Реликтовая Регалия.

1

— Гора! Огромная гора!

— Фудзи? Это же Фудзи, да?!

— Дайте посмотреть! Кёта, Кири, поменяйтесь со мной местами!

Звонкие детские голоса перекрывали перестук колёс. Младшие братья и сёстры Ирохи Маманы — троица десятилеток: Хонока, Кёта и Кири — прильнули к окну "Яо Гуан Сина", с восторгом глядя на проплывающие пейзажи.

— Если собираетесь так шуметь, идите в другое место. Мы вообще-то ещё едим.

Двенадцатилетняя Ринка Такио вместе с еще одним братом приструнили детей. Будучи самой ответственной, она взяла на себя роль воспитателя вместо Ирохи, которая была слишком мягкой.

Столовая "Яо Гуан Сина" была заполнена: во время перерыва здесь обедали более десяти оперативников. Впрочем, все они были настроены добродушно, и никого не раздражали детские крики.

На этот раз "Галерея Берит" направлялась в Киото — на встречу с членом Небесного императорского дома, Карурой Мёдзин. Она лично пригласила Лазаря Яхиро Нарусаву и медиума огненного дракона Аваритии — Ироху Маману.

Разумеется, речь не шла ни о бою, ни о соперничестве с другой ЧВК. И, понимая это, оперативники выглядели спокойнее обычного.

— Хотя я их понимаю. Вид из поезда и правда захватывает, — тихо пробормотал одиннадцатилетний Рен Сумита.

Обычно он казался не по годам взрослым, но сейчас в его глазах светилось чисто детское любопытство.

С тех пор как Япония пала, прошло уже около четырёх лет. Рен был одним из старших среди детей, но даже у него почти не осталось воспоминаний о поездках по железной дороге.

Путешествие на бронепоезде трудно было назвать комфортным, но для них это был редкий и по-своему бесценный опыт. Рен не преувеличивал — это действительно захватывало.

— Ха-ха! Вот именно. Железные дороги — это вещь. Эта махина из металла — не просто транспорт, а итог всей человеческой истории и культуры. Согласен, Яхиро? — Джош Киган по-дружески положил руку ему на плечо.

— Насчёт истории и культуры не уверен, но мне нравится, что можно уехать куда угодно. Ну и еда у Шэня отличная, — Яхиро небрежно увёл разговор в сторону, делая вид, что отвечает.

Джош был человеком отзывчивым — сказывалось прошлое в полиции. Но у него была и черта, тянущая на изъян: он был фанатиком железных дорог. Он обожал "Яо Гуан Син" и даже участвовал в его проектировании, так что стоило ему заговорить о поездах — остановить его было невозможно. Яхиро же, откровенно говоря, слушать эти тирады не собирался.

— Еда — важная часть любого долгого пути, — Джош кивнул с лёгкой усмешкой.

Киото находился примерно в пятистах километрах от штаб-квартиры "Галереи" в Йокогаме. В эпоху "Синкансэнов" такая поездка заняла бы всего два с половиной часа. Даже на обычной электричке ушло бы не больше полудня. 

Однако теперь, когда японцев почти не осталось, путь занимал гораздо больше времени. Без диспетчеров и рабочих оперативникам приходилось самостоятельно переключать стрелки, следить за путями и убирать любые препятствия.

Прибытие в Киото ожидалось через трое суток — а то и позже, если по пути придётся разбираться с Модзю.

Пока же главным удовольствием для оперативников оставалась еда. В "Яо Гуан Сине" было тесно, но столовая там была вполне приличная, а шеф-повар Джи-Хван Шэнь готовил превосходно. Младшим братьям и сёстрам Ирохи разрешили поехать в Киото в том числе и потому, что они могли помогать на кухне.

— Настоящая роскошь — любоваться таким видом за обедом, — довольно прошептала Ироха, уплетая за обе щеки маласаду.

Сегодня в меню, помимо этих португальских пончиков, был еще и бразильский асаи-боул. Ироха оказалась такой большой поклонницей маласад, что одной порцией дело не ограничилось: она сходила за добавкой второй раз, а потом и в третий.

— О, ты чего не ешь, Яхиро? Какой смысл брать с пылу с жару, если ты даешь им остыть?

— Я не голоден. Съешь мою порцию, чтобы не пропадала.

— Ого! Правда?! — Ироха удивленно моргнула, когда он протянул ей тарелку.

Сам Яхиро лишь немного съел из своего асаи-боула, а маласады так и остались нетронутыми. Ироха смотрела на него скорее с недоумением, чем с радостью.

— Так нечестно, Мама!

— Ты же сказала, что больше нет!

— Мы тоже хотим!

— А ну тихо, вы трое. Просто попросите Ироху поделиться моей порцией... Эй, ты что творишь?

Девятилетняя троица завалила Яхиро протестами, и он было хотел уже их прогнать, но тут Ироха коснулась ладонью его лба.

— Ты в порядке? Вчера ведь тоже почти не ел. Заболел? Температура?

— Просто не хочу есть. Ничего страшного.

Яхиро невольно затаил дыхание — лицо девушки оказалось слишком близко. Джош и остальные оперативники ухмылялись, глядя на них, но Ироха, не замечая ничего вокруг, придвинулась еще ближе.

— Это не дело. Ты какой-то бледный.

— Тебе кажется. И завязывай уже. Ты мне что, мать?

— Не называй меня так! Говори лучше, что я тебе как сестра! — возмущенно фыркнула Ироха.

Яхиро вздохнул.

— Лучше позаботься о своей настоящей сестре.

— О сестре? А, ты про Аяхо? — глаза Ирохи на мгновение расширились, а затем она мягко улыбнулась. — С ней всё будет хорошо. Жар спал, но она всё еще слаба. Ничего удивительного после всего, что случилось.

— Да уж, — кивнул Яхиро.

На Аяхо Сасё, сестру Ирохи, напал солдат Фафнира. Её спасли медиум Ацедии Сумика Киётаки и её Лазарь Дзен Сагара — но лишь для того, чтобы тут же похитить. Они использовали девочку в качестве заложницы, чтобы выманить Яхиро, который в итоге подвергся драконизации и устроил погром.

С тех пор прошло четыре дня. Аяхо было всего четырнадцать, так что неудивительно, что после такого стресса она слегла. Яхиро не мог не винить себя, ведь он сыграл в этой истории далеко не последнюю роль.

Он и сам не заметил, как нахмурился, — и в этот момент Ироха вскрикнула:

— Эй! Это моя маласада!

Пока она отвлеклась, Кёта с Хонокой уже стащили у неё пончик. Ироха, насупившись по-детски, бросилась за ними.

— Она не твоя, а Яхиро!

— Ты и так уже три съела!

— Тебе столько нельзя. На стриме живот будет видно, — заметил Кири.

Ироха остановилась.

— Уф… Как же бесит, что вы правы…

Она с завистью посмотрела на детей, которые уже доедали добычу, вздохнула и машинально положила ладони на живот. Её костюм для трансляций был довольно открытым, так что приходилось следить за фигурой.

— Стрим? Ты собираешься вести эфир прямо из поезда? — недоумённо спросил Яхиро.

Акустика в военном транспорте была ужасной. Не было ни одной причины проводить стрим в таких условиях, как бы сильно Ироха ни была зависима от своих трансляций.

Тем не менее, она серьезно кивнула:

— Я хочу, чтобы все узнали правду о Модзю. Нужно использовать мой растущий охват аудитории по максимуму.

— Погоди... Ты хочешь публично заявить, что все Модзю — это люди? — голос Яхиро сразу стал жёстче.

Оперативники в столовой тут же сделали вид, что им не интересно, хотя на самом деле жадно прислушивались к разговору.

​— Мы не можем молчать. Ты ведь понимаешь: японцы, которых считали вымершими, на самом деле живы.

— Но превращены в Модзю.

— Шокирует, правда, Нуэмару? — произнесла Ироха, подхватывая Модзю у своих ног.

Белый зверь размером со щенка недовольно сощурился — его бесцеремонно разбудили.

— Может, ты тоже когда-то был человеком? — спросила она, прижимаясь щекой к его шерсти.

У Яхиро потемнело в глазах. Он пошатнулся и оперся о стену, неосознанно скрежеща зубами. По спине потёк холодный пот, горло перехватило. Маленький Модзю в руках Ирохи внушал ему первобытный ужас.

— Яхиро?! Что с тобой?!

Увидев, как он побледнел, Ироха перепугалась. Всё еще прижимая к себе Нуэмару, она бросилась к нему.

— Забудь. Просто укачало.

— Как это "забудь"? На тебе же лица нет! Садись на моё место. Если смотреть по направлению движения, станет легче!

— Я в порядке. Просто помолчи. От твоих криков только хуже.

— Прости... — она виновато опустила голову.

Яхиро стало неловко — не стоило портить ей настроение. Она не должна была за него переживать. Его чувство вины не имело к ней никакого отношения. 

Чтобы разрядить обстановку, он решил сменил тему:

— Близнецы разрешили тебе стримить?

— Ну, Розе была не в восторге. Но Джули сказала, что всё окей... если у меня вообще получится выйти в эфир, — Ироха надулась.

— Понятно.

Странная конечно формулировка.

2

Спустя некоторое время Ироха закончила подготовку к эфиру и села перед камерой с непривычно серьезным выражением лица. Она то и дело поправляла парик — трогала ушки, приглаживала чёлку, пытаясь отвлечься от нарастающей тревоги.

— Боже, как я нервничаю… — улыбка вышла натянутой, но она всё же начала речевую разминку.

Правда о том, что под влиянием дракона люди превратились в Модзю, была слишком опасной — она могла погрузить мир в панику. Саму Ироху, как медиума, вполне могли обвинить в случившемся. Она это понимала и всё равно решила предать правду огласке. Как тут не нервничать?

Её тревога передалась Яхиро и Ринке.

— Ты могла бы... просто не делать этого. Необязательно именно тебе раскрывать правду, — произнес Яхиро, не выдержав повисшего в воздухе напряжения.

Ироха покачала головой и слабо улыбнулась.

— Может и так, но прямо сейчас солдаты где-то там сражаются с Модзю. Мы могли бы остановить лишнее кровопролитие, если бы все узнали, что они — люди.

— Ты делаешь это, чтобы защитить Модзю?

— Нет. Я делаю это, чтобы защитить человеческие жизни.

Ироха посмотрела на него с искренним недоумением. 

Яхиро молча сжал кулаки. Да, Модзю были людьми. Но мало кто смог бы принять этот факт так же легко, как она.

После J-ноцида армии всего мира вошли в Японию и истребили миллионы Модзю. Признать правду — значило признать, что всё это время они вырезали мирных жителей.

И Яхиро не был исключением. За четыре года в 23 Районах он убил бесчисленное множество Модзю. Он не делал этого ради забавы, но это не отменяло того факта, что он участвовал в этой резне. Слова Ирохи напомнили ему об этой горькой правде, заставив почувствовать себя серийным убийцей.

Ироха же, не подозревая о его внутренних терзаниях, повернулась к камере телефона и запустила приложение для стриминга. 

После того как Додзи Ямасэ выложил разоблачение, количество подписчиков на канале перевалило за пятьсот тысяч. Две тысячи зрителей уже ждали начала, увидев анонс.

— Вааон! Всем коничи-ваон! С вами Ироха Ваон!

Она произнесла привычное приветствие, но куда куда менее энергично, чем обычно. Чат мгновенно взорвался тревожными сообщениями.

Видя это, Ироха взяла себя в руки и сделала глубокий вдох.

— Сегодня у меня важное объявление. Оно касается нынешнего состояния японского народа. Простите, что поднимаю такую серьезную тему так внезапно, но... понимаете, японцы, которые считались погибшими во время J-ноциде четыре года назад... они, э-э... Что?

На полуслове серьезное выражение лица Ирохи сменилось полным замешательством. Она уставилась в экран телефона.

Ринка, отвечавшая за освещение, прошептала:

— Что случилось, Ироха?

— Без понятия. Видео вдруг начало грузиться... Приложение не вылетело, так в чем же дело? Интернет ведь есть? — спросила Ироха, растерянно глядя на зависший экран.

Она использовала военный канал связи через низкоорбитальные спутники — соединение оставалось стабильным даже в движущемся поезде. Если само приложение не вылетело, значит, проблема была в серверах платформы.

— Сейчас перезапущу, секунду… Подождите, что?..

Ироха остановила стрим и попыталась зайти заново, но замерла, увидев всплывшее уведомление. Её глаза расширились от шока.

— Не может быть! За что?! Как так-то?!

— Ироха?

— Мой аккаунт... его забанили…

— Забанили? То есть удалили? — растерянно переспросила Ринка.

Ироха слабо кивнула и, закусив губу, принялась лихорадочно тыкать в экран. Заметив её отчаяние, Яхиро достал телефон и вбил в поиск "Ваон", но наткнулся лишь на сухую системную надпись: "Канал не существует".

— Какого черта?.. Почему? Нет, нет... Теперь еще и старые видео пропали... Быть не может!

Слёзы подступили к глазам, но она не останавливалась. Труд четырех лет исчез в одно мгновение. Конечно, она не могла просто так сдаться. Яхиро стоял, не зная, что сказать.

— Значит, вот как они играют, — раздался за спинами низкий, твердый голос.

Яхиро обернулся. Позади стоял Огюст Натан — агент "Ганцхайта". 

Формально он был пленником "Галереи Берит", но его не держали под надзором и ничем не ограничивали. Сдерживать Регалию Супербии было бессмысленно, так что он свободно перемещался по "Яо Гуан Сину".

— Должно быть, за этим стоит "Ганцхайт". Они действуют быстрее, чем я думал, — произнес Натан, словно разговаривая сам с собой.

Яхиро настороженно посмотрел на мужчину.

— Хочешь сказать, они надавили на сайт, чтобы те удалили аккаунт Ваон? К чему такие крайности?

— Чтобы остановить утечку информации. Появление драконов породило Модзю, а люди, на которых они нападали, сами становились монстрами... Страх, который это вызовет, — это козырь, который они предпочли бы держать при себе.

— ...Значит, слухи о том, что Модзю можно превратить обратно в людей, испортят их планы.

— Именно. И для них особенно опасно, если это прозвучит из уст Ирохи Маманы.

— Потому что все уже знают, что она медиум дракона.

— Да, — Натан кивнул.

Сама мысль о том, что люди превращаются в Модзю, и возможность вернуть им прежний облик казались невероятными — если только информацию не передавал кто-то вроде Ирохи. Она была медиумом, одной из тех, кто был замешан в J-ноциде. И именно "Ганцхайт" сделал это достоянием общественности.

Раз факт превращения людей в Модзю был доказан, то и в обратную трансформацию из её уст поверили бы гораздо охотнее.

Неудивительно, если "Ганцхайт" действительно прервал стрим, чтобы предотвратить это.

— О-о-о... А я ведь только-только набрала столько подписчиков…

Сжимая в руке бесполезный телефон, Ироха уткнулась лицом в стол. Надежда вернуть аккаунт окончательно угасла.

— Ну, тут уже ничего не поделаешь. Но ты ведь можешь просто завести новый аккаунт? — Ринка мягко положила руку ей на плечо.

Ироха, едва сдерживая слезы, ткнула пальцем в экран смартфона.

— Я тоже так думала, но посмотри!

— Ого… Фейки? Как подло…

В поиске одна за другой всплывали страницы с роликами людей, выдававших себя за Ваон. Некоторые выглядели настолько привлекательно, что легко затмевали оригинал, да и контент у них был занятный. 

Но большинство — откровенно низкого качества. Мало того что авторы ни капли не походили на настоящую Ироху, так еще и темы их роликов были просто невыносимыми.

Очевидно, всё это было частью плана "Ганцхайта" по уничтожению любых упоминаний о ней.

— У-у-угх... Это непростительно! Я подам на них в суд!

— В какой именно? — вздохнул Яхиро, глядя, как плечи девушки дрожат от ярости.

— Тебе что, плевать?! Видео с нашими воспоминаниями... их больше нет!

— Нашими? И какие же у меня там воспоминания?

— Ты — один из моих самых преданных фанатов!

— Ну... не стану отрицать, была в них некая доля ностальгии... — нехотя признал Яхиро.

Последние четыре года, до встречи с "Галереей Берит", Ваон оставалась для него единственной психологической опорой. И весть об исчезновении роликов не оставила его равнодушным.

Впрочем, те времена вряд ли можно было вспоминать с теплотой. К тому же теперь, когда он встретил Ироху вживую, горевать о исчезновении роликов не было причин. В конце концов — хотя он никогда не сказал бы ей этого в лицо — видео Ирохи изначально были, мягко говоря, так себе.

— Глупые "Ганцхайт"... Они еще увидят! Им меня так просто не сломить! — решительно заявила Ироха, насупившись.

Тогда Натан спокойно вмешался:

— В таком случае вам стоит поскорее встретиться с Карурой Мёдзин.

— ...Это еще почему?

— Поднимется нешуточный шум, если вы покажете миру Модзю, ставшего человеком. Если, конечно, вы действительно хотите насолить "Ганцхайту".

— А в этом есть смысл! — Ироха энергично закивала, в восторге от идеи отомстить.

Яхиро молча наблюдал за Натаном. Он никак не мог разгадать истинные мотивы этого человека, раздающего столь опрометчивые советы.

3

— Видео Додзи Ямасэ они тоже удалили, — негромко произнес Натан, когда Ироха и Ринка ушли спать.

Ему запрещалось пользоваться средствами связи, чтобы он не мог связаться с внешним миром, но он каким-то образом знал все новости. Впрочем, этот человек всегда был полон загадок, так что Яхиро даже не удивился.

— Это тоже дело рук "Ганцхайта"?

— Да. Само видео исчезло, но память о нём осталась. Они понимают, что так страх только усилится. В соцсетях сейчас активно спорят о J-ноциде.

— Значит, они всё держат под контролем.

— Пока что — да, — кивнул Натан, соглашаясь с циничным замечанием Яхиро.

Тот раздраженно выдохнул:

— Почему ты говоришь об этом так отстраненно? Разве ты сам не часть "Ганцхайта"?

— В таком случае и ты его часть, Яхиро Нарусава.

— Я?

— Дом Берит — одна из двадцати двух семей, составляющих "Ганцхайт". Ты и Ироха Мамана находитесь под их крылом, а значит, технически имеете прямое отношение к организации.

— Я всего лишь наемник "Галереи Берит" и нанят убивать драконов. "Ганцхайт" же хочет их использовать. Мы по разные стороны баррикад, разве нет?

— Напротив, вы на одной стороне. Драконы исполняют желания и приносят благословения, но в то же время они — чудовища, несущие бедствие, которых должен сразить герой. Нет никакого противоречия в том, чтобы одновременно эксплуатировать драконов и истреблять их.

Натан безмятежно улыбнулся, присаживаясь напротив.

Яхиро был ошарашен услышанным. Он не знал, о чем Джули и Розе говорили с пленником, но не верил, что этот человек станет выкладывать карты на стол просто из-за своего статуса. Меньше всего он ожидал, что Натан сам заведет разговор об этом.

Заметив его замешательство, мужчина продолжил:

— В этом и кроется причина двуличности "Ганцхайта". В конечном счете, они — просто потомки тех, кто возвысился, используя силу драконов.

— Что ты имеешь в виду?

— В древности были люди — короли, дворяне, жрецы, — которые обрели власть и положение, истребляя или укрощая драконов. Верно?

— Ну да… — Яхиро кивнул.

Во многих странах драконов почитали как священных существ, символ императорской мощи. Ходило немало легенд о знати и священнослужителях, которые доказывали свое право на власть, сразив дракона. Джули и Розе уже подробно рассказывали об этом Яхиро и Ирохе.

— Дом Берит, к которому относится "Галерея", — один из них. Как и Небесный императорский дом.

Произнеся это, Натан сочувственно покачал головой.

— Однако с последнего появления драконов прошло больше тысячи лет. Их влияние давно сошло на нет. Небесный императорский дом лишился политической власти, а Дом Берит теперь — всего лишь торговец оружием.

— Так вот почему они хотят воскресить драконов? Чтобы вернуть былое величие?

— Именно. Нельзя сразить дракона, не выманив его из-за ширмы, — Натан цинично пожал плечами.

— И поэтому Небесный императорский дом хочет воскресить японцев?

— Ну… об этом тебе лучше спросить у самой Каруры, — Натан уклонился от прямого ответа.

— Тогда какова твоя цель, Огюст Натан? Почему ты сотрудничаешь с "Ганцхайтом" и Императорским домом?

— Разве странно, что японец вроде меня пытается возродить свой народ?

— И это... действительно всё?

Яхиро был ошарашен твердым, непоколебимым взглядом мужчины. 

В словах Натана не было противоречий. Если его биография — правда, и он действительно родился в Японии в семье натурализованных граждан, этого было достаточно, чтобы желать спасения соотечественников.

И всё же это не отменяло того, что еще совсем недавно он работал на "Ганцхайт". Слишком трудно было поверить, что он так просто предал организацию.

— По крайней мере, я оберегал Суи Нарусаву, потому что она необходима для воскрешения японцев. Я не мог позволить тебе или графу Раймату убить её, — добавил Натан, словно отвечая на немые подозрения юноши.

При упоминании имени сестры Яхиро непроизвольно выпрямился.

— Но это по её вине мы!..

— Её смерть не искупит твои грехи.

— ..!

После этого холодного замечания у Яхиро пропало всякое желание спорить.

Он ненавидел сестру. Презирал Суи Нарусаву так глубоко, что хотел убить её собственными руками. Она убила его семью и превратила его в дракона. Именно она спровоцировала J-ноцид и крах всей страны. Причин для ненависти было более чем достаточно.

И всё же он понимал: эта ненависть помогала закрывать глаза на собственные грехи. Ведь именно он открыл Плутонион в самом сердце Токио, он призвал Модзю на поверхность — и он же их убивал.

— На что... ты намекаешь?

— Я лишь предположил, что тебя грызет совесть из-за всех тех Модзю, которых ты лишил жизни. Я ошибся? — голос Натана сейчас напоминал вкрадчивый тон священника на исповеди.

— Они нападали первыми, — слабо возразил Яхиро.

Он не лгал. Он ни разу не убил Модзю по своей воле — только самооборона. Они пытались прикончить его, он наносил ответный удар. Вот и всё.

Натан молча выслушал оправдание. А затем — то ли с жалостью, то ли насмехаясь над слабостью юноши — произнёс:

— Верно. Ты всего лишь защищал себя. Своё бессмертное тело.

4

На следующее утро "Яо Гуан Син" прибыл в Нагою. Яхиро почти не спал прошлой ночью, и стоило ему задремать, как в купе ворвалась Розетта Берит.

— Доброе утро, Яхиро! Выглядишь ужасно.

— …И это всё, что ты хочешь сказать? — проворчал он, с трудом поднимаясь с узкой койки.

Зеркало было ни к чему — он и так знал, как выглядит. После разговора с Натаном сон так и не пришёл.

А в девятом вагоне, в грузовом контейнере, всё так же лежала Суи Нарусава — в глубокой коме, под мерный гул аппаратов жизнеобеспечения.

Яхиро долго сжимал в руке нож, всерьез раздумывая, не прикончить ли её прямо сейчас, но в итоге сдался и вернулся в постель. Бессонница стала прямым следствием этих мрачных мыслей.

— Хватит препираться. Поднимайся. Мы почти у станции-крепости Нагоя. Твоя задача — охранять Ироху, — Розе бросила ему полотенце.

Яхиро поймал его и нахмурился, зацепившись за одно слово:

— Станция-крепость… Нагоя?

— Да. Укреплённый город Нагоя. База Китайской федеральной армии, построенная на месте бывшей станции.

— …И это ты называешь станцией? — пробормотал Яхиро, глядя на тёмно-зелёную стену за окном.

Это была бесконечная стена, закованная в толстую броню. Даже та часть, что виднелась в окне, казалась растянувшейся на многие километры. Гигантское фортификационное сооружение кольцом опоясывало станцию, напоминая неприступные цитадели прошлого.

После J-ноцида руины Нагои превратились в зону вечных сражений. Повсюду виднелись следы ковровых бомбардировок, а в центре города почти не осталось целых зданий. На фоне этой выжженной земли внезапно выросшая крепость выглядела чем-то сюрреалистичным, пришедшим из другого мира.

Пути, по которым следовал "Яо Гуан Син", уходили вглубь через механические ворота в бронированной стене. Внутри теснились плотные кварталы — современный городской пейзаж, резко контрастирующий с пустошами снаружи.

— База? Это же целый город.

— Верно. По предварительным оценкам, население здесь — включая солдат и персонал — около семидесяти пяти тысяч человек. Это второй по величине иностранный контингент в Японии после американского, — серьезно ответила Розе.

— И что вся эта прорва народу здесь забыла?

— Официальная причина оккупации силами восьми стран — "обеспечение сохранности японских территорий". По сути же они просто следят друг за другом.

— То есть, чтобы никто не отхватил кусок пирога побольше... — вздохнул Яхиро и принялся яростно плескать в лицо водой над раковиной.

В недрах Японии было мало ископаемых ресурсов, зато хватало пресной воды и мягкого климата — этого вполне достаточно, чтобы представлять ценность. Кроме того, архипелаг оставался ключевым узлом морских путей, важным стратегическим плацдармом.

Опустошенная Япония была слишком лакомым куском. Мировые правительства продолжали вливать огромные бюджеты в армию, лишь бы удержать свои сектора.

И всё же этого было недостаточно, чтобы оправдать строительство крепости такого масштаба.

— Погоди, значит, есть еще и "неофициальная" причина? — Яхиро поднял голову, глядя на Розе через зеркало.

— Да. Та же, что и у нас: сбор ресурсов и активов — как материальных, так и скрытых, — оставшихся в Японии. Я бы даже рискнула предположить, что это их основная цель. Ты ведь понимаешь, о чем я.

— Ага... — кивнул Яхиро, зачесывая мокрую челку назад.

В те времена, когда он еще жил в 23 Районах, он часто прочесывал руины в поисках произведений искусства, чтобы перепродать их за границу — так он добывал деньги на жизнь и информацию о Суи.

Большинство его клиентов были военными. Некоторые офицеры нанимали его ради личной наживы или пополнения коллекций, но бывало, что заказчиками выступали целые армии.

​— Но всё равно, к чему такие сложности с постройкой крепости?

— В этом нет прямой нужды, но, полагаю, мы не узнаем ответа, пока не спросим их напрямую, — холодно отрезала Розе, наблюдая, как он собирается.

— Думаешь, они расскажут?

— Зависит от их целей. Тебе разве не любопытно?

— Пожалуй. Но нам ведь нечего делать в Нагое, так?

— Верно. Нам нужно лишь проехать насквозь, чтобы добраться до Киото. Впрочем, пропустят ли нас — вопрос переговоров, — ответила Джульетта Берит, сестра-близнец Розе, заглядывая в дверной проем.

Вместо привычного вызывающего боевого наряда на ней был строгий деловой костюм. Очевидно, именно ей предстояло выступать представителем "Галереи Берит" перед китайским командованием

— Госпожа Джульетта, получено разрешение на въезд. Нас просят снизить скорость до пятнадцати километров в час.

Низкорослый и пухлый капитан "Яо Гуан Сина" Майло Алдисс доложил обстановку, не снимая гарнитуры. 

На мониторе в командном вагоне возникли приближающиеся ворота. Тяжелый разводной мост опустился, смыкаясь с рельсами и открывая путь внутрь станции.

— Принято. Сбавляйте ход максимально плавно. Постарайтесь не раздражать принимающую сторону.

— Вас понял. "Яо Гуан Син" начинает заход в крепость Нагоя, — кивнул Алдисс и передал инструкции машинисту через гарнитуру.

Тяжёлый корпус бронепоезда заскрежетал, замедляя ход. Однако чем ближе они подходили к цитадели, тем мрачнее становился Яхиро. Когда он смог разглядеть внешнее кольцо стен, его лицо потемнело.

Ограждение было не просто массивным. На темно-зеленых бронепластинах зияли свежие повреждения, наслоившиеся на бесчисленные следы прошлых ремонтов. Бурые пятна выделялись даже издалека. Запекшаяся кровь. Всё это выглядело как результат бесконечной бойни против многотысячной армии.

Яхиро и близнецы всё поняли в тот же миг. Укрепления вокруг станции Нагоя стояли здесь не ради устрашения или красоты. Эта крепость была передовой.

— Розе, что это за…?

— Выглядит скверно, согласна. Нам стоит убраться отсюда как можно быстрее, — сухо отозвалась она.

— Будем надеяться, нас пропустят, — пробормотала Джули, пожав плечами.

Это пожелание оставило тяжелый осадок в их сердцах, когда бронепоезд вошел в гигантский укрепленный город.

5

Платформа внутри крепости Нагоя оказалась куда просторнее, чем ожидал Яхиро. Это был тупиковый вокзал с девятью путями и десятью перронами. Грубая крыша — просто стальные листы и слепящие прожекторы — придавала месту вид военной базы, а не гражданской станции.

Большинство составов были грузовыми и перевозили военные припасы. Перрон был заставлен оборудованием для техобслуживания и дозаправки; повсюду, под присмотром вооружённой охраны, сновали механики.

"Яо Гуан Сину" приказали остановиться у самого края платформы, на продуваемом всеми ветрами участке.

Джули в сопровождении охраны сошла с поезда, чтобы начать переговоры с представителем КФА. Яхиро, как ему и велели, остался в командном вагоне охранять Ироху и детей.

То, что "Галерея Берит" укрывает медиума Аваритии, уже стало секретом полишинеля. В Йокогаме, "земле наёмников", никто не смел и пальцем её тронуть, но здесь была территория Китайской Федерации. Не стоило удивляться, если бы они потребовали выдать Ироху, невзирая на позицию "Ганцхайта".

После предупреждения Розе Ироха — редкий случай — сидела тихо и не жаловалась. Даже дети, которые, как опасались взрослые, поднимут шум от скуки, почему-то с живым интересом прильнули к окнам.

​— На что они там смотрят? — озадаченно спросил Яхиро.

Ироха печально взглянула на экран смартфона, где только что закрыла вкладку видеохостинга, и подняла на него глаза:

— Говорят, там классный поезд. Таких они раньше не видели.

— Поезд?

Яхиро выглянул в окно через плечи детей. И правда — на соседнем пути стоял странный состав. Серебристый, с обтекаемыми формами, он казался воплощением скорости и комфорта. Но внимание Яхиро привлекли многочисленные турели, скрытые в корпусе, который так понравился детям.

Ультрасовременный бронепоезд, вооруженный даже серьезнее, чем "Яо Гуан Син".

— Частный бронепоезд…? — пробормотал Яхиро, заметив броский логотип на борту.

Розе ответила:

— "Мелора Электроникс"… Крупный игрок в IT-индустрии Китайской Федерации. Не знала, что у них есть собственная ЧВК.

— И что забыла IT-компании в Японии?

— Кто знает. Возможно, хотят заняться разработкой оружия в сотрудничестве с армией.

— Разработкой оружия…?

— Да. Эта страна — идеальный полигон для испытаний новейших вооружений.

Яхиро молча прикусил губу.

Пустынные руины Японии и впрямь стали идеальным полигоном для производителей оружия. Не нужно беспокоиться о гражданских, а ландшафт — на любой вкус. Но что не менее важно — здесь можно было испытывать вооружение в реальном бою, истребляя Модзю.

Ни у Яхиро, ни у "Галереи" не хватало влияния, чтобы это прекратить. Прежде всего им нужно было встретиться с Карурой Мёдзин и спасти японцев, так что наживать врагов в лице Китайской федеральной армии было не в их интересах.

Однако признаков того, что Джули скоро вернется с переговоров, не наблюдалось. Напротив, лицо Розе, следившей за происходящим через монитор, с каждой секундой становилось всё мрачнее.

— Розе?

— Похоже, у нас проблемы.

— Всё настолько плохо? Джули не может договориться?

— Яхиро.

— Понял. Хочешь, чтобы я пошёл с тобой? — Яхиро предугадал её просьбу.

"Лазарь" был главным козырем "Галереи Берит", по крайней мере в бою. Если Розе звала его с собой, значит, допускала, что всё может закончиться дракой. Похоже, представитель КФА не собирался решать вопрос мирно.

— А как же я? Розе, я тоже иду! — Ироха подскочила на месте; судя по всему, ей просто стало скучно.

Ринка строго осадила её:

— Даже не думай. Ты только всё испортишь.

— Чего?! Это еще почему?!

Пока Ироха ошарашенно смотрела на девочку на пять лет младше себя, Рен и остальные дети согласно закивали. Ироха была слишком прямолинейной и импульсивной — не лучший кандидат для тонких переговоров, и младшие это понимали лучше неё.

Оставив Ироху в вагоне, Яхиро и Розе вышли на платформу.

Джули в окружении охраны стояла ближе к центру, напротив группы людей, похожих на чиновников. Но среди них выделялся высокий мужчина в военной форме. Судя по всему, именно он и затягивал переговоры, выдвигая всё новые требования.

Заметив их, он сразу перевёл взгляд.

— А вот и вторая близняшка. Ты ведь тоже из руководства "Галереи Берит"? — сухо бросил он.

В его взгляде было что-то хищное. Не массивный тигр, а скорее леопард: более быстрый, хитрый и с такими же острыми клыками. С таким стоило держать ухо востро.

— Я — исполнительный директор Розетта Берит. Могу узнать ваше имя? — формально спросила Розе.

Мужчина хмыкнул:

— Цзигуань Ся. Заместитель командующего гарнизоном города-крепости.

— Заместитель командующего? — Розе нахмурилась.

На вид Ся было около тридцати — слишком молод для такого чина. Либо у него были влиятельные связи, либо исключительные заслуги. Судя по службе в Японии — скорее второе. А значит, он ещё опаснее: такие не идут на уступки, если можно заработать новые награды.

— Да. А ты, выходит, тот самый Лазарь? — Ся оскалился, впившись взглядом в Яхиро за спиной Розе.

В следующую секунду он выхватил саблю. Лезвие метнулось к горлу Яхиро — тот едва успел уклониться.

— А!

— Ха… Мог бы двигаться и быстрее, щенок! — лицо Ся просияло от азарта.

Он нанес серию молниеносных колющих ударов. Яхиро ушел в глухую оборону, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Он уворачивался не раздумывая — тело само реагировало на звериную жажду крови противника. Ся не просто играл, он проверял: выживет парень или умрет.

Ся расхохотался.

— Пожалуйста, прекратите дразнить нашего контрактора, шансяо Ся, — с мягкой улыбкой вмешалась Джули, специально подчеркнув его звание.

П.п Шансяо=Полковник. Буду использовать оба варианта в зависимости от контекста и говорящего.

— Контрактор, значит? — Ся фыркнул, убирая саблю в ножны. — Ладно, к делу. "Галерея Берит", вы серьёзно рассчитываете пройти через крепость бесплатно?

— О "бесплатно" речи не было. Мы готовы заплатить, — спокойно возразила Джули.

Розе поддержала:

— Право на беспрепятственный мирный транзит по территории Японии закреплено Нагасакским договором. Мы уже выплатили КФА положенную сумму за использование их инфраструктуры.

Право на мирный транзит гарантировало свободное передвижение по территориям других наций при условии, что путешественник не причиняет вреда и не нарушает порядок. В нынешней Японии это был особый случай, так как земля была оккупирована восемью разными странами.

Губы Ся недовольно сжались. Он бросил через плечо подчинённому:

— Это правда?

— Так точно. Прошу, взгляните, — чиновник поспешно кивнул и открыл металлический кейс. Тот был доверху набит золотыми слитками.

В пересчёте на деньги это была колоссальная сумма, но Ся лишь пренебрежительно усмехнулся.

— Маловато.

— Я бы сказала, мы более чем щедры, — спокойно парировала Розе.

— Брехня. Мы знаем, что с вами медиум дракона. Та самая, что устроила J-ноцид, — Ся в упор посмотрел на близнецов. — "Беспрепятственный мирный транзит", верно, Розетта Берит? А чем докажешь, что ваш визит будет мирным? Дайте нам весомую "компенсацию", иначе дальше вы не проедете.

Розе промолчала — редкий случай, когда её прижали к стене.

Яхиро пришлось пересмотреть оценку: этот человек был куда опаснее, чем казалось. Требование Ся звучало нагло, но в нем была логика. Считалось, что сам факт существования медиума приносит беду, превращая людей в Модзю. "Галерее Берит" было почти невозможно доказать свою "безвредность", и Ся мастерски этим воспользовался. Неудивительно, что переговоры Джули зашли в тупик.

— Чего именно вы хотите, шансяо Ся? — нехотя спросила Розе, мельком взглянув на Джули.

— Реликт, — Ся хищно оскалился. — Я не прошу выдать медиума. Просто отдайте нам Реликтовую Регалию Ванаглории и катитесь на все четыре стороны. На этом и разойдемся.

— Что?.. — пробормотал Яхиро.

Он впервые слышал этот термин, но мгновенно понял, о чем речь. Тот самый алый кристалл, оставшийся после Чируки Мисаки, медиума горного дракона Ванаглории, и её Лазаря, Амахи Камикиты. Ся требовал его в качестве платы.

— Судя по лицу… слухи не врали: у "Галереи" действительно есть Реликтовая Регалия.

— Слишком высокая цена за обычный проезд, — вздохнула Розе.

Ся покачал головой с бесстыдной ухмылкой:

— Мы просто бесплатно избавим вас от лишнего багажа. Вам бы радоваться надо.

— И что ты с ним сделаешь? Повесишь на шею как сувенир? — Яхиро смерил его ледяным взглядом.

Ся удивленно вскинул брови:

— Ты чего, Лазарь? Неужели не знаешь, как им пользоваться?

— Что ты…

Договорить Яхиро не успел — над базой взревела сирена.

Звук был такой мощи, будто начиналась мировая война. Воздух задрожал; механики на платформе, бросив работу, кинулись врассыпную в поисках укрытия.

— Заместитель командующего!

Ся кивнул подбежавшему солдату:

— Они здесь?

Подчиненный протянул ему оружие — махину в три раза длиннее и толще обычного армейского пистолета. Только сейчас Яхиро заметил, что все люди Ся вооружены такими же.

— Яхиро!

В начавшемся хаосе он обернулся на крик. Из командного вагона "Яо Гуан Сина" выскочила Ироха. Она бежала к ним, прижимая к себе маленького Модзю размером с собаку; волосы растрепаны, на лице — чистый ужас.

— …Ироха?

— Модзю идут! Их много! — закричала она прежде, чем он успел спросить, зачем она вышла из поезда.

— Модзю…?

— Хм… А ты глазастая, — впечатлился Ся. — Понятно. Значит, ты медиум Аваритии. А где твой дурацкий костюм?

— Ничего он не дурацкий! Он миленький!! — возмутилась Ироха, на миг забыв о страхе.

Ся расхохотался.

— Ладно, черт с вами. Я покажу вам, как использовать Реликты. Сами поймете: для человечества будет лучше, если вы отдадите свой нам! — бросил он, вскидывая гигантский пистолет.

В этот момент крепость Нагоя содрогнулась от первого удара.

6

— А вы сидите в поезде и не смейте путаться под ногами. Если, конечно, не хотите, чтобы вас размазало вместе с Модзю! — пригрозил Ся и исчез вместе со своим отрядом.

Джули показала ему вслед язык, а Розе лишь тихо вздохнула. Затем она коснулась коммуникатора на воротнике и связалась с командным вагоном:

— Какова обстановка?

— Секунду. Получаем данные с дронов. Внутри крепости слишком сильные помехи, картинка есть только с внешнего периметра…

Из динамиков раздался голос Джоша. Он запустил разведывательные дроны в ту же секунду, как взревела сирена.

— Видим от трёхсот до четырёхсот Модзю. В основном — II ранг и выше. Меньше, чем тогда в Йокогаме, но и нас тут не густо. Чёрт знает, сдержим ли мы их. — Джош с горечью передал данные с дронов.

Количество Модзю, хлынувших из Плутониона, открытого Суи в Йокогаме, оценивалось более чем в семьсот особей, но тогда линию обороны держали сто тысяч наёмников "Гильдии". В крепости Нагоя же всё население составляло семьдесят пять тысяч человек, и половина из них была гражданскими. Оптимизма не внушали даже мощные стены.

— Чего хотят Модзю? Они ведь не за нами пришли? — спросил Яхиро у Джули, пока Джош и Розе обменивались информацией.

— Судя по реакции КФА, нападения Модзю здесь — обычное дело. Возможно, именно поэтому они и возвели вокруг станции такие гигантские стены, — сухо ответила та.

Яхиро был склонен согласиться. Он вспомнил, как быстро эвакуировались механики после сигнала тревоги. Они явно привыкли к подобному. И те отметины на стенах крепости остались именно после таких сражений.

— Госпожа Розетта, разрешите запуск двигателей! Мы не можем оставаться внутри, — вклинился в эфир капитан Алдисс. — В такой тесноте орудия "Яо Гуан Сина" бесполезны. Нам нужно хотя бы выйти со станции…

— Но они не откроют нам ворота, — вздохнула Розе, отклоняя просьбу капитана.

Пока разводной мост в стене поднят, из крепости Нагоя не выбраться, а открывать ворота навстречу рою Модзю — значит обречь город на гибель.

— Мы бы уже были в паре километров отсюда, если бы эти жадные ублюдки из КФА нас пропустили! — выругался Джош.

Китайская федеральная армия даже не входила в число клиентов "Галереи Берит". Разумеется, оперативники не могли вступать в бой по собственной воле. Они имели право лишь на минимальную самооборону, и невозможность нормально подготовиться к битве действовала на нервы.

— Всё в порядке. Джош, продолжай разведку. Всем оперативникам — занять позиции. Задача: защита "Яо Гуан Сина". В наступление не переходить.

— Только оборона? Вы уверены? Они прорвут периметр меньше чем через пять минут.

Джош обеспокоенно передал прогноз, рассчитанный тактическим ИИ поезда. Тот предсказывал, что одни лишь силы КФА не смогут остановить вторжение. Если они будут просто стоять и смотреть, Модзю хлынут лавиной и окружат "Яо Гуан Син".

Однако Розе сохраняла ледяное спокойствие и лишь покачала головой:

— Я же говорю: всё в порядке. С нами Ироха.

— А… — пробормотал Джош.

Ироха, стоявшая в стороне с Нуэмару на руках, вздрогнула от неожиданного упоминания своего имени.

— Я-я?

— Ты — наш главный козырь против этой орды. Присмотришь за "Яо Гуан Сином"?

— Д-да. То есть… Ладно, я постараюсь, — она неловко кивнула.

Яхиро посмотрел на неё с подозрением. Она вела себя непривычно кротко. Куда внезапно делся её неисчерпаемый запас нахальной уверенности?

— Яхиро, ты охраняешь её. Не спускай с неё глаз.

— …Да, я понял, — кивнул он, всё ещё сбитый с толку странным поведением Ирохи.

Короткое совещание закончилось, и оперативники "Галереи" начали действовать как единый механизм. 

Джули, чей наряд не подходил для боя, вернулась в "Яо Гуан Син", а Розе приняла командование на себя. Бойцы распределились так, чтобы защитить каждый вагон бронепоезда.

— Присмотри за детьми, Нуэмару, — Ироха бережно опустила белого Модзю на пол.

Тот взглянул на неё, нехотя вильнул длинным пушистым хвостом и направился вглубь поезда к Руне и остальным. На платформе остались только Яхиро и Ироха.

— Ты ведешь себя странно, — сказал Яхиро, глядя на неё в профиль.

Девушка в тревоге кусала губы. Услышав его слова, она удивленно обернулась.

— А? Почему ты так решил?

— Раньше ты никогда не опасалась Модзю.

— М-м... Я их не боюсь. Просто они... какие-то странные. — Ироха нахмурилась, глядя в сторону крепостной стены.

Благодаря способностям медиума она не только чувствовала приближение Модзю, но и понимала: с ними что-то не так.

— Странные?

— Да. Понимаешь, обычно они не нападают на людей, если те не вторгаются на их территорию.

— Верно.

— Но они ненавидят эту крепость. Не КФА, а именно саму крепость. Я не знаю, послушают ли они меня…

— Ненавидят... крепость? — Яхиро недоуменно прищурился.

Модзю терпеть не могли посягательств на свои владения. В 23 Районах на Яхиро не раз нападали, когда он забредал на их территорию в поисках предметов искусства. Теперь он хотя бы смутно начал понимать причину.

Модзю когда-то были людьми, японцами, и их территорией была та самая земля, на которой они родились и выросли. Они пытались защитить родину от чужаков, вломившихся без приглашения. А значит, они редко атаковали за пределами своих земель без веской причины.

Исключением были лишь Модзю, призванные Плутонионом Супербии, и морские твари, которым Ванаглория приказала атаковать Йокосуку.

— Значит, Модзю, напавшими на крепость, никто не управляет?

— Нет. Поэтому я и не уверена, что они подчинятся. Не думаю, что они прекратят бой, пока не сотрут эту крепость с лица земли. — Ироха слабо покачала головой.

Её власть над ними не была абсолютной. Хотя она могла освободить Модзю от контроля другого медиума, она не могла заставить их идти против собственной воли. Если они всерьёз вознамерились уничтожить крепость, Ироха была бессильна. В этом заключалась её слабость.

— Тогда... дело плохо. — Яхиро помрачнел. Гул канонады за стенами изменился.

Грохот гаубиц и пулемётные очереди обрывались всё чаще, и в эти секунды затишья отчётливо слышался вой чудовищ. Оборона трещала по швам; Модзю подбирались всё ближе.

В следующее мгновение по металлическим стенам эхом разнёсся резкий скрежет. Платформа содрогнулась от удара, грянули выстрелы, послышались крики.

— Стены прорваны! Берегись, Яхиро! — из коммуникатора на шее раздалось резкое предупреждение Джули.

Модзю перемахнули через барьер. Две группы приземлились почти одновременно — впереди и позади платформы, где стоял "Яо Гуан Син".

Стая гигантских волков с крокодильими пастями. Жуки с шестью обезьяньими руками. Крылатые одноглазые сферы из переплетённых лоз. Уродливые порождения, вызывавшие чистый, физиологический ужас.

Солдаты КФА открыли огонь из штурмовых винтовок, но Модзю просто смели их и лавиной хлынули на территорию станция.

— Пожалуйста, остановитесь!

Ироха безрассудно бросилась навстречу монстрам, оказавшимся рядом с поездом. Яхиро, цокнув языком, рванул за ней.

Модзю услышали её голос. Они не собирались нападать на неё, но и на зов толком не откликались. Раньше такого не было.

— Не получается! Я не могу их остановить! — в отчаянии закричала Ироха.

Модзю неумолимо приближались к "Яо Гуан Сину", хотя тот и не имел отношения к крепости Нагоя. Оперативники "Галереи" вскинули оружие для ответного залпа, но Ироха оказалась прямо на линии огня.

— Ироха, в сторону!

Наемники замешкались, боясь зацепить девушку, и в этот миг Яхиро вклинился между ней и монстрами. Впереди шел зверь, напоминающий гризли, с огромными когтями-косами. Минимум II ранг. Грозный противник, для победы над которым обычно требовался целый взвод.

Модзю нанёс рубящий удар. Яхиро заблокировал его утигатаной, но его отбросило на пять метров. Удар был такой силы, что кости в обеих руках сломались, а сухожилия на ногах лопнули с отчётливым треском.

Однако Яхиро проигнорировал боль. Едва коснувшись земли, он перешёл в контратаку — сила Лазаря мгновенно восстановила его тело. Он глубоко вогнал катану в правую лапу монстра, раскрывшуюся после замаха. Вместо крови из раны хлынули чёрные миазмы.

И тут его парализовало. Яхиро застыл, не в силах отвести взгляд от раненого существа.

Всего один взмах — и с врагом было бы покончено. Яхиро это понимал, но тело отказывалось слушаться. Внутренности скрутило от невыносимой тошноты, и его вырвало прямо на месте.

— Яхиро!.. — Ироха бросилась к нему, едва заметив, как он рухнул на колени.

Она закрыла его собой, пытаясь защитить. Модзю не нападали на медиумов, однако раненый зверь уже начал атаку. Ироха в оцепенении смотрела на гигантские когти, занесённые над её головой.

Но удар так и не достиг цели.

​В самый последний момент ударная волна отбросила массивную тушу зверя и разорвала её на части.

— Что с тобой, Лазарь? Неужто струсил при виде Модзю?

— Цзигуань... Ся... — Яхиро с трудом поднял голову и пробормотал имя человека, выпустившего ударную волну.

Ся держал в руке тот самый странный пистолет. Ударная волна, выпущенная из него, сразила Модзю. Модзю II ранга. Одним выстрелом.

— Заставил тебя ждать, а? Снаружи пришлось повозиться дольше, чем я думал, но я держу обещания. Смотри внимательно: вот как нужно пользоваться Реликтом, — произнёс Ся с диким, хищным оскалом.

Только тогда Яхиро заметил: в тыльную сторону правой кисти Ся был вживлён странный камень. Багровый самоцвет, напоминающий сгусток запёкшейся крови.

— Исчезните, твари, — бросил Ся, нажимая на курок.

В то же мгновение его окутал шторм. Потоки воздуха закружились и втянулись в причудливое оружие. Пистолет раскалился докрасна от чудовищного давления поглощённого воздуха.

Ся направил ствол на стаю Модзю, перемахивающих через стену. С громоподобным рёвом он выстрелил — сжатый воздух превратился в гиперзвуковую ударную волну. Невидимое лезвие обрушилось на врагов. В мгновение ока дюжину призрачных зверей разорвало в клочья, а их останки разлетелись за пределы стены.

Яхиро и Ироха, поражённые этим невероятным зрелищем, затаили дыхание.

— Эта сила... Регалия?! — хрипло воскликнул Яхиро.

Он узнал атаку. Эта сверхзвуковая ударная волна… Регалия Додзи Ямасэ.

— Не только Лазари способны использовать Регалии, — сказал Ся, выставляя напоказ камень на руке. — С этим Реликтом на это способен любой человек. Мы не собираемся ждать, пока вы сдохнете и оставите нам очередное сокровище.

Ся развернулся спиной, мгновенно утратив к ним интерес. Он неспешно зашагал прочь, чтобы истребить оставшихся в крепости Модзю, пока Яхиро и Ироха молча смотрели ему вслед.

7

Аяхо Сасё разбудили тревожные объявления и непрекращающийся вой сирен. Она села в постели, борясь с лёгким головокружением — усталость и лихорадка никак не отступали. Ей сказали, что это нервное истощение, поэтому последние несколько дней она не вставала с кровати. Так было даже проще: оставаясь взаперти, она могла не видеть Яхиро и Ироху вместе.

Ей было больно смотреть на их близость. Аяхо уже осознала свои чувства к Яхиро, но дело было не в ревности и не в желании бороться за него. Она просто понимала: они созданы друг для друга.

И всё же принять это оказалось нелегко. Возможно, признание принесло бы облегчение, но ей не хватало смелости, и Аяхо ненавидела себя за эту слабость. Впрочем, сейчас было не время для терзаний.

Снаружи грохотало, словно от фейерверков — работала артиллерия. Шёл бой. Земля содрогалась так сильно, что массивная туша бронепоезда ходила ходуном. Было страшно выходить наружу, но и умирать здесь в одиночестве она не хотела.

Аяхо поднялась и обулась, оставшись в пижаме. Крепко сжав алый кристалл, оставленный Яхиро на хранение, она нетвёрдыми шагами направилась к выходу, но в этот момент дверь купе распахнулась.

— Аяхо! Мы за тобой!

В коридор вбежали двое: маленькая девочка с крашеными светлыми волосами и высокий мужчина азиатской внешности.

— Ринка… и господин Вэй?..

Поначалу их появление показалось странным, но Аяхо тут же всё поняла. Раз Ян Вэй, оперативник "Галереи", лично охранял Ринку, значит, даже внутри поезда стало опасно. Пока она отлеживалась, "Яо Гуан Син" оказался в критической ситуации.

— Слава богу, ты проснулась.

— Ринка, что происходит?.. — спросила Аяхо, стараясь скрыть дрожь в голосе.

Вмешался Вэй — похоже, времени на объяснения не осталось.

— Прости, но живо переходи в комнату для инструктажа в третьем вагоне. На нас напали Модзю.

— Модзю?.. — Аяхо растерянно моргнула.

Прожив годы бок о бок с Ирохой, она не сразу осознала всю серьёзность угрозы. Вэй принял её замешательство за испуг и ободряюще улыбнулся.

— О, не волнуйся. На самом деле им нужны не мы. Просто в укрепленом вагоне будет безопаснее. На всякий случай.

— Хорошо. Эм… Тебе тоже спасибо, что пришла, Ринка, — слабо улыбнулась Аяхо.

Сестра взяла её за руку и потянула за собой. Третий вагон служил дежуркой и залом совещаний — это было второе по безопасности место после командного пункта. Братья и сёстры Ирохи должны были переждать атаку здесь под присмотром Вэя, хотя тот и сам был не в лучшей форме после тяжёлых ран, полученных в Йокогаме..

— Не переживай. Ироха с нами, — бодро бросила Ринка, заметив молчание сестры.

— Она там, сражается? — Аяхо прильнула к окну.

Модзю уже прорвались на станцию. Она видела солдат в незнакомой форме, которые отчаянно отбивались, и оперативников "Галереи", защищавших состав. Было бы логично, если бы Ироха, как медиум дракона, оказалась в самом эпицентре.

— Не совсем сражается. Пытается договориться с ними, как обычно. С ней всё будет в порядке, ведь Яхиро рядом, — уверенно ответила Ринка.

​— Яхиро… рядом… — Аяхо осеклась.

Даже сейчас они были вместе. А ей оставалось лишь наблюдать издалека, не в силах встать с ними плечом к плечу. Эта мысль больно уколола её в самое сердце.

— Эм, господин Вэй, а это ещё кто такие?.. — удивлённо воскликнула Ринка, отвернувшись от сестры.

Солдаты в странном снаряжении бросились на стаю Модзю. В руках они держали неестественно массивные, причудливо изогнутые пистолеты, которые казались бесполезными против таких гигантских монстров.

Стоило прогреметь выстрелам, как тела Модзю начали плавиться, растекаясь грязной жижей. Следом хлынул поток ледяного воздуха, в мгновение ока сковавший всю стаю. Поразительная мощь солдат косила гигантских зверей одного за другим.

Аяхо смотрела на это, не в силах вымолвить ни слова.

Стиль боя этих солдат напоминал технику Яхиро — они так же противопоставляли свои хрупкие человеческие тела призрачным зверям, — но действовали куда эффективнее. Перед ней были опытные бойцы, без малейших колебаний устраивавшие резню среди Модзю.

— Реликтовые Регалии?! — пробормотал Вэй, заметив камни, вживлённые в тыльную сторону ладоней солдат.

— Реликтовые… Регалии?.. — неосознанно повторила Аяхо.

Сердце забилось чаще. По телу прошла волна чудовищного давления, а алый осколок, который она всё ещё сжимала в руке, начал обжигать кожу.

— Ай!..

— Аяхо?!

Ринка увидела, как сестра скорчилась от боли, и бросилась к ней. Но та оттолкнула девочку и кинулась прочь — инстинкт подсказывал Аяхо, что если она останется рядом, то втянет Ринку в то, что вот-вот должно было произойти.

Ринка замерла в шоке: прямо перед её лицом возникло кристаллические лезвие. Острые, как бритвы, шипы вспороли стены и пол "Яо Гуан Сина". Повсюду вырастали бесчисленные клинки, напоминающие кварцевые колонны в известняковой пещере.

— Этот кристалл!.. Почему здесь проявляется Регалия Ванаглории?! — Вэй в неверии уставился на сияющий камень в руках Аяхо.

Алый самоцвет вспыхнул так ярко, что на него невозможно было смотреть, и издал пронзительный вибрирующий гул. От этого резонанса задрожали стёкла вокруг, а по самому бронепоезду и пронзившим его клинкам прошла мощная дрожь.

— Он резонирует с Реликтовыми Регалиями КФА?! — Вэй стиснул зубы, осознав причину.

Кристалл, оставленный Яхиро, до этого момента дремал, ничем не отличаясь от обычного камня. Но теперь он пробуждался под влиянием других Реликтовых Регалий, активированных поблизости.

— Кто… ты? — прошептала Аяхо, чувствуя исходящее от кристалла мощное присутствие.

Ответа не последовало. Вместо этого в её тело влилось нечто обжигающе горячее.

— Д-дело плохо… — поморщился Вэй, прикрывая собой перепуганную Ринку.

Стены и пол вагона вокруг Аяхо начали деформироваться. "Роща Клинков" — так называлась эта Регалия. Горный дракон мог свободно манипулировать металлом, извлечённым из минералов, создавая клинки как для атаки, так и для защиты.

Однако Аяхо не могла контролировать эту силу. Напротив, её страх лишь заставлял её выходить из-под контроля. Ещё немного — и пострадали бы не только Вэй с Ринкой, но и все, кто находился в поезде.

— У-а-а-а-а! — закричала Аяхо, сжимая кристалл.

В тот же миг из неё хлынул поток чудовищной драконьей ауры.

— Чёрт! — Вэй выхватил пистолет.

Самый надёжный способ остановить буйство — устранить носителя, убить Аяхо. Но сможет ли обычная пуля ликвидировать девочку, находящуюся под защитой мощи Ванаглории?

Несмотря на колебания, Вэй навёл ствол ей в лоб. Но прежде чем он нажал на курок, чья-то рука перехватила его запястье.

— Назад.

— Огюст Натан…?! — нахмурился Вэй, глядя на мужчину.

Натан не обратил на него внимания и подошёл к мучившейся девочке. Кристалл, повинуясь инстинкту самосохранения, выпустил в него шквал клинков. Он небрежно отбросил их голой рукой.

Натан, не обращая на него внимания, шагнул к мучившейся девушке. Кристалл, повинуясь инстинкту самосохранения, выпустил в него шквал клинков. Огюст просто отмахнулся от них голой рукой. Раздался резкий скрежет ломающейся стали, обнажив беззащитную фигуру Аяхо

​— ..!

​Аяхо в ужасе подняла взгляд, и Натан спокойно ей улыбнулся. В следующее мгновение он одним точным движением лишил её чувств.

Ринка вскрикнула при виде этого жестокого поступка, и даже Вэй, который мгновением ранее собирался её пристрелить, невольно поморщился. Натан молча подошёл к обмякшему телу Аяхо.

— Кто бы мог подумать, что ты окажешься совместима с Реликтовой Регалией… — вздохнул он.

Алого кристалла в руках девочки больше не было. Вместо него на коже проступила татуировка: жуткий багровый узор, напоминающий следы драконьих когтей

8

Мияби Маисака сидела в кабине чёрного военного вертолёта. Рядом с ней находились Нина Химэкава и Хисаки Минато. Им удалось вырваться из лап Сумики Киётаки, медиума Ацедии, и её Лазаря — Дзена Сагары. Теперь же они держали курс на запад.

Как и подобало технике "Ганцхайта", за грубым экстерьером скрывался роскошный салон. Мягкие глубокие кресла и поразительная для винтокрылой машины звукоизоляция создавали почти домашний уют. В передней части кабины располагался большой дисплей, на котором в данный момент был выведен седовласый старик в сюртуке.

— Похоже, ты справилась с заданием, Нина.

Хриплый голос разнёсся из динамиков. Нина кивнула и дружелюбно помахала в объектив камеры над экраном.

— Ага-а-а… Мы доставили Маисаку в це-е-елости и со-о-охранности.

— Благодарю. Додзи Ямасэ погиб, не оставив Реликтовой Регалии. Мы не могли позволить себе потерять еще и медиума Иры.

​— Хи-хи, я зна-а-аю. И надеюсь на досто-о-ойное вознаграждение.

​— Мы постараемся оправдать твои ожидания.

Старик торжественно кивнул.

Пока Нина сохраняла привычную беззаботность, а Хисаки безмолвной тенью стоял рядом, седовласый мужчина пристально изучал их. Его серые глаза не выражали ровным счетом ничего

— Впрочем, ты бы все равно разыскала Мияби Маисаку, даже без нашей просьбы. Я ведь прав?

​— Возможно. Всё-таки она одна из нас. Но за вертолёт спасибо — выручили!

— …Понятно. Ты так же умна, как о тебе и говорят, Нина Химэкава.

— Не беспокойтесь. Моё желание не станет помехой вашим целям. Наве-е-ерное, — Нина улыбнулась.

Лицо старика по ту сторону экрана осталось бесстрастным.

— Будем на это надеяться, медиум Люксурии.

Он бросил короткий взгляд на Мияби и завершил сеанс связи. Дисплей погас, и в кабине снова воцарилась тишина.

— Это ведь был Альфред Салас из "Фонда Саласа"? Насколько я знаю, он председатель совета директоров CERG, — нарушила молчание Мияби.

Нина повернулась к ней и прищурилась.

— Да. Потомок "торговцев смертью" — людей, сколотивших состояние на продаже бомб в прошлых войнах.

— Похоже, ты не слишком жалуешь своего работодателя, — Мияби криво усмехнулась, услышав столь беспощадную характеристику.

CERG — Европейская организация по исследованию гравитонов — была покровителем Нины. Именно благодаря Альфреду Саласу она, будучи японкой, могла сейчас свободно находиться в стране. Взамен они нагружали её работой — вроде этой эвакуации.

— Но это не важно. Теперь я понимаю, почему вы меня спасли. Салас максимально близок к ядру "Ганцхайта".

— А ты много знаешь… Видимо, не зря ешь свой хлеб как журналистка, — глаза Нины расширились в притворном восхищении

Однако Мияби понимала: эта лесть — пустой звук. Структура "Ганцхайта" была строго засекречена, но, оказавшись внутри, разузнать подробности было не так уж трудно. Особенно обладая статусом медиума дракона.

— Нам точно стоило оставлять там Дзена Сагару и Сумику Киётаки? — спросила Мияби, оглядываясь.

После того как Нина нейтрализовала их газом, она даже не попыталась взять их с собой. Мияби казалось странным, что их просто бросили на крыше заброшенного здания.

— Мне не приказывали их захватывать, — бодро отозвалась Нина. — И, честно говоря, я бы с ними не справилась. Обездвижить — это одно, но убить — совсем другое дело. Эти Лазари чертовски живучие.

— Да… Я знаю, — Мияби усмехнулась и пожала плечами.

Дзен Сагара вернулся даже после того, как его сбросили в Плутонион, а Яхиро Нарусава снова стал человеком, будучи наполовину превращённым в дракона. Убить Лазаря под защитой медиума было непросто даже для другого медиума.

— Должна признать, я удивлена. Я считала тебя куда более высокомерной и эгоцентричной, Нина Химэкава, — вызывающе произнесла Мияби, поправляя волосы.

Хисаки тут же нахмурился — он терпеть не мог, когда Нину в чём-то упрекали или критиковали. Сама же девушка лишь беззаботно покачала головой.

— Ты не так уж ошибаешься. Я спасла тебя не ради Саласа. Видишь ли, я сделала это ради себя.

— В смысле? Салас намекал на то же самое… — Мияби невольно напряглась.

Нина улыбнулась, но взгляд её оставался холодным.

— Я хочу кое-что подтвердить. И не отпущу тебя, пока не услышу ответ.

— Как страшно. Не думаю, что смогу рассказать тебе что-то, чего ты ещё не знаешь.

— А вот и не-е-ет… Есть кое-что, что знаешь только ты — ведь ты самая старшая из известных нам медиумов дракона. Мне, кстати, двадцать два, — Нина победно вскинула пальцы в знаке "V" перед лицом Мияби.

Этот хвастливый жест только раззадорил её.

— …Ты уверена, что не нарываешься на драку?

​— Вовсе нет, что ты! — Нина обиженно надула губы.

Мияби вздохнула:

— Ладно, что ты хочешь знать?

— Дай-ка поду-у-умать… Как на-счё-ё-ёт того, чтобы рассказать, где ты была девять лет назад?

— …Девять лет назад? — Мияби растерянно моргнула.

— Именно. За пять лет до J-ноцида. Примерно в то время, когда Суи Нарусаве и Ирохе Мамане было по семь-восемь лет. Сомневаюсь, что они забыли абсолютно всё, но их воспоминания наверняка туманны, — Нина пристально посмотрела Мияби в глаза. — А вот мы с тобой всё помним отчётливо.

— Нина Химэкава… К чему ты клонишь?.. — Мияби почувствовала, как по спине пробежал холодок.

Девять лет назад Нине уже было тринадцать. А Мияби — семнадцать. Разумеется, она в красках помнила тот день. И то, каким был мир до него.

— Не возражаешь, если я попрошу тебя рассказать о прежнем мире, госпожа Мияби Маисака? — голос Нины стал предельно серьёзным.

В кабине повисла тяжелая тишина.

Угольно-чёрный вертолёт продолжал полёт на запад, пока сумерки окрашивали небо в кроваво-красный цвет.