Экзамен по физкультуре и контрмеры Ван Хая

Мужская раздевалка для экзаменуемых.

Пока ученики один за другим разминались и готовились, тесное помещение наполнялось запахами пота, ног, масла…

Чжан Юй, морщась от неприятных запахов раздевалки, старательно втирал купленное масло «Цзиньган Сую» (прим.: досл. «Ваджрное топлёное масло») во все части тела, чтобы сделать рельеф мышц более выразительным.

Подумав, что баночка этого масла стоит больше 100 юаней и уходит целиком за один экзамен, Чжан Юй стал втирать его ещё тщательнее, боясь потратить зря хоть каплю.

— Эта паршивая школа ещё и на необходимых для экзамена вещах такие деньги дерёт.

Но Чжан Юй не осмеливался его не покупать.

Хотя это масло «Цзиньган Сую» и не давало никакого эффекта для закалки тела, оно делало рельеф мышц и структуру тела заметнее, облегчая судьям оценку на экзамене по физподготовке.

А если не намазаться, судьи могли что-то не разглядеть, нечётко увидеть линии мышц и поставить низкий балл — вот тогда убыток будет большим.

К тому же, судя по тому, как Чжан Юй теперь понимал мир Куньсюя, он сильно подозревал, что школа наверняка делится с судьями доходом от продажи этого масла. Возможно, тем, кто им не пользуется, намеренно занижают оценки.

Чжан Юй крикнул через плечо:

— Старина Чжао, помоги спину намазать.

— Лады, — Чжао Тяньсин макнул пальцы в масло Чжан Юя и принялся растирать его по спине.

Разглядывая тело Чжан Юя, он подумал про себя:

'Уровень физической силы Чжан Юя, похоже, не так уж и низок'.

Хотя Чжан Юй развивал силу, скорость и ловкость сбалансированно, в отличие от Чжао Тяньсина, который делал упор на силу, но тот хоть и не ел свинины, но видел, как бегают свиньи (прим.: кит. пословица – даже не имея прямого опыта, можно составить представление по наблюдениям).

Чжао Тяньсин, как один из ключевых учеников, часто посещавших занятия Ван Хая, естественно, повидал немало отличников с превосходной закалкой тела.

Сейчас, глядя на мышцы Чжан Юя и ощущая их твёрдость, словно мрамор, он отчётливо понимал, что физическая сила Чжан Юя определённо была на высоком уровне.

'Кажется… кажется, даже немного выше, чем у меня?'

'Но как такое возможно? У него же даже наставника по физкультуре больше нет'.

Вскоре Чжан Юй, Чжао Тяньсин и остальные восемь учеников, блестя от масла и облепленные датчиками, вышли на экзаменационную площадку.

Пятеро учителей физкультуры снизу окинули их взглядами. Ван Хай задержал взгляд на Чжао Тяньсине и Чжан Юе, а затем сказал:

— Начинайте.

Хэ!

Ха!

Р-р-ры!

Под раскаты выкриков ученики на помосте поочерёдно напрягали все мышцы, демонстрируя свою физическую силу, вздувая мускулы и необузданно высвобождая заключённую в плоти мощь.

Помост под их ногами заскрипел и застонал, словно не выдерживая натиска этих чудовищ закалки тела.

Одновременно данные о силе, зафиксированные датчиками, быстро передались на экраны судей.

Ван Хай первым делом посмотрел на данные Чжан Юя: «Мышцы правой руки — выброс силы 443 кг, мышцы левой руки — 422 кг…»

'Такой прогресс за несколько недель?'

'Какое лекарство из монстра он принял? Неужели структура его тела вот-вот разрушится?'

Увидев эти цифры, Ван Хай напрягся и тут же поднял голову, посмотрев на Чжан Юя.

В то же время десять учеников на помосте, только что продемонстрировавшие свою силу, ощутили на себе пять ледяных взглядов.

Если смотреть на помост снизу, можно было увидеть десять могучих зверей закалки тела, пышущих силой.

Но для учеников на помосте взгляды пятерых учителей физкультуры внизу были подобны взглядам пяти ужасных гигантских зверей, выбравших их своей добычей.

Эти холодные, придирчивые взгляды напоминали пять гигантских зверей, выбирающих в мясной лавке, какой кусок им съесть.

Чжао Тяньсин в этот момент чувствовал себя ягнёнком на заклании перед пятью учителями и мог лишь изо всех сил напрягать мышцы, стараясь показать всю свою мощь.

Однако Чжан Юй ощущал всё совершенно иначе, чем его одноклассники.

Ему казалось, что в этот миг на него уставились пять пар горящих глаз, настолько пристально, что по коже побежали мурашки.

Тем временем один из учителей внизу уже восхищённо воскликнул:

— Отличный костяк! Спина зверя, грудь демона, руки дьявола! Подумать только, среди первогодок уже есть кто-то с такой превосходной структурой тела!

Другой учитель с завистью добавил:

— Вы только посмотрите на его ноги! Сразу видно, что суставы прошли через тысячи закалок и формовок. Какая отличная база! Он точно взлетит до небес. Почему у меня нет таких учеников?

Ещё один учитель похлопал Ван Хая по плечу:

— Учитель Ван, это опять твой особо ценный ученик, да? Структура тела просто превосходна. Такая выдающаяся формовка наверняка стоила немалых усилий. Годовая премия у тебя в кармане.

Ван Хай, только что раздумывавший, не пойти ли против совести и не влепить ли Чжан Юю намеренно низкую оценку, неловко улыбнулся от этого похлопывания по плечу, но ничего не ответил.

Однако в его взгляде на Чжан Юя всё же проскользнула нескрываемая нотка восхищения.

Он не мог не подумать:

'Хотя продажа препаратов — мой основной бизнес, но…'

Как учитель физкультуры, Ван Хай просто не мог поставить низкую оценку такому телу — необработанному алмазу! Это тело было почти произведением искусства!

К тому же слова других учителей только что перекрыли ему путь к необоснованному занижению оценки.

Поэтому, поставив Чжан Юю объективную оценку, Ван Хай сверкнул глазами.

'Такой огромный прогресс за короткое время, особенно такая отличная коррекция структуры тела'.

'Похоже, Чжан Юй на восемьдесят процентов действительно стал учеником Мастера Золотого Ядра'.

'Раз так, мне остаётся только прибегнуть к последнему средству'.

…

Время ужина.

Столовая.

Поскольку сегодня он снова взялся за прокачку Метода Небесной Циркуляции для Сбора Ци 8-го уровня, аппетит Чжан Юя резко уменьшился. Он съел почти всё на подносе всего за несколько укусов.

Но в этот момент на него упала огромная тень.

Ван Хай, подобно горе, с глухим стуком опустился на стул напротив него.

Затем Ван Хай улыбнулся сидевшей рядом Бай Чжэньчжэнь:

— Бай Чжэньчжэнь, не позволишь мне поговорить с Чжан Юем наедине пару минут?

Бай Чжэньчжэнь взглянула на Чжан Юя. Увидев его кивок, она пересела за столик в десяти с лишним метрах и с любопытством уставилась на них.

Чжан Юй тоже смотрел на Ван Хая с некоторой настороженностью — в конце концов, их отношения трудно было назвать хорошими.

Но Ван Хай сказал:

— Давай добавим друг друга в контакты. Мы ведь ещё не обменялись.

Будучи на восемьдесят процентов уверенным, что перед ним ученик Мастера Золотого Ядра, Ван Хай решил прибегнуть к своему последнему средству — подарку.

Он собирался использовать подарок, чтобы наладить с ним отношения.

Но что именно подарить, стало новой проблемой.

Ван Хай смог достичь своего нынешнего положения не в последнюю очередь благодаря умению делать подарки.

Первое, что пришло ему в голову, — это, конечно, препараты для закалки тела. В конце концов, как продавец лекарств, он привык раздавать пробники, экспериментальные образцы, запрещённые вещества… Это было для него проще простого, почти рефлекс.

Но, подумав ещё раз, он отверг этот вариант.

'Чжан Юй сам сказал, что практикует естественную закалку тела. Неважно, правда это или нет, но если я подарю ему препараты для закалки, это будет как пощёчина. Нет, так не пойдёт'.

Тогда Ван Хай подумал о техниках закалки тела.

Для него, как для одного из лучших учителей физкультуры, другим важным источником дохода, помимо продажи препаратов, были частные уроки и репетиторство.

Обучение детей влиятельных людей и преподавание им техник закалки тела всегда было его надёжным способом налаживания связей.

Но он быстро отверг и этот вариант.

'Что значат те несколько техник, которые я имею право преподавать, для нынешнего Чжан Юя?'

'Он ведь ученик Мастера Золотого Ядра, разве ему нужны техники от простого школьного учителя физкультуры?'

'Сколько ни думай, лучше всего подарить…'

Обменявшись контактами, Ван Хай сказал:

— Чжан Юй, у тебя сегодня отличные результаты на экзамене. Учитель подумал, что у меня нет ничего достойного, так что я просто переведу тебе немного денег.

— Это небольшой знак внимания от меня. Надеюсь, ты не сочтёшь это слишком малым.

Взяв завибрировавший телефон и увидев сообщение о переводе от Ван Хая, Чжан Юй подумал:

'Посылает мне деньги, чтобы сгладить отношения? Думает, небольшая сумма заставит меня забыть, как он меня изолировал?'

Чжан Юй ещё с прошлой жизни презирал такие денежные сделки. Открывая сообщение о переводе, он хотел было скорчить презрительную гримасу, но обнаружил, что не может.

Получен перевод от Ван Хая на сумму 66 666,66 юаней.

Бай Чжэньчжэнь, сидевшая в десяти с лишним метрах, наблюдала за выражением лица Чжан Юя и подумала:

'Что там происходит? Юй-цзы улыбку сдержать не может'.

Тем временем Ван Хай с самым искренним видом произнёс:

— Увидев твой сегодняшний прогресс, учитель очень рад.

— Раньше уровень моего преподавания физкультуры был низок, я ошибался на твой счёт. Учитель приносит тебе свои извинения.

Увидев, что Ван Хай собирается встать и поклониться, Чжан Юй остановил его:

— Учитель, ты ведь тоже желал мне добра. Как я могу позволить тебе извиняться передо мной?

Чжан Юй почувствовал отвращение к собственной продажности. 'Чёрт возьми, Чжан Юй, как ты докатился до такого? Так легко купился на деньги?'

'Но дело не только в деньгах. Старику Вану уже лет семьдесят-восемьдесят (прим.: вероятно, преувеличение, показывающее уважение или разницу в статусе/возрасте), такой гордый и дорожащий своей репутацией лучший учитель ещё и извинился передо мной. Искренность в этом определённо есть'.

Увидев улыбку Чжан Юя, Ван Хай слегка выдохнул с облегчением, но при мысли о шестидесяти шести тысячах его сердце снова сжалось от боли.

Хотя его доходы были немаленькими, расходы тоже значительно превышали обычные. Свободных денег у него всегда было немного, и шестьдесят шесть тысяч для него были далеко не пустяковой суммой.

Но он понимал, что сейчас не время жалеть шестьдесят шесть тысяч. Ведь перед ним был ученик, которого совсем недавно принял сам Истинный Мастер Золотого Ядра, старший Синхо.

Многолетний опыт подсказывал Ван Хаю: если уж дарить деньги, то сразу достаточную сумму, чтобы наверняка.

Он схватил Чжан Юя за руки и убеждённо сказал:

— Отныне мои уроки физкультуры — это твои уроки. Можешь делать на них что хочешь. Даже если не придёшь — ничего страшного. Прогуливай, если захочешь. Я даю тебе полную свободу.

Как учитель может проявить величайшее уважение к ученику?

Ван Хай, много лет преподававший в старшей школе Сунъян, дал свой ответ: позволить прогуливать по желанию. Таково было его уважение к ученику Мастера Золотого Ядра.

— А? — Чжан Юй слегка удивился, услышав это, но тут же обрадовался. Для такого самодисциплинированного ученика, как он, возможность свободно распоряжаться учебным временем была действительно благом.

Ван Хай, глядя на удивление Чжан Юя, многозначительно усмехнулся:

— Хе-хе, в конце концов, где тебе теперь нужно моё руководство?

Обменявшись ещё парой любезностей, Ван Хай попрощался:

— Ладно, у меня ещё есть дела, и у тебя, уверен, тоже. Не буду больше мешать.