Самый мощный приём

В зоне отдыха старшей школы Цзыюнь.

Лэ Мулань снова сидела на спине Лянь Тяньцзи.

Она смотрела на Бай Чжэньчжэнь, которая поспешно подбежала к рингу, чтобы объяснить судье ситуацию с правами на использование техники с помощью телефона, и проговорила:

— Бай Чжэньчжэнь может использовать телефон Чжан Юя для покупок? Она знает пароль от телефона и платёжный пароль?

— Эти двое, должно быть, друзья не разлей вода.

Увидев Чжан Юя, медленно возвращающегося в зону отдыха, Лэ Мулань похлопала Лянь Тяньцзи по голове и сказала:

— Я помню, ты добавил этого Чжан Юя в друзья, верно?

Вернувшись в зону отдыха, Чжан Юй тут же выпил все купленные заранее перед соревнованиями зелья для восстановления выносливости, магической силы и духа.

Ощутив быстрое восстановление сил, он немного успокоился.

Организаторы дали полчаса на отдых перед финалом, и, по мнению Чжан Юя, этого было достаточно, чтобы восстановить восемьдесят-девяносто процентов выносливости и магической силы.

Бай Чжэньчжэнь, стоявшая рядом, спросила:

— …Ты запомнил всё, что я тебе только что сказала?

Увидев, что Чжан Юй кивнул, она продолжила:

— Тогда больше не буду отвлекать. Отдыхай как следует, готовься к предстоящему бою.

Вскоре после ухода Бай Чжэньчжэнь Чжан Юй почувствовал вибрацию телефона. Открыв его, он увидел, что Лянь Тяньцзи порекомендовал ему добавить друга.

‘Лэ Мулань?’

Не понимая, зачем Лэ Мулань хочет добавить его в друзья, Чжан Юй просто принял запрос.

Тут же пришло сообщение от Лэ Мулань: «Давай встретимся, хочу кое-что с тобой обсудить».

Чжан Юй вышел в безлюдный коридор за пределами арены и увидел Лэ Мулань, грациозно ожидавшую его там.

Эта лучшая ученица из старшей школы Цзыюнь обладала прекрасной внешностью и ледяным темпераментом. Куда бы она ни пошла, казалось, она всегда привлекала всеобщее внимание.

Увидев подошедшего Чжан Юя, она прямо сказала:

— Двести тысяч, и ты проигрываешь мне. Как тебе?

Чжан Юй слегка опешил:

— Ты хочешь купить победу в соревновании?

Лэ Мулань безразлично ответила:

— Богатство — это сила, деньги — часть силы. Соревнование по боевым искусствам выбирает сильнейшего, почему я не могу купить победу за деньги?

Чжан Юй посмотрел на неё и хмыкнул:

— Не уверена, что сможешь меня победить?

Лэ Мулань покачала головой:

— Я просто думаю, что бой с тобой может обойтись дороже двухсот тысяч. Заплатить эти двести тысяч за гарантированную победу — по-моему, очень выгодная сделка.

Видя, что Чжан Юй молчит, Лэ Мулань добавила:

— Двести тысяч мало? Тогда четыреста тысяч. Но это мой максимум, больше я не добавлю. Если захочешь поднять цену, я не соглашусь.

Чжан Юй сглотнул. Он должен был признать, что предложенные Лэ Мулань четыреста тысяч юаней были мощнее любого приёма, с которым он столкнулся за все предыдущие бои на ринге.

Четыреста тысяч… Какую технику можно купить на эти деньги? На сколько арендовать духовный корень? Сколько купить тренировочного оборудования? Насколько продвинуться в изучении талисманов?

Чжан Юй даже подумал, что если бы у него были эти четыреста тысяч, то пользы для его совершенствования было бы гораздо больше, чем от пятидесяти тысяч призовых и одной техники Экспертного уровня за победу в соревновании.

Ведь в Куньсюе, если есть деньги, есть и потенциал, есть и способности, можно стремительно продвигаться по Пути совершенствования, и даже боги будут служить тебе.

Чжан Юй сказал:

— Ладно, переводи прямо на карту.

Лэ Мулань раскрыла ладонь, и в ней появилось Лушу из фиолетового нефрита:

— Подпиши со мной контракт под свидетельством праведного бога, и я немедленно переведу тебе деньги.

Увидев, что Чжан Юй не соглашается, а снова погрузился в молчание, Лэ Мулань удивилась:

— Ты колеблешься из-за четырёхсот тысяч?

Ей это показалось очень странным.

— Я слышала от Лянь Тяньцзи, что тебя можно нанять охранником всего за несколько сотен юаней?

— Вы, бедняки, каждый день бьётесь из-за нескольких сотен или тысяч, почему же сейчас, когда перед тобой лежат четыреста тысяч, ты колеблешься?

— С твоим происхождением тебе всё равно не поступить в Десятку лучших университетов. Неужели первое место в соревновании по боевым искусствам так важно?

В голосе Лэ Мулань не было ни капли насмешки, казалось, она действительно искренне недоумевала по поводу поведения Чжан Юя.

Покачав головой, она повернулась, чтобы уйти:

— Раз ты не можешь решить сразу, я пойду. Но до начала финала ты можешь прийти за этими четырьмястами тысячами. Но это максимум, я не буду повышать цену.

Глядя на уходящую Лэ Мулань, Чжан Юй спросил Чжан Пяньпянь через телефон:

— Сестра, если я не займу первое место в соревновании по боевым искусствам, а только второе, насколько это повлияет на мои шансы поступить в Десятку лучших университетов?

Чжан Пяньпянь ответила:

— Путь, который я для вас нашла, требует, чтобы ваши результаты за первый год были как можно лучше, а места в соревнованиях — как можно выше. Чем выше достижения, тем больше шансов быть выбранными. Первое место в соревновании, естественно, даёт больше шансов попасть в Десятку, чем второе.

Чжан Юй всё понял. Значит, если он возьмёт эти четыреста тысяч, это не означает, что он точно не поступит в Десятку, просто шансы немного снизятся…

Но стоило этой мысли по-настоящему зародиться в его голове, как проклятый ритуал снова начал вопить на него.

‘Я так и знал’.

‘Ты, идиотская штуковина, действительно боишься, что я не поступлю в Десятку’.

Ощущая, как четыреста тысяч ускользают от него, Чжан Юй почувствовал такую душевную боль, которая была сильнее, чем боль от обмена ударами с Лянь Тяньцзи или от изнурительной борьбы с Сун Хайлуном.

‘Вот она какая, боль от потери огромной суммы денег?’

Тут же Чжан Юй активировал Искусство Военного Закаления Духа, отсекая все посторонние мысли.

В его голове осталась лишь одна мысль.

Он должен был избить эту чёртову богачку Лэ Мулань на ринге до полусмерти.

Начался финал.

Лэ Мулань и Чжан Юй одновременно вышли на ринг.

Соревнование по боевым искусствам наконец достигло своей кульминации.

Потоки сине-белой энергии меча хлынули из тела Лэ Мулань, обрушившись на Чжан Юя всепоглощающей лавиной.

Едва начав применять Искусство Звёздного Меча, Лэ Мулань не останавливалась ни на секунду. Её атаки были непрерывными и строгими, словно военная формация, прорваться сквозь которую было невероятно сложно.

Наблюдая, как Чжан Юй уклоняется от её энергии меча влево и вправо, время от времени блокируя удары Бесформенной Облачной Аурой, Лэ Мулань чувствовала себя так, будто смотрит на мечущуюся в панике мышь.

— Ты что, пытаешься истощить мою магическую силу?

Лэ Мулань рассмеялась:

— Думаешь, у тебя получится?

В следующий миг энергия меча Лэ Мулань вспыхнула с новой силой. Её магическая сила становилась всё более бурной, подобно могучей реке, неистово бурлящей. Мощь её магической силы явно превосходила мощь всех остальных участников соревнований.

В то же время внутри её тела раздался женский голос.

«Добро пожаловать в систему сменного внутреннего ядра Цзыюнь».

«Остаток магической силы в ядре эквивалентен 8 000 000 юаней».

Лэ Мулань коснулась низа живота, затем посмотрела на стоявшего перед ней Чжан Юя:

— В сменное внутреннее ядро в моём теле я в общей сложности закачала магической силы на восемь миллионов юаней.

Одновременно на её запястье появилась строка цифр, начинавшаяся с восьми миллионов и постоянно уменьшавшаяся.

Очевидно, по мере того как она непрерывно высвобождала магическую силу и энергию меча, закачанная в ядро магическая сила постоянно расходовалась. Но расход составлял всего около тысячи юаней в секунду. До полного истощения восьми миллионов было ещё очень далеко.

Но это также означало, что каждая секунда боя обходилась Лэ Мулань в тысячу с лишним юаней.

Лэ Мулань легко щёлкнула пальцами, и потоки энергии меча, словно ураган, обрушились на Чжан Юя. О том, чтобы приблизиться, не могло быть и речи — казалось, она собирается просто вытеснить Чжан Юя с ринга.

— Если ты думаешь, что мои меридианы не выдержат такой бурной магической силы, то можешь не беспокоиться.

— Мой боевой духовный корень «Магические Каналы» защитил все мои меридианы, позволяя мне поддерживать высокий уровень высвобождения магической силы без риска износа.

Тем временем, видя, как Лэ Мулань на ринге устраивает настоящую бомбардировку, используя неисчерпаемую магическую силу стоимостью в восемь миллионов юаней, зрители тоже пришли в возбуждение.

Это впечатляло их даже больше, чем десять миллионов страховки Сун Хайлуна, потому что те десять миллионов были деньгами страховой компании, а сейчас Лэ Мулань тратила свои собственные, настоящие деньги.

Один из зрителей, глядя на то, как Лэ Мулань швыряется деньгами, с восхищением произнёс:

— Как красиво! Эта манера тратить деньги, не считая их, — просто великолепна!

Другой зритель с завистью подумал:

— Как же здорово быть богатым! Какое счастье!

Третий зритель сделал для себя вывод:

— Понятно, чтобы далеко продвинуться по Пути совершенствования, нужно вкладывать деньги! Сегодня же вернусь домой и вытрясу из стариков все монеты (прим.: сленговое выражение, означающее «забрать деньги»), нужно обязательно сделать ещё один шаг на Пути совершенствования!

Услышав шум с трибун, Лэ Мулань слегка нахмурилась.

Продолжая атаковать энергией меча, она посмотрела на Чжан Юя и сказала:

— Слышишь? Хотя они и шумят, но в чём-то правы: деньги — основа совершенствования.

— Будучи бедняком, если бы ты сегодня заработал те четыреста тысяч, ты мог бы немного приблизиться ко мне.

— К сожалению, ты сам отказался от этой возможности стать сильнее.

Она посмотрела на Чжан Юя и с искренним любопытством спросила:

— Мне очень интересно, ты ведь такой бедный, но не хочешь зарабатывать деньги. Почему?

Казалось, все эти слова Лэ Мулань произнесла лишь для того, чтобы задать этот вопрос, который её так интриговал.

Чжан Юй, глядя на её искренне вопрошающее лицо, вдруг почувствовал, что его разбирает смех.

Чёртова богатая наследница пришла понаблюдать за жизнью бедняков, да?

Он холодно хмыкнул:

— Ты назначила цену в четыреста тысяч, потому что считаешь, что сможешь победить меня, потратив не больше этой суммы?

Лэ Мулань кивнула:

— Верно. Я подсчитала, что твоё поражение стоит не более четырёхсот тысяч. Тратить больше — пустая трата денег.

В то же время, под непрерывной бомбардировкой энергией меча, Бесформенная Облачная Аура наконец была пробита, и на ладони Чжан Юя появилась рана от меча.

Чжан Юй равнодушно сказал:

— А если к этому добавить кровь меня, бедняка?

Кровь капнула в ауру, окрасив Бесформенную Облачную Ауру в алые тона.

Но Чжан Юй не выказал ни малейшего беспокойства по поводу раны на руке. Напротив, словно заранее подготовившись, он резко разбрызгал кровь со своей ладони в сторону Лэ Мулань.

Лэ Мулань, которая с самого начала боя не сдвинулась с места, постоянно атакуя противника энергией меча, на этот раз слегка отступила, уклоняясь от летящих капель крови.

Из-за этого её движения Искусство Звёздного Меча тут же дало заметную брешь.

Чжан Юй молниеносно рванулся вперёд, намереваясь прорваться сквозь плотную завесу энергии меча и приблизиться к Лэ Мулань.

В то же время в его голове пронеслись слова Бай Чжэньчжэнь.

— Первое слабое место этой Лэ Мулань — она… кажется, брезгливая.

— Советую тебе просто плюнуть в неё, лучше всего — харкнуть. Она не только сама увернётся, но и энергией меча, наверняка, плевок блокировать не станет.