Решение

602 Ши Хаонань (шахтер): Старина Линь, староста притащила воду из тумана.

1402 Линь И: Да, я видел в чате.

602 Ши Хаонань (шахтер): Она говорит, что готова поделиться со всеми. Пятилитровая баклажка, так что каждому перепадет где-то по двести миллилитров.

1402 Линь И: Это хорошо. Кстати, Хаонань, у тебя что-то случилось? Говоришь как-то вяло.

Линь И не видел лица друга, но по стилю переписки чувствовал – тот не в духе. Из сообщений исчезла привычная экспрессия и дурашливость.

602 Ши Хаонань (шахтер): Ого, ну ты и проницательный. Ты что, у меня в голове поселился?

1402 Линь И: Вряд ли в списке двенадцати знаков зодиака есть глист… Дай-ка угадаю, кто-то снова умер?

Гадать на самом деле не приходилось – Линь И уже незримо получил дары от ушедших.

602 Ши Хаонань (шахтер): Угу. Цюй Дахай и Дин Чжан Сюээр мертвы.

1402 Линь И: Цюй Дахай? Если память мне не изменяет, он был «Экспертом по лени». Не думал, что в нем столько тяги к приключениям при таком-то энергосберегающем классе.

602 Ши Хаонань (шахтер): Вот и я о том же! Ума не приложу, о чем он думал. Женщины – они же только скорость удара мечом снижают!

1402 Линь И: И это говоришь ты? А кто составил тот «Профессиональный стандарт оценки внешности современных девчонок», который по всей школе гулял? Напомни-ка автора.

602 Ши Хаонань (шахтер): Ну и что? Слышал фразу: «Мудрец не влюбляется»? Я это по фану набросал, кто ж знал, что столько народу подхватит.

«В каком-то смысле, Хаонань и правда талант…», – подумал Линь И, одновременно проверяя состояние своих характеристик.

【Имя: Линь И】

【Жизнь: 3】

【Сила: 10】

【Защита: 10】

【Скорость: 10】

【Дух: 10】

【Показатель голода: 67/100】

【Показатель жажды: 13/100】

【Рассудок: 100/100】

Запас воды в организме почти на нуле.

Линь И, у которого теперь был «капитал» для выхода наружу, посмотрел в окно. С тех пор как уровень Жизни перевалил за ноль, жуткая пустота и онемение отступили. Он выглядел гораздо лучше: если раньше он напоминал призрака, то теперь – обычного человека, который не спал трое суток.

Что касается надежного источника воды, у него уже были кое-какие соображения, но требовалось время.

Основываясь на наблюдениях, он примерно рассчитал скорость убывания показателей.

В покое голод уходит со скоростью примерно 0,2–0,25 единицы в минуту. Жажда испаряется вдвое быстрее: 0,4–0,5 единицы. Кроме того, на расход влияют внешние факторы. Например, в состоянии «живого трупа» жажда мучила его гораздо сильнее.

«Похоже, выхода нет».

Взвесив все за и против, Линь И принял решение. Если бы обнуление жажды вело к мгновенной смерти, как и потеря очков жизни, он бы, возможно, не стал дергаться. Но был и другой вариант.

Голод и жажда напрямую связаны с рассудком.

Это не просто догадка. Известно, что когда жажда достигает предела, первым делом сдается именно разум.

Несмотря на то что Линь И находился под защитой правила «Дом – это абсолютно безопасное место», это не означало, что он мог игнорировать пятое правило выживания, обладающее такой же силой:

【5. Пожалуйста, не допускайте падения вашего рассудка до отрицательных значений.】

Именно из-за невозможности предсказать исход столкновения двух равносильных правил Линь И не мог сидеть сложа руки.

Туман за окном все еще клубился, но в нем появились грязноватые, темные оттенки. Солнца не было видно, однако по тому, как каждые несколько минут свет на балконе становился чуть тусклее, Линь И понял: около шести вечера наступит полная тьма. Даже если он сейчас восполнит жажду водой от Чжан Мэнци, без новых запасов он не протянет до рассвета.

Простая арифметика: если рассвет в шесть утра, то впереди двенадцать часов «сухого закона». Двенадцать часов по шестьдесят минут при расходе ноль-пять – это триста шестьдесят единиц жажды. Тот, у кого нет запасов, не протянет и половины ночи.

И это только в обычном состоянии. А если учесть слова Сишоу о приходе аномалий, условия станут еще жестче, и расход ресурсов только ускорится.

Это были элементарные выводы. Линь И был уверен, что Чжан Мэнци как староста понимает это не хуже него. Но раз она в такой ситуации готова отдать пять литров чистой воды, значит, у нее и ее группы ресурсов гораздо больше, чем они показывают.

Впрочем, факт остается фактом: они поделились. Даже если его догадки верны, винить их не в чем.

Помощь – это милость, а не обязанность. Линь И это четко осознавал.

…

— Мы принесли воду для всех!

Услышав заветное «для всех», приунывшая толпа мгновенно оживилась.

— О, дорогая староста, ты хочешь сказать… что поделишься с нами?! — Сун Тяньи от возбуждения потер ладони. Раньше он и не замечал, какие у него, оказывается, добрые одноклассники! Ну, кроме дебила Юэ Шаня, конечно.

Чжан Мэнци кивнула, взглянув на Ху Цянь и Ань Цинсюэ.

— Это плод наших общих усилий.

— К тому же, мы один коллектив. Мы должны помогать друг другу.

— Наша староста – лучшая! Какое благородство! — Выкрикивали люди, узнав, что получат доступ к столь драгоценному ресурсу.

Но вслед за радостью пришла тревога. Неважно, какой ценой досталась добыча, и Цзянь Тяньшэн, и Чжан Мэнци выставили ее на общий стол. Значит ли это, что дележка добычи стала негласным правилом? И если завтра очередь дойдет до них самих, придется ли им тоже отдавать все найденное?

Впрочем, сейчас было не до раздумий. Сначала нужно получить воду!

— Мы посовещались и решили разделить воду поровну. Но я прошу всех соблюдать порядок. Каждый, включая нас, получит среднюю норму, рассчитанную на всех присутствующих. Сейчас я составлю в чате список нуждающихся, и вы будете спускаться за своей порцией строго по очереди…

— Стойте! Разве никто не заметил кое-чего очень странного?! — Внезапно воскликнул Пань Цзэ, перекрывая гул голосов. — Ван Ху! Он уже целую вечность ничего не писал в чат!