жизни 4.2% — это была бы просто ошибка округления. Погрешность, которую никто не станет исправлять.

— Посмотрим, — прошептал он в темноту подвала, — что будет, если чужой процесс научится читать ваш код.

Настоящее Акито открыл глаза. Каморка под лестницей была такой же холодной, как и всегда. Кристалл лежал на тюфяке, все так же пульсируя ровным светом. Он прожил в этом мире пять лет. Три из них — в подвале, пока не нашел объявление о найме уборщиков в Высокую Башню. Гильдия не проверяла документы у тех, кто соглашался мыть полы за еду и угол для сна. Они просто ставили клеймо на руку и говорили: «Работаешь с рассвета до отбоя. Не смотри на магов. Не разговаривай с магистрами. Если увидишь что-то, что не понимаешь — не смотри». Он смотрел. Он всегда смотрел. В первый месяц он понял, что защитные контуры Башни — это обычный фаервол. Мощный, да. Но написанный так, как пишут студенты на первом курсе: куча вложенных условий, мертвый код, функции, которые вызываются, но никогда не используются.

В третий месяц он нашел первую уязвимость. Не использовал. Только отметил для себя.

В первый год он составил мысленную карту всех магических систем Башни. Распределение потоков, узлы питания, точки выхода. Архитектура была ужасна. Если бы он такое сдал в прошлой жизни, его бы уволили.

Но здесь это считалось вершиной магического искусства.

Акито взял кристалл и поднес его к глазам.

— Фокусирующий артефакт, — повторил он. — Но если посмотреть на его структуру…

Он закрыл глаза и представил кристалл не как физический объект, а как набор параметров.

Объект: кристалл_0032

Тип: фокусирующий

Ранг: 3

Поток: стабильный

Узел привязки: зал_теоретических_изысканий

Статус: активен

— Но если я изменю параметр привязки, — прошептал он, — кристалл станет моим. Личным фокусом. И тогда…

Он разжал пальцы.

Кристалл упал на тюфяк.

Акито посмотрел на свои руки. Грязные. Мозолистые. Руки уборщика, который три года таскал ведра и выжимал тряпки.

— 4.2% совместимости, — сказал он тихо. — Этого достаточно, чтобы видеть код. Но недостаточно, чтобы его писать.

Он помолчал.

— Пока.

Снаружи послышались шаги. Кто-то шел по коридору, тяжело ступая, будто нес груз. Акито сунул кристалл в карман, поднялся и взял швабру.

Дверь каморки отворилась без стука.

На пороге стоял подмастерье — тот самый, что звал его днем. Парень был бледен, взволнован, и мантия его была запачкана чем-то зеленым, шипящим по краям.

— Уборщик! — выдохнул он. — Ты… ты же разбираешься в зельях? В смысле — убираешь их?

— Убираю, — спокойно ответил Акито.

— Там магистр Клаус… он не просто разлил зелье. Он его активировал. Оно живое. Оно растет. Оно уже заняло половину Зала Ректификаций, а инспекция из столицы будет через…

— Через час, — закончил Акито. — Знаю.

Он перехватил швабру поудобнее.

— Показывайте, господин подмастерье.

И шагнул за порог. В голове его уже выстраивались строки. Объект: зелье_трансмутации Тип: нестабильный Поведение: экспоненциальный рост Уязвимость: … Он улыбнулся краем губ. Не радостно. Холодно. Как компилятор, который нашел ошибку и готов начать отладку.