Конец и новое начало.

1

Бронепоезд "Галереи Берит" на всех парах мчался по путям, проложенным сквозь руины.

Жилые отсеки и грузовые контейнеры "Яо Гуан Сина" отцепили, оставив лишь компактный состав из шести вагонов

Избавившись от лишнего веса, поезд раскрыл свой максимум и теперь нёсся к Токио с почти недостижимой скоростью.

— Ха-ха-ха! Вот это я понимаю! Вот она — истинная мощь "Яо Гуан Сина"!

Джош, сидевший в кресле машиниста, так и лучился восторгом. Он бесцеремонно подвинул штатного машиниста, чтобы вдоволь насладиться этой бешеной скоростью.

Капитан Майло Алдисс наблюдал за ним, заметно побледнев.

— Джош, прошу тебя! Соблюдай скоростной режим! Если мы сойдём с рельсов, всё пойдёт насмарку!

— Знаю, старик, не дрейфь! Держитесь крепче, мелюзга! — бросил он, покосившись на детей, облепивших кабину, и резко потянул рычаг.

Братья и сёстры Ирохи прижались лицами к стеклу, восторженно вопя:

— Ух ты-ы-ы!

— Смотрите!

— Ну и скорость!

Джош, страстный поклонник поездов, буквально сиял, наблюдая за их реакцией. Правда, назвать эту поездку комфортной было сложно — на такой скорости казалось, будто ещё немного, и состав сорвётся с рельсов. Даже у Яхиро, несмотря на его природу Лазаря, закружилась голова.

— О-о-ох… Он несётся гораздо быстрее, чем когда мы ехали сюда. Невероятно, как многое решает небольшая помощь… — пробормотала Ироха, слушая по внутренней связи радостные крики младших.

Ноэ Антониос Гионис из "Ноа Транстек" сдержал обещание. Он задействовал оперативников и персонал компании, а также привлёк международные силы, размещённые в Японии, чтобы очистить пути от Модзю и заранее выставить стрелки.

"Яо Гуан Син" летел быстрее, чем скоростные поезда прошлого. До бывшего токийского вокзала оставалось около пяти часов. Им предстояло добраться до гигантского Плутониона в 23 Районах ещё до рассвета.

— Ну… может, объяснишь, что происходит? — Яхиро серьёзно посмотрел на Ироху.

В небольшом конференц-зале командного вагона собрались все, чья судьба была связана с медиумами дракона: Яхиро и Ироха, Джули и Розе, Дзен, Сумика, Мияби Маисака, Аяхо и Огюст Натан, а также Руна — с Нуэмару на руках.

— Да. Всё в порядке. Я всё вспомнила… и о себе, и о Руне, — Ироха решительно кивнула.

После победы над Тристицией с помощью чистого белого пламени Ироха вцепилась в Руну и долго рыдала, пока не уснула от изнеможения. Теперь же суматоха осталась позади, её взгляд прояснился, а на лице даже появилась улыбка. Она снова была собой.

— Руна тоже была медиумом дракона? — Яхиро перевёл взгляд на двух девушек, сидящих рядом.

Ответ Ирохи оказался ошеломляющим:

— Видишь ли, Руна — моя мама, — произнесла она с гордостью.

В комнате повисла тишина.

— Чего-о?

— Э-э… И это всё? — одновременно выдохнули Яхиро и Аяхо спустя добрых десять секунд.

Ироха насупилась, задетая их прохладной реакцией.

— Да! Она меня родила. Ну, не совсем в обычном смысле… Она должна была родить меня в будущем. Просто когда мы получили жизни как медиумы дракона, что-то пошло не так, и в итоге я оказалась старше неё, — протараторила она, выпятив грудь и самодовольно ухмыляясь.

— Прости, Ироха, я не поняла ни единого твоего слова, — Аяхо нахмурилась.

— Можно было объяснить еще бестолковее? — вздохнул Яхиро.

— Эй! Но я просто констатирую факты! — Ироха возмущённо надула щёки.

В этот момент Натан, подпиравший стену, понимающе кивнул.

— Понятно. Теперь ясно. Ты имеешь в виду, что существовало две Кусинады.

— А? Натан, ты правда понял, о чём она?

— Как у тебя это получилось?!

Аяхо и Яхиро выглядели совершенно сбитыми с толку, тогда как Ироха победно вскинула кулак. Дзен и Сумика пребывали в таком же замешательстве. А вот Джули и Розе, похоже, после слов Натана начали улавливать суть.

— Этот мир — своего рода виртуальная реальность, созданная Регалией Уробороса, а его жители — души тех, кто погиб в мире живых. Так гласит легенда Императорского дома, верно? — Натан взялся объяснять, помогая остальным не потерять нить разговора.

— Да. Именно это и сказала Карура Мёдзин, — подтвердила Мияби.

Яхиро с Джули синхронно кивнули. Обитатели этого мира уже однажды умерли — потому его и называли Ёми.

— Учитывая, что Регалии рождаются из людских желаний, мощь Уробороса не безгранична. Новый мир необходимо создать раньше, чем прежний исчерпает себя и начнёт разрушаться. Так устроена вся система. Я верно понял, Руна Сэно? — негромко произнёс Натан.

Он говорил серьёзно, не делая скидки на возраст, словно обращался к взрослому человеку. 

Руна ничуть не смутилась и ответила кратко:

— Да. Так я и создала нынешний мир.

— Руна?! — Аяхо уставилась на неё в полном недоумении.

Яхиро тоже затаил дыхание. Если создателем этого мира была Руна, а не Ироха, значит, настоящей Кусинадой была именно она.

— Значит, в Загробье была ты, а не Ироха?

У девушки, заточенной в янтаре Мирового древа, было лицо Ирохи. Естественно, все решили, что Ироха и есть та самая принесенная в жертву Кусинада. Но теперь, присмотревшись, Яхиро заметил, что Руна и впрямь очень похожа на ту девушку. Раньше они не придавали этому значения, ведь те называли себя сестрами, но сходство было поразительным.

— Погоди. Тогда кто ты такая? — Яхиро с подозрением покосился на Ироху.

Даже если Руна — истинная Кусинада, это не отменяло их внешнего сходства, не говоря уже о том, что Ироха тоже могла общаться с Модзю.

— А? Я же сказала: я её дочь, — Ироха обиженно надула губы.

— Её дочь?

— Ага. Руна — моя мама. Я всё время была рядом с ней там, в Загробье.

— Стоп… Ты про ту собаку?.. — Яхиро хлопнул себя по колену, вспомнив белоснежного зверька в янтаре рядом с Кусинадой.

— Да-да, име… Эй, нет! С чего вдруг?! Это же был Нуэмару! — возмущённо закричала Ироха.

Но ведь там больше никого не было… — пронеслось в голове у Яхиро.

— Есть еще один вариант. Попробуйте взглянуть с другой стороны, — вмешалась Розе, явно стремясь сдвинуть разговор с места.

— Какой ещё вариант?

— Кусинада могла быть беременна.

Аяхо в ужасе прикрыла рот обеими руками. Мияби ничего не сказала, но по её лицу было видно, — она шокирована не меньше.

— Руна была… беременна?! — Яхиро словно получил удар в челюсть.

— Подождите, это же незаконно… — прошептала Сумика.

Она не знала, что Кусинада в янтаре по возрасту ближе к нынешней Ирохе, так что в самой беременности не было ничего сверхъестественного — особенно если та пришла из древних времен. И всё же, глядя на Руну в её нынешнем детском облике, отделаться от чувства неправильности было невозможно.

— А отец? Ох… тот Лазарь, что стал Уроборосом?!

— Хе-хе-хе. В общем, я — дочь Богини Мироздания и мирового дракона! — провозгласила Ироха, задрав нос к самому потолку.

Похоже, именно это и заставляло её так сиять. У неё никогда не было семьи. И кем бы ни оказались её родители, само знание о них заставляло её улыбаться до ушей.

— Ого, ничего себе! Так ты, получается, тоже богиня?! — Сумика приняла всё за чистую монету и искренне восхитилась.

— А то! Фоткай, пока дают, потом эти снимки будут целое состояние стоить!

Ироха и Сумика тут же увлечённо принялись за фотосессию, пока "богиня" принимала пафосные позы. Яхиро тяжело вздохнул. Глядя на них, трудно было поверить, что мир стоит на грани уничтожения.

— На Ироху мне сейчас плевать. Давайте лучше вернёмся к Руне.

— Плевать?! Ты говоришь своей богине, что тебе на неё плевать?!

— Почему Ироха выглядит взрослой, а Кусинада — как ребенок? — Яхиро проигнорировал её вопли и обратился к Руне.

Руна кивнула и начала объяснять, всё ещё слегка шепелявя по-детски:

— Семь медиумов были созваны, чтобы дать жизнь следующему мировому дракону. Их души призвали из-за пределов преисподнии и наделили драконьим фактором.

— Из-за пределов преисподнии? Ты имеешь в виду — из мира живых? — перебила Мияби.

Руна покачала головой:

— Я не знаю. Нет никаких гарантий, что вы все из одного и того же мира. Во Вселенной может существовать бесконечное множество Уроборосов, и у каждого — свой собственный мир.

— В любом случае, нового Уробороса может породить только кто-то извне, верно? Поэтому медиумы дракона и сохраняют воспоминания о прошлых жизнях? — с серьёзным видом спросил Дзен.

Руна кивнула:

— Да. Но есть одно исключение.

— Какое?

— Выживший медиум из предыдущего цикла.

— Кусинада? — пробормотал Натан.

Единственным выжившим после предыдущего цикла могла быть только сама жертва — Руна.

— Да. Непосредственно перед концом мира Кусинада получает новое тело и возрождается как один из медиумов. Она становится медиумом небесного дракона Гулы.

Несмотря на детскую шепелявость, Руна объясняла предельно ясно — куда понятнее Ирохи. Теперь было нетрудно поверить, что перед ними реинкарнация Кусинады, сохранившая память о прежнем мире.

— Медиум Гулы — это страховка. Её роль — продлить существование старого мира, если новые медиумы не смогут создать мирового дракона. Поэтому у неё нет Лазаря. Зато есть особая сила.

— Какая?

— Управлять Модзю.

— А-а…

Все невольно перевели взгляд на Нуэмару, свернувшегося у Руны на коленях. Значит, Ироха была не единственной, кто понимал этих существ. У Руны была та же способность — и по праву она принадлежала именно ей, как медиуму небесного дракона.

— Мама… Ироха Мамана должна была стать медиумом Гулы, но при реинкарнации произошёл сбой.

— Система забрала душу плода вместо души Кусинады, — подвела итог Розе, переводя взгляд с одной на другую.

— Э-э... Ну... простите... — Ироха виновато опустила голову, чувствуя на себе взгляды окружающих.

Ошибка была не её, но именно из-за её существования возникла вся эта путаница.

— Душа младенца пришла из Загробья — из-за пределов Ёми. Поэтому Мама получила силу Аваритии как полноценный медиум. И именно поэтому у неё нет воспоминаний о прошлой жизни — она ведь так и не успела родиться.

Теперь всё встало на свои места. Единственное, что Ироха помнила, — обрывочные образы из Загробья. Даже нерождённый ребёнок способен ощущать присутствие мирового дракона — по сути, это было единственное, что ей было доступно.

— Проблема в том, что Гула исчезла. Уроборос подготовил для медиумов только семь тел. Обычные человеческие оболочки он мог создавать в любом количестве, но даже для него сформировать лишний драконий фактор — задача непростая. — Руна встретилась взглядом с Яхиро. — Однако всё решилось самым неожиданным образом.

— Суи Нарусава? — догадался Натан.

Руна кивнула:

— Одна из призванных Уроборосом душ заняла тело, подготовленное людьми. Поэтому я создала себе это тело из оставшегося драконьего фактора. Я выгляжу так только потому, что всё делалось в спешке.

Она с лёгкой самоиронией посмотрела на свои маленькие ручки.

Ироха крепко обняла её и довольно заявила:

— Ага! В общем, как-то так.

— Помолчи. Ты вообще ничего не объяснила, — холодно отрезал Яхиро.

В словах Руны не было ничего, чем стоило бы хвастаться, но Ироха всё равно сияла от гордости.

— Руна всё это время меня защищала. Она запечатала силы Аваритии и дала мне жить как суперпопулярной и мегакрасивой стримерше!

— Насчёт последнего сомневаюсь, но хотя бы понятно, почему твои способности были такими жалкими, — сухо заметил Яхиро.

Если не брать в расчёт грубую силу, способности Аваритии были крайне неудобными: они подходили только для защиты от других медиумов и Лазарей. По сравнению с универсальными силами остальных — разительный контраст.

Впрочем, благодаря этому Ироха смогла прожить жизнь, даже не подозревая о своей природе. В каком-то смысле Руна действительно её защитила.

— Эй! Почему это? Пусть я и не такая красавица, как Мияби или Джули, но я вполне себе миленькая!

— Тебя сейчас только это волнует? — устало вздохнул Яхиро.

— Ну что ты, Джули, конечно, красотка, но и ты очень даже ничего, — вежливо добавила Розе, польщённая комплиментом в адрес сестры.

— Да и Сумике ты не уступаешь, — подхватил Дзен.

— Ах ты кобель…

Дзен и Сумика тут же начали ворковать прямо у всех на глазах. Когда серьёзная часть разговора закончилась, напряжение заметно спало.

— Надеюсь, с этой силой мы сможем остановить Нину… — Яхиро посмотрел на свою ладонь.

После того как Руна сняла печать, сила Ирохи выросла многократно. Она стала настолько мощной, что могла поглотить его, стоит ему хоть на миг ослабить контроль. Получи он такую силу в те времена, когда им двигала лишь ненависть к Суи, он наверняка поддался бы ей и превратился в такое же чудовище, как Натадзука. Теперь он понимал, почему Руна держала эту силу под замком.

— Да. Я бы и сама предпочла решить всё миром, но мы должны остановить их любой ценой. В конце концов, Руна тоже выкладывается на полную, — Ироха кивнула с непривычно серьёзным видом.

Яхиро с сомнением посмотрел на девочку:

— Вот как?

— Сила Гулы бесполезна в бою, но она может сдерживать распространение Плутониона. Моя задача — продлить жизнь этому миру.

— Значит, мы сможем выиграть немного времени до того, как всё рухнет? — Джули приподняла бровь.

— Похоже, дела налаживаются, — Яхиро улыбнулся и погладил Руну по голове.

Он понимал, что формально она старше его, но по привычке всё равно обращался с ней как с ребёнком.

Руна не возражала — наоборот, прижалась к нему, будто просила не останавливаться. Аяхо и Ироха посмотрели на неё с явной ревностью.

Мияби на мгновение улыбнулась этой сцене, но тут же снова посерьёзнела и повернулась к Ирохе:

— Нам тоже нужно сделать всё, что в наших силах. Для начала, Ироха, снимай одежду.

— Чего-о?! Зачем?! — Ироха инстинктивно прикрыла грудь и отступила на шаг.

Мияби осталась невозмутимой:

— Тебе нужно переодеться и подготовиться к стриму. Ведь так?

— А? Стриму? — Ироха растерянно заморгала.

До прибытия "Яо Гуан Син" в 23 Района оставалось ещё больше двух часов. Делать было нечего. Но как бы Ироха ни зависела от стримов, даже ей не пришло бы в голову заниматься этим сейчас.

— Именно страх превращает людей в Модзю. Ты должна объяснить миру, что мы делаем, чтобы снизить панику. Ты — самый известный медиум дракона, так что тебя услышат.

— Может, и так, но… — Ироха опустила взгляд, хоть и понимала, что Мияби права. — Я не могу. "Ганцхайт" забанил мой аккаунт. Если заведу новый канал, все решат, что я фейк.

— Не переживай. С аккаунтом я помогу. У нас всё ещё есть доступ к одному известному новостному каналу с полутора миллионами подписчиков, — Мияби лукаво подмигнула.

— Погоди... Ты имеешь в виду...?!

— Канал "Ямадо"! — хором выкрикнули Ироха и Яхиро.

Канал, которым управляли Мияби и Додзи Ямасэ, специализировался на громких разоблачениях и был известен по всему миру. Его материалы нередко подхватывали крупные СМИ. В своё время именно там раскрыли личность Ирохи как медиума дракона и создали им немало проблем.

Если Ироха выступит через аккаунт Ямасэ, её услышит весь мир. И главное — это станет надёжным подтверждением, что перед ними не фейк.

— Теперь, когда Альфред Салас на нашей стороне, канал не заблокируют. Ну что скажешь, Ироха Ваон? — Мияби бросила на неё испытующий взгляд.

Ответ был очевиден.

2

​Вааон! Всем коничи-ваон! С вами Ироха Ваон!

Сначала внезапный стрим заметили лишь несколько самых преданных зрителей. Они просто открыли приложение и увидели в рекомендациях знакомую иконку — азиатскую девушку с пушистыми ушками.

Давно не виделись! Сегодня у нас спецвыпуск! "Не бойся Модзю! Тур к Плутониону вместе с медиумом дракона!" Я вещаю на канале "Ямадо" в прямом эфире прямиком из бронепоезда "Яо Гуан Син"!

Большинство подписчиков канала знали её имя. Они также понимали, что она напрямую связана с хаосом, который Модзю творят по всему миру. Весть о стриме мгновенно разлетелась по соцсетям, и число зрителей начало расти с бешеной скоростью.

И сегодня у нас особые гости! Журналистка, которую вы все прекрасно знаете, — Мияби Маисака! И наша подруга — Сумика Киётаки!

Чего-о-о?! Погоди, я тоже?! Да быть не может, Ты же не говорила!..

В тот день стримерша Ироха Ваон триумфально вернулась в сеть, приковав к себе внимание людей по всему миру.

†

Штаб-квартиру “Гильдии” в Йокогаме накрыл вал срочных сообщений о массовых превращениях людей в Модзю. Помимо иностранных военных контингентов, размещённых в Японии, реальный опыт борьбы с этими существами имели только ЧВК, подконтрольные "Гильдии".

Организация, курировавшая множество наёмников с сомнительной репутацией, не могла игнорировать запросы ключевых спонсоров и государственных структур. В итоге главе "Гильдии", Евграфу Лескину, пришлось лично взять управление ситуацией на себя и разгребать горы накопившейся работы.

Дверь кабинета резко распахнулась, и внутрь влетела Акулина Жарова.

— Прошу прощения, сэр! Ироха Мамана… медиум Аваритии… она вышла в прямой эфир! С ней медиумы Иры и Ацедии!..

Не успев отдышаться, Акулина протянула ему смартфон.

— Спокойнее, Акулина. Речь об этом эфире?

Лескин даже не изменился в лице и кивком указал на монитор. На экране уже транслировалась хорошо знакомая фигура японской девушки в парике с пушистыми ушками.

— Да. Они движутся к Плутониону в 23 Районах, чтобы остановить глобальную Модзюфикацию. Сообщают, что только что миновали Нагою.

— Я получил запрос от Гиониса, генерального директора "Ноа Транстек". Он просит обеспечить бронепоезду "Галереи" максимально свободный коридор. Похоже, Альфред Салас тоже приложил к этому руку, пусть и неофициально.

— Салас? "Ганцхайт" помогает "Галерее"? — Акулина не смогла скрыть удивления.

В "Ганцхайте" хватало фракций, но все они сходились в одном — стремлении к глобальному уничтожению человечества. Основная фракция Саласа была особенно предана этой цели. По логике вещей, они должны были костьми лечь, чтобы остановить Ироху Маманy.

— Не знаю, что заставило их сменить позицию, но для нас это выгодно. В самой "Галерее" тоже не всё гладко, — усмехнулся Лескин.

До “Гильдии” уже дошли слухи о восстании дальневосточного филиала и ликвидации Эусебио Берита. Маршрут "Яо Гуан Син" к 23 Районам явно был частью этих событий.

— "Гильдия" окажет им поддержку?

— Мы наёмники. Мы выполняем заказы. Какими бы утомительными они ни были, — Лескин отложил бумаги на край стола. — Человеческий страх — триггер превращения в Модзю. Все наши бойцы это уже усвоили, так что недавние события всё же принесли свои плоды.

— Значит, поэтому нас это и не затронуло…

— Влияние Плутониона будет усиливаться по мере приближения к 23 Районам. Обычные солдаты этого не выдержат, а значит, только мы сможем поддержать штурм "Галереи Берит".

Акулина молча кивнула. Целью "Галереи" был крупнейший Плутонион, расположенный на месте станции Токио. Чтобы бронепоезд добрался туда, необходимо было пересечь мост Рокугогава через реку Тама и удержать территорию по ту сторону. Кто-то должен был войти в карантинную зону и зачистить путь от Модзю.

— Оповестите всех членов “Гильдии”. Мы выдвигаемся в 23 Района для поддержки "Галереи". Первая задача — контроль железной дороги и прилегающих объектов. Вторая — зачистка Модзю вокруг Плутониона.

— Вы уверены? Мы не можем принудить людей к операции такого масштаба… — осторожно заметила Акулина.

Лескин расплылся в хищной ухмылке.

— Не беспокойся об оплате. Спонсором выступает "Ганцхайт", а когда миру приходит конец — скупиться не принято.

Он перевёл взгляд на окно башни штаб-квартиры, возвышающейся над вокзалом Йокогамы. Восточный горизонт только начинал светлеть. Тихо, почти с азартом, он произнёс:

— Убить всех драконов… Не думал, что эти девчонки действительно сдержат слово.

3

— Ого… Ироха. Тут больше сорока миллионов зрителей. А если считать рестримы, может быть и под сотню.

Руки Аяхо дрогнули, когда она взглянула на экран ноутбука. Мысль о том, что за ними наблюдает сорок миллионов человек по всему миру, приводила её в ужас.

— Невероятно. Ещё недавно у неё и сотни просмотров не набиралось.

— И посмотрите на донаты! Я таких цифр в жизни не видела!..

Рен и Ринка тоже замерли в изумлении. Яхиро понимал их шок. Честно говоря, во всей этой ситуации странной была именно Ироха — она не чувствовала ни капли давления, оказавшись под прицелом миллионов глаз.

Впрочем, её непоколебимая решимость, с которой она день за днем выкладывала ролики, не собиравшие ни одного просмотра, доказывала: стриминг — её истинное призвание. В каком-то смысле у неё действительно был талант. Яхиро даже почувствовал гордость, как самый верный и старый фанат Ирохи Ваон.

— Ну, вообще-то, это не её канал, — заметила не по годам рассудительная Хонока.

Сколько бы просмотров она ни собрала, стрим шел на канале Додзи Ямасэ, а значит, Ироха не увидит ни гроша — ни с рекламы, ни с донатов. Всё достанется совладелице канала, Мияби. Вряд ли она задумывалась о прибыли, предлагая эту идею… но, зная её, такой вариант нельзя было исключать.

— Хонока, солнце сместилось. Подправь свет и убери контровой. Кёта, замени батарейки в ручной камере.

— Поняла.

— Вот эти батарейки?

Кири и остальные вовсю занимались продакшеном, переговариваясь вполголоса, чтобы микрофон не поймал лишние шумы. Яхиро наблюдал за этим с искренним — сам он в таких вещах ничего не смыслил.

— Шустрые ребята.

— Они привыкли ей помогать, — Аяхо улыбнулась в ответ на его слова.

По их слаженной работе было видно: несмотря на отсутствие кровного родства, они давно стали семьёй. Четыре года назад, ещё до J-ноцида, Ироха была девочкой почти без эмоций — с тихим, дрожащим голосом. Теперь Яхиро понимал почему. Тогда она была ребенком не только снаружи, но и внутри.

Обычно медиумы дракона реинкарнировали с памятью прошлых жизней, но Ироха была лишь новорождённой душой. И хотя её тело, изначально предназначенное Руне, обладало инстинктами выживания, эмоционально она оставалась неразвитой. Между оболочкой и внутренним миром зияла пропасть.

Однако за эти четыре года она изменилась до неузнаваемости — стала девушкой, чьи чувства били через край. И в этом была прямая заслуга её братьев и сестёр. Ироха думала, что заботится о них, но на деле всё было наоборот.

Эта мысль отозвалась в сердце Яхиро горьким привкусом. Сложись судьба иначе, другой медиум без воспоминаний о прошлом мире — искусственно созданная Суи — могла бы обрести такое же светлое и счастливое будущее, как Ироха.

— Джули, Розе, сообщение от второго отряда. Разведка в 23 Районах завершена.

В командный вагон вошёл Вэй с планшетом. По приказу близнецов второй отряд дальневосточного филиала "Галереи", оставшийся в Йокогаме, провёл разведку состояния Плутониона.

— Модзю активны, как и ожидалось. Плотность вдвое выше нормы.

— Вдвое?..

— Да. И, похоже, недавно появившиеся особи дерутся с теми, что уже закрепились в 23 Районах.

— Иногда мне хочется, чтобы наши худшие ожидания не сбывались, — Джули иронично высунула язык.

— Что с мостом и путями? — мрачно спросил Яхиро.

Без рельсов бронепоезд не мог двигаться, а мост через реку Тама был ключевой точкой на пути к Плутониону.

— Мы тоже об этом беспокоились, но, похоже, Лескин неплохо справляется.

— Лескин? Тот старик из “Гильдии”? — удивился Яхиро, услышав это имя из уст Розе.

— Похоже, они задействовали все подконтрольные силы и вошли в 23 Района. После событий в Йокогаме у них появилась хоть какая-то устойчивость к Модзюфикации.

— Но им всё равно едва хватает сил, чтобы удерживать мост. Твари буквально кишат на выходе из 23 Районов, — добавила Джули.

"Яо Гуан Син" уже миновал Йокогаму и приближался к Кавасаки. До моста через Таму оставалось около пяти минут. Дальше начиналась карантинная зона — территория Модзю.

В этот момент Джош начал сбрасывать скорость. Твари добрались уже даже до зон с низкой активностью.

— Началось… — процедил Яхиро, крепче сжимая Куё Масаканэ.

Благодаря "Ноа Транстек" и международным силам они добрались сюда без боя, но дальше уклоняться не выйдет.

— У нас нет времени отвлекаться на каждую шальную тварь. Прорываемся, капитан.

— Есть, леди Розетта, — с решимостью в голосе ответил Алдисс.

В стае наверняка были особи, способные выдержать прямой пушечный удар. Таран неизбежно оставит на бронепоезде следы, но Розе сознательно выбрала силовой прорыв. Времени не было — и неважно, сколько урона получит "Яо Гуан Син", если мир всё равно на грани конца.

— Вэй, защищай моторный вагон.

Паола поднялась на ноги, сжимая свой верный лёгкий пулемёт. На ней уже было снаряжение, рассчитанное на бой с Модзю; через плечо перекинут тяжёлый армейский нож, а на поясе — запасные магазины и пистолет.

— Понял. Возьму на себя турель с дистанционным управлением.

— Мой отряд займётся теми Модзю, что полезут на "Яо Гуан Син".

Распределив обязанности, Паола и Вэй разошлись. Следом поднялся Дзен.

— Идём, Нарусава. Нужно расчистить пути от Модзю.

— Погоди, Дзен. Ты хочешь сказать, что мы будем стоять прямо на крыше локомотива?

— Там есть поручни. Если струсил — оставайся.

— Кто сказал, что я струсил?! — Яхиро стиснул зубы и последовал за ним.

Для Лазарей падение с мчащегося на полной скорости поезда не было смертельным, но оно неизбежно задержало бы их прибытие к Плутониону. Именно этого Яхиро и опасался.

Прежде чем они успели покинуть командный вагон, в эфире "Галереи Берит" раздался шум.

— Говорит руководство “Гильдии”. "Галерея Берит", вы меня слышите?

— Этот голос… Акулина? — с явным недоверием отозвалась Розе.

Ни у одной, ни у другой не было времени на пустые разговоры. Если "Гильдия" вышла на связь именно сейчас, когда "Яо Гуан Син" вот-вот должен был войти в карантинную зону, значит, случилось что-то экстренное.

— Розетта Берит? Времени в обрез, слушай. Наши наземные силы дадут залп из РСЗО аккурат к вашему проезду. Снаряды нелетальные, с летучим слезоточивым газом.

— Понятно. Парализуете Модзю, чтобы мы могли проскочить. Неплохой план для тебя. Это Лескин придумал?

— Заткнись! В общем, шанс будет только один, так что не провороньте!

— Принято. Мы в деле.

Как только время операции было согласовано, связь оборвалась.

— Все слышали? Надеть противогазы. Гражданским перейти в командный вагон. "Яо Гуан Син" герметичен, но это мощный газ, рассчитанный на Модзю, так что берегите себя, — раздался по внутренней связи голос Джули.

Яхиро и Дзен тут же схватили маски. Бессмертие не спасало от слезоточивого газа — особенно такой концентрации: он всё равно мог временно вывести их из строя.

— Ироха! Вы там чем занимаетесь?!

Схватив противогазы на всех, Яхиро рванул в лаунж-вагон, раздражённый тем, что они сами об этом не позаботились. Но, ворвавшись внутрь, он сразу понял, в чём дело: в вагоне грохотала танцевальная музыка, полностью заглушившая объявление по громкой связи.

— А, что случилось? У нас тут как раз распевка... Хочешь с нами?

Ироха с микрофоном для караоке в руках уставилась на Яхиро.

— Вы что, поёте в караоке? Прямо сейчас? — Яхиро ошеломлённо нахмурился.

— Ну, слово за слово, и как-то само… — Сумика, застигнутая с маракасами, густо покраснела.

Дзен прикрыл глаза и вздохнул. Она так отчаянно не хотела попадать в объектив камер, но похоже Ироха очень быстро сбила её с пути.

— Боже, Мияби, у тебя такой голос! — Ироха проигнорировала измученные лица парней.

Яхиро опустил голову:

— И ты, Мияби…

— Я просто подумала, что вредно всё время быть на взводе, — Мияби пожала плечами без тени раскаяния.

У Яхиро разболелась голова, но времени не было. Каждая секунда приближала начало операции "Гильдии".

— Некогда объяснять. Быстро наденьте это.

— Что? Противогазы? Я не по этой части… это какой-то странный косплей…

— Это не косплей!

Яхиро силой натянул на неё маску. Ироха закричала и начала отбиваться, жалуясь, что он испортит ей макияж. В этот момент звук поезда изменился — они выехали на мост.

— Началось! — крикнул Дзен, глядя на часы.

С русла реки Тама взмыл рой ракет и с резким, птичьим свистом разорвался в небе.

4

Белоснежный туман поглотил руины города.

Казалось, будто они въехали прямо в облако — зрелище почти сказочное, если бы не едкий слезоточивый газ, разъедающий глаза и горло. Серый бронепоезд на полной скорости врезался в густое, удушливое марево. С тех пор как они покинули станцию Киото, прошло уже пять часов. И наконец впереди показались 23 Района.

— Не думал, что когда-нибудь сюда вернусь, — сказал Яхиро, вглядываясь через линзы противогаза в город, который когда-то назывался Токио.

— Да уж.. Странное чувство: вроде и ностальгия накатывает, а всё выглядит как впервые. Даже немного жутко, — ответила Ироха, не выпуская из рук смартфон, с которого вела стрим.

Если вдуматься, именно на этом поезде они когда-то покинули 23 Района. И вот теперь они снова здесь, вдвоём. В чём-то ситуация изменилась до неузнаваемости, а в чём-то осталась прежней. В этом была какая-то горькая ирония.

— Выходим из газового облака! Всем быть начеку! — раздался по рации голос Джули; микрофон был закреплён у неё на воротнике.

Как она и предупредила, стоило им покинуть зону со слезоточивым газом, как видимость внезапно прояснилась. Но это означало и обратное: теперь Модзю тоже их видели.

Бронепоезд мчался вперёд с оглушительным, гулким грохотом. Модзю встретили огромного незваного гостя, вторгшегося на их территорию, с нескрываемой яростью. Их было настолько много, что даже Яхиро, немало повидавший в 23 Районах, не видел подобного.

— Да откуда их столько?! — Ироха сорвала маску. На её лице отразилась тревога.

Даже она не смогла сдержать паники перед этой бесчисленной ордой. Чудовища заполнили улицы и крыши — куда ни глянь. И большинство из них относилось к новому поколению, не подчинявшемуся ей.

"Яо Гуан Син" открыл огонь. Поезд продолжал прорываться вперёд, пока Модзю в замешательстве отступали с пути. Те, кто не успел, гибли под колёсами — состав не останавливался, буквально сметая их.

Дизельный двигатель ревел, гонка со временем не прекращалась, но сопротивление всё же сделало своё дело — скорость упала ниже пятидесяти километров в час. При таких условиях Модзю вот-вот их настигнут.

Звери начали наносить по "Яо Гуан Сину" особые атаки. Ударные волны раз за разом сотрясали броню, заставляя весь состав содрогаться. Поддержки от “Гильдии” больше не было. Оперативники "Галереи" отстреливались, как могли, но врагов было слишком много.

— Тц…

Заметив, что целью Модзю стал моторный вагон, Натан воздвиг вокруг него невидимый барьер. Почувствовав его драконью ауру, Модзю набросились ещё яростнее. Лицо Натана перекосилось от боли.

— Натан?! — вскрикнула Ироха, увидев, как он рухнул на колени.

Часть его кристаллизованного тела под рукавом костюма рассыпалась в пыль.

— Предел адаптации?.. — спросил его Яхиро; с его лица исчезли все эмоции.

Силы Обладателя Реликта не были безграничны. Под колоссальной нагрузкой Регалии их человеческие тела рано или поздно доходили до предела. Натан уже переступил эту грань в бою с Натадзукой. Если он продолжит удерживать барьер, его тело неизбежно разрушится.

— Не беспокойся. Я знал, что рано или поздно это случится, — Натан поднял на Яхиро спокойный взгляд.

Тем временем барьер позволил поезду снова набрать ход. Яростные атаки Модзю не прекращались, но, по крайней мере, теперь они не могли добраться до моторного вагона.

— Моя работа была сделана в тот миг, когда ты встретил госпожу Каруру. Жаль лишь, что мне не суждено увидеть, какая судьба ждет этот мир, — Натан поднялся на ноги и криво усмехнулся, словно укоряя себя.

— Натан!..

​— Прости… Я так и не сумел остановить Суи Нарусаву… — произнес он, отворачиваясь.

Яхиро тяжело вздохнул. Натан был рядом с Суи все четыре года, что Яхиро жил в 23 Районах. Похоже, присматривая за ней по заданию "Ганцхайта", он испытывал к ней свои собственные, сложные чувства.

— Ироха, продолжай стрим.

— Мияби?..

После этой кроткой просьбы Мияби открыла люк лаунж-вагона и высунулась наружу. Ухватившись за поручни, она начала продвигаться к хвосту состава — против движения поезда.

В следующее мгновение Модзю, облепивших задние вагоны, словно сдуло, и поезд ускорился. Твари, тормозившие "Яо Гуан Син", были сметены, словно мощным цунами. Способности Иры одновременно уменьшила сопротивление воздуха и отбросила монстров прочь.

— Остановись, Мияби! Твоё тело не выдержит, если ты продолжишь использовать Регалию! — крикнул Яхиро.

Тела медиумов дракона ничем не отличались от человеческих; их роль заключалась лишь в том, чтобы даровать благословение Лазарям. Чрезмерное использование Регалии лишало их человеческого облика и обращало в дракона — несовершенное существо, далёкое от Уробороса. И, как и Обладатели Реликта, они в конце концов достигали предела адаптации и умирали. Так погибла Чирука Мисаки и Канамэ Касима. И Мияби это прекрасно знала.

— Смотрите все, — произнесла Ироха, обращаясь к камере смартфона.

Порыв ветра отбросил чёлку Мияби, открыв её правый глаз — уже затронутый драконизацией. Она даже не пыталась это скрыть. Наоборот, сама настояла, чтобы Ироха показала всё в прямом эфире.

— Вот так сегодня выглядит Япония. А это — наша сила. Сила медиумов и Убийц Драконов.

Она тщательно подбирала формулировки, обращаясь к тем, кто был по ту сторону экрана. Барьер Натана сдерживал натиск врагов. Мияби сметала монстров один за другим. Но Модзю всё пёрли и пёрли на бронепоезд, не зная усталости. Ироха транслировала эту яростную битву всему миру, ничего не скрывая.

— Драконы и медиумы — не враги человечества. Мы вернулись сюда, чтобы спасти мир от гибели.

Она распахнула люк до конца и высунулась наружу. Руины города кишели Модзю — жуткая, безнадежная панорама, сквозь которую нёсся бронепоезд. Огромная машина надежды, несущая в себе медиумов и Лазарей. Мияби настояла, чтобы люди это увидели.

— Мы бы не добрались сюда в одиночку. Карура, капитан и его товарищи, “Гильдия”, сотрудники "Галереи", и каждый, кто смотрит нас сейчас… Мир ещё не пал. Поэтому, прошу…

Она не договорила. Модзю прорвали барьер Натана и рванули к беззащитной Ирохе. Но, не успев её коснуться, застыли и тут же разлетелись на куски — Сумика и Дзен вовремя прикрыли её.

— Вижу Плутонион! — раздался из динамиков голос Джоша.

По поезду прокатился радостный гул, но его тут же оборвал крик Алдисса:

— Но… путей больше нет!

— Всем приготовиться к удару! — закричала Джули.

Яхиро впервые услышал в её голосе такую панику. Станция Токио уже почти показалась впереди. Сквозь море зданий проглядывал провал, оставленный Плутонионом, но рельсы туда больше не вели. Трудно было сказать, разрушили их Модзю или они сами обветшали от временино, но эстакада, державшая пути, обрушилась.

— Проклятье… Мы не успеет затормозить!..

Отчаянный крик Джоша потонул в визге тормозов, неспособных остановить разогнавшийся состав. Натан попытался воздвигнуть барьер, но тут же рухнул — силы окончательно иссякли. Регалии Яхиро и Дзена были бессильны против инерции поезда. Яхиро до боли стиснул зубы, проклиная собственное бессилие. Даже Ироха застыла в немом ужасе.

— Всё будет хорошо. Не прерывай трансляцию, — спокойно сказала Мияби.

Драконья аура, окутавшая её тело, вспыхнула с новой силой и закрутилась плотным вихрем.

— Мияби?! — вскрикнула Ироха, забыв о стриме.

— Погоди, твоё тело и так уже… — Яхиро осёкся. Он понял: спасти "Яо Гуан Син" может только она.

— Когда мы только познакомились, Додзи сказал: истина — это не то, что можно увидеть. Это то, что осознаёшь, когда она уже пронеслась мимо, подобно ветру…

Аура сгущалась, и тело Мияби всё явственнее принимало облик дракона. Прозрачная чешуя покрыла её с головы до ног, кости начали перестраиваться. Длинный хвост разорвал одежду.

Даже в этом полу-драконьем обличье она была прекрасна.

— …Ты сама направляешь этот ветер своей волей. Молюсь, чтобы он привел нас к счастливому финалу.

Её голос уже не был человеческим — в нём звучало прощание.

— Мияби!..

Ироха, не сдерживая слёз, продолжала снимать. Мияби — теперь уже полупрозрачный дракон — взмыла в небо. Мощный поток ветра подхватил бронепоезд. "Яо Гуан Син" буквально оторвался от путей и поплыл по воздуху. 

Сорвавшись с эстакады, он рухнул вниз и приземлился на параллельную автостраду. Ветер пытался смягчить удар, но в этот миг парящий в небе дракон осыпался прахом — тело Мияби окончательно исчерпало свой предел.

"Яо Гуан Син", высекая снопы искр, с глухим тяжёлым стуком заскользил по асфальту. Любое столкновение со зданием стало бы фатальным. Даже барьер Натана не смог бы полностью поглотить такую силу удара, но состав удержался на дороге.

Земля по обе стороны полотна вздыбилась, образовав подобие бортиков и не давая поезду перевернуться. Это была сила Регалии, управляющей землёй.

— Сила Ванаглории! Аяхо…!

Яхиро вцепился в кресло лаунж-вагона, пытаясь удержаться, и посмотрел на неё. Аяхо стояла, зажмурившись, будто в отчаянной молитве.

Своей робостью и замкнутостью она так сильно напоминала Чируку Мисаки…

Возможно, именно поэтому ей удалось так быстро и виртуозно овладеть силой Ванаглории. Эта мощь предназначалась скорее для защиты, чем для разрушения — и идеально соответствовала её характеру.

"Яо Гуан Син" проскользил по дороге ещё около девяноста метров и только после этого окончательно остановился, не врезавшись ни в одно здание.

— Аяхо!..

Стоило напряжению спасть, Яхиро рванул к ней — она уже едва держалась на ногах. Но подхватить её успели раньше: рядом оказались младшие братья и сёстры.

— Да-а-а!

— Аяхо!

— Ты сделала это!

Аяхо вымученно улыбнулась, когда дети облепили её с радостными криками. В следующий миг к ним подскочила девушка в ярком наряде с пушистыми ушками — и, не сдерживая слёз, крепко прижала её к себе.

— Аяхо, спасибо!.. Жертва Мияби… не была напрасной… Аяхо-о-о!

— И-Ироха… я… я задыхаюсь… и мы всё ещё в эфире!..

Та и не думала её отпускать, игнорируя робкие попытки вырваться. Её чувства — горечь утраты и облегчение от спасения — смешались и выплеснулись наружу вместе со слезами.

— И это ещё не всё… — сквозь зубы процедил Яхиро, спрыгивая на землю.

Впереди лежали руины станции Токио. Цель была уже совсем близко, но дорогу к Плутониону перекрывали сотни Модзю. Однако их вид больше не внушал прежнего ужаса — теперь это не та угроза, что раньше. Ведь здесь были не только Яхиро и Ироха.

— Отойди, Яхиро Нарусава. Дальше мы сами, — раздался голос, в котором звучала жёсткая, несгибаемая решимость.

Юноша сжимал в правой руке рапиру, а левой держал за руку девушку в яркой школьной форме, переплетя с ней пальцы.

— Рассчитываю на тебя, Сумика.

— Сделаем это, Дзен.

Мощная драконья аура перетекла от кончиков пальцев Сумики к Дзену, окружив их мириадами ледяных кристаллов. Лёд, отражая рассветный свет, принял форму огромного дракона — прозрачного, словно вода, и завораживающе красивого.

— Заточи их в лёд, Ацедия!

Дзен взмахнул мечом.

Водяной дракон взревел и выдохнул ослепительно белый поток. Сжиженный воздух хлынул вперёд, словно цунами, накрыв Модзю, окруживших бронепоезд.

Даже с их чудовищной живучестью пережить заморозку на клеточном уровне они не могли. Всё, что попадало в поле зрения Яхиро — улицы, здания, Модзю, — затянуло толстым слоем льда, после чего оно рассыпалось в пыль.

— Это уже чересчур… — пробормотал Яхиро, содрогаясь от ледяного порыва ветра.

Зато это надолго отобьёт у Модзю желание приближаться к "Яо Гуан Сину". И за это стоило благодарить Дзена и Сумику.

— Яхиро, Ироха, идите, — Вэй вышел из вагона, ободряюще улыбаясь.

— Обо всём остальном не беспокойтесь. Мы присмотрим за детьми, — Джош хлопнул Яхиро по спине.

— …Мы справимся, — Паола подняла вверх большой палец.

Остальные оперативники тоже подбадривали их; на их лицах читалось чувство выполненного долга. Даже если мир сегодня закончится, им не о чем будет сожалеть.

— Яхиро… — Аяхо подошла к нему, всё ещё робко, но уже с твёрдой решимостью в глазах.

Перед глазами всплыл день их первой встречи в 23 Районах.

— Теперь ты спасла меня. Спасибо, Аяхо.

— …Да! — она радостно кивнула, прекрасно понимая, о чём он.

Раньше его беспокоило, чем обернётся для неё использование Регалии. Но сейчас, глядя на неё, он понял: бояться предела адаптации больше не нужно. Ей больше не придётся пользоваться этой силой.

Как бы ни сложился финал, весь хаос, завязанный на драконьей силе, закончится, как только они с Ирохой доберутся до Плутониона.

— Нуэмару, Руна… присмотрите за всеми, — обратилась Ироха к белому Модзю и младшей сестре.

Руна коротко кивнула, как всегда с бесстрастным лицом. Медиуму Гулы здесь больше делать было нечего — и она это понимала.

Теперь исход битвы лежал на плечах нового поколения медиумов.

— Джули, Розе, спасибо вам за всё, — серьезно произнес Яхиро.

— Мы лишь выполняли условия контракта. Ты нам ничего не должен, — как всегда сухо ответила Розе.

— Это точно. Но послушай, раз уж дело идёт к развязке, как насчет небольшого бонуса? — вставила Джули.

Она приподнялась на цыпочки и мимолетно чмокнула Яхиро в щеку.

Ироха от этого едва не пошатнулась:

— Д-Джули?!

— Просто талисман на удачу. Давай, Рози, твоя очередь.

Джули подтолкнула сестру вперёд. Но та уже держала по пистолету в каждой руке.

— Выбирай: девять миллиметров или сороковой калибр? — Розе прижала стволы к обеим щекам Яхиро. Она была в бешенстве от того, что её обожаемая сестра его поцеловала.

— Погоди! Ты же всё испортишь! — закричал Яхиро, не на шутку испугавшись.

Лазарю потребовалось бы уйма времени, чтобы восстановиться после того, как ему снесут голову. Терять драгоценные минуты из-за такой нелепости совсем не хотелось. Но Розе смотрела на него предельно серьёзно и явно не собиралась отступать. Яхиро зажмурился.

И в тот же миг почувствовал мягкое прикосновение к губам.

— Р-Розе?..

— Это будет стоить тебе очень дорого, так что постарайся вернуться целым, — Розе отвела взгляд; её щёки вспыхнули густым румянцем.

Джули довольно усмехнулась, а оперативники одобрительно засвистели. Ироха же надулась и обиженно уставилась на Яхиро.

5

Токийский Плутонион вблизи оказался куда грандиознее и прекраснее всех тех, что Яхиро доводилось видеть раньше.

Гигантский провал в земле, поверхность которого мерцала, словно застывшая вода, напоминала полированный обсидиан или зеркало, отражающее ночную тьму. 

Сам Плутонион остался прежним. Изменились лишь они сами. Магатама, которую Карура Мёдзин доверила Ирохе, преобразила Плутонион. (????)

Не колеблясь, они прыгнули в чёрную гладь. Руна заранее предупредила, что Плутонион будет выглядеть именно так. Крепко держась за руки, Яхиро и Ироха шагнули в врата.

В тот же миг горизонт перевернулся. Казалось, мир вывернулся наизнанку — верх и низ поменялись местами. Пройдя сквозь Плутонион, они буквально оказались по ту сторону бытия. В истинном Загробе, ещё не иссохшем; в лоне, где должен был родиться следующий Уроборос.

— М-да…

Они шли по чёрной, как ночное небо, земле, раскинувшейся посреди пустоты. Ироха всё ещё дулась. С тех пор как Розе поцеловала Яхиро, она не сказала ни слова — но его руку так и не отпустила. Что творилось у неё в голове, оставалось только гадать.

— Слушай, может, хватит уже? Они просто дурачились.

— Я не на них злюсь. Я злюсь на тебя — ты выглядел слишком довольным!

— Что?! — Яхиро лишь тяжело вздохнул в ответ на это обвинение.

Тут он заметил: в левой руке она по-прежнему сжимает смартфон.

— Ты всё ещё ведёшь стрим?

— Нет. Здесь нет связи. Запишу видео и выложу позже — будет как те ролики, где блогеры лазают по жутким руинам.

— Те самые, где их в конце проклинают и они умирают? — скривился Яхиро.

Дальше они шли молча. Странно, но ни у кого из них не возникло ни малейшего сомнения, куда идти. Каким-то образом они знали направление — туда, где их ждали Суи и Нина.

— Прямо как в день, когда мы впервые встретились, — неожиданно сказал Яхиро.

— А? — Ироха удивлённо вскинула бровь.

Он прищурился, охваченный внезапной ностальгией.

— Тогда мы были совсем одни, помнишь? Даже Нуэмару с нами не было.

— Точно.

— Зато сейчас на тебе уже не та нелепая олимпийка, — усмехнулся Яхиро, разглядывая форму "Галереи", надетую поверх сценического костюма Ваон.

Ироха надулась ещё сильнее:

— У меня тогда просто не было времени переодеться!

— Стоило ли нам оставлять Нуэмару?

— Да. Он принадлежит Руне. Всё это время они вдвоём меня защищали.

— Понятно. Значит, этот комок был чем-то вроде сверхзаботливой мамаши?

— Ага. Пожалуй, в нём материнского инстинкта больше, чем во мне или в Руне, — тихо хихикнула Ироха. Настроение у неё наконец заметно улучшилось.

Она по-прежнему не отпускала руку Яхиро и с тревогой, спросила:

— Как думаешь… у меня получится? Разорвать петлю Уробороса?

— Кто знает, — пожал плечами Яхиро.

Ироха покосилась на него:

— Серьёзно? Мог бы и соврать, сказать, что получится.

— Но я и правда не знаю. Впрочем, это не важно. Даже если всё пойдет прахом, это будет не только твоей виной. И вообще…

— …И вообще?

— Я обещал, что буду с тобой до самого конца.

— Мне считать это признанием в любви? — спросила Ироха, и в её глазах снова вспыхнула та самая дерзкая, переливающаяся через край самоуверенность.

Яхиро кивнул:

— Пожалуй.

— А… А-а-а?! — Ироха опешила. — П-подожди! Ещё раз! Я не записала! Скажи это на камеру!

— Зачем? Я не собираюсь признаваться, зная, что ты это записываешь.

— Ну пожа-а-алуйста… — она тут же начала капризничать, как ребёнок.

Яхиро фыркнул. Даже сейчас, когда миру, возможно, оставались считаные мгновения, она всё 

равно оставалась собой.

И тут…

— А я и не думала, что мы встретимся сно-о-ова.

Они резко остановились, едва до них донёсся тягучий, лениво растянутый голос.

Прямо из гладкой, словно застывшая вода, земли Загробья поднималось дерево. Оно было невысоким — едва ли метров десять, — но явно той же породы, что и Мировое древо, которое они видели в святилище Мёдзин.

У подножия этого молодого исполина стояла девушка — сама беспечность. Рядом с ней, как и ожидалось, застыл юноша с огромным мечом за спиной.

— Нина… — прошептал Яхиро.

— Честно говоря, я и не думала, что вы нас догоните. Хвалю-ю-ю! Но, если уж совсем честно-о-о, вам здесь не рады, — Нина криво усмехнулась.

В её облике проступала ярость — резкая, почти чуждая её привычному образу. Впрочем, неудивительно: перед ней стояли те, кто в последний момент мешал исполнению её заветного желания.

— Где Суи? — спросил Яхиро, не обращая внимания на её тон.

Нина молча кивком указала на подножие дерева.

Там, свернувшись в позе эмбриона, спала Суи. На её хрупком теле было всё то же роскошное платье, каким его помнил Яхиро, но сама фигура выглядела искажённой, неправильной.

Пальцы превратились в когти. Шея вытянулась — тонкая, неестественно длинная. Она уже начала превращаться в дракона.

— Помнишь наше обещание? — спросила Нина, не сводя взгляда с Яхиро.

— О том, что я помогу тебе убить Суи?

— Именно. Самое время его исполнить.

— И ради этого ты превратила её в дракона?

— Я ей даже благодарна, — с наигранной жалостью Нина взглянула на Суи. — Она приложила столько усилий, чтобы открыть новый путь в Загробье… Столько, что начала становиться драконом, даже несмотря на силу Кусанаги-но-Цуруги.

— Почему?.. — голос Ирохи дрогнул.

Нина удивлённо моргнула:

— Но это же твоя-я-я вина, Ироха!

— Что?..

— Ты ведь увела Яхиро у Суи. Оставшись без своего Лазаря, ей пришлось самой обратиться в дракона, чтобы использовать всю мощь Супербии.

Ироха онемела. Яхиро крепче сжал её руку.

В словах Нины была доля правды — но лишь на поверхности. Да, Ироха вырвала Яхиро из-под контроля Суи, однако это вовсе не заставляло ту заходить так далеко и использовать свою силу до такой степени.

— Чего ты пытаешься добиться, используя её, Нина?

— Прежде чем я отвечу, позволь спросить кое-что у неё, — Нина перевела взгляд на Ироху. — Ироха Мамана, о чём ты собираешься просить здесь? Ты ведь пустая оболочка. Пустой сосуд. Ребёнок без воспоминаний. Даже если тебе удастся нарисовать свой идеальный мир — сколько он продержится?

— Заткнись…

— Подожди, Яхиро! — Ироха остановила его и твёрдо посмотрела на Нину. — Всё в порядке. Она права. Я — пустой сосуд, у меня нет воспоминаний о прежнем мире. Я не знаю, каким должен быть идеал. Не понимаю, что правильно, а что нет.

— То-о-огда, может, не будешь путаться у меня под ногами-и-и?

— Нет. Буду. Я не способна создать идеальный мир. И уверена, что никто не способен. Даже ты, Нина.

— Но ведь кто-то должен.

— Не "кто-то". Все, — отчётливо сказала Ироха. — Моё желание простое: дать каждому человеку на земле доступ к Мировому дракону. Пусть каждый понемногу получает то, о чём просит у Уробороса. Мы сами создадим мир, который действительно хотим — вместе

— То есть ты хочешь построить мир как среднее арифметическое всех человеческих жела-а-аний? И надеешься, что из этого выйдет что-то стоящее-а-а? — Нина вздохнула.

Ироха лишь пожала плечами. Чтобы разорвать петлю Уробороса, она выбрала радикальный путь — сделать эту силу доступной всем. Использовать мирового дракона ради каждого, а не приносить в жертву одного-единственного медиума.

— Если не выйдет — значит, таков предел человечества. Ведь каждый из нас несет ответственность за то, как выглядит этот мир.

— А-а-а, вот как. Все должны объединиться ради великой цели? Любо-о-опытно. Признаю, мне такое в голову не приходило. Пожалуй, это действительно избавило бы от необходимости в жертвенном медиуме, чья душа постепенно стирается, и убрало бы саму нужду "перезагружать" мир.

— Нина! Значит, ты…!

— Но-о-о… это совсем не тот мир, который нужен мне. Видишь ли, такие вещи меня соверше-е-енно не волнуют.

Одной фразой Нина перечеркнула все надежды Ирохи.

— Не волнуют?..

— Именно. Меня интересует другое: что находится за пределами Ёми? Кто создал систему Уробороса? И что произойдёт, если разрушить её? Я хочу знать всё-ё-ё это.

— Это и есть… твоё желание? — Яхиро уставился на неё, не скрывая изумления.

Ею двигала жажда знаний — чистая и оттого пугающая. Она и раньше об этом говорила: что она медиум с тягчайшим грехом, что её любопытство не знает границ, и она готова пожертвовать сколько угодно жизней, лишь бы его утолить. Даже зная, что на той стороне её ждёт только гибель.

— Да. Я завладею Уроборосом и выйду за пределы этого мира.

— За пределы мира?! — Ироха была ошарашена.

Нина собиралась использовать мирового дракона как средство, чтобы выбраться "наружу" — в нечто, в существовании чего она даже не была уверена.

— А мир, который ты оставишь после себя?

— Лишившись основания, на котором он держится, он, скорее всего, просто исчезнет, — равнодушно бросила Нина, словно речь шла о пустой коробке. — В этом смысле наши цели с Суи Нарусавой совпадают. Мы обе хотим уничтожить этот мир.

6

Хисаки Минато обнажил меч, висевший за спиной, ясно давая понять: разговор окончен.

— Понятно… Вот о чём предупреждал Эд, — тяжело вздохнул Яхиро и заслонил собой Ироху.

Эд говорил, что желание Нины не исполнится без Уробороса. А если они попытаются уничтожить мирового дракона, им придётся убить и саму Нину.

— Минато, ты правда на это согласен? — спросил Яхиро у парня в капюшоне.

Обменять нынешний мир на шанс выбраться "наружу" — для Нины это вполне естественно. Но Яхиро не верил, что Хисаки движет то же самое.

— Есть место, куда я обязан вернуться, — наконец сказал Хисаки, не опуская меч.

Глаза Ирохи широко раскрылись.

— Хисаки, неужели... у тебя остались воспоминания о прежнем мире?

— …Да. И если есть хоть малейший шанс вернуться туда, вырвавшись из этого искусственного мира, я готов запачкать руки. И не позволю вам встать у меня на пути, — жёстко отрезал он.

Рука Яхиро, сжимавшая катану, дрогнула. Хисаки хотел вернуться в мир своих воспоминаний — туда, что Мияби называла "миром живых".

Уроборос призывал медиумов извне, а значит, обладал силой открывать проходы во внешний мир. Логично, что он способен провести через границу и обратно. Став Уроборосом, Хисаки мог вернуться домой — и был готов поставить на это всё, какой бы призрачной ни была эта надежда.

— Я всего лишь использую Хиса-а-аки. Но это взаимно — у меня есть его согла-а-асие, — протянула Нина, вливая в тело Лазаря драконью ауру.

Из пор на его коже брызнула свежая кровь и тут же собралась в изящный пурпурный “Горклэд”. Хисаки откинул капюшон, явив им драконьи глаза.

— Яхиро! Хисаки… он же…!

— Знаю. Похоже, уговаривать уже поздно, — сквозь зубы ответил Яхиро.

Хисаки уже начал превращаться в дракона. Он был готов отдать своё тело, чтобы стать сосудом для мирового дракона.

— Решил помешать Хисаки и самому занять место Уроборо-о-оса? Как эгоистично, — с насмешкой протянула Нина. — Особенно после того, как ты отказался становиться драконом ради Суи и бро-о-осил её.

Пока она сыпала обвинениями, Яхиро облачился в свой багровый “Горклэд”.

— Эгоистично? Из твоих уст это звучит как комплимент! — он выхватил клинок! 

Его целью была Нина, а не Хисаки. Битва Лазарей могла тянуться бесконечно — чтобы остановить драконизацию, нужно было убить медиума.

— Прочь с дороги, Нарусава!

— Прочь с дороги, Минато!

Хисаки пошёл в лоб, и Яхиро рванул ему навстречу, ускорившись за счёт вспышки пламени. Он знал, насколько силён Хисаки. Даже после снятия печати Ирохи они были равны, но сейчас преимущество было на стороне Хисаки из-за начавшийся драконизации.

Его Регалия — Разжижение — подавляла Очищающее пламя Яхиро. В ответ пламя не позволяло болоту разрастись и поглотить всё вокруг.

В этом столкновении стихий всё решала чистая физическая мощь.

— Яхиро!.. — вскрикнула Ироха.

Тело Яхиро тоже начало меняться под воздействием высвобождённой Регалии. Мышцы вздулись, “Горклэд” стал покрываться чешуёй — он стремительно драконизировался.

— Ироха, не сдерживайся!

— Знаю! Я верю в тебя!

Ироха сложила руки, словно в молитве; лицо её исказила боль. Поток драконьей ауры, исходящий от неё, усилился — и Яхиро удалось оттеснить клинок Хисаки.

— Ты не имеешь права в одиночку решать судьбу этого мира! — прорычал Яхиро, вновь скрестив мечи с Хисаки. — Хочешь узнать, что там, снаружи — сначала убеди остальных! Пусть всё человечество вместе решит, конец это или нет!

Нина только вздохнула:

— Бесполе-е-езно. История показывает: один разумный диктатор добивается большего, чем безответственная толпа. В конце концов, ты просто трус — боишься взвалить на себя бремя целого мира.

— Это вы отвернулись от реальности и пытаетесь от неё сбежать! — Яхиро обрушил на Хисаки катану, объятую пламенем.

Лицо того исказилось от боли — полупрозрачная чешуя начала трескаться.

— Разуй глаза, Минато! Даже если ты уничтожишь Загробье, в прежний мир тебе не вернуться! Даже если этот мир — полное дерьмо, другого у нас нет — придётся жить здесь!

Они одновременно остановились — движения совпали до доли секунды. Меч Хисаки глубоко вошёл в левое плечо Яхиро, а катана Яхиро пронзила грудь Хисаки.

— Да что ты вообще об этом знаешь?! — прорычал Хисаки, сплёвывая кровь.

— Что?!

— Тебе легко рассуждать. У тебя в этом мире есть семья, есть те, кто тебе дорог. Как ты можешь понять моё желание, кроты сам пытаешься убить свою семью?!

Драконья аура Хисаки вспыхнула, мгновенно достигнув предела. Сопротивление его клинка исчезло — и Яхиро потерял равновесие.

Проницаемость материи — ещё одно проявление силы Люксурии.

— Яхиро!

— Чёрт!..

Хисаки прошёл буквально сквозь тело Яхиро — его настоящей целью была Ироха. Атака Яхиро провалилась, он не успел вовремя среагировать, и девушка оказалась совершенно беззащитной.

Почти полностью обратившийся в дракона Хисаки занёс над ней огромный меч. Ироха не шелохнулась — лишь твёрдо смотрела ему в глаза.

И вдруг он замер. Чешуя, покрывавшая тело, осыпалась, словно разбитое стекло. Ощутив внезапную слабость, он не смог удержать меч и рухнул. Драконизация рассеялась, вместе с ней исчезла и сила Лазаря.

Яхиро и Ироха наблюдали за этим в недоумении. Что произошло?

В этот момент за спиной раздался глухой звук падения.

Нина стояла на коленях. Её грудь насквозь пронзил клинок — прямой меч, мерцающий таинственным серебром.

— Ах-а-а… Этого я не ожида-а-ала… Вот это сюрпри-и-из…

Нина медленно обернулась.

Над ней возвышалась девушка с длинными белыми волосами и алыми глазами. Суи. Она пришла в себя и ударила её в спину, воспользовавшись Кусанаги-но-Цуруги.

— Нина! — выкрикнул Хисаки, увидев рану. — Отойди от неё!

Он снова подхватил меч и бросился к Суи, но двигался слишком медленно. С того момента, как Нину пронзил божественный артефакт, она больше не подпитывала его драконьей аурой — сила Лазаря окончательно покинула его.

Суи небрежно отшвырнула его драконизированной правой рукой. Гигантские когти глубоко распороли его тело, и Хисаки отлетел в сторону, словно тряпичная кукла.

Яхиро наблюдал за этим, лишившись дара речи.

— Ты здесь, мой дорогой брат, — Суи сладко улыбнулась, слизывая кровь со своих когтей.

— Суи!..

Яхиро выкрикнул имя сестры, не сводя взгляда с её губ, окрашенных в ярко-алый цвет; кровавый след тянулся до самой щеки.

7

Суи, глядя на него, довольно сощурилась.

— Тебе не кажется это забавным, брат? — почти шёпотом сказала Суи, окинув взглядом выжженную пустошь, где среди ничего стояло лишь одно дерево. — Искусственный медиум, созданный "Ганцхайтом", и нерождённый ребёнок… Выходит, судьбу этого этого мира будут решать пустые куклы. Пожалуй, это достойный финал для такого фальшивого мира.

Суи тихо захихикала, и с кончиков её пальцев сорвались голубые разряды. Молния метнулась к Ирохе, но Яхиро успел перехватить удар катаной.

— Какая жалость, — негромко бросила Суи. Она явно не собиралась всерьёз атаковать Яхиро, просто хотела поиздеваться над Ирохой.

— Эта сила… тот самый драконий фактор, который ты забрала у Натадзуки?.. — Яхиро направил меч на сестру.

Своих сил у неё почти не осталось — это было ясно по тому, что без Регалии Натадзуки или Кусанаги она сражаться не могла. Впрочем, её это не заботило. Она пришла не за тем, чтобы одолеть Яхиро. Её целью было иное — стереть этот мир, отомстить реальности, так и не принявшей её.

— Это твой последний шанс, брат. Стань со мной одним целым. Давай вместе встретим закат этого мира.

Она протянула к нему левую руку — всё ещё человеческую — приглашая принять её силу и стать её Уроборосом.

— Остановись, Суи, — Яхиро отверг её предложение. Он не мог согласиться. Не потому, что ненавидел её — просто он не хотел гибели этого мира. — “Ястребов” из "Ганцхайта", тех, кто использовал тебя, больше нет. У тебя нет причин уничтожать мир.

— О, поверь, причина есть. Ты до сих пор не понял? — Суи криво усмехнулась. — Это же будет так весело.

— Весело?..

— Именно. Люди отдавали этому счастью целые жизни. История, культура — веками всё это создавалось… и всё исчезнет. Без следа. 

Она распахнула рот и разразилась хохотом. Её когда-то красивое лицо уже начинало искажаться — челюсть вытягивалась, заполняясь рядами острых клыков.

— Я уничтожу всё! Меня никто не любил, мне ничего не давали — так пусть теперь я отниму у мира всё без остатка! Разве не весело?! Вот она — карма!

Её резкий смех эхом прокатился по пустому миру. Гладь воды под её ногами треснула. Осколки, похожие на обсидиан, разлетелись, и из-под них стало подниматься иссиня-чёрное зеркало.

— Я уничтожу этот мир, потому что ненавижу его! Я не оставлю здесь камня на камне — в мире, где ты мне не принадлежишь!

— Суи!..

Яхиро рухнул на землю под весом колоссального давления. Казалось, на плечи навалилась целая скала — эта сила была куда сокрушительнее Неприступного барьера Натана. Гравитационная атака. Истинная мощь Супербии.

— Это зеркало… неужели… Реликтовая Регалия?

— Да. "Ганцхайт" доставил этот божественный артефакт сюда ещё четыре года назад. Моя настоящая Регалия — та, что была у меня до того, как меня лишили силы, — запечатана в нём.

Лицо Суи исказилось от восторга — возвращённая мощь пьянила её. Её сила не исчезла окончательно лишь потому, что пламя Ирохи не смогло до конца выжечь её драконий фактор.

Суи продолжила ритуал открытия Плутониона, созданного ею ещё четыре года назад. Чёрное зеркало жадно впитывало её драконью ауру. 

Вернув артефакт, она вновь обрела былую мощь. Теперь ей не нужен был Лазарь, чтобы достичь Уробороса. В конце концов, её желание было предельно простым — разрушить всё до основания. Ей не нужно было поддерживать жизнь в этом мире.

— Как жаль, брат. Если бы ты тогда принял мою силу, ты бы чувствовал сейчас то же, что и я!..

Гравитация возросла ещё сильнее — кости Яхиро затрещали под нагрузкой.

— Яхиро! — Ироха вскинула руки, пытаясь лишить Суи сил своим пламенем.

— Ироха Мамана! Прочь, пустая кукла!

Заметив угрозу, Суи едва шевельнула пальцами — и обломки земли взметнулись вверх. В следующий миг она выстрелила ими, как снарядами. Обсидиановые осколки обрушились на Ироху градом, но в последний миг путь им преградил массивный клинок.

— Минато?! — прохрипел Яхиро, всё ещё прижатый к земле.

Тяжело раненный Хисаки встал перед Ирохой, прикрывая её собой.

— Курао-но… Нубоко!

Он вогнал меч в землю. Подвластная ему топь мгновенно расползлась, поглотив участок под ногами Яхиро и Ирохи. Стоило им потерять контакт с чёрной поверхностью, служившей проводником силы Суи, как чары рассеялись — и Яхиро наконец смог глубоко вдохнуть.

— Хисаки?! Зачем ты…?! — выдохнула Ироха.

Хисаки не ответил. Его взгляд был прикован к лежащей неподалёку Нине. Его взгляд говорил яснее слов: он делает это лишь потому, что такова была её воля.

— Нина… что с твоим телом?.. — Яхиро побледнел от ужаса.

Из ран Нины не вытекало ни капли крови. Вместо неё с кожи сыпались прозрачные кристаллы, напоминающие чешую. Это была необратимая драконизация — такая же, как в правом глазу Мияби, только здесь процесс зашёл слишком далеко. Смертельно далеко.

— Ах-а-а… всё-таки заметили. Побочный эффект моих экспериментов. Пока я изучала силу медиумов, перепробовала слишком многое, — Нина тихо рассмеялась, и в её голосе слышалась трещина.

Яхиро покачал головой.

— Минато… ты помогал ей только ради… чтобы спасти её?

— Я понимал… мёртвых не вернуть… что мне не попасть в тот мир, — Хисаки говорил едва слышно, словно провинившийся ребёнок.

В этот миг Яхиро Яхиро показалось, что он впервые увидел увидел его настоящим.

— Но я хотел верить её словам… — выдохнул Хисаки и рухнул на колени. Сила Лазаря больше не восстанавливала его — его медиум была при смерти.

— Мы передадим вам свои силы… Уничтожать мир без причины — это так ску-у-учно. Гораздо интереснее посмотреть, какой мир сумеет создать Ироха.

Нина вцепилась в рукоять Кусанаги-но-Цуруги и, с трудом пересиливая себя, вытащила клинок из груди. Затем она запустила руку прямо в рану и извлекла багровый кристалл размером с человеческое сердце. Она протянула его Хисаки, а тот передал его Яхиро.

— Я так хотела увидеть, что там, снару-у-ужи… Какая жалость, — произнесла Нина с детской непосредственностью и закрыла глаза.

Хисаки прижал её к себе — и в тот же миг её тело рассыпалось прахом. Через секунду исчез и он. Лишь вонзившийся в землю меч остался напоминанием о них.

— Теперь ты доволен, брат? — холодно бросила Суи, не сводя пустого взгляда с кристалла. — Регалия Люксурии… думаешь, это что-то изменит?

— …Да, — ответила Ироха. Она посмотрела Суи прямо в глаза, и в них загорелось ровное, спокойное пламя. — Ты правда не замечаешь, Суи? Не слышишь их?

— …Их? — Суи нахмурилась.

Она уже собиралась ответить, как обычно — резко и язвительно, — но вдруг замолчала. Она тоже это почувствовала.

— Да. Миллионы голосов… Молитвы со всего мира. Люди смотрят трансляцию моих братьев и сестёр. Руна, медиум Гулы, передает их нам.

Во взгляде Ирохи не было ни капли враждебности. Она стояла без защиты, но Суи невольно отступила на шаг, охваченная необъяснимым страхом.

— Все они болеют за нас. Они хотят, чтобы мы спасли этот мир. Суи, ты задумывалась, откуда берётся сила дракона, которой ты сейчас пользуешься?

— Это… невозможно…

— Люди и драконы сосуществуют. Уроборос оберегает этот "короб" — мир, в котором живут человеческие души, а эмоции людей питают его. Сколько бы божественных артефактов ты ни собрала, какой бы мощной ни была Супербия — одной тебе нас не одолеть.

— Какая пустая самоуверенность… Что за чушь! — выкрикнула Суи, теряя контроль.

Ироха лишь мягко покачала головой.

— Это не пустые слова. И ты сама это чувствуешь лучше других. Сила дракона в нас растёт — с каждой секундой.

— Да… заткнись ты уже!..

Суи снова обрушила на неё град каменных осколков, но ни один из них не достиг Ирохи. Снаряды прошли сквозь неё, словно она была лишь иллюзией.

— Проницаемость материи… сила Люксурии!.. Тогда получай это!..

Она высвободила электрический разряд, украденный у Натадзуки, но путь ему преградили кристаллические клинки, бесшумно выросшие из земли.

— Регалия Ванаглории?! Как это возможно?!

— Я же сказала. Нас поддерживают все. Желание одного-единственного медиума не в силах изменить мир. Мир сам выбирает своего медиума.

— Нет… Этого не может быть... Я не приму этого!..

Суи яростно замотала головой. Тем временем драконья аура вокруг Ирохи разрослась до колоссальных размеров. Силы Ацедии, Иры, Тристиции и Супербии кружили вокруг неё, сплетаясь в защитный кокон. Силы восьми драконов изначально происходили из Великого Предела — Тайцзи. Когда-то они были единым целым.

— Ироха Мамана… если я… если избавлюсь от тебя!..

Суи подхватила с земли острый, как лезвие, каменный осколок и рванулась вперёд, пытаясь пронзить Ироху в отчаянной атаке.

Яхиро встал у неё на пути. Он принял удар в живот и крепко обнял сестру.

— Брат?!

Суи в шоке распахнула глаза, встретившись с его мягким, полным нежности взглядом.

— Всё кончено... Отпусти это. Время мести подошло к концу... Суи.

Когда-то они были очень близки. Но с самого рождения Суи страдала из-за прихотей взрослых — и Яхиро этого не замечал. Даже если бы они вернулись в прошлое, ничего бы не изменилось. Но они могли положить этому конец — лишь Яхиро мог.

— Сгори дотла, Аварития.

Не разжимая объятий, Яхиро обратился в дракона — огненного змея, чьё пламя способно испепелить всё сущее. Свет объял Мировое древо, и огонь разлился по бескрайнему Загробью, очищая его.

Иимир снова пришёл в движение.