Съёмки, проучить Хэ Даю

Спустя несколько дней после окончания соревнований по боевым искусствам Чжан Юй и Бай Чжэньчжэнь наконец получили предложение сняться в рекламе — групповой рекламе с участием других участников соревнований.

По дороге Чжан Юй не мог не спросить:

— Ты слышала, что вчера сказал Сун Хайлун? Почему он, занявший третье место, получил индивидуальный рекламный контракт, а мы — только групповой?

Бай Чжэньчжэнь скривила губы:

— Я поспрашивала. Причина примерно в том, что… прошло уже полгода с начала учёбы, и через полгода мы перейдём во второй класс.

— Они боятся, что наша репутация рухнет, поэтому никто не предлагает нам индивидуальные контракты.

Услышав ответ Бай Чжэньчжэнь, Чжан Юй почувствовал себя сбитым с толку:

— Репутация рухнет? Как она может рухнуть? Боятся, что мы будем играть с фанатами? (прим.: игра слов, "玩粉丝" может означать как "взаимодействовать с фанатами", так и "иметь с ними неподобающие отношения")

Бай Чжэньчжэнь искоса взглянула на Чжан Юя и как само собой разумеющееся ответила:

— Что за чушь ты несёшь? Игра с фанатами — это мелочь по сравнению с крахом репутации. Они боятся, что после перехода во второй класс наши оценки сильно упадут. Мы же бедняки.

Чжан Юй мгновенно всё понял. Крах репутации для отличника в Куньсюе — это падение оценок. Логично.

Но тут же он разозлился:

— Разве бедняки обязательно должны скатиться во втором классе?

— Мы и так достаточно бедны, а в итоге нам ещё и труднее зарабатывать деньги, чем таким богачам, как Сун Хайлун. Он получает индивидуальные контракты, а мы — нет.

— Кстати, а почему нас тогда позвали на групповую съёмку? Разве они не боятся, что наша репутация рухнет?

Бай Чжэньчжэнь посмотрела на Чжан Юя как на идиота:

— Ты дурак? В групповой рекламе, если наша репутация рухнет, нас просто вырежут, и всё.

Через полчаса с лишним они прибыли в фотостудию и увидели, что многие знакомые из Тройки престижных школ уже были там.

Но в данный момент все они, вольно или невольно, поглядывали на одного юношу — юношу, окружённого дюжиной с лишним сотрудников.

Бай Чжэньчжэнь с любопытством спросила:

— Кто это? Вот это свита!

Чжан Юй тоже заинтересовался:

— Разве это не групповая реклама с участием восьми лучших с соревнования по боевым искусствам? Этот парень, кажется, не из их числа?

Из-за их спин вынырнул Лянь Тяньцзи и сказал:

— Это Юй Синхань, последний ученик, которого Мастер Звёздного Пламени нашёл в другом городе. Говорят, он скоро переведётся в старшую школу Байлун.

Глядя на юношу, который был словно луна в окружении звёзд — ассистентов, визажистов, режиссёров… — взгляд Бай Чжэньчжэнь оживился:

— Мастер Звёздного Пламени? Ты про того «оптимизированного» мастера Золотого Ядра?

Услышав это, Лянь Тяньцзи кивнул:

— По словам Мастера Звёздного Пламени, этот Юй Синхань — его последний ученик, который унаследует все его знания и имущество, будущий лучший выпускник города Сунъян по результатам гаокао.

— Из-за титула ученика мастера Золотого Ядра и такой высокой оценки корпорация «Сянь Юнь» и пригласила его сняться в рекламе вместе с нами.

— Посмотрите на Сун Хайлуна, хе-хе… у него аж искры из глаз летят. Ведь этот Юй Синхань переводится в Байлун, так что в будущем он неизбежно будет соперничать с Сун Хайлуном за первое место в классе.

Чжан Юй посмотрел на Сун Хайлуна. Тот напоминал ему напуганного рыжего кота: спина дугой, шерсть дыбом, пристально смотрит на Юй Синханя.

Взгляд Чжан Юя оживился, и он вдруг спросил:

— Значит, на следующих соревнованиях этот Юй Синхань тоже будет участвовать?

Лянь Тяньцзи кивнул:

— Естественно. На следующих Соревнованиях по Физической Подготовке он, боюсь, будет серьёзным претендентом на победу. — В его взгляде, устремлённом на Юй Синханя, тоже загорелся огонёк соперничества.

Пока Лянь Тяньцзи разговаривал с Чжан Юем и Бай Чжэньчжэнь…

Один взгляд неотступно следил за ними.

Взгляд принадлежал Лэ Мулань из старшей школы Цзыюнь.

Изначально Лэ Мулань не интересовалась подобными рекламными съёмками, но, во-первых, в них участвовал Юй Синхань, ученик мастера Золотого Ядра, и он вызывал у неё любопытство.

А во-вторых… из-за единственных двух бедняков среди участников соревнований — Чжан Юя и Бай Чжэньчжэнь.

Глядя на них, Лэ Мулань думала:

‘Я в последнее время каждый день смотрю фотографии из его ленты новостей, и меня уже не так тошнит, как раньше. Как раз подходящий момент, чтобы сделать следующий шаг’.

Но одна мысль о контакте с Чжан Юем вызывала в её памяти картину, как он сидит на ней, грязный, горячий, а его кровь брызжет ей на одежду. От этого у неё инстинктивно появлялись мурашки.

‘Ладно, лучше начать с самого простого’.

‘Всё равно во время официальной съёмки придётся быть рядом с ними’.

Поэтому Лэ Мулань молча наблюдала за ними, её взгляд постоянно блуждал в их сторону.

Дальнейшая съёмка заключалась в том, что многочисленные участники соревнований вместе рекламировали репетиторское агентство корпорации «Сянь Юнь».

Во время съёмок постоянно кто-то находил возможность подойти к Юй Синханю, завязать разговор, добавить в друзья. Чжан Юй и Бай Чжэньчжэнь воочию убедились, насколько популярен настоящий ученик мастера Золотого Ядра.

Что касается центрального места в рекламе, то оно было полностью отдано Юй Синханю. Остальные участники соревнований окружали его, словно зелёные листья прекрасный цветок.

Правда, такие, как Чжан Юй, Лэ Мулань и Сун Хайлун из первой тройки, были листьями рядом с цветком, Бай Чжэньчжэнь, занявшая четвёртое место, — стеблем под листьями, а Лянь Тяньцзи, занявший место пониже, — грязью под цветком.

По словам режиссёра, в итоге весь экран будет заполнен крупными иероглифами «Последний ученик Мастера Золотого Ядра», он — абсолютный главный герой…

Во время съёмок Чжан Юй заметил, что стоявшая рядом Лэ Мулань ведёт себя как-то странно: то глубоко вздохнёт, то слегка задрожит. Наконец он не выдержал и спросил:

— Ты чего?

Увидев повернувшегося к ней Чжан Юя, Лэ Мулань инстинктивно отступила на шаг назад:

— Ты… У меня всё в порядке, не твоё дело.

Чжан Юй мысленно выругался «Психопатка» и перестал обращать на неё внимание.

Лэ Мулань же, прикрыв нос, подумала:

‘Какой от него неприятный запах… Это то, что мама называла запахом метро от бедняков?’

‘Всё-таки я правильно сделала, что пришла. Я уже могу понемногу привыкать’.

Через четыре часа съёмки наконец закончились. Чжан Юй получил тридцать тысяч юаней, Бай Чжэньчжэнь — восемь тысяч, и они разошлись по домам.

Однако, едва вернувшись домой, Чжан Юй тут же потратил свои свежезаработанные тридцать тысяч на Пилюлю Изначальной Ци и проглотил её.

Почувствовав, как по всему телу разливается бурная лекарственная сила, Чжан Юй немедленно приступил к практике Багровой Костномозговой Изначальной Ци.

По мере того как сила Пилюли Изначальной Ци расходилась по его конечностям и внутренностям, Чжан Юй ощущал, как все его мышцы, органы и даже кости, словно иссохшая земля под долгожданным дождём, начали жадно впитывать эту лекарственную силу в процессе практики Багровой Костномозговой Изначальной Ци.

Лишь спустя полчаса лекарственная сила в его теле начала медленно рассеиваться.

Но Чжан Юй знал, что она не исчезла бесследно, а временно впиталась в его мышцы, органы и кости.

Хотя Чжан Юй пока не чувствовал повышения уровня физической силы, он ощущал себя полным сил и энергии, словно дракон или тигр.

Он знал, что в течение следующих нескольких дней впитавшаяся лекарственная сила будет постоянно действовать, повышая эффективность его тренировок Багровой Костномозговой Изначальной Ци и дальше увеличивая его уровень физической силы.

Он тут же с нетерпением продолжил практику Багровой Костномозговой Изначальной Ци.

Прошла целая ночь. Чжан Юй безумно тренировал Багровую Костномозговую Изначальную Ци: едва почувствовав усталость, он ложился, но стоило ритуалу подтолкнуть его, сигнализируя о возможности продолжить тренировку, он тут же вскакивал и продолжал.

Благодаря таким экстремальным тренировкам его уровень физической силы подскочил с 1.67 до 1.70.

‘Хорошая пилюля, действительно хорошая пилюля! Не зря такая дорогая!’

И вот, в течение следующих нескольких дней Чжан Юй использовал каждую минуту, каждую секунду для непрерывной практики Багровой Костномозговой Изначальной Ци, стремясь максимально повысить уровень физической силы, пока действие пилюли полностью не иссякнет.

Иногда Чжан Юй не мог не признать с горечью:

‘Куньсюй, ты действительно превращаешь людей в демонов! Я теперь сам себя загнал, уже три дня не слышал воплей ритуала’.

В процессе этих тренировок Чжан Юй чувствовал, как его тело укрепляется буквально с каждой минутой.

‘В конце концов, полное раскрытие потенциала Багровой Костномозговой Изначальной Ци десятого уровня, по идее, — это то, на что способны только лучшие ученики третьего класса’.

‘А я сейчас использую её для повышения своего уровня физической силы 1.7. Это как если бы максимальный уровень персонажа вернулся прокачиваться в начальную локацию. Прогресс действительно стремительный’.

Всего за три дня, по мере того как действие пилюли иссякало, его уровень физической силы непрерывно рос и поднялся с 1.70 до 1.87.

В этот момент Чжан Юй, стоя на уроке, почувствовал, что лекарственная сила полностью исчерпана. Он вздохнул, ощущая ещё большую жажду денег.

‘В Куньсюе… без денег действительно никуда’.

Пока он думал об этом, голос учителя реального боя Лэй Цзюня прервал его размышления.

— Чжан Юй, Хэ Даю, вы двое — спарринг-партнёры.

Чжан Юй слегка растерялся. Обычно на уроках реального боя его ставили в пару с Бай Чжэньчжэнь. Почему на этот раз с Хэ Даю?

‘Король против упрямой бронзы? Что задумал старина Лэй?’

Намерение Лэй Цзюня было простым: он хотел, чтобы Чжан Юй проучил Хэ Даю, так как тот в последнее время вёл себя на уроках реального боя слишком вызывающе.

‘Пользуясь резко возросшей физической силой, прёт напролом, совершенно игнорируя боевые техники, которым я учу’.

Поэтому Лэй Цзюнь выставил своего лучшего бойца Чжан Юя, намереваясь показать тому важность боевых навыков и техник.

Хэ Даю с мрачным лицом подошёл к Чжан Юю, думая про себя:

‘За это время, благодаря имплантации и адаптационным тренировкам, мой уровень физической силы уже должен намного превосходить уровень Чжан Юя. Но боевые навыки этого парня слишком сильны…’

Пока Хэ Даю размышлял, он увидел, что Чжан Юй уже нанёс удар ладонью.

Он инстинктивно выставил руку для блока, но обнаружил, что Чжан Юй схватил его за руку и начал мериться с ним силой.

‘Что?!’ — Хэ Даю сначала удивился, а потом обрадовался: ‘Ты смеешь мериться со мной силой сейчас?’

Хэ Даю тут же схватил противника другой рукой. Их руки сцепились, магическая сила столкнулась, и оба высвободили свою физическую мощь.

Хэ Даю взревел, намереваясь поднять Чжан Юя и с силой выбросить за пределы площадки.

Но в следующий миг Хэ Даю почувствовал, что руки противника тверды, как камень, и под его напором не сдвинулись ни на дюйм.