Матч за вступление сводной сестры в клуб.

(Точка зрения Софии)

Наконец настал день матча, который решит, смогу ли я вступить в клуб.

Понимая, насколько важна для меня эта игра, я заранее попросила у мамы разрешение пропустить сегодняшние занятия.

Я верила, что Кэнто-кун обязательно справится.

И всё же… тревога внутри меня никуда не исчезала.

— …Ах, Кэнто-кун…

Идя по коридору, я заметила, как Кэнто-кун стоит у входа, надевая обувь. Не раздумывая, я позвала его.

— Хм? Что-то случилось?

Несмотря на то, что он вот-вот должен был отправиться на матч, Кэнто-кун выглядел совершенно спокойным.

Никакого волнения.

Его уверенность… Она была похожа на уверенность игрока с многолетним опытом.

— Ты ничего не забыл?

Я изо всех сил старалась подавить своё беспокойство, нарочно улыбнувшись как можно милее.

Как только игра начнётся, я уже ничем не смогу ему помочь.

Но сейчас — хотя бы немного — я хотела его поддержать.

— Всё в порядке. Ты же поедешь на стадион с нашими родителями?

— Да… Но, если честно, я не хочу с ними сидеть, так что, когда мы приедем, я сразу от них отойду.

Мне всегда было трудно находиться среди взрослых.

Я боялась, что сразу выделюсь среди них.

Да и, если честно, эта игра не должна была стать сложной для нашей команды.

А значит, если я буду сидеть с напряжённым лицом, это точно вызовет ненужное внимание.

— Понимаю… Ах, кстати, Куджоин-сан просила, чтобы ты написала ей, когда приедешь.

— Надешико-сэмпай…? Но она же должна быть на скамейке запасных?

На летнем турнире она сидела на скамейке.

И во время осенних отборочных тоже.

Так что я считала само собой разумеющимся, что сегодня будет так же.

Но… Кэнто-кун покачал головой.

— Куджоин-сан не будет на скамейке в сегодняшнем матче.

— Эм… почему?

— Она сказала, что хочет болеть вместе с тобой.

— …!

Я невольно задержала дыхание.

Надешико-сэмпай… наверное, подумала, что если я буду смотреть матч одна, то начну зацикливаться на мыслях.

Она предусмотрела это заранее… и не захотела меня оставлять.

— Свяжешься ты с ней или нет — решать тебе. Но если не возражаешь, дай ей знать.

Как и сказал Кэнто-кун, я не была обязана писать ей.

Если бы я хотела смотреть игру одна, я могла бы просто не писать.

Но…

…Если я так сделаю, это будет предательством по отношению к Надешико-сэмпай.

— Да. Я напишу ей.

Прежняя я, возможно, не решилась бы.

Но теперь… теперь я хотела принять заботу Надешико-сэмпай.

Хотела её отблагодарить.

— Спасибо. Ну, я пошёл.

— Ах, подожди…

Когда Кэнто-кун уже открыл дверь, чтобы выйти, я инстинктивно протянула к нему руку.

Хотя прекрасно понимала, что не могу его остановить.

— София?

— …Извини, ничего…

Я тут же разжала пальцы, отпуская ткань его рубашки.

Матч начнётся по расписанию.

Что же я делаю?..

Сейчас самое главное, чтобы он сосредоточился на игре.

— …Эй, София.

— …?

Я подняла на него взгляд.

— Скажешь мне: «постарайся»?

— Эм…?

— Думаю, если ты скажешь, у меня всё получится.

Кэнто-кун слегка отвёл взгляд и улыбнулся… как-то смущённо.

Может быть… он понял, что я волнуюсь?

Меня охватила волна стеснения, но я подавила её.

Это ведь единственное, что я могла сделать для него перед матчем.

— Постарайся, Кэнто-кун. И не забудь выбить три хоумрана.

С самой широкой улыбкой, на какую была способна, я проводила его взглядом.

◆

— А! Вот ты где! София-тян~!

Как только я прибыла на стадион и остановилась у торговых автоматов, Надешико-сэмпай заметила меня и радостно помахала рукой.

За ней следовало трое девушек, одетых в форму группы поддержки бейсбольного клуба.

— Добрый день, Надешико-сэмпай.

Я сделала вежливый поклон.

И этого одного оказалось достаточно, чтобы три девушки за её спиной задёргались.

Наверное, они просто не привыкли видеть, как я кланяюсь.

— Как дела? Не жарко?

— Солнце яркое, но я в порядке.

Для октября погода действительно была довольно тёплой, но я надела шляпу, так что перегреться мне не грозило.

Я также заранее позаботилась о напитках, чтобы не обезвоживаться.

— Хорошо. Тогда позволь мне представить этих девушек.

Надешико-сэмпай легонько подтолкнула трёх девушек, которые прятались за ней.

И они… очень неуверенно шагнули вперёд.

Я их знала.

Это были те самые девушки, которых я когда-то отталкивала холодным отношением.

И теперь неудивительно, что они выглядели так напряжённо.

Прошлого так просто не стереть.

Но в последнее время… я всё больше об этом жалела.

Они представились по очереди, называя свои имена.

И я сделала всё возможное, чтобы запомнить их.

Больше я не хотела их забывать.

И тем более — вести себя с ними холодно.

С этого дня я решила постараться наладить с ними отношения.

После их представления настала моя очередь.

Я глубоко вдохнула, постаралась говорить спокойно и произнесла:

— Я София Ширакава, первокурсница спецкурса. Буду рада работать с вами.

Это было простое приветствие.

Но я знала, что доверие не строится только на словах.

Я хотела, чтобы они узнали меня по-настоящему — через поступки, через время, проведённое вместе.

И всё же… если бы я умела лучше общаться, мы могли бы сблизиться прямо сейчас.

Но так как я не умею… девушки начали постепенно отдаляться.

Как и следовало ожидать, реальность оказалась не такой простой, как мне хотелось.

Причём смотрели на нас не только ученицы нашей школы.

— Ого?! Они нереально милые!

— Эй, подойди, поговори с ними!

— Сам подойди, если такой смелый!

Студенты других школ тоже глазели на нас.

Матч ещё не начался, но я уже чувствовала себя не в своей тарелке.

— Не обращай внимания, ладно? Мальчишки везде такие.

Надешико-сэмпай, вероятно, сама не раз оказывалась в такой ситуации.

Поняв, что я начала нервничать, она просто мягко улыбнулась… и взяла меня за руку.

Затем повела меня к месту, откуда было лучше видно подающего.

— Всё же хочется видеть Кэнто-куна, верно?

— …Да… Спасибо…

Она всегда так внимательна…

Как же я её уважаю.

У неё такое милое лицо, всегда доброжелательная улыбка, голос — нежный, приятный.

Фигура тоже…

Может быть, Кэнто-куну нравятся девушки такого типа?

С женской точки зрения, Надешико-сэмпай была настолько идеальна, что это даже казалось нечестным.

…Я ей завидую.

— Хм? Почему ты так на меня смотришь?

Похоже, я слишком долго смотрела на неё.

Она слегка наклонила голову, а этот жест… был таким милым, что это ещё больше казалось нечестным.

— Я подумала, что ты очень красивая… и немного позавидовала.

— Ахаха… Даже не знаю, как мне на это реагировать, София-тян…

Она рассмеялась немного неловко.

Но я ведь сказала правду…

— Ширакава-сан, ты ведь тоже нереально милая…

— Но, Куджоин-сэмпай, ты тоже нереально милая!

— Знаешь… я даже немного тебе завидую, София-тян. Правда.

Она произнесла это с каким-то подтекстом.

Но что именно во мне могло её привлекать, я так и не поняла.

Я выделялась среди японцев, да.

Но это означало не только внимание, но и ненужные взгляды.

И даже предвзятое отношение.

Быть такой, как Надешико-сэмпай… японкой, красивой и естественной… наверное, было бы куда проще.

Да и… её грудь была больше моей.

…Если бы только у меня тоже была такая фигура…

— …Матч начинается.

Я отвлеклась от мыслей, услышав, как Надешико-сэмпай произнесла это тихим голосом.

На поле закончилась разминка, и игроки заняли свои позиции.

— Похоже, мы отбиваем вторыми. Питчер… Куроганэ-кун, верно?

Я посмотрела на табло и уточнила у неё.

Если мы выиграем сегодня, то уже завтра у нас следующий матч.

Необычно, что Куроганэ-кун играет против средней команды.

— Он сам на этом настоял. Хотел, чтобы Кэнто-кун мог целиком сосредоточиться на битах.

Наверное, это обсуждали долго.

По выражению лица Надешико-сэмпай было видно, что она уже сдалась и приняла это как данность.

Куроганэ-кун…

Я думала, что он заботится только о себе.

Но… видимо, я ошибалась.

Он был готов взять на себя такую ответственность ради Кэнто-куна.

— Но если мы победим сегодня, нас ведь ждёт намного сильнейшая команда?

— Ну, Куроганэ-кун ведь не может один отыграть весь турнир. Даже против сильной команды наши второй и третий питчеры всё равно должны будут выходить на поле. Думаю, Кэнто-кун постарается сделать так, чтобы всё прошло хорошо.

Если я правильно помню, наш тренер — бывший профессиональный питчер, который завершил карьеру из-за травмы.

Из-за этого он принципиально не перегружает питчеров.

Ведь он сам прошёл через подобное… и не хочет, чтобы это повторилось с кем-то ещё.

Когда я выбирала школу, я изучала не только игроков, но и тренера.

Поэтому я в этом уверена.

…Кстати.

Этот тренер ведь был в одной команде с моим отцом, да…?

Но я его совсем не помню.

Хотя… говорят, что в расцвете сил он был невероятным игроком.

Странно.

Если бы у него был такой сильный характер, я бы точно запомнила его…

Ну, наверное, меня просто редко брали на стадион, и я его не встречала.

— Но сейчас главное сосредоточиться на игре. Этот матч важен не только для Кэнто-куна, но и для нас.

Надешико-сэмпай была права.

Победа в этой игре сама собой разумеется.

Настоящая цель — сможет ли Кэнто-кун выбить три хоумрана.

— Какой питчер у команды соперников?

С тех пор как я поступила в старшую школу, я была слишком занята учёбой, чтобы следить за чем-то, кроме результатов нашей команды и крупных школ, нацеленных на Косиэн.

Что касается средних команд и их питчеров, особенно в этом сезоне, я вообще ничего не знала.

— У него отличная точность. Быстрая подача средней скорости, но он умеет безошибочно ставить мячи в нижний внешний или внутренний углы. Это делает его довольно сложным соперником. Но у него всего два кручёных мяча — форкбол и кёрв. Так что наши основные отбивающие должны начать пробивать его ближе к поздним иннингам.

Надешико-сэмпай быстро выложила все данные по питчеру соперников.

Если его сила в точности, то даже против такого питчера хороший атакующий состав сможет адаптироваться и начать бить по его подачам.

Особенно верхние бьющие в составе — они, скорее всего, пробьют его с самого начала.

Но…

— Если он настолько точен, значит, он почти не ошибается, верно…?

Питчер не обязан подавать молниеносно — если он умеет класть мяч в неудобные для отбивающего зоны, то и средняя скорость становится проблемой.

Если бы все могли сидеть в ожидании одной только быстрой подачи, то это было бы проще, но если он умело чередует кёрв и форкбол…

…Для Кэнто-куна это может стать настоящей проблемой.

Или же…

— Если он не ошибается, это означает, что он будет кидать именно туда, куда задумал. А Кэнто-кун — тот, кто читает намерения питчера. Это делает этот матч идеальным для него.

То есть… наоборот, благодаря своей точности этот питчер упрощает Кэнто-куну задачу?

Если задуматься, в этом есть смысл.

Если мяч летит именно туда, куда ты ожидал, его легче выбить. Чем когда играешь против того, кто кидает хаотично и непредсказуемо.

Кэнто-кун обладает хорошим зрением и почти не допускает ошибок в отбивании.

— Он сможет выбить три хоумрана…?

— Конечно. Он проанализировал эту связку питчера и кетчера больше обычного. А его техника биты безупречна. Честно говоря, я с нетерпением жду этот матч.

Как всегда, Куджоин-сэмпай говорила спокойно и изящно, но в её голосе чувствовался азарт.

Будто бы она знала что-то, чего не знала я.

— Этот матч особенный?

— Кэнто-кун всегда ставил победу команды выше личных достижений. Он никогда не целится в хоумран, если это не нужно. Вместо этого он думает, как набрать очки с минимальным риском. Так он играет.

Она сделала небольшую паузу, а затем… с лёгкой улыбкой продолжила:

— Вот почему мне хочется увидеть, как далеко зайдёт его талант, если у него не будет выбора, кроме как выбивать хоумран за хоумраном.

Я наблюдала за сияющим выражением её лица… и поняла.

Я подозревала это раньше.

Но теперь… я была уверена.

Куджоин-сэнпай… она влюблена в Кэнто-куна.

По-настоящему.

Интересно… она действительно не против, чтобы я вступила в команду?

— Ох, Куджоин-сэнпай, ты всегда так оживляешься, когда речь заходит о Ширакава-куне~!

— Обычно ты такая спокойная и сдержанная, но когда дело касается Ширакава-куна, твой голос сразу становится таким увлечённым…!

Похоже, не только я это заметила.

Менеджеры с ухмылкой начали её дразнить.

— Э-э, н-нет! Совсем не так! Я просто отвечала на вопрос…!

Надешико-сэмпай впервые покраснела и попыталась защититься.

Она всегда казалась утончённой и невозмутимой, но…

В конце концов, она была такой же девушкой, как и я.

…Она довольно милая.

— Ну всё, наша очередь! Вставайте, вставайте…!

Когда подошла очередь отбивать нашей команде, Надешико-сэмпай резко сменила тему.

Конечно, нам нужно было болеть… но мне казалось, что она просто пыталась скрыть свою неловкость.

Первым отбивающим вышел Каннаги-кун.

Он всегда был рядом с Кэнто-куном, и его знали как весельчака.

Но его средний процент попаданий был не хуже, чем у Кэнто-куна.

А ещё… у него не было слабых зон.

— Он наш ведущий бьющий. Конечно, он не может играть роль приманки, но благодаря высокому проценту выхода на базу он заводит нашу атаку.

Первый бьющий в составе обычно тестирует питчера — оценивает его подачу, контролирует скорость и движение мяча.

Но Каннаги-кун, похоже, не был назначен на эту роль.

…Ну, он и не выглядел подходящим для неё.

Зато у него явно высокий шанс выйти на базу.

— О! Он пробил!

Резкий звук удара… и мяч полетел в разрыв между третьей и шорт-стопом.

Каннаги-кун легко добежал до первой базы.

Он очень быстрый.

— Надёжный игрок, верно?

С довольной улыбкой Надешико-сэнпай наблюдала за тем, как Каннаги-кун закрепился на базе.

Она обычно такая изысканная, но во время бейсбола становится совсем другой.

Смотреть на неё было… весело.

— Думаешь, он побежит дальше?

— Они за ним следят, но, скорее всего, попробует.

Как и предсказала Надешико-сэмпай, питчер соперников сразу сделал бросок на удержание.

Но Каннаги-кун оказался быстрее.

Как только стало ясно, что его больше не будут пытаться остановить, он… легко украл вторую базу.

— Это выбивает питчера из колеи. Нарушает его ритм.

Да, когда кто-то постоянно двигается за твоей спиной, это, наверное, раздражает.

А у Каннаги-куна на лице ещё и всегда эта самодовольная улыбка…

Наверняка это бесит ещё сильнее.

— Они собираются перевести его на третью жертвенным бантем?

— Да. Кэнто-кун может преследовать личные цели, но для команды важнее победа. Следующим бьющим идёт Куроганэ-кун, а за ним уже Кэнто-кун. Обычно мы стараемся взять хотя бы одно очко между ними.

Куроганэ-кун, наш ас, был не только отличным питчером, но и блестящим отбивающим.

Его процент попаданий стоял на третьем месте после Каннаги-куна.

А если говорить об экстра-базовых ударах — он был на уровне Кэнто-куна.

Его хоумраны тоже были весьма впечатляющими.

…Такие вот всесторонне одарённые люди меня раздражают.

Почему Бог настолько несправедлив?

Бьющий номер два без проблем выполнил жертвенный бант, продвинув бегущего вперёд, а третий, Куроганэ-кун, уверенно выбил чистый хит, позволив Каннаги-куну добежать до дома.

— Первое очко…!

Команда радостно загудела, но я не могла сосредоточиться на этом.

Наступил момент первого выхода Кэнто-куна на биту.

— Да… Он полностью собран и сконцентрирован.

Даже с такого расстояния Надешико-сэмпай могла определить, в каком он состоянии.

Она смотрела на поле с самодовольной улыбкой, будто знала, что будет дальше.

Кэнто-кун уверенно вышел на площадку, не отрывая взгляда от питчера.

Команда соперников явно была начеку.

Первая подача — форкбол, но мимо зоны страйка. Болл.

Следом — кёрвбол, но тоже болл.

Счёт 0-2. Не самая лучшая ситуация.

Но, возможно, он сознательно довёл её до этого, будучи уверенным, что в нужный момент сможет исправить положение.

Тем не менее, 0-3 было бы уже слишком рискованно.

Ожидая, что сейчас питчер попробует сделать страйк, я внимательно следила за происходящим.

И моя догадка оказалась верной. Питчер бросил фастбол в зону страйка.

— Но Кэнто-кун не стал отбивать?

Даже я понимала, что в этот момент будет страйк.

Кэнто-кун точно это тоже видел.

Подача была не слишком быстрой, он мог её выбить.

Так почему он не сделал этого?

— Да. Обычно при счёте 0-2 питчеры стараются пробить страйк, и по статистике, эта связка подающего и кетчера обычно действует именно так. В нормальной ситуации Кэнто-кун бы отбил. Но так как у питчера ещё оставался запасной болл, он целился в неудобное место. С виду подача выглядела хорошей, но Кэнто-кун, вероятно, не был уверен, что сможет превратить её в хоумран — поэтому и не ударил.

Понятно…

То есть он не просто пытался выбить мяч.

Он выбирал только те подачи, которые мог превратить в хоумран.

Это был Кэнто-кун, играющий в условиях ограничения, что он обязан выбить три хоумрана.

После этого он начал аккуратно отбирать подачи, выжидая нужный момент.

Теперь у него был полный счёт.

Если следующая подача будет боллом, он получит прогулку (walk).

Но если это будет страйк — он выбывает.

Выжидание идеальной подачи загнало его в угол.

— Кэнто-кун…

Я сложила руки и закрыла глаза, словно в молитве.

В бейсболе никогда не знаешь, сколько ещё у тебя будет выходов на биту.

А ему нужно три хоумрана.

Выбить первый прямо сейчас было бы огромным преимуществом.

Пожалуйста… пусть получится…

— Всё в порядке. Это идёт ровно по плану Кэнто-куна.

— Эх…?

Я почувствовала, как на моё плечо легла чья-то тёплая ладонь.

Открыв глаза, я встретилась с мягким, уверенным взглядом Надешико-сэмпай.

— Просто смотри. Следующей подачей Кэнто-кун выбьет хоумран.

— Э…

Только я собиралась спросить, откуда у неё такая уверенность, как резкий звук удара биты пронёсся по стадиону.

— Зашёл! Он зашёл!!

Я не видела, куда улетел мяч.

Но по крикам менеджеров я поняла, что он улетел за пределы поля.

Посмотрев на площадку, я увидела, как полевые игроки разошлись в стороны, а судья на базе сделал широкое круговое движение рукой над головой.

Кэнто-кун неспешно пробегал по базам.

Точно так, как предсказала Надешико-сэмпай.

— Как…?

Я невольно повернулась к ней.

Она заметила мой взгляд и с лёгким вздохом изобразила извиняющуюся улыбку.

— Прости, я заставила тебя пропустить момент.

— Ах, нет… Я всё равно бы не увидела…

Даже если бы она ничего не сказала, мои глаза всё равно были закрыты.

— Питчер команды соперников почти не раздаёт прогулок. Знаешь, что это значит?

— Это значит, что у него хорошая точность…?

— Да. Но даже у питчеров с отличным контролем крайне редко бывают нулевые прогулки. Даже Куроганэ-кун иногда раздаёт их. А теперь представь, что у этого питчера в ситуациях с полным счётом (2-3) часто пробивают хиты.

— А…! То есть… он в этот момент точно целится в зону страйка…?!

— Именно.

Надешико-сэмпай игриво подмигнула мне.

Раз у питчера такой контроль, значит, он боится раздавать прогулки.

Поэтому, когда счёт становится полным, он не может позволить себе ещё один болл.

Даже если у него было преимущество над отбивающим, он слишком сосредотачивается на том, чтобы пробить страйк… и, в итоге, подаёт мяч в удобную для удара зону.

Если его главная сила — это контроль, то, когда он допускает малейшую ошибку в броске, он неизбежно получает хит.

— Кэнто-кун это всё… изначально знал…

— Разумеется. Если бы раньше попался удобный мяч, он бы ударил раньше. Но раз питчер целился в края зоны, это говорит о его уровне.

— Такой хороший питчер, да…

— Ну, если он настолько боится прогулок, то почему просто не избегать счёта 2-3…?

Раз он теряет контроль в ситуациях с полным счётом, почему бы просто не доводить до такого момента?

— Думаю, кетчер команды соперников… просто не заметил этого.

— …Правда?

— Ага. Он даёт команды таким образом, что всё снова и снова приводит к полному счёту. Если бы он понял эту ошибку, он бы её не повторял. Такое случается чаще, чем ты думаешь. А Кэнто-кун заметил это буквально с пары матчей и анализа данных.

Надешико-сэмпай с гордостью говорила о Кэнто-куне.

…Кажется, она действительно очень им восхищается.

Стоило мне задуматься, не поддразнить ли её, как наш пятый и шестой отбивающие быстро выбыли.

Несмотря на то, что питчер соперников уже получил трёхочковый хоумран, он не поддался давлению.

Действительно, неплохой игрок.

— По крайней мере, счёт открыт…

Если Кэнто-кун выбьет ещё два хоумрана, мы победим.

Я облегчённо вздохнула.

Но тут заметила выражение лица Надешико-сэмпай.

— Да, это хорошо, но… три очка в первом иннинге, да…? Это может быть… плохо…

Её лицо было необычно серьёзным.

Пока игра продолжалась, Куроганэ-кун продолжал подавать быстрые мячи, выбивая одного отбивающего за другим.

Чистая силовая подача.

Обычно он полагался на контроль, вынуждая соперников выбивать слабые мячи, но сегодня выкладывался на полную.

Однако наша атака не справлялась так же хорошо. Игроки нижней части состава один за другим попадали под удары питчера соперников.

Я видела, как Надешико-сэмпай смотрела на них с сочувствием, пробормотав:

— Похоже, их снова будут загонять на тренировках…

Судя по её тону, подобное уже происходило не раз.

И вот, настала очередь Кэнто-куна снова выйти на биту в третьем иннинге.

Как и в первом иннинге, Каннаги-кун успешно вышел на базу. Второй отбивающий, понимая, что у нас есть преимущество, попробовал выбить хит, но мяч полетел прямо в руки шортстопа противника, и его моментально вывели из игры.

Затем Куроганэ-кун выбил трипл, заработав ещё одно очко.

И вот наступил этот момент.

— Думаешь, он поступит так же, как в первый раз?

— Хм… Не думаю, что на этот раз батарея соперников рискнёт бросить ему фастбол.

Мяч, который Кэнто-кун отправил в трибуны в первый раз, был фастболом.

Чтобы не повторять той же ошибки, они, скорее всего, попытаются сдерживать его кривыми подачами.

Наверное, они решили, что Кэнто-кун не справится с такими мячами.

— Держу пари, он ударит с первой же подачи.

Надешико-сэмпай снова сделала предсказание.

Мне было любопытно, окажется ли она права на этот раз.

Но самое главное — я не собиралась снова пропускать его хоумран.

Я зафиксировала взгляд на нём, напрягая всё внимание.

Результат—

— Опять зашёл!!

Точно так же, как сказала Надешико-сэмпай, Кэнто-кун ударил с первой подачи, и мяч улетел за пределы поля.

Сэмпай, ты меня пугаешь.

— Как ты узнала на этот раз…?

— Ахаха… Не смотри на меня так. Всё просто.

Просто? Что в этом вообще может быть простого?

— У питчера соперников есть три типа подачи: фастбол, кёрвбол и форкбол. Но так как фастбол уже привёл к хоумрану, он не захочет его бросать. Остаются кёрвбол и форкбол. Но Куроганэ-кун на третьей базе, а если кетчер не поймает мяч и тот ускользнёт, это принесёт нам ещё одно очко. Так что форкбол слишком рискован. Следовательно, первая подача будет кёрвболом.

Надешико-сэмпай объясняла, используя пальцы, чтобы наглядно проиллюстрировать свою логику.

Она всегда говорила, что не особо много учится, но у меня закрадывалось подозрение, что она по ночам тайком зубрит стратегии.

…Или она просто гений?

Кроме того…

Она слишком хорошо знает всё о Кэнто-куне.

Это уже начинает пугать.

— Но ведь первая подача могла быть и боллом…

— Кэнто-кун полностью прочитал боллы в своём прошлом выходе, верно? Если они не могут сделать страйк, у них остаётся только один вариант — целиться в края зоны страйка. Скорее всего, именно так и рассуждала батарея соперников. Ну, и потом… всё это Кэнто-кун объяснил мне заранее.

Только я начала чувствовать лёгкое беспокойство насчёт Надешико-сэмпай, как она подмигнула мне с лукавой улыбкой.

То есть она знала всё это заранее потому, что Кэнто-кун уже разложил ей всё по полочкам?

…Значит, страшный здесь не только она, а он тоже?!

— Тогда выходит, что всё идёт по плану Кэнто-куна…?

— Да, пока что план ни разу не дал сбой. Конечно, если случится что-то непредвиденное, мы будем корректировать стратегию, но… мы разобрали всё до мельчайших деталей. Так что шанс на провал крайне низок.

— …

— Кэнто-кун очень хотел, чтобы ты попала в команду, София-тян.

— …!

— Так что он тщательно всё продумал. А я просто помогала.

Я застыла.

Я знала, что он поддерживает меня.

Но чтобы до такой степени…

Я почувствовала, как моё сердце сжалось, а затем наполнилось тёплым ощущением.

Мне было так приятно.

Я невольно крепче сжала кулаки, пытаясь удержать этот переполняющий меня поток эмоций.

Матч продолжался. К концу третьего иннинга счёт был 5-0 в нашу пользу.

Из-за такого преимущества в начале четвёртого иннинга Куроганэ-кун перешёл в аутфилд, заняв позицию в правом поле.

Правый аутфилдер сместился в левое поле, а левый игрок был заменён новым питчером.

Похоже, что тренер решил сберечь Куроганэ-куна, но полностью выводить его из игры не хотел, так как он был важным бьющим.

Вторым питчером стал второкурсник. Он спокойно разогревался на питчерской горке.

— Говорят, что за исключением Куроганэ-куна у Сэйдзё слабый питчерский состав…

Надешико-сэмпай смотрела на поле с задумчивым выражением.

— Не думаю, что это правда. Куроганэ-кун, конечно, выдающийся, но и остальные питчеры на своём месте. С тех пор как Кэнто-кун стал кетчером, никто из них не пропустил ни одного очка в официальных матчах.

Мне было известно, что питчеры второго года не считались сильными игроками.

Но когда команда узнала, что Куроганэ-кун поступает в Сэйдзё, в первый год пришли многие перспективные новички.

И всё же из девяти стартовых игроков — шестеро были второкурсниками.

Даже на скамейке запасных было больше второкурсников, чем первокурсников.

Это явно было их ответом на статус «провального» года.

По крайней мере, тренер Хидзима известен своей политикой честной конкуренции, так что эти позиции они заняли не просто так.

— Я правда хочу, чтобы они попали на Косиэн…

Я не знала их так хорошо, как Кэнто-кун, но видела их усилия.

И мне хотелось, чтобы они получили вознаграждение за свою работу.

— На этот раз мы обязательно пройдём на Косиэн. Именно поэтому нам нужна и твоя помощь, София-тян.

Надешико-сэмпай тепло улыбнулась, мягко положив руку на мою.

Я ещё даже не стала официальным членом команды, и даже если вступлю, не уверена, чем смогу помочь… Но ради этих людей я готова сделать всё, что в моих силах.

Больше всего на свете я хотела попасть на Косиэн — ради себя и ради того, кого люблю.

— Ты правда думаешь, что от меня будет толк?..

— София-тян, ты же очень умная, так что я на тебя рассчитываю! Команда Сэйдзё, а точнее Кэнто-кун, наш ключевой игрок и в атаке, и в защите, во многом полагается на статистику. Насколько точно мы сможем её собрать, напрямую влияет на шансы на победу. Сейчас этим занимаемся только я и Кэнто-кун, но если ты поможешь, это будет просто замечательно!

Надешико-старшая посмотрела на меня с тёплой улыбкой.

Анализ данных… Это действительно то, что у меня может хорошо получиться.

И, что важнее всего, если так я смогу поддержать Кэнто-куна…

Из того, что я слышала ранее, он использует статистику не только для подачи команд как кетчер, но и для улучшения собственной игры в атаке. Это значит, что она действительно важна.

Я должна выложиться по полной. Обязательно.

Если всё пойдёт так же, у Кэнто-куна останется лишь один гарантированный выход на биту.

— Я сделаю всё, что смогу.

— Да, рассчитываю на тебя. А теперь всё зависит от Кэнто-куна, он тоже должен выложиться на максимум.

Надешико-сэмпай кивнула и снова перевела взгляд на поле. Я последовала её примеру.

Матч продолжал идти в одни ворота.

На четвёртом иннинге, когда базы были загружены, Куроганэ-кун выбил гранд-слэм. Учитывая, что его называли игроком мирового уровня, неудивительно — он уже сейчас настоящий монстр.

— Теперь у нас преимущество в девять очков… Кэнто-кун, у тебя почти не осталось шансов…

Я заметила, как Надешико-старшая крепко сцепила пальцы, словно молясь.

Я тут же поняла, что она имеет в виду.

— Ах… правило досрочного завершения…

По регламенту этого турнира, если команда ведёт с разницей в десять очков после пятого иннинга, игра завершается автоматически.

Поскольку Сэйдзё был принимающей командой, если в четвёртом иннинге разрыв достигнет десяти очков, а соперник не сумеет его сократить к концу пятого, матч будет остановлен без необходимости доигрывать нижнюю половину иннинга.

Если разница в девять очков сохранится, а в пятом иннинге наша команда наберёт хотя бы ещё одно очко, матч закончится раньше, чем Кэнто-кун получит ещё один выход на биту.

Это значит, что его единственный гарантированный шанс отбить — прямо сейчас.

Если он не сумеет выбить хит, то, возможно, ему больше не представится такая возможность.

Я понимала, почему Надешико-старшая так нервничает.

Мне хотелось, чтобы это было просто беспочвенное беспокойство, но реальность оказалась жестокой.

— Болл!

— Болл!

— Болл!

— Четыре болла!

Кэнто-кун получил уок.

Это не был намеренный уок.

Если бы питчер изначально не хотел бросать, он мог бы просто объявить намеренный проход.

Но после двух пропущенных хоумранов этот питчер, похоже, просто утратил способность бросать страйки против Кэнто-куна.

— В таком случае… что будет с обещанием?

Игра ещё не окончена.

Если наша команда не наберёт ещё одно очко, правило досрочного завершения не вступит в силу.

К тому же до сих пор очки набирали в основном верхние бьющие, так что шанс на ещё один выход у Кэнто-куна оставался.

Но… я не могла не спросить.

— Даже не знаю… Ему ведь не дали нормального шанса отбить, а те броски, что он получил, он превратил в хоумраны. Так что, в теории, он может сказать, что справился… Но сомневаюсь, что Кузумине-сэнсэй это примет.

Я прекрасно понимала, что она имеет в виду.

Этот учитель ведь и наш классный руководитель. Он точно не согласится.

Что мне делать…? Чем я могу помочь…?

Я посмотрела на первую базу, надеясь увидеть там Кэнто-куна.

Он стоял, уперев руки в бока, и смотрел в небо.

Что, он… сдался?

После этого пятый бьющий сумел выбить хит, но шестой, седьмой и восьмой не смогли отбить мяч. Очки набрать не удалось.

Почему…? Почему мне так плохо, когда наша команда выигрывает…?

В этот момент мне даже захотелось, чтобы соперники смогли набрать очки.

Если бы они сократили разрыв, правило досрочного завершения больше не было бы угрозой…

Но Кэнто-кун продолжал выкладываться на полную, выбивая аута за аутом, без расчётов и сомнений.

Но-хит всё ещё держался.

— Ещё слишком рано опускать руки.

— Надешико-сэмпай…

Я тоже не собиралась сдаваться.

Но даже если Кэнто-кун снова выйдет на биту, если питчер опять будет его избегать, это не будет иметь никакого смысла.

Даже для него выбить хоумран на броске, который не попадает в зону страйка, невозможно.

— Честно говоря, мы предвидели такой вариант развития событий.

— Что…?

Несмотря на сложившуюся ситуацию, Надешико-сэмпай выглядела спокойной, и это удивило меня.

Они предвидели это? Но ведь совсем недавно она выглядела даже более обеспокоенной, чем я…

— Мне не хотелось об этом думать, но, учитывая силу нападения Сэйдзё, досрочное завершение матча всегда было вполне вероятным. А после двух подряд хоумранов шанс на то, что питчер больше не сможет бросать страйки Кэнто-куну, стал очень высоким. Его главная слабость — психология, он легко ломается под давлением.

Значит, не только Надешико-сэмпай, но и Кэнто-кун это понимал…?

Тогда… у них уже есть план?

— Если они не могут бросать страйки, у них не останется выбора, кроме как выйти против Кэнто-куна. Именно поэтому он попросил всех загрузить базы перед его выходом.

Если на базах будут игроки, уок Кэнто-куна приведёт к автоматическому начислению очка, что вынудит питчера идти в честную борьбу. Логика понятна.

Но на практике…

— Кэнто-кун ведь ещё ни разу не выходил при загруженных базах. Даже когда команда создавала такой момент, Куроганэ-кун тут же выбил гранд-слэм…

Как бы тщательно Кэнто-кун ни планировал, если это невозможно осуществить, то смысла нет.

Не то чтобы я винила Куроганэ-куна за его хоумран, но всё же…

— В бейсболе нельзя играть вполсилы. Честно говоря, даже я не ожидала того гранд-слэма… Но думаю, Куроганэ-кун просто дал прикрытие.

— Прикрытие? То есть он не просто бил наугад…?

— Ахаха… В такой ситуации легко подумать, что он просто махнул битой, не задумываясь. Но когда дело касается бейсбола, Куроганэ-кун всегда продумывает свои действия. И он бы точно не стал делать что-то, что противоречит плану Кэнто-куна.

— Не только Куроганэ-кун. Получить загруженные базы было сложно, но в следующем иннинге всё будет иначе. Все в команде благодарны Кэнто-куну и хотят отплатить ему за всё. И, что важнее всего, они его любят. Они обязательно выполнят его просьбу.

Надешико-сэмпай уверенно улыбнулась и подняла руки в победном жесте.

Я поняла, что она просто хотела меня успокоить, дать понять, что всё будет хорошо.

— Отдать… долг?

Я не знала, что именно Кэнто-кун делал для остальных членов бейсбольного клуба. Но могла представить, что он хорошо ладит с командой и всегда помогает тем, кто в этом нуждается, ничего не требуя взамен.

Когда к тебе относятся так, естественно хочется отплатить добром.

Я понимала это чувство, потому что сама чувствовала то же самое.

— Они точно заполнят базы ради него, да?

— Конечно…!

Оставалось лишь одно — чтобы Кэнто-кун отбил.

С этой мыслью я улыбнулась, но тут же ощутила укол вины.

— Если бы всё шло, как обычно, этот матч мог бы закончиться без лишнего давления на него… Но из-за меня ему пришлось дать это обещание. И раз это его последний шанс, давление стало ещё сильнее… Я только обуза, да? Как проклятье…

Я хотела помочь Кэнто-куну, а в итоге лишь загнала его в угол.

Зная, что он так старается ради меня, я не могла смириться с тем, что сама же загнала его в эту ситуацию.

— …София-тян, ты всё неправильно поняла.

— Неправильно…?

— Эй!

Внезапно Надешико-сэмпай схватила меня за щёки и начала тянуть их в стороны.

— Ммф, п-перестань, пжалста…!

— Нельзя так думать! София-тян, на самом деле ты помогаешь Кэнто-куну перейти на следующий уровень.

Когда она наконец отпустила меня, я потёрла щёки ладонями, всё ещё не понимая, что она имела в виду.

Помогаю ему… перейти на следующий уровень? Но чем? Я же ничего не сделала…

— Если ты просто пытаешься меня утешить, то лучше не надо…

— Нет, это правда. Разве тренер не говорил? Кэнто-кун должен стать монстром.

Я вспомнила тот момент в коридоре, когда Кэнто-кун злился после разговора с Кудзумина-сэнсэем.

Тренер и правда сказал тогда эти слова.

— Цель бейсбольного клуба Сэйдзё — победа в чемпионате Косиэн. Но чтобы сделать это, нам придётся обыграть школы, в которых есть так называемые «монстры», «восходящие звёзды» и «гении десятилетия». А ещё одолеть действующих чемпионов — школу, где каждый игрок в основном составе является звездой. Куроганэ-кун — это, конечно, хорошо, но одного «монстра» недостаточно. Если мы хотим выиграть чемпионат, Кэнто-кун тоже должен стать игроком, которого называют «монстром».

Я сразу поняла, о каких школах она говорит.

На самом деле, в Косиэне почти всегда побеждают команды, укомплектованные так называемыми «гениями».

Поэтому одного «монстра» недостаточно — нужно хотя бы два.

И даже тогда может оказаться, что этого мало, если соперник — команда звёзд.

— Кэнто-кун — человек, который преодолевает свои пределы, когда на него возлагают большие надежды. Он доказал это во время летнего турнира. Именно поэтому тренер считал, что ты ему нужна, София-тян. Иначе он никогда бы не поставил перед ним настолько жёсткое условие.

Три хоумрана за матч — это было просто безумие.

Неудивительно, что не только Надешико-сэмпай, но даже сам тренер пошли мне навстречу, хотя я даже не была официальным членом клуба.

С самого начала они думали только о том, как сделать Кэнто-куна сильнее.

— Значит, я… не обуза?

— По крайней мере, Кэнто-кун черпает из этого силу. Два выбитых хоумрана — уже доказательство. Он никогда прежде не выбивал хоумраны подряд в двух выходах на биту.

Слова Надешико-сэмпай вызвали у меня в груди странное, тёплое чувство.

Поняв, что моё присутствие не тянет его вниз, я испытала такую радость, что мне захотелось плакать.

Я ведь не сделала ничего особенного, но если просто моё существование может ему помочь, этого уже достаточно.

— А по поводу давления можешь не переживать. Это тот самый человек, которого выпустили последним беттером в полуфинале летнего турнира, в его дебютном матче, и который выбил хоумран. У него нервы из стали.

Когда она заговорила о том полуфинале, я вспомнила день, когда впервые почувствовала к нему интерес.

Этот взгляд, сосредоточенный до предела… Трудно поверить, что человек с таким выражением лица может сломаться под давлением.

— Ты права… Я тоже так думаю.

Если это Кэнто-кун, он справится.

— Вот именно! Ну что ж, заключительный иннинг Сэйдзё начинается! Давайте поддержим его изо всех сил!

На фоне её громкого и уверенного голоса началась нижняя половина пятого иннинга — вероятно, последняя атака нашей команды.

Первыми на биту выходил девятый номер.

Это был второгодка, который занял место питчера в четвёртом иннинге.

Он изо всех сил старался продержаться, отбивая фолы, но в итоге выбил мяч в аут на низком внешнем броске.

Один аут.

Затем очередь дошла до первого номера — Каннаги-куна.

На протяжении всего матча он уверенно отбивал и не пропустил ни одного выхода на биту.

И этот раз не стал исключением — он снова выбил хит, доказав, насколько стабилен.

Но настоящий вопрос был в следующем бьющем.

В первом выходе он сделал жертвенный бант.

Во втором — выбил в аут.

В третьем — всё же выбил хит.

Сейчас, чтобы выполнить план, нужны загруженные базы.

Нужно было надеяться, что он увеличит свою эффективность хотя бы до пятидесяти процентов.

— Покажи им гордость второгодки…!

Рядом со мной Надешико-сэмпай крепко сцепила пальцы, не отрывая взгляда от бьющей площадки.

Два года игры в одной команде… Понятно, почему она так переживает.

Я тоже мысленно молилась.

Главное — чтобы он отбил.

Счёт дошёл до полного… Но! Он выдержал и в итоге выбил мяч!

— Получилось! Он вышел на базу…!

— Следующий — Куроганэ-кун…!

Один аут, игроки на первой и третьей базах.

Если Куроганэ-кун выбьет хит — игра закончится.

Но никто не мог сказать ему не бить. Он и сам бы не согласился на такое.

Что же он сделает?

Мне оставалось лишь верить в слова Надешико-сэмпай — что Куроганэ-кун никогда не предаст Кэнто-куна.

И в тот момент, когда все взгляды обратились к нему, Куроганэ-кун сделал то, чего никто не ожидал.

Он положил бант.

И не просто жертвенный бант, чтобы продвинуть бегущих, а такой, который давал ему шанс остаться в игре — safety bunt.

— Куроганэ-кун… забантовал!?

— Да ладно…! Я ни разу не видела, чтобы он делал бант в официальной игре…!

Менеджеры взволнованно вскрикнули, а мяч покатился в сторону третьей базы.

Третьебазовый быстро поднял его, но на базе уже стоял Каннаги-кун, известный своей скоростью.

Если бы защитник бросил мяч на первую базу, Каннаги-кун бы тут же рванул к дому и закончил игру.

Именно поэтому тот замешкался, не решаясь сделать передачу. Этого краткого мгновения хватило, чтобы раннер с первой базы перебежал на вторую, а сам Куроганэ-кун — стремительно занять первую.

— Базы загружены!!!

Пока менеджеры восторженно кричали, Куроганэ-кун спокойно стоял на первой базе и посмотрел в сторону бьющей площадки.

Туда уже шагал Кэнто-кун. Их взгляды встретились.

И затем — будто говоря «Я выполнил свою часть. Теперь ты заканчивай» — Куроганэ-кун резко указал на него пальцем.

Кэнто-кун ответил ему уверенным кивком.

А потом… его взгляд вдруг повернулся в нашу сторону.

Он вытянул вперёд правую руку — прямо в моём направлении.

Как…? В таком огромном скоплении людей он не мог случайно найти меня взглядом.

Неужели заранее спросил у Надешико-сэмпай, где я буду сидеть…?

Раз уж он так явно направил жест ко мне, я преувеличенно открыла рот в беззвучном «Ты сможешь!» и сжала кулаки, показывая боевой настрой.

Глаза Кэнто-куна удивлённо расширились, будто он не ожидал от меня такой реакции… А потом он улыбнулся.

Почему…? Почему у меня так тепло в груди…?

— …Как романтично…

Мне показалось, или Надешико-сэмпай что-то пробормотала рядом? Но я была слишком поглощена Кэнто-куном, чтобы разобрать её слова.

Кэнто-кун глубоко вдохнул и сделал шаг в бьющую площадку.

— И теперь я, наверное, исчезла из его мыслей.

Сейчас в его мире существовали только питчер и оборонительное построение соперников. Всё его внимание было приковано к тому, какие подачи они собирались сделать.

Я верила в него и просто ждала.

— …Они снова собираются сделать уок?

Одна из девушек-менеджеров произнесла это едва слышно.

Тут же ответила Надешико-сэмпай.

— Если они дадут ему уок, игра закончится досрочно. У них нет выбора — придётся бросать страйки.

Она была права. Теперь, когда базы загружены, если Кэнто-куна снова пропустят без удара, это автоматически принесёт нашей команде ещё одно очко.

А разрыв и так уже составлял девять очков. Если добавить ещё одно, игра закончится по правилу досрочного завершения матча.

Иначе говоря, у питчера противников не было возможности уклониться от противостояния.

Теперь я, наконец, поняла, что Надешико-сэмпай имела в виду, говоря про «прикрытие» со стороны Куроганэ-куна.

Эти девять очков разницы были возможны только благодаря его гранд-слэму.

Если бы разрыв составлял всего семь или восемь очков, противники могли бы предпочесть избежать рисков и намеренно отправить Кэнто-куна на первую базу, даже с загруженными базами, лишь бы не дать ему выбить хоумран.

Если бы они пропустили четыре очка вместо одного, это выглядело бы как оправданная стратегия.

Вот почему Куроганэ-кун инстинктивно выбил гранд-слэм.

— Хотя нет… Думать, что он провернул это намеренно, — просто безумие.

— Они осторожничают.

— Это же его последний выход на биту. Конечно, они будут предельно аккуратны.

Подачи шли правильно, но Кэнто-кун не размахивал битой в отчаянии.

Даже под таким огромным давлением он оставался спокоен, выжидая идеальный мяч, который сможет отправить за пределы поля.

— Давай, Кэнто-кун…!!

Я не сдержалась и выкрикнула это вслух.

Люди вокруг удивлённо обернулись, но с духовым оркестром и громкими криками команды мой голос вряд ли мог дойти до Кэнто-куна.

И всё же… в следующий миг он на мгновение повернул лицо в мою сторону.

И я отчётливо увидела лёгкую улыбку на его губах.

Глубоко вдохнув, Кэнто-кун снова сконцентрировался на питчере.

А затем—

— Он сделал это!!!

— В тот день родился новый монстр-бэттер.