Ложь и истинный облик

(Точка зрения Софии)

— ――――――!

Кто-то громко и настойчиво стучал в дверь моей комнаты.

Я слышала голос, но мое сознание было слишком затуманено, чтобы разобрать слова.

Что, черт возьми, происходит…?

Я попыталась приподняться, но мое тело было тяжелым, будто налитым свинцом, и я едва могла двигаться.

Я чувствовала полное изнеможение…

— Фрост-сан! Ты в порядке? Или просто спишь там!?

Наконец, туман в моей голове начал рассеиваться, и я узнала голос.

Это был Ширакава-кун.

— Зачем так шуметь…?

Пробормотала я себе под нос, но тут же меня осенило тревожное осознание.

— Подожди, который сейчас час――!?

Я резко схватила телефон и взглянула на экран. Кровь мгновенно отхлынула от лица.

До того момента, когда Ширакава-кун обычно уходит из дома, оставалось меньше десяти минут.

— Я-я прости…!

В панике я поспешно извинилась через дверь.

Я только что проснулась и не могла открыть ее.

Я не хотела, чтобы он увидел меня в таком растрепанном виде.

— Слава богу, ты просто спала…

Несмотря на то, что я проспала и нарушила обещание приготовить завтрак, в его голосе не было ни капли раздражения — лишь искреннее облегчение.

Возможно, он уже начал беспокоиться о худшем, подумав, что я вообще не проснулась.

Неудивительно, что он так настойчиво звал меня.

— Прости, я проспала…

— Ты так усердно училась, неудивительно, что устала. Ты точно в порядке?

Хотя он вполне мог бы разозлиться, он не только не упрекнул меня, но даже продолжал проявлять заботу.

От этой доброты у меня слегка заныло в груди.

— Я в порядке. Правда, просто проспала.

На самом деле мое тело все еще было слабым, но я не хотела заставлять его волноваться больше, чем он уже волновался. Поэтому я солгала.

К тому же, эта усталость — результат моей же плохой самоорганизации.

Я не могу оправдываться этим за свое опоздание.

— Понятно. Это хорошо. У тебя еще есть время перед выходом, так что не спеши.

У него была утренняя тренировка, поэтому он всегда уходил раньше большинства учеников.

Благодаря этому у меня еще оставалось достаточно времени.

— Больше всего мне жаль… Я не смогла приготовить завтрак…

— Все в порядке, правда. Я просто съел рис с фурикакэ. На самом деле, это мне стоит извиниться.

— Ты… сделал что-то?

— Ну, я подумал, что ты, может быть, плохо себя чувствуешь, поэтому поискал в интернете и попробовал приготовить кашу из оставшегося риса. Я не особо умею готовить, так что, возможно, она не слишком вкусная… Хотя я попробовал… Прости, если зря постарался.

В его голосе звучали нотки извинения, и это вызвало у меня сложные эмоции.

С одной стороны, мне было приятно, что он уделил время, чтобы приготовить для меня кашу, несмотря на свою занятость.

С другой — меня накрыла волна вины.

Я не сдержала слово, не выполнила обещание, и в итоге доставила ему неудобства.

— Почему ты извиняешься? Ты ведь сделал это для меня, да? Спасибо.

Я старалась говорить спокойно, но это все, что смогла выдавить.

И я была искренне рада, что между нами сейчас была дверь.

Если бы мы разговаривали лицом к лицу, я, наверное, просто не смогла бы сказать ни слова от чувства вины.

Ведь, возможно, он извиняется только потому, что я слишком часто придираюсь к нему по мелочам…

— Раз ты так говоришь, то мне легче. Ну, я пошел. Если что-то случится, дай мне знать. И не заставляй себя есть кашу, если она невкусная.

С этими словами он ушел, и я услышала тяжелые шаги, удаляющиеся по коридору.

Похоже, разговор со мной забрал у него последние свободные минуты перед выходом.

Я медленно опустилась на пол, привалившись спиной к двери, и закрыла лицо руками.

— Я такая дура… Просто невероятная дура…

Вспоминая все, что произошло с момента нашей встречи, я погружалась в самобичевание.

Если бы можно было вернуться в прошлое…

Вернуться в те дни летних каникул…

Но это уже невозможно.

Я снова и снова повторяла себе эту мысль.

Примерно через десять минут я наконец подняла голову.

— Я должна хоть как-то загладить свою вину…

Честно говоря, мне хотелось бы просто исчезнуть, но я понимала, что сожаления ничего не изменят.

Поэтому я решила взять себя в руки и исправить ситуацию.

К счастью, у меня еще оставалось время.

Если я быстро поставлю вариться рис, то успею вовремя, не опоздав в школу.

С этой мыслью я поспешила вниз, к кухне.

Поставив промытый рис в рисоварку, я уже собиралась заняться сборами, но мой взгляд упал на чашу с кашей, оставленную на столе.

Было бы обидно, если бы она остыла и пропала зря.

Я взяла ложку и осторожно зачерпнула немного.

— …Она вкусная.

Он сказал, что может быть невкусно, но рис был разварен идеально, а соли оказалось в самый раз.

Когда я добавила умэбоси, лежавшую рядом, легкая кислинка сделала вкус еще приятнее.

Он точно хорошенько все изучил и постарался приготовить так, чтобы мне понравилось.

— Теперь мне еще тяжелее на душе…

Представив, как он сидел, сосредоточенно вглядываясь в экран телефона, а затем старательно готовил кашу, я почувствовала, как в груди сжалось что-то теплое и щемящее.

◆

(Точка зрения Кэнто)

— Хаа… Сегодня было тяжко. Тренер в последнее время прям горит энтузиазмом.

После утренней тренировки, выйдя из клубного помещения, Сёта устало пробормотал.

— Через две недели префектурный турнир, так что от нас ждут многого.

На этой неделе завершались лиговые матчи, а на следующей вторые места каждой лиги должны были побороться за оставшиеся слоты.

А сразу после этого начинался префектурный турнир.

Неудивительно, что тренер так серьезно настроен.

— Но у нас ведь завтра игра, да? Разве он не слишком сильно нас загоняет…?

— Если тебе не нравится, просто уходи из команды.

Сзади нас с Сётой раздался спокойный и равнодушный голос Сюуто.

От этих слов у Сёты дернулся глаз.

— Опять за свое…! Ты вообще осознаешь, что потеря ключевого защитника сейчас — это катастрофа?!

Сёта был основным шортстопом нашей команды.

Если бы он ушел, место осталось бы вакантным.

— Кто-нибудь другой займет его позицию. В команде полно талантов.

Это одно из преимуществ сильной школы.

Тут не только проводят отбор игроков, но и сами перспективные спортсмены стремятся попасть в команду, мечтая о Косиэне. Так что на каждую позицию претендуют несколько человек, которые могли бы стать основными игроками в любой другой школе.

Если кто-то уходит, замена находится сразу.

— Если тебя не устраивают методы тренера, просто уходи.

Теперь стало ясно, что раздражало Хираги.

Несмотря на его спокойствие, он уважал тренера.

Вот почему он злился, услышав недовольство Сёты.

— Почему я вообще должен тебя слушать…?!

— Потому что это ты тут жалуешься—

— Так, хватит уже.

Прежде чем спор мог разгореться, я встал между ними.

Вот из-за таких моментов Куджоин-сан и говорит, что я вечно всех примиряю.

— Во-первых, Сёта просто пожаловался, потому что устал. Это не значит, что он считает методы тренера неправильными, верно?

— О-очевидно же.

Когда я посмотрел на него, он быстро закивал.

Было понятно, что он не говорил этого всерьез.

— Хотя, если честно, ныть по такому поводу — это слабость характера.

Даже после того, как мы прояснили недоразумение, Хираги не мог оставить ситуацию просто так и снова поддел Сёту.

— Все воспринимают вещи по-разному, понимаешь? К тому же, если совсем запретить жалобы, люди начнут копить стресс, и еще больше народу уйдет из команды.

Я понимал, что имел в виду Хираги, но его подход был слишком жестким. Одно дело — иметь ожидания от других, и совсем другое — навязывать их.

— Если хотят уйти, пусть уходят…

— Нет, это неправильно. То же самое касается и того, что ты сказал Сёте раньше. Хираги, тебе стоит больше ценить своих товарищей по команде.

— Что…?

Хираги нахмурился и недовольно посмотрел на меня.

— Для начала, я могу строить стратегию на подачах в землю, потому что на шортстопе стоит Сёта. Если бы там был кто-то другой, мне, возможно, пришлось бы больше полагаться на страйк-ауты. А это значит, что у тебя увеличилось бы количество подач, и к концу игры ты бы уставал сильнее. В результате ты бы проводил меньше матчей, разве не так?

Хираги мог быть нашим лучшим питчером, но именно я, как кетчер, определял, какую стратегию использовать в игре.

Хираги почти никогда не спорил с моими решениями, значит, у него не было с этим проблем.

И, возможно, именно поэтому он не задумывался о том, как адаптировать стратегию, а для меня это было очевидным.

Если, как говорит Хираги, игроки начнут покидать команду, общий уровень защиты неизбежно снизится.

В таком случае, сколько бы мы ни полагались на его подачу, далеко ли мы сможем зайти?

Честно говоря, вряд ли бы мы попали в Косиэн.

Накапливающееся утомление и повышенный риск травм только ухудшили бы ситуацию.

— Хех… Редко когда Кэнто так читает нотации.

Хираги усмехнулся, внимательно на меня глядя.

Выглядело так, будто он меня не слушает, но раз он не стал спорить — значит, понял.

— Если вижу что-то неправильное, конечно, скажу. В случае с Сётой он не просто защитник, но и первый номер в линейке отбивающих. Он самый быстрый игрок в команде. Мы не можем позволить себе терять такого важного игрока, верно?

Даже если у нас есть запасные, потеря игрока, который упорно боролся за свое место в основе, неизбежно ослабит команду.

Когда перед нами стоит цель занять первое место в префектуре, намеренно снижать нашу силу — откровенная глупость.

— Ха… Значит, даже такие, как он, незаменимы, да?

— Такие, как я?!

Сёта вспылил, услышав раздраженный вздох Хираги.

Эти двое…

— Это касается всех. Хираги, я уважаю твою целеустремленность, но навязывать ее другим — неправильно. И говорить кому-то уйти из команды тоже нельзя. У каждого свой ритм, кто-то развивается медленнее, но это не значит, что он не старается.

— …Да, я понял.

Хираги задумался, но спорить не стал и лишь кивнул.

Я ожидал, что он может сказать что-то вроде: «По своему ритму? Они правда стараются или просто живут в иллюзии усилий?» — но, видимо, решил сдержаться, зная, что у меня уже есть ответ на этот аргумент.

Раз он все понял, думаю, разговор можно считать закрытым.

— Ха… Я никогда не выиграю спор у Кэнто…

Сёта пробормотал это, наблюдая за нашим разговором.

— Да я вообще-то не особо умею спорить.

Ведь я всегда проигрываю Фрост-сан, когда доходит до словесных перепалок.

К тому же, я просто не люблю ссориться.

— Ну, я даже не могу представить, чтобы ты с кем-то ругался, Кэнто. Ты ведь, наверное, с любым найдешь общий язык. Бьюсь об заклад, дома у вас с Фрост-сан сплошная идиллия.

Сёта взглянул на меня с завистливым выражением лица.

Несмотря на все мои объяснения, он до сих пор не понял.

— Ахаха… Да перестань. Если кто-то услышит, дома меня точно отругают.

Похоже, это все из-за того слуха, о котором упоминала Фрост-сан.

Как только между нами начало сокращаться расстояние, если вдруг снова пойдут сплетни, что у нас «все идеально», то это сведет весь прогресс на нет.

Я ни за что не мог этого допустить.

— …Стой, говоря о ней… Это ведь Фрост-сан, да?

— А?

Я проследил за пальцем Сёты и увидел знакомую фигуру, выглядывающую из-за здания клуба.

Золотистые волосы, изящные черты лица.

Без сомнений, это была Фрост-сан.

— Что она там делает…?

У нее не было причин находиться рядом с бейсбольным полем.

То, как она молча наблюдала за нами, было... немного тревожным.

Я ведь не сделал ничего, что могло бы ее разозлить... верно?

Пока я размышлял над этим, Фрост-сан вышла из-за здания и медленно направилась в нашу сторону.

Очевидно, она поняла, что мы ее заметили.

— Эй-эй, она идет сюда…!

— И чего ты так радуешься? Очевидно же, что ей нужен Кэнто, а не ты.

Хираги вздохнул с явным раздражением, наблюдая за оживившимся Сётой. Тот недовольно надулся, и казалось, что эти двое снова вот-вот начнут препираться.

Но прежде чем они успели открыть рот, Фрост-сан подошла к нам, и оба мгновенно замолкли.

— Что-то случилось…?

Как и сказал Хираги, среди нас троих, скорее всего, ей был нужен именно я.

Поэтому я решил спросить напрямую.

— Можно я его на минутку заберу?

Проигнорировав мой вопрос, Фрост-сан обратилась к Сёте и Хираги своим обычным холодным тоном.

— Д-да, конечно! Делай с ним что хочешь — вари, жарь, запекай!

Сёта, явно в восторге от того, что с ним заговорили, с радостью «отдал» меня.

Этот парень… Говорит все, что в голову придет, как будто его это вообще не касается. А если меня правда сейчас «сварят» или «зажарят», что тогда?

— Это то, о чем нельзя поговорить прямо здесь?

В отличие от Сёты, Хираги, которому было абсолютно неинтересно общение с девушками, холодно посмотрел на нее.

На мгновение Фрост-сан будто дрогнула под его пронзительным взглядом. С учетом его роста — 182 см — неудивительно, что такая хрупкая девушка могла почувствовать давление.

Но она быстро взяла себя в руки и ответила ему таким же ледяным взглядом.

— Это семейное дело. Тебя это не касается, так ведь?

Как и ожидалось, ее характер был не из слабых.

Хираги, несмотря на свою привлекательность, обладал резким и отталкивающим стилем общения, из-за чего большинство девушек боялись с ним разговаривать. Одна лишь его мимолетная гримаса могла лишить их дара речи… Но Фрост-сан отвечала ему совершенно спокойно.

— И для этого тебе обязательно было приходить сюда, на поле?

Я понял, что он имел в виду.

Если это семейный вопрос, то почему бы не обсудить его дома?

Но…

— Не смотри на нее так. Она здесь по делу, которое касается меня, верно?

Я положил руку ему на плечо, чтобы он не давил на нее.

Какой бы ни была причина ее прихода, обращаться с ней так пренебрежительно было неправильно.

— Так вот она какая, твоя «младшая сестра», та самая «Одинокий Цветок»… Она ведь и правда назвала это семейным делом.

Несмотря на мой жест, Хираги не унимался.

Фрост-сан, поняв, что он имеет в виду, нахмурилась, услышав это прозвище.

— Так в чем же дело?

Я встал между ними, в какой-то степени заслоняя ее собой, на случай если ситуация выйдет из-под контроля.

— Ты защищаешь ее?

Конечно, все присутствующие прекрасно понимали, что я делаю, и Хираги тут же поддел меня.

— Она же моя семья.

Я улыбнулся и пожал плечами.

Я думал, что достаточно хорошо понимаю характер Хираги.

Он не тот человек, который будет просто так причинять кому-то вред.

Но если у него есть причина, он не станет колебаться.

И мне казалось, что Фрост-сан могла стать мишенью его жесткости.

Его прямолинейные слова могли ранить ее, даже если она не подаст вида.

Поэтому я решил взять весь удар на себя.

— …………

Хираги внимательно вгляделся в мои глаза, будто пытался разгадать мои мысли.

Мы знали друг друга всего год, но за это время проводили вместе немало времени. Более того, мы всегда были откровенны друг с другом.

Как я понимал его, так и он, вероятно, понимал меня.

— Хех, значит, ты не отталкиваешь ее, а защищаешь… Вот как.

Он пробормотал себе под нос, будто что-то для себя осознав.

Слов было почти не разобрать.

Затем он слегка наклонился ко мне и прошептал:

— С каких пор она стала для тебя такой важной?

— …!

Я застыл, не ожидая такого вопроса.

— О чем ты вообще?

— Притворяешься, да? Ну, ладно.

Хираги отстранился и посмотрел на Фрост-сан.

— Значит, слухи о девушке, которая доставляет Кэнто проблемы… оказались ложными, да?

На этот раз он обратился к ней напрямую.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь…

Фрост-сан слегка склонила голову в замешательстве.

— Хираги, не говори странных вещей.

Я быстро вмешался, чтобы прекратить этот разговор.

— Это не странно. Это важный вопрос.

Как я и предполагал, он хотел понять, что на самом деле происходит между мной и Фрост-сан.

— Не волнуйся, все не так, как ты думаешь, и я сдержу свое обещание.

Вероятно, он беспокоился о моем обещании не отвлекаться от бейсбола. Тот факт, что Фрост-сан пришла на поле, и что я встал на ее защиту, очевидно, его насторожил.

— Да, я рассчитываю, что ты сдержишь его. Хотя, похоже, я волновался напрасно.

Казалось, что разговор завершен.

Или…

— …Но если она хоть как-то встанет у нас на пути, я этого не прощу.

Хираги бросил последний взгляд на Фрост-сан — холодный, пронизывающий.

В ответ она инстинктивно сжала пальцами рукав моей рубашки.

К счастью, похоже, ни он, ни Сёта этого не заметили.

— Это совсем не тот способ, которым следовало бы говорить. К тому же, она здесь ни при чем. Не стоит делать о ней поспешных выводов.

Как и сказал Хираги, если я вдруг потеряю концентрацию из-за Фрост-сан, вина будет лежать на мне, а не на ней.

Конечно, существовала вероятность, что она действительно могла бы осложнить мне жизнь, но я сомневался, что она стала бы делать это намеренно.

К тому же, если говорить о моем моральном состоянии… за последние дни оно скорее улучшилось.

— …Кажется, впервые вижу тебя таким воодушевленным.

Хираги, бросив на меня проницательный взгляд, лишь пожал плечами.

— Да нет, я не злюсь или что-то такое…

— Правда?

Хираги недоверчиво склонил голову.

Похоже, выглядел я сердитее, чем думал.

— Ну, в любом случае, пока она не мешает, все нормально. Похоже, вы двое теперь хорошо ладите.

Махнув рукой, Хираги направился обратно к школьному зданию.

— Что за странный тип… Совершенно его не понимаю.

Фрост-сан нахмурилась, явно раздраженная его словами.

Ну, неудивительно, что она разозлилась после такого.

— Л-ладно! Я пойду в класс первым! Увидимся позже!

Сёта, который, похоже, пытался избежать напряженной атмосферы, быстро убежал следом за Хираги.

Обычно он так себя не вел, но, видимо, понял, что, учитывая настроение Фрост-сан, ему лучше ретироваться.

А меня оставили с ней наедине.

Живот начал неприятно сводить от волнения.

— Э-э… Прости за слова Хираги.

Решив, что лучше действовать первым, я сразу же извинился.

В таких ситуациях лучше брать инициативу в свои руки.

— Ты не должен извиняться за это… В конце концов, ты просто защищал меня… Спасибо…

Неожиданно этот подход сработал.

Я ожидал раздраженных комментариев, но вместо этого услышал искреннюю благодарность.

Может, этот метод не так уж плох.

— Хираги можно легко неправильно понять, но он не плохой человек, правда… Просто не суди его слишком строго.

— Не плохой? С таким-то отношением…?

Я пытался оправдать Хираги, но Фрост-сан посмотрела на меня с явным сомнением.

Ну да, неудивительно. С его манерой общения в это трудно поверить.

Но на самом деле он не плохой человек. Он просто одержим бейсболом и не терпит, когда кто-то встает у него на пути…

— Он ведь Куроганэ-кун, да? Даже не верится, что ты можешь уживаться с таким пугающим человеком…

Пугающим?

Я удивленно моргнул.

— Фрост-сан, ты что, считаешь парней страшными?

К тому же, откуда она знает его фамилию?

— Конечно… Все парни страшные.

Она сказала это с таким спокойствием, что я даже опешил.

Но она не выглядела человеком, который так думает…

Неужели именно поэтому она держится ото всех на расстоянии?

Но тогда почему она не сближается с девушками?..

В ней еще столько непонятного.

— Ладно, в любом случае… Я же пришла сюда не просто так. Можно мне кое о чем поговорить с тобой?

Напряженность в ее голосе немного спала, но теперь она начала заметно нервничать.

Школа вот-вот начнется, так что она должна поторопиться…

Но почему она так волнуется?

— А? Что случилось?

— Ну… Это не такая уж большая вещь, но…

Она говорила так, будто заранее оправдывалась, и вдруг опустила взгляд.

Я заметил, что помимо школьной сумки в ее руках было что-то еще.

Похоже на… пакет с обедом?

И он скорее напоминал мужской ланч-бокс, чем женский.

Постой…

Разве она обычно не ест в столовой, как и я…?

Я несколько раз видел, как она либо идет туда, либо уже обедает там.

Более того, я ни разу не замечал, чтобы она готовила бенто дома.

И тут—

— Э-это… в знак благодарности за утро…!

Она резко протянула мне пакет с обедом.

Глаза крепко зажмурены, лицо пылает…

Ей, похоже, стоило большого труда просто передать его.

Неужели она приготовила это специально для меня…?

— Спасибо…

Я заглянул внутрь пакета.

— Это… ты сама приготовила, да?

— Д-да… Раз уж я не смогла сделать завтрак, то хотя бы так извинюсь…

Какая же она все-таки серьезная.

Все иногда проспят, с кем не бывает.

Но она, несмотря на то, что проснулась поздно, все равно нашла время, чтобы приготовить мне это…

— Ты не должна была так стараться ради меня…

— Это пустяки. Я могу сделать что-то подобное в два счета.

— Понятно… Как и ожидалось от тебя. Спасибо, мне правда приятно.

— …!?

Как только я улыбнулся и поблагодарил ее, ее лицо, уже красное, стало еще ярче.

Затем она резко отвернулась.

— Это нечестно…! Улыбаться так… это просто слишком…!

Она пробормотала что-то себе под нос.

Я ее чем-то обидел?

Я уже ничего не понимаю…

Фрост-сан глубоко вздохнула (Суу… Хаа…).

Когда дыхание немного выровнялось, она снова посмотрела на меня.

Щеки по-прежнему раскраснелись, капельки пота выступили на лбу, но она попыталась придать лицу спокойное выражение.

— Кхм…!

Почему-то она нарочно прочистила горло.

— Р-раз уж я потратила силы на обед для нас обоих… может, мы могли бы, э… воспользоваться этим шансом и… укрепить наши семейные связи…

Дзынь-дзынь-дзынь-дзынь!

Дзынь-дзынь-дзынь-дзынь!

Как раз в этот момент прозвенел утренний звонок, перебив ее слова.

— Ах, нет, уже так поздно…! Нам срочно в класс!

Мы все еще находились на поле, так что, если не поторопимся, точно опоздаем.

Опоздать в первый урок — это было бы ужасно.

Да и Сёта с остальными наверняка начали бы строить дурацкие догадки…

— Фрост-сан, поторопись! Если мы задержимся, будет плохо!

Судя по тому, что у нее с собой школьная сумка, она пришла сюда прямиком, даже не заглянув в класс.

Если мы не поспешим, опоздаем оба.

— Угх… Я так старалась пригласить его пообедать, а теперь все испортилось…! Это все Куроганэ-кун виноват…!

Когда мы разошлись у дополнительного здания, я услышал, как Фрост-сан пробормотала что-то на английском.

Ее приглашение было настолько важным…?

Ну, если это было так важно, скорее всего, она напишет мне позже.

С этой мыслью я перестал забивать себе голову и поспешил в класс.

(Точка зрения Софии)

— …Что вам нужно?

В тот день, когда я передала Ширакава-куну домашний обед, мне вдруг пришло письмо с просьбой встретиться за школьным зданием. Отправителем была группа девочек из общеобразовательного потока.

С утра я чувствовала себя неважно, а после неприятного разговора на поле стало еще хуже, так что это приглашение было самым худшим, что могло случиться.

Если бы это был парень, велика вероятность, что это было бы признание. Но если вызывают девушки…

— О, так ты действительно пришла и не сбежала.

— Ха-ха, ну ты и правильная.

— Уф, какая скукотища. Давайте покончим с этим быстрее.

— Не говори так, нам же нужно хорошенько ей отплатить. А-тян, ты ведь все еще злишься, да?

Меня ждала группа из четырех девушек, типичных гяру.

В письме было указано только одно имя, но, похоже, с самого начала они планировали прийти вчетвером.

Я не узнала имя отправительницы, но прекрасно понимала, кто передо мной.

Те самые девушки, которые цеплялись ко мне при любой встрече.

Им явно не нравилось мое присутствие, поэтому они постоянно пытались меня задеть.

Только недавно они в очередной раз что-то на меня наговорили, и мне пришлось пожаловаться учителю.

— Да нет, я вовсе не злюсь…

— Эээ~? А ведь ты так расстраивалась из-за того, что Кэнто-кун оказался занят!

— Не преувеличивай… Это совсем не так.

Девушка с унылым выражением лица тихо вздохнула, уставившись в экран телефона.

Она всегда казалась отстраненной и скучающей.

Но, несмотря на то, что по духу она не очень-то сочеталась с остальными, почему-то продолжала с ними водиться.

Хотя сейчас было важнее другое.

Кэнто-кун?

Неужели она его фанатка?

Оказывается, у Ширакава-куна есть поклонницы в этой школе.

После его успехов летом, да и просто из-за его доброго и внимательного характера, он привлек к себе немало внимания.

Говорят, что число его фанаток постепенно растет, и мне даже несколько раз попадались письма с недовольством по поводу того, что мы живем вместе.

Наверное, она — одна из них.

— Честно говоря, не понимаю, что в нем такого. Куроганэ-сама куда красивее! И потом, он же главный питчер команды.

— Вот именно!

— Согласна.

Розововолосая девчонка с кукольной внешностью высказала свое мнение, и остальные согласно кивнули.

Кроме той самой унылой.

Куроганэ-сама…

Я впервые слышу, чтобы кто-то в реальной жизни называл одноклассника «сама».

Я прекрасно понимала, что речь идет о Куроганэ-куне, но после утреннего разговора я вообще не видела в нем ничего особенного.

Этот человек просто пугающий.

Ширакава-кун куда лучше… Хотя… ладно.

— Раз уж вы меня позвали, может, прекратите обсуждать свои дела и объясните, зачем я здесь?

Я действительно спешила, но все же пришла, чтобы узнать, чего они хотят.

Так что хотелось бы покончить с этим побыстрее.

— Не будь такой холодной. Мы просто хотели с тобой помириться.

Лидер группы, ухмыляясь, сказала что-то, во что сама не верила.

Очевидная ложь.

Тем более, одна из них пару минут назад говорила про «отомстить ей».

— Вы способны что-то сделать только, когда вас четверо?

Я изобразила свою привычную насмешливую улыбку.

Если бы они решились на насилие, их могли бы и исключить.

Так что даже если они и хотели мне отомстить, у них не было особых вариантов.

— Черт, ну и раздражающая ты.

— Вечно корчишь из себя недотрогу, будто бы выше всех.

— Ты правда отвратительная.

Трое из них медленно начали приближаться.

Я, в свою очередь, также медленно сделала шаг назад.

— Что, испугалась?

— Нет. Просто не знаю, что вам взбредет в голову, поэтому лучше держаться на расстоянии. Вы же не особо умные.

— Ох, каждый раз, как открываешь рот, хочется тебе заткнуться. Не переживай, мы не собираемся применять силу.

— Да, точно. Нам просто нужно, чтобы ты извинилась. На коленях, перед нами.

Что?..

Похоже, они просто хотели унизить меня.

Но зачем мне это слушать?

— Кстати, ты ведь известна как умница, а вот сейчас поступила довольно глупо, раз пришла сюда одна.

— Да нет, Ри-тян, просто у нее друзей нет. Одинокий цветок, хах~

— О, точно-точно. С таким-то характером, неудивительно!

— …………

Они не знали обо мне ничего, но говорили, что хотели.

Вот почему я терпеть не могла таких поверхностных людей.

— Что это за взгляд? Ты и правда думаешь, что стоишь выше нас?

Лидер группы, до этого улыбавшаяся, вдруг сменила выражение лица на угрожающее.

А вот и ее настоящее лицо.

— Эй, только руками ее не трогайте. А то потом проблемы будут.

— Да знаем мы, не переживай, А-тян. Мы же не дуры.

Сказав это, они обменялись взглядами с той самой А-тян и потянулись к моей одежде.

— Не…!

Я машинально отшлепнула руку, которая тянулась ко мне.

Что они собирались сделать…?!

— Ай! Черт, посмотри, как покраснело…

— Ого, и правда! Может, сказать об этом учителю?

— Хе-хе, тогда Фрост-сан… ой, простите, теперь уже Ширакава-сан могут отстранить от занятий за нападение.

Черт…

Я прямо влетела в их ловушку…!

Но уже поздно.

Теперь, когда я сама применила силу, я оказалась в невыгодном положении.

— Это потому, что ты первая полезла ко мне…!

— А у тебя есть доказательства?

Лидерша склонила голову с притворно невинным выражением.

Настолько наигранным, что даже противно.

— Доказательства…? Ну, у тебя ведь тоже нет доказательств, что я тебя ударила!

— Ой-ой, а как же… ДНЕ-тест, да?

— Хаа… Это называется ДНК-тест.

— А, точно! А-тян, ты такая умная~ Если сделать ДНК-анализ, можно будет доказать, что это сделала Фрост-сан, верно? И—

Лидерша перевела взгляд на ту самую унылую девушку.

— Если мы отредактируем видео и оставим только момент, где Ширакава-сан ударяет нас, все подумают, что виновата она.

— …!

Меня подставили…

С самого начала эта девушка копалась в телефоне, и я не обратила на это внимания, но оказывается, она записывала видео.

— Что будешь делать? Не хочешь быть отстраненной от занятий, да? Тогда просто извинись на коленях. Может, мы тебя и простим…

— Не смешите! Кто в здравом уме сделает это?! Даже если вы отредактируете видео, даже если я не смогу отрицать, что ударила тебя, в конце концов, первой к моей одежде потянулась именно ты! Учитывая мое поведение в школе, учителя скорее поверят мне! И, кстати, принуждение к поклону — это уже преступление!

Я отчаянно выдавала аргумент за аргументом.

Если уступить этим людям хоть раз, они в будущем просто разотрут меня в порошок.

Я не могла этого допустить.

— …А-тян, не сработало.

Лидерша бросила холодный взгляд на унылую девушку.

— Я же говорила, что с кем-то вроде нее, кто продумывает каждый шаг, так просто не выйдет. И вообще, это же ты на этом настояла…

— Ой, да какая разница. Я подумала, вдруг сработает, раз она такая самоуверенная и всегда действует в одиночку. Ладно, ты говоришь о преступлении, но…

— Она ведь ничего не записывала, так что если просто прикинемся дурочками, все будет в порядке.

— А, ну да.

Теперь я видела ситуацию еще яснее.

Даже если они все время вместе, это не значит, что они доверяют друг другу.

Их объединяет не дружба, а скорее общие интересы или выгода.

Если бы я смогла сбежать, пока они отвлеклись…

— Уф, уже раздражает.

Лидерша подошла к старому ржавому водопроводному крану.

Что она задумала?

Я настороженно наблюдала за ней, пока она не схватила присоединенный к крану шланг и с силой повернула вентиль.

— Э… А-а-а!

На меня хлынула мощная струя воды.

— Р-Рии-тян, это уже слишком!

— Мы ведь просто хотели заставить ее извиниться, и все!

Похоже, этого в их плане не было, потому что остальные девчонки выглядели ошарашенными.

Я недооценила эту девушку.

— Уф… теперь это уже чересчур… Учителя все равно об этом узнают…

— Если мы скажем, что просто баловались с водой из-за жары, то максимум нам сделают замечание. Ладно, давайте снимем, как хорошо просвечивает ее нижнее белье~

С усмешкой сказала лидерша, и я тут же схватилась за грудь, пытаясь прикрыться.

Мокрая одежда прилипла к телу, а лифчик отчетливо просвечивал через тонкую ткань.

— Эй, эй, вы тоже должны нам помочь.

— Эй, Рии-тян!?

— Чего?! Мы тоже?!

Лидерша хладнокровно облила водой не только меня, но и двух других девочек. Затем, без малейшего колебания, окатила водой саму себя.

Она… не в своем уме.

— Сумасшедшая…

Тихо пробормотала унылая девушка.

Но остальные не обращали на нее внимания, слишком увлекшись своим «развлечением».

Я должна вырваться отсюда…

— Эй, куда это ты собралась? Мы еще не закончили.

Когда я попыталась убежать, кто-то схватил меня за руку.

— Отпусти…!

— Какой смысл обливать тебя, если мы не сделаем нормальный снимок? Дай-ка я сфотографирую.

— Нет…! Кто-нибудь, помогите…!

Не раздумывая, я закричала.

— Хех, наконец-то испугалась? После всех твоих колких слов… Теперь самое интересное—

— Интересное, говоришь?

— Конечно, теперь я покажу ей, что значит— Э…?

Она замерла.

Этот голос не принадлежал никому из присутствующих.

Он исходил откуда-то сбоку.

— Похоже, у вас тут целое представление.

Из-за угла появился человек, нахмурив брови в замешательстве.

Ширакава-кун.

— Ш-Ширакава-кун…!

Увидев его, я даже не успела осознать ситуацию — имя само сорвалось с моих губ.

В безвыходной ситуации появился неожиданный луч надежды.

— Почему Кэнто-кун здесь…?

Унылая девушка, побледнев, уставилась на него.

Ширакава-кун подошел к ней и спокойно произнес:

— Если я не ошибаюсь, ты Риндо Арисэ? Не могла бы ты удалить видео?

— Д-да…

Риндо-сан быстро начала набирать что-то на телефоне.

Он знал ее имя… значит, они общались раньше?

— Ты что себе позволяешь?!

Лидерша, осознав, что их план провалился, пришла в ярость.

Но было уже поздно.

— Я все удалила…

Слабым голосом пробормотала Риндо-сан.

— А ведь ты когда-то приходила поддерживать нашу команду… Какая жалость.

Ширакава-кун равнодушно кивнул, но слов благодарности не сказал.

Его холодный взгляд заставил Риндо-сан рухнуть на землю.

Похоже, она сразу поняла, что он хотел сказать этим молчаливым осуждением.

— Эм, м-мы не думали, что все зайдет так далеко…

— Да… Это все Рии-тян, она нас втянула…

— Чего-о?!

Поняв, что с приходом Ширакава-куна ситуация изменилась, девочки тут же начали отрекаться от своей лидерши.

Ведь именно она зашла слишком далеко…

— Я все видел. Да, именно Рии-чан облила ее водой, но до этого вы все вместе ее травили.

Говорил он серьезно или просто блефовал, я не знала.

Но в его словах не было ни доли сомнения.

— Я… ничего не делала…

Риндо-сан, все еще сидя на земле, тихо пробормотала.

Поскольку она была фанаткой Ширакава-куна, быть отвергнутой им, наверное, было для нее болезненно.

Я могла понять, почему она хотела объясниться.

Но…

— Оставаясь с ними и ничего не предпринимая, ты становишься такой же виновной. Более того, ты делилась с ними своими знаниями, снимала видео и участвовала в их махинациях. Какой бы ни была причина, это не то, что можно простить.

— …Угх…

При спокойных, но твердых словах Ширакава-куна в глазах Риндо-сан выступили слезы.

Похоже, он понимал, что у этой группы есть своя динамика, и что, скорее всего, все это было связано с положением в классе или чем-то подобным.

Но быть соучастницей — это не то, что можно оправдать.

…На мгновение мне стало ее немного жаль…

— Ты что, строишь из себя героя? Думаешь, можешь командовать тут? Что ты вообще сделаешь без доказательств? Может, не стоило удалять то видео?

Лидерша не собиралась сдаваться. Она зло прищурилась, глядя на Ширакава-куна.

— Раз ты не особо умная, позволь мне тебя просветить. Свидетельские показания тоже считаются доказательством, знаешь?

Ширакава-кун перевел взгляд на меня.

Я кивнула и заговорила.

— Да… Свидетельские показания обычно принимаются в качестве доказательства.

— Так что не думай, что можешь так просто выкрутиться. Надеялась, что отделаетесь мокрой одеждой и все забудется?

Я никогда раньше не видела его таким злым.

Но при этом его присутствие казалось надежным и… успокаивающим.

Страх, который я испытывала ранее, полностью исчез.

— Тьфу, ну и мерзкий ты.

Она резко развернулась, явно собираясь уйти.

Две другие девушки двинулись следом за ней, но—

— Стойте.

Ширакава-кун преградил им путь.

— Что, еще что-то? Если хочешь пойти настучать учителям, вперед.

Она пыталась держаться вызывающе.

— Ты вообще не раскаиваешься, да? Тогда скажу прямо. Эта девушка для меня дорога. Она моя семья. И если ты еще хоть раз к ней прикоснешься, последствий не миновать.

— …!?

Я застыла от шока.

Я… дорога ему?!

Как он может говорить такое в подобный момент?!

— Фу, мерзость какая…

— Эй, Рии-тян, подожди!

— Не бросай меня одну!

— Заткнитесь! Вы же сами меня сдали!

Девчонки продолжили ругаться между собой, удаляясь.

…Подождите, ведь одна из них еще здесь.

Ширакава-кун шагнул к оставшейся девушке.

…И он даже не посмотрел на меня.

— Ты жалеешь о содеянном?

— Конечно…

— Но сожаление не сотрет того, что ты сделала.

Его голос был необычно холодным.

Я всегда думала, что он не способен быть жестоким.

— Но ведь всегда можно начать с чистого листа?

Нет, значит, я все-таки была права.

Его лицо оставалось бесстрастным, но он протянул ей руку — словами.

— Как мне это сделать?

— Разбирайся сама. Это не то, чему можно научить.

Сказав это, он на мгновение взглянул на меня.

Разве он уже не дал ей ответ?

— …Поняла.

Она, кажется, осознала смысл его слов.

После этого медленно подошла ко мне.

— Прости… Я использовала тебя ради собственной выгоды…

Я не знала, что она собирается делать дальше, но первым шагом она должна была извиниться за все, что она сотворила.

Ширакава-кун смотрел на меня так, будто ждал, что я решу, как поступить.

— Я понимаю, что значит бояться и пытаться избежать чего-то, чтобы не стать жертвой самой… Но я не могу тебя простить.

Те, кто причиняют боль, думают, что извинение все исправит.

Но простого извинения недостаточно, чтобы загладить ущерб.

— …Да. Я не надеялась на прощение.

Похоже, она действительно все осознала.

— Хорошо. Не знаю, что ты будешь делать дальше, но тебе придется доказать свою искренность.

Прощение не дается просто так.

Я смогу решить, стоит ли прощать ее, только по ее будущим поступкам.

Так и должно быть… Верно?

Когда я снова взглянула на Ширакава-куна, он выглядел пораженным.

Что это за выражение лица?..

Неужели он думал, что я закричу на нее и категорически откажусь прощать?!

Да, точно, он именно так и думал!

Этот его взгляд… Он явно ожидал чего-то другого!

Какое неуважение…

Но он помог мне, поэтому я сдержалась.

И в этот момент—

— Спасибо…

Риндо-сан неожиданно поблагодарила меня.

Честно говоря, мне было неловко.

Мне не за что было благодарить.

Потом она вежливо склонила голову и ушла.

Я хочу верить, что это было искренне.

— Ты в порядке?

Оставшись наедине, он наконец-то заговорил со мной.

Этот парень нарочно игнорировал меня, да?..

— Да, все нормально…

Я тихо кивнула, все еще немного раздраженная тем, что он не обратил на меня внимания раньше.

Физическая усталость накапливалась, но я не хотела его волновать.

…Кстати, а как он вообще здесь оказался?

— Эм…

— Ты простудишься, если не переоденешься. Но так по коридорам не пройти… Подожди минуту.

Я собиралась спросить, но он вдруг отошел в сторону.

Поднял телефон, валявшийся на земле, и начал что-то с ним делать.

…Почему в этом месте оказался телефон?

— Алло, это Куджоин-сан? На самом деле…

Ширакава-кун набрал чей-то номер и начал говорить.

Наверное, объяснял ситуацию, но с кем именно он разговаривал?

— Они скоро будут здесь, так что просто подожди немного. А пока вот, держи.

— Это…?

Он отправил мне файл через мессенджер.

Оказалось, что это видео, записанное с самого начала случившегося.

Ширакава-кун записывал все это время?!

— Мне это показалось подозрительным. Я уже видел, как эти девчонки пристают к тебе, так что решил подстраховаться.

У него было железное доказательство, но он ни разу даже не намекнул об этом, пока разговаривал с ними.

Вот уж действительно кетчер… Опасный противник.

— С этим видео ты сможешь объяснить учителям, почему промокла, и добиться наказания для них. Какое бы наказание они ни получили, это будет полностью на их совести.

Как бы ни сложилось дальше, сожалеть об их судьбе было неуместно.

— Простите, что заставила ждать… Ого, ты вся насквозь мокрая.

Через некоторое время к нам подошла красивая девушка с черными волосами.

Я узнала ее по телевизору — это была менеджер бейсбольной команды.

Если не ошибаюсь, ее звали Куджоин-сэмпай.

В руках у нее было несколько полотенец и спортивная куртка.

— Прости, что оторвал тебя во время обеденного перерыва.

— Да все нормально. Я как раз только закончила есть. Да и потом, мне приятно, что ты на меня рассчитываешь.

Куджоин-сэмпай тепло улыбнулась.

Я слышала о ней разные слухи, но, увидев ее вживую, поняла, что она и правда очень добрый человек.

…Они, похоже, действительно близки…

— Спасибо. Если бы я сам пошел с ней, могли бы возникнуть ненужные слухи, так что я подумал, что лучше доверить это тебе, ведь учителя тебе доверяют.

— Да, и в таких ситуациях девушке легче разобраться с другой девушкой. Я поговорю с преподавателями и достану тебе запасную форму, так что не переживай.

Сказав это Ширакава-куну, она повернулась ко мне.

— Мы впервые говорим, да? Я Куджоин Надешико, второй курс, общеобразовательное направление. Прости за то, что сделали мои кохаи.

Она глубоко поклонилась.

— Почему вы извиняетесь, сэмпай…?

Я не понимала, зачем ей это делать, поэтому спросила напрямую.

— Ну, раз они из моего потока, как сэмпай, я должна извиниться. И потом, я не хочу, чтобы обо всех из общеобразовательного направления судили по поступкам этих девушек.

В этом был смысл.

Люди часто судят о других по группам, к которым они принадлежат.

Если кто-то совершает ошибку, тень падает на всю его окружение.

Вот почему школа строго следит за поведением учеников, стараясь не допустить появления плохой репутации.

— Давай я помогу с волосами.

Куджоин-сэмпай накинула мне полотенце на голову и начала аккуратно вытирать волосы.

— Я могу сама…

— Все в порядке, все в порядке. Все чистое, так что не переживай. Я помогу тебе вытереться, когда ты переоденешься.

Куджоин-сэмпай действительно выглядела заботливой.

Хотя между нами не было никакой связи, и я известна своей холодностью, она все равно помогала мне.

— Это мой запасной спортивный костюм. Пока можешь надеть его.

Закончив вытирать мне волосы, она накинула куртку от костюма мне на плечи.

— Но моя одежда вся мокрая…

— Да, в идеале сначала надо снять ее, но ты, наверное, боишься, что кто-то увидит, да?

Поскольку рядом был только Ширакава-кун, он мог просто отвернуться… Но нельзя было исключать, что кто-то еще мог наблюдать за нами со стороны.

Быть в одном нижнем белье на улице — это и неловко, и неприятно.

— Одежда у тебя просвечивает, так что я прикрою тебя вот так, чтобы никто ничего не увидел.

Куджоин-сэмпай действительно обращала внимание на такие детали.

Наверное, работа менеджером научила ее быть такой внимательной.

— Ладно, я отведу ее переодеться. А ты, Кэнто-кун?

После того как она помогла мне надеть куртку, она повернулась к Ширакава-куну.

Она зовет его Кэнто-кун… по имени.

— Если я пойду с вами, это сведет на нет смысл того, что ты здесь. Так что я вернусь немного позже. К тому же я уже передал видео Фрост-сан.

— Поняла. Думаю, учителя потом подойдут к тебе за объяснениями, так что будь готов.

— Конечно. Позаботься о ней.

Мы оставили Ширакава-куна позади и направились к зданию школы.

По дороге…

— Фрост-сан… Хм, наверное, сейчас правильнее называть тебя Ширакава-сан?

Куджоин-сэмпай заговорила, когда мы пошли по коридору.

— Как угодно…

— Тогда буду звать тебя Ширакава-сан. Вы с Кэнто-куном близки?

Судя по всему, она пыталась завести разговор, чтобы избежать неловкой тишины.

Или же ей действительно было интересно, какие у нас отношения…

— Нет, скорее, мы на плохих условиях…

Я честно ответила.

Не было смысла лгать.

— Ну… слухи часто преувеличены, так что я не всему верю. Но мне кажется, что вы не так уж и плохо ладите.

Не знаю, какие именно слухи слышала Куджоин-сэмпай, но, похоже, она не особо поверила в мои слова.

— Почему вы так думаете?

— Женская интуиция, наверное. Это просто видно по вашему общению.

Она на секунду замялась.

— К тому же, я никогда не видела, чтобы он так злился.

Это было правдой.

Ширакава-кун ни разу не повышал голос. С момента прихода Куджоин-сэмпай он вел себя спокойно, но для нее все равно что-то выглядело необычно.

— Видишь ли, он очень не любит конфликты. Ему нужно поддерживать сплоченность в команде, так что он терпеть не может, когда отношения портятся. Ему проще улыбнуться и замять ситуацию, чем обострять ее. Он всегда старается не оставлять проблем нерешенными. И раз он так разозлился… значит, ты действительно важна для него.

Я затаила дыхание.

Мы часто ссорились, и я постоянно на него огрызалась.

Но ведь это я сама выводила его на эмоции…

И, что важнее всего, он действительно сказал, что я для него важна.

Если даже человек, наблюдающий за ним со стороны, говорит то же самое… значит, это правда.

Что мне делать? У меня сердце начало биться быстрее…

— Честно говоря, я беспокоилась, но теперь вижу, что ты больше не испытываешь к нему неприязни. Это радует.

— Неприязнь…? Ну, он ведь мне помог, так что…

Я сказала это, но тут же осознала.

Я ведь даже не поблагодарила его…

— Э-эм, можно я вернусь на минутку?!

— А? Ты что-то забыла?

— Я… Я не поблагодарила его…

— Ах…

Услышав это, Куджоин-сэмпай выглядела удивленной.

А затем… добродушно улыбнулась.

— Да, тебе обязательно нужно сказать ему это. Пойдем обратно.

Я встречала многих людей, но с ней мне было комфортнее, чем с кем-либо еще.

Говорят, она самая популярная девушка в школе, но, думаю, дело не только во внешности.

Понять, почему ее так любят, было совсем не сложно.

Наверное, даже он…

— …А? Его здесь нет.

Когда мы вернулись за школьное здание, Ширакава-куна уже не было.

Куда он подевался…?

— Он там.

Куджоин-сэмпай, похоже, знала, куда он ушел. Она улыбнулась и указала на угол здания.

Теперь, когда я подумала об этом, именно оттуда он появился раньше…

Я направилась в ту сторону.

— Шух! Шух!

Что это за звук рассекаемого воздуха…?

Чем ближе я подходила, тем отчетливее он становился.

Заглянув за угол, я увидела—

— Ха…!

Ширакава-кун в школьной форме… отрабатывал удары битой.

— Он всегда тренируется здесь во время обеденного перерыва. Обычно сначала идет в столовую, но, раз у него сегодня бенто, он пришел сразу после уроков.

Куджоин-сэмпай указала на обед, который я ему отдала. Он лежал в углу, нераспечатанный.

Он еще не ел…?

— Почему он делает это в одиночку…?

— Он прячется. Не хочет, чтобы кто-то видел, как он тренируется.

— Почему…?

Я непонимающе посмотрела на Куджоин-сэмпай.

— С ним что-то случилось в прошлом. Он делает это не ради похвалы, а для собственного роста, так что не хочет создавать лишних конфликтов.

Значит, у него были проблемы с одноклубниками из-за тренировок?

Сложно представить…

— Но тогда… разве стоило меня приводить сюда?

Она же знала, что он не хочет, чтобы его видели, но не остановила меня.

Наоборот, сама сказала, где он.

— Кэнто-кун, наверное, будет сердиться на меня за это. Но я думаю, что кто-то должен знать, сколько он вкладывает в свою работу. Люди часто его неправильно понимают. Думают, что он добивается результатов только благодаря таланту. Хотя отчасти он сам поддерживает этот образ.

У меня сжалось сердце.

Я знала, что она не говорит этого обо мне, но… я ведь тоже судила его по внешности.

— Вы часто так за ним наблюдаете, сэмпай?

— Ахаха… Если скажу, да, это может вызвать недоразумение. Но да, если у меня нет других дел, я иногда подглядываю за его тренировками. Он ведь такой… крутой, правда?

…Что она имела в виду?

Мне было любопытно, но спрашивать всё же было страшновато.

— Ты не собираешься с ним поговорить? — спросила Надешико.

— Подожди немного, пожалуйста… — ответила я.

Я наблюдала, как он размахивается битой.

Его стойка была широкой: задняя рука поднята высоко, а бита наклонена в сторону подающего, словно он сам готовился сделать бросок.

Ноги твёрдо стояли на земле. Когда он поворачивал корпус, передняя нога резко выпрямлялась, а задняя на мгновение отрывалась от земли.

Но при этом его голова почти не двигалась.

Я заметила это, когда пересматривала запись снова и снова.

Эта техника… она точь-в-точь как у моего отца.

— …Прости, но если ты останешься в мокрой одежде слишком долго, простудишься, — обеспокоенно заметила Надешико.

— Э-э… — я растерялась.

— Эй, Кэнто-кун, можно тебя на минутку? — обратилась она к Ширакаве-куну.

Пока я пребывала в замешательстве, Куджоин-сэмпай позвала его.

— …Серьёзно?

Он явно был погружён в процесс и не заметил нас, пока к нему не обратились. Быстро отвернулся, скрывая смущение.

Как и сказала Куджоин-сэмпай, ему, похоже, не хотелось, чтобы кто-то видел, как он тренируется.

— Что-то забыла? — спросил он.

— Если говорить о забытом, то скорее что-то в этом духе. Ширакава-сан, послушай, — с этими словами она мягко подтолкнула меня в спину.

Я подошла ближе и заглянула ему в глаза.

— Эм… Я забыла поблагодарить тебя… Спасибо, что помог мне…

— Эх, вот и всё? Ради этого не стоило так стараться, — он смущённо почесал щёку и отвёл взгляд.

— Выражать благодарность — это важно. Ну что, Ширакава-сан, идём в учительскую? — спросила Надешико.

Похоже, она считала, что раз я уже поблагодарила его, то дело можно считать завершённым.

К тому же ей, наверное, хотелось поскорее уйти, чтобы я не заболела из-за мокрой одежды.

Но…

— Ах, эм… — нерешительно пробормотала я.

— Что-то ещё? — заметив моё замешательство, Ширакава-кун сам задал вопрос.

— Ты ещё не пообедал…?

— А… Прости, я собирался поесть позже. Ты хочешь услышать моё мнение о бэнто? — спросил он, слегка удивлённо.

Он, похоже, подумал, что я пришла за отзывом.

— Нет, не в этом дело… Я тоже ещё не ела… Когда найду учителя и переоденусь, можно я вернусь сюда?

Я изначально собиралась прийти к нему во время обеда. Хотела хотя бы немного загладить свою вину за то, что произошло.

— …

И Ширакава-кун, и Куджоин-сэмпай замерли, словно поражённые неожиданностью.

— Н-не пойми неправильно! Я просто давно сама готовила, и мне интересно, как получилось! — поспешно оправдалась я.

Это было не совсем то, что я хотела сказать, но слова сами сорвались с губ.

— Понимаю… Но у тебя хватит времени? — он посмотрел на телефон с сомнением.

Ведь обед почти закончился. Если я сначала отправлюсь в учительскую и переоденусь, времени на еду может почти не остаться.

— …Если будет слишком мало времени, я могу написать ему вместо тебя. Как тебе такая идея? — предложила Куджоин-сэмпай.

Я думала, что должна сообщить сама, но поняла, что она беспокоилась: вдруг учителя задержат меня надолго.

Если бы так случилось, я бы не успела связаться с ним. В этом случае действительно было бы быстрее, если бы она сделала это за меня.

— Ты права… Прости, не могла бы ты?

Она слабо улыбнулась, но в её выражении было что-то печальное.

— Конечно. Я бы тоже хотела присоединиться… но, к сожалению, уже пообедала, так что не смогу составить вам компанию.

Похоже, она всё-таки хотела бы поесть вместе с нами.

— …

— Ладно, Ширакава-сан, если так, то нам надо поторопиться, иначе не успеем!

Пока я размышляла, Куджоин-сэмпай схватила меня за руку.

— Ну тогда, Кэнто-кун, свяжусь с тобой позже.

— Да, прости за беспокойство.

— Всё в порядке, ради своей милой кохай я на многое готова.

С этими словами она улыбнулась и увела меня.

После этого я объяснила ситуацию учителям, и благодаря поддержке Куджоин-сэмпай мне сразу поверили. Она так умело всё разъяснила, что решили обсудить детали после уроков, а мне разрешили взять запасную форму.

После нескольких слов благодарности я переоделась и отправилась к Ширакаве-куну. Мы вместе пообедали.

Кстати, небольшое отступление: после проверки видео выяснилось, что действия девушек были преднамеренными. Главную зачинщицу исключили, а остальных троих отстранили на месяц. Её поступок посчитали слишком опасным, так что оставить её в школе было невозможно.

Они сами во всём виноваты, так что, думаю, это справедливо.

Однако, что касается Ширакавы-куна…

— Нет гарантии, что подобное не повторится, так что если что-то случится, сразу зови меня. В конце концов, я всё-таки твой брат… Хорошо? Надеюсь, тебе удастся наладить отношения с окружающими.

Во время обеда он посмотрел на меня с лёгкой улыбкой и мягко предостерёг.

(Точка зрения Кэнто)

— Куджоин-сан.

После клуба я подошёл к ней, когда она мыла кувшин для воды.

Из-за этого не только Куджоин-сан, но и другие менеджеры сразу обратили на меня внимание, что заставило меня немного неловко поёжиться.

— О, Кэнто-кун, хорошая работа. Что-то случилось?

— Спасибо за помощь во время обеда. Эм… Когда вы остались наедине, она не сказала ничего грубого?

Я был почти уверен, что всё прошло нормально, но решил уточнить.

Судя по её обычному поведению, она могла случайно обронить что-то обидное, даже если человек просто хотел помочь ей от чистого сердца.

— Хех, не знаю, о чём ты волнуешься, но она оказалась очень милой. Слухи — это всего лишь слухи.

Куджоин-сан точно поняла, что я имел в виду.

Я облегчённо вздохнул.

Однако—

— Подожди… Ты имеешь в виду Фрост-сан?!

Остальные менеджеры уставились на меня с выражением крайнего удивления.

Хотя я даже не называл имени, они сразу догадались.

— Ну да?

Куджоин-сан наклонила голову, недоумевая.

— Хорошая девочка…? Я с ней разговаривал, и она ответила мне так холодно… — пробормотал один из студентов.

— Да, будто даже не хотела, чтобы с ней говорили! Жутко… — добавил другой.

— Точно. Настоящая снежная королева… — подхватила ещё одна студентка.

Похоже, не только Сёта, но и другие пытались завести с ней разговор, но потерпели полное фиаско.

Ну, все здесь такие общительные…

— Вот как? Ну, в моём случае, думаю, многое зависело от обстоятельств… — задумчиво проговорила Куджоин-сан и на мгновение посмотрела на меня.

— Может, какой-то принц на белом коне смог растопить её ледяное сердце, — с улыбкой добавила она.

— Эй, ты вообще о чём!? — вспыхнул я.

Сенпай выдала что-то совершенно возмутительное, и лицо тут же запылало.

Это точно из-за нашего обеда… Она всё неправильно поняла!

— А-а-а… — остальные менеджеры дружно протянули, глядя на меня с каким-то странным выражением.

Все девушки учатся на общем факультете… Неужели слухи о том, что между мной и Фрост-сан что-то есть, уже разлетелись по школе, да ещё и с преувеличенными деталями?

— Куджоин-сан, пожалуйста, не говори таких вещей, из-за которых могут возникнуть нелепые недоразумения…!

— А это точно недоразумение?

Она посмотрела на меня своими невинными глазами, словно пыталась что-то выведать.

— Угх… У меня ещё есть дела, так что я просто переоденусь и пойду домой!

С Куджоин-сан спорить бесполезно. Точно так же, как и с Фрост-сан, в каком бы разговоре я ни участвовал, в итоге всегда оказывался в проигрыше.

— Он сбежал.

— Определённо сбежал.

— Редкость.

Менеджеры за моей спиной свободно комментировали происходящее, но я сделал вид, что ничего не слышу.

К завтрашнему дню они, скорее всего, забудут обо всём этом.

…Наверное.

— Хаа… Это, конечно, было непреднамеренно, но, кажется, я попала в точку… — тихо пробормотала Куджоин-сан.

— Сэмпай?

— Мм, ничего. Давайте скорее закончим уборку и пойдём домой.

— Окей~!

Я услышал бодрые голоса менеджеров, обернулся и увидел, что они уже вовсю прибираются.

На этом наш разговор был закончен.

— Надеюсь, они не поймут всё неправильно…

С этой мыслью я отправился в клубную комнату, чтобы переодеться.

Некоторое время спустя — я пошёл встречать Фрост-сан после её занятий в додзюку.

— …О, вот она.

Зная, что мы уже привлекали внимание раньше, я решил не переживать по этому поводу и просто ждал её неподалёку.

Но… что-то было не так.

Она слегка покачивалась.

Шаги у неё были какие-то неуверенные.

Вспомнив, что утром она проспала, я задумался — всё ли с ней в порядке?

— Фрост-сан, ты в порядке?

Я быстро подошёл к ней.

— А, Ширакава-кун… Ты пришёл меня встретить. Спасибо…

Фрост-сан посмотрела на меня и радостно улыбнулась.

…У неё точно температура, да?

Сегодня весь день она вела себя странно.

Обычно она бы не улыбнулась мне просто за то, что я её встретил… верно?

— Ты выглядишь нехорошо. Не заболела?

В голове сразу всплыла сцена из обеда, когда на неё вылили воду.

Хотя сейчас лето, если она и так чувствовала себя неважно, а потом ещё промокла до нитки, неудивительно, что состояние ухудшилось.

— Всё в порядке… Просто уроки сегодня были сложные, вот я и перенапрягла мозг…

Нет… Вовсе не похоже, что с ней всё в порядке.

Но даже если я начну её расспрашивать, вряд ли она признается.

Скорее, наоборот — просто упрётся и скажет, что доберётся домой сама.

В её нынешнем состоянии позволить ей идти одной было бы слишком рискованно. Поэтому я решил просто последить за ней.

— Что насчёт ужина? Может, зайдём куда-нибудь поесть по дороге?

Если ей так плохо, готовить точно не вариант.

Но…

— Прости, но можно просто купить бэнто в магазине?..

Даже поесть в кафе для неё казалось непосильной задачей.

Как я и думал, ей совсем нехорошо.

Надо поскорее вернуться домой, чтобы она могла отдохнуть.

— Ладно. Возьмём бэнто и отправимся домой.

— Да… Спасибо…

Мы купили бэнто в магазине на станции, сели на поезд и вскоре добрались до дома.

После того как мы переоделись в домашнюю одежду, я сел за ужин, но…

— ……

Фрост-сан почти не тронула свою еду.

— Ты точно в порядке?

— Прости, но… у меня совсем нет аппетита. Думаю, поем позже…

С этими словами она закрыла крышку бэнто.

— Если тебе так плохо, может, лучше сходить к врачу?

Я подумал, что лучше проверить её состояние, пока оно не ухудшилось.

В ночной клинике её могли бы принять.

Однако…

— Не нужно… Просто устала. Я пойду отдохну.

Сказав это, Фрост-сан ушла в свою комнату.

Она явно была не в форме… Но раз уж решила лечь спать, то, может, действительно стоит дать ей отдохнуть.

На всякий случай я пошёл подготовить ванну и заодно постирать спортивную форму.

После стирки и подготовки ванны я подошёл к её комнате.

— Фрост-сан, ванна готова. Сможешь принять её?

Она всегда ходит первой, да и горячая вода, возможно, поможет ей согреться и почувствовать себя лучше.

Но из её комнаты не последовало никакого ответа.

Она уже уснула?

— Если не собираешься купаться, то хотя бы вынеси мокрую форму, чтобы я её постирал… — сказал я, но тишина сохранилась.

— Так и знал… — пробормотал я.

Если она спит, будить её незачем.

С этой мыслью я уже собирался уйти, но…

— Она точно просто спит…?

Меня вдруг охватило беспокойство.

Если она просто задремала — ничего страшного. В крайнем случае, выслушаю её ворчание утром.

Но если она не спит, а потеряла сознание…

Эта мысль заставила меня колебаться.

Я осторожно приоткрыл дверь в её комнату.

Фрост-сан сидела за своим столом, бессильно склонившись над ним.

— Ха… ха… — её дыхание было прерывистым.

— Эй, ты в порядке…!?

Я тут же подбежал к ней и приложил ладонь ко лбу.

— Горячая…! У тебя точно температура…!

Её тело пылало жаром. Это было далеко от нормы, температура явно приближалась к 40°C.

— Я… в порядке… это просто… простуда… — её голос звучал глухо, сознание явно было затуманено.

В правой руке она всё ещё сжимала механический карандаш, на столе лежали раскрытый справочник и тетрадь, в которой она что-то писала.

Даже в таком состоянии… Она сказала, что пойдёт отдыхать, но продолжала учиться…

— Дура… Зачем ты занимаешься!? Немедленно ложись и отдыхай!

Я так разозлился, что не смог сдержаться и накричал на неё.

— По… потому что…

— Никаких оправданий! Подожди здесь, я вызываю скорую!

Если бы это была просто лёгкая простуда, можно было бы взять такси.

Но в её состоянии медлить было нельзя — она едва держалась в сознании.

Я немедленно вызвал скорую и остался рядом, ожидая приезда врачей.

После того, как мы прибыли в больницу—

— Это обычная простуда. У неё накопилась усталость, а мокрая одежда только усугубила состояние, — объяснил врач.

— Так… значит, ничего серьёзного?

Я облегчённо выдохнул.

Меня спросили, не было ли чего-то, что могло ухудшить её состояние, и я рассказал про мокрую одежду.

— Ей просто нужен отдых, верно?

— Да, дайте ей прописанные лекарства и следите, чтобы она не вставала без надобности. К утру температура должна снизиться.

— Слава богу…

Она заставила меня понервничать…

Я мягко провёл рукой по её волосам, пока она спала.

Я не хочу снова терять кого-то дорогого мне.

Я был рад, что это всего лишь простуда, от которой можно поправиться с отдыхом.

После этого я поблагодарил врача, оплатил приём и забрал лекарства.

Затем, посадив Фрост-сан к себе на спину, вызвал такси и отвёз её домой.

Вернувшись домой—

— Теперь отдыхай как следует, ясно?

Я уложил её в кровать, подложил под голову охлаждающую подушку и снова мягко провёл рукой по её волосам.

— Мм…

Как только я её погладил, её глаза медленно открылись.

Ах… Похоже, я её разбудил.

— Ширакава… кун…

— Прости, разбудил тебя…

Она, кажется, ещё не до конца пришла в себя.

Глаза всё ещё лихорадочно поблёскивали.

Мне стало неловко, что я её потревожил.

— ……

Но вдруг она схватила мою руку, когда я попытался её убрать.

— Ч-что…?!

Она злится, что я её разбудил? Или её разозлило, что я к ней прикоснулся без разрешения…?

Но потом…

— Я… хочу, чтобы ты продолжил…

Меня не отчитали, но почему-то она всё равно сжала мою руку.

— Фрост-сан…?

— София…

— …А?

— Я больше не Фрост… Так что, пожалуйста, зови меня Софией…

Её голос звучал необычно мягко, почти мурлыкающе, и в её просьбе слышалась лёгкая мольба.

Что с ней случилось?

Она стала такой нежной из-за высокой температуры…?

— Ты точно не против?

Я был уверен, что она не любит, когда её называют по имени, поэтому всегда обращался к ней «Фрост-сан».

И теперь, когда она сама просит называть её Софией, я немного растерялся.

— Мм… Хочу, чтобы ты звал меня Софией…

Похоже, в отличие от моих предположений, она действительно хотела, чтобы её называли по имени.

Теперь, когда я об этом подумал, это было вполне логично. Раз её фамилия изменилась, наверное, странно продолжать звать её старой фамилией…

Вероятно, она просто не говорила об этом из-за своего характера.

— Ну, тогда…

Я редко зову девушек по имени, так что немного нервничал.

Горло вдруг пересохло.

Но, наконец, я заставил себя произнести:

— София…?

— Ах… Эхехе…

Она явно ещё не пришла в себя из-за лихорадки.

Её улыбка была настолько невинной, почти детской, что я невольно задержал дыхание.

— Так нормально?

— Мм…

Она счастливо кивнула, а затем, похоже удовлетворённая, закрыла глаза.

Но… её пальцы по-прежнему крепко сжимали мою руку, не позволяя мне уйти.

— Похоже, выбора у меня нет…

Если бы это была прежняя Фрост—нет, София, она бы наверняка подняла шум.

Но сейчас она сама схватила меня за руку.

Я не хотел будить её, пытаясь высвободиться, поэтому решил подождать, пока хватка ослабнет.

Более того, хоть врач и сказал, что температура спадёт к утру, пока у неё всё ещё была лихорадка.

Пусть это и простуда, но лучше присмотреть за ней.

— Ззз… Ззз…

Благодаря лекарству дыхание стало ровным, она спокойно спала.

Похоже, действительно поправится к завтрашнему дню.

— И всё же…

Я невольно задержал взгляд на её лице.

В бодрствующем состоянии она всегда казалась холодной, её окружала неприступная аура.

Но сейчас, во сне, она выглядела как обычная девушка её возраста.

Она была по-настоящему милой.

До такой степени, что люди сравнивали её с айдолами… и теперь я мог понять почему.

Её детская улыбка из-за лихорадки продолжала всплывать у меня в голове.

— Комната у неё на удивление… девчачья. Я думал, она будет куда более аскетичной.

Я машинально осмотрелся.

Похоже, ей нравится розовый цвет.

Занавески, коврик, кровать, мебель — всё было в бело-розовых тонах.

Повсюду стояли плюшевые игрушки: котики, собачки, зайчики…

Я вдруг подумал: а если бы я подарил ей игрушку на день рождения, она бы обрадовалась?

— …Чего это я?

Она бы вряд ли приняла от меня подарок.

Скорее всего, просто сочла бы меня странным.

…Но, глядя на неё сегодня, я не мог избавиться от слабой надежды, что, может быть…

— Хотя, скорее всего, она просто так себя ведёт из-за температуры.

Если так, то, наверное, лучше даже не пытаться.

Иначе можно окончательно разочароваться в людях.

— Она, конечно, любит мной помыкать…

Возможно, это потому, что у меня никогда не было близких подруг, но даже если бы были, вряд ли кто-то вёл бы себя со мной так же.

С тех пор как мы начали жить вместе, моя жизнь перевернулась с ног на голову.

И, скорее всего, дальше всё будет только сложнее.

— Но, знаешь… может, это не так уж и плохо.

Особенно за последние несколько дней я начал чувствовать… что мне это даже нравится.

Раньше я относился к нашему сожительству с чистым раздражением, но теперь… её присутствие меня уже совсем не беспокоило.

Мы медленно, но верно начинали привыкать друг к другу.

— Поправляйся скорее.

С этими словами я снова посмотрел на её лицо.

Когда её хватка ослабла, я тихо убрал руку и вышел из комнаты.

После этого я залез в ванну, постирал её мокрую форму вместе со своей одеждой, развесил всё сушиться и запустил стирку полотенца и нижнее бельё.

А когда закончил с делами, вернулся в её комнату, снова взял её руку и сел рядом.

— Разумеется, когда она проснётся утром, я уберу руку.

(Точка зрения Софии)

— …Мнн?

Меня разбудило тихое пение птиц.

Я… не помню, как заснула.

Но каким-то образом уснула.

Когда же это случилось…?

— …Ты проснулась?

— …Э?

Я замерла, увидев перед собой его лицо.

Почему… Почему Ширакава-кун здесь?

— ~~~!? Ч-что ты тут делаешь!? Почему ты в моей комнате!?

— Спокойнее. Если будешь нервничать, температура поднимется снова.

— Это невозможно! Ты в моей комнате, значит, ты… ты наверняка что-то сделал…!

Я резко замолчала.

Мы живём вместе уже какое-то время.

И за это время я поняла одну вещь — он не тот человек, который мог бы воспользоваться ситуацией.

Ширакава-кун никогда не сделает чего-то подобного.

Значит, у его присутствия здесь была другая причина…

И тут я вспомнила его слова: «Если будешь нервничать, температура поднимется снова».

…Агх… У меня начинает болеть голова…

— Эй, ты держишься за голову. Болит?

Он внимательно посмотрел на меня, явно обеспокоенный.

— Не в этом дело… Точнее, болит, но не так, как ты думаешь…

— …?

Он непонимающе склонил голову.

Но объяснять мне совсем не хотелось.

Голова действительно болела… но я ведь не могла жаловаться тому, кто заботился обо мне всю ночь.

— Ты уверена, что всё нормально?

— Да… Всё хорошо…

Болело не тело, а сердце.

Физически я уже полностью восстановилась.

И всё благодаря тому, что он обо мне заботился.

— Рад это слышать.

Ширакава-кун явно сильно беспокоился.

Он улыбнулся мне — тёплой, искренней улыбкой.

— —!

Я тут же спрятала лицо под одеяло.

— Эй, ты точно в порядке…?

— Я же сказала, что всё хорошо…

Просто… сейчас я не могу показать ему своё лицо.

— Но у тебя уши покраснели. Температура снова поднялась?

Я натянула одеяло ещё выше, но, похоже, спрятаться полностью мне не удалось.

— Дурачек…

Эта "температура" была совсем не от простуды.

Он обычно такой проницательный, но в таких вещах… совсем ничего не понимает.

— Ну, только не переусердствуй. Если устала, можешь ещё поспать.

Похоже, он неправильно понял, почему я прячусь.

Но сейчас мне было даже удобнее, если он думал именно так.

Раз он не собирался уходить, значит, продолжит заботиться обо мне.

— Ты ведь не собираешься спать, да…? Ложись в своей комнате.

— Я потом нормально посплю.

— Понятно…

Он был таким упрямым.

Сколько бы я ни пыталась его прогнать, он всё равно не уйдёт, пока не убедится, что я отдохнула.

Раз так, я просто воспользуюсь ситуацией и снова закрою глаза.

Разумеется, я специально повернулась к нему спиной, чтобы он не увидел, как я сплю.

А когда я снова открыла глаза, уже был полдень.

◆

— Ах, ты опять приготовил кашу…

Когда Ширакава-кун поднёс ко мне тарелку с только что сваренной кашей, я невольно улыбнулась.

Но не хотела, чтобы он видел меня в таком беспомощном состоянии, поэтому тут же опустила голову.

— Температура спала, но ты ещё полностью не выздоровела. Возможно, это не слишком вкусно, но тебе нужно поесть.

— Не надо так скромничать…

Я уже знала, что его кулинария на удивление хороша.

— У тебя хватит сил есть самой?

— Если скажу "нет", ты меня покормишь…?

Я взглянула на него в ожидании ответа.

Ширакава-кун нервно отвёл взгляд и, слегка смущённо, почесал щёку.

— Ну… если ты слишком ослабла и можешь обжечься, то… София, если не возражаешь, я могу тебя покормить.

Его лицо слегка порозовело, и было видно, что он чувствует себя неловко.

Даже ко мне… он всё равно относился как к девушке.

И почему-то осознание этого сейчас заставило меня почувствовать радость.

Раньше меня бы это только раздражало.

— Ну… я бы не хотела обжечься, так что… подожди-ка.

Я вдруг замерла, почувствовав что-то странное.

— Что такое…?

Он спросил, но так и не посмотрел мне в глаза.

Будто уже знал, что я собираюсь сказать.

— Как ты меня сейчас назвал?

— …С-София.

Ширакава-кун смущённо отвёл взгляд.

Значит, мне не послышалось…!

— Почему ты вдруг начал звать меня по имени!?

— Нет, просто… ты сама сказала, что хочешь, чтобы я тебя так называл…!

— Я так сказала!? Не может быть, я бы…!

Я уже собиралась возразить, но… тут в памяти всплыл один неприятный момент.

…Нет, только не это.

Я не хочу даже думать об этом.

Хотя воспоминание было смутным, я чётко помнила, как в бреду говорила что-то подобное… милым, жалобным тоном.

Но это был не сон…!

— ~~~~!!

Я с головой нырнула под одеяло.

Я больше не могу этого выдержать!

Почему со мной постоянно случаются такие унизительные вещи…!?

ЧТО Я ВООБЩЕ НАТВОРИЛА!?

— Э-эм, ты в порядке…?

Как и перед сном, Ширакава-кун обеспокоенно заговорил.

— Если бы рядом была яма, я бы в неё провалилась…

Нет, вообще… я просто хочу исчезнуть.

Это позор на всю жизнь…

— Ну… если тебе не нравится, я могу снова звать тебя "Фрост-сан"…?

Увидев, как я корчусь в одеяле, он, похоже, не так понял мою реакцию.

Ширакава-кун осторожно предложил вернуться к прежнему обращению.

— …Уже всё равно…

— Нет, но…

— Я сказала, что всё равно!

Если он снова начнёт звать меня "Фрост", это будет выглядеть так, будто я слишком зациклилась на этом!

Раз уж я уже так опозорилась, то хотя бы не должна показывать, что мне это небезразлично!

Нужно сохранять спокойствие… спокойно…

— Ну, раз София не против, значит, так тому и быть…

Когда он снова назвал меня по имени, во мне странным образом смешались смущение и… лёгкая радость.

Неожиданно приятное чувство.

— Ты собираешься есть кашу? Она остынет…

Как и сказал Ширакава-кун, если я не начну есть сейчас, она остынет.

Он специально приготовил её для меня… Будет грубо, если я просто оставлю её нетронутой.

— Д-да, ты прав… Т-то есть, я же могу обжечься, так что… ээм…

Я робко выглянула из-под одеяла, пытаясь вернуть разговор в прежнее русло.

Я никогда не привыкала к тому, чтобы полагаться на кого-то.

Поэтому даже сейчас, когда мне действительно нужна была помощь, я не могла просто взять и открыто попросить об этом.

А особенно после того, как я так долго вела себя холодно…

— Понял…

Его голос звучал напряжённо, и он неловко взял у меня тарелку с кашей.

Затем, осторожно подув на ложку, поднёс её ко мне.

— Вот, а~н.

— …А~н.

Когда он собирался меня покормить, меня накрыла волна смущения…

Но, несмотря на это, я послушно открыла рот.

Когда ложка коснулась моих губ, я осторожно сжала их, принимая еду.

Когда ложка покинула мои губы, я медленно начала жевать.

— Вкусно…

— Рад это слышать.

Когда я честно высказала своё мнение, он улыбнулся.

Просто вид этой улыбки заставил моё сердце учащённо забиться.

— Ешь не спеша, хорошо?

Сказав это, он снова протянул мне ложку с кашей.

Я не хотела, чтобы этот момент заканчивался, поэтому послушно продолжала есть, наслаждаясь этим тёплым, уютным ощущением.

И когда этот тёплый момент подошёл к концу…

— Спасибо за угощение.

Закончив есть, я сложила ладони и слегка склонила голову.

Это было действительно вкусно.

Готовка мамы тоже замечательная, но эта каша была… особенной.

Как бы сказать… Она согрела меня не только физически, но и на душе…

Но, конечно, я никогда не скажу ему этого вслух.

— Это была простая еда. Ты только что поела, так что не перенапрягайся, хорошо?

— Да, знаю.

— Я пойду помою посуду. Если что-то понадобится — зови.

С этими словами он встал со стула.

Он такой заботливый…

— Прости… Из-за меня ты не только пропустил клубную тренировку, но ещё и ухаживал за мной…

Я уже собиралась сказать ещё что-то, но вдруг меня осенило.

В это время он обычно уже был на тренировке.

Обычно этот день не стал бы исключением.

Но сегодня…

— Подожди, ведь сегодня турнир, да!?

Сегодня же суббота, верно!?

Не может быть, что я перепутала дни…!?

— …Ты знала?

Он обернулся ко мне с немного смущённой улыбкой.

Его выражение лица и эти слова заставили меня побледнеть.

— Скорее иди…! Ты же ещё можешь успеть, да?!

Матч в нашей школе был финальным на сегодня.

Если он уйдёт прямо сейчас, то ещё сможет прибыть до начала игры.

— Не нужно паниковать. Я уже сообщил тренеру, что беру выходной.

— Нет, так нельзя! Ты же основной игрок, да!? Если стартового кэтчера не будет, команда потеряет баланс…! И потом, если ты пропустишь матч, будет штраф…!

Кэтчер — это основа команды.

Если он не присутствует на игре, товарищи по команде неизбежно начнут нервничать.

А пропуск матча может привести к понижению в запасные.

— Наша команда не настолько хрупкая. К счастью, это всего лишь отборочный этап района, и, поскольку это круговой турнир, даже без меня мы не проиграем сегодняшнему сопернику. Более того, меня не трудно заменить…

— Но всё же, ты так долго добивался этой позиции…!

— Если меня исключат из основного состава из-за штрафа, я просто завоюю своё место снова. Куда важнее, если ты так разнервничаешься, температура может подняться снова. Успокойся.

Он говорил о матче, словно это не имело к нему никакого отношения, как будто его вообще не волновало.

Хотя я сама не играла в бейсбол, я понимала, насколько сложно получить место в основном составе престижной команды.

И всё же… из-за меня…

— Пожалуйста… иди на матч… пожалуйста…

Я встала с кровати и, почти отчаянно, вцепилась в его рубашку.

— София…

— Я не могу больше доставлять тебе столько хлопот…

Я с трудом выдавила слова, пытаясь донести до него свои чувства.

— Ты больна, так что ничего не поделаешь. Твоё состояние ухудшилось из-за тех учеников с общего факультета, а родителей рядом нет… Мой тренер всё понимает, так что не переживай.

Может, потому что я так крепко держалась за него, он мягко провёл рукой по моей голове, пытаясь успокоить.

От этого мне стало чуть легче, но… я не могла вечно на него полагаться.

— Я уже в порядке… И если так будет продолжаться, я стану той самой "мешающей женщиной", о которой говорил Куроганэ-кун…

Я знала, что он добрый человек и не будет возражать против того, чтобы пропустить матч ради меня.

Он даже сумеет убедительно объяснить ситуацию окружающим.

Но факт оставался фактом — я мешала ему.

Я уже так много раз причиняла ему неудобства… а теперь ещё и стою на пути к его успеху… Я просто не могла этого вынести.

— …Понял. Прости.

Он снова мягко погладил меня по голове.

Похоже, он понял, что я хотела сказать.

— Не извиняйся… Ты ведь не сделал ничего плохого…

Он был просто добр ко мне.

Он жертвовал собой ради меня.

Ему не за что было извиняться.

— Я просто навязывал тебе свои чувства, поэтому почувствовал, что должен извиниться.

— Ну уж… ты слишком серьёзный…

Наверное, он имел в виду, что заботился обо мне даже ценой матча.

Но никто не осудил бы его за это.

Да и я… я была благодарна за то, что он так обо мне беспокоился.

Просто… я не хотела быть той, кто его сдерживает.

— Прости… ты ведь даже не смог нормально отдохнуть перед матчем…

Раз Ширакава-кун решил всё-таки пойти на игру, я извинилась за другое, что беспокоило меня.

Обычно перед игрой он должен был хорошенько отдохнуть, но вместо этого он всю ночь ухаживал за мной.

Если он сыграет плохо из-за усталости, это будет только моя вина.

Я не смогу возразить, если меня за это обвинят.

— Если… если что-то случится, если что-то пойдёт не так… просто вини меня, без колебаний… Это ведь действительно моя вина…

Я боялась, что если скажу это слишком уверенно, то сглажу плохое предчувствие, поэтому подбирала слова осторожно.

— Это было моё собственное решение. Ты не заставляла меня, так что я не могу винить тебя.

Ширакава-кун снова тепло улыбнулся.

Он такой добрый…

— Но… если ты так переживаешь, тогда я просто не могу позволить себе проиграть этот матч.

— Ширакава-кун…

— Я обещаю, я обязательно выиграю.

Сказав это с улыбкой, он тут же вышел из комнаты.

Наверное, он спешил, чтобы успеть до начала игры.

Честно говоря, мне тоже хотелось пойти посмотреть… но я не могла быть такой эгоистичной.

Поэтому сегодня я просто тихо подожду его возвращения дома.

— …Тело снова кажется таким горячим…

◆

После того как он ушёл, я легла на кровать и погрузилась в мысли.

За всё это время я осознала одну важную вещь.

Ширакава-кун, без сомнения, был хорошим человеком.

И не в том смысле, что он притворялся или пытался заслужить мою благосклонность.

Он был по-настоящему добрым.

Несмотря на то, что я холодно к нему относилась, он всегда помогал мне, если случалось что-то плохое. А когда я ошибалась, он не обвинял меня, а наоборот, пытался сгладить последствия.

Обычно, если человек, который был с тобой груб, допускает ошибку, у тебя есть полное право отчитать его… но он никогда этого не делал.

Куда же подевался тот легкомысленный парень, каким я его считала?

Внешне он остался таким же, но внутри… он казался совсем другим человеком.

И больше всего я поняла вот что.

Он не только серьёзно относится к бейсболу, но и прилагает огромные усилия за кулисами.

Человек, который так усердно трудится… Я просто не могу его ненавидеть.

Напротив, когда я вспоминаю всё, что он сделал для меня…

— Нет… Я не могу… Я не должна так думать… Это же слишком эгоистично, верно?

Я вспомнила всё, как вела себя по отношению к нему.

После всего, что я сделала, что мне остаётся дальше?