Качели

—Рэйна—

Я всегда была одна. Прислонялась к перилам на станции, залитой неоновым светом, и просто тупо торчала там, ни о чём не думая. Люди, проходившие мимо, иногда оборачивались на меня. Высокий ствол сосны за спиной был похож на огромную мусорку. Недопитая тапиока, сигареты, листовки — чего там только не валялось. И сейчас я ничем не отличаюсь от всего этого мусора. Мне даже здесь быть не положено.

— Плевать.

Даже моё ворчание растворилось в толпе. На днях умер отец. Он говорил мне жить так, как я хочу, и даже когда я стала гал, он не ругал меня, а говорил, что это тоже я. А перед смертью сказал беречь себя, но не забрасывать учёбу, чтобы мама за меня не переживала. До этого я учёбу терпеть не могла, но ради его слов решила хотя бы постараться. И всё равно у меня ничего не выходило, и мне стало казаться, что я никогда не справлюсь. Я возненавидела себя за это, а потом просто сбежала из дома, от всего на свете, чтобы стать ещё одним куском мусора в этом городе. Хотелось, чтобы мусорщики забрали меня и сожгли.

— Эй, красотка! Не хочешь с нами развлечься?

Ко мне подошёл какой-то парень, а за ним маячили ещё двое неприятных на вид янки.

— …И как именно?

— О, а ты и правда не против, да? Прокатимся, поедим чего-нибудь.

Мне всегда говорили не ходить с незнакомцами, но я ведь уже не хорошая девочка. Я больше не слушаюсь того, чему меня учили. Разодетый тип схватил меня за запястье, не давая уйти. И в тот же миг по спине прошёл холодок, а всё тело сжалось от страха.

— Не трогай меня!

Я отдёрнула руку, и они сразу уставились на меня с угрозой. От ужаса у меня задрожали ноги, я не могла ни пошевелиться, ни убежать. Кто-нибудь, помогите… Но, конечно, мой голос не долетел ни до кого из прохожих. Я ведь мусор. Поэтому никто даже не посмотрел в мою сторону.

— О, так ты же Чиба из моего класса.

И тут передо мной неожиданно встал какой-то парень. Раз уж он так сказал, значит, мы и правда учимся вместе, но имени его я вообще не помню.

— Ты чё творишь?

— Ух ты, страшно-то как!

Парень аж отшатнулся. Он вообще собирается меня спасать или нет?

— Э-э-эй! Кто-нибудь, помогите-и-и! — заорал он так, что на нас тут же начали оборачиваться.

То есть ты сам зовёшь на помощь?! Какой отстой… Но благодаря этому пристававшие ко мне типы предпочли уйти, пока не запахло неприятностями.

— Ч-чего тебе надо?

— Я вообще-то помочь хотел, так что могла бы хоть немного поблагодарить.

От этой самоуверенной манеры меня передёрнуло, но в глубине души я испытала облегчение.

— Я тебя не просила.

— Уф… Гал и правда страшные…

Лицо у него побледнело.

Он выглядел таким беспечным и таким невинным, что, просто глядя на него, я понемногу успокаивалась.

— Сразу предупреждаю: от меня ты ничего не получишь. Я не влюблюсь в тебя только потому, что ты меня спас. Жалко, да?

— Эй, ну сколько можно всё выворачивать… На твоём месте я бы уже разозлился.

— Я ведь противная, да? Так что просто отстань.

Я всегда отталкиваю людей. Потому что не хочу, чтобы кто-то подходил слишком близко. Не хочу, чтобы меня понимали. Не хочу, чтобы кто-то увидел, какая я никчёмная. Из-за этого я всегда и оставалась одна.

— Да, «противная» тебе подходит. Ещё шаг — и уже чокнутая.

— Чего?! Ты издеваешься?

От его слов меня аж обожгло злостью. Обычно в таких случаях начинают поддакивать. Ты что, вообще не понимаешь, что я чувствую?!

— Я вообще-то просто согласился.

— Да ты, наверное, вообще не популярен. Девчонок совсем не понимаешь.

— Да заткнись уже. Пошли отсюда. Уже почти десять.

Он поманил меня за собой. Его прямота и правда больно задела, и всё же почему-то ему хотелось верить. Ему, наверное, вообще плевать, влюблюсь я в него или нет, и будут ли его считать хорошим парнем. Так что в итоге я просто пошла следом.

— Чёрт, я сегодня так вымотался из-за учёбы! — пробормотал парень себе под нос.

Наверное, он возвращался домой после дзюку или чего-то вроде того. На умника он совсем не походил, хотя, может, просто не показывал этого… И вдруг он присел, поднял с земли пустую банку и бросил её в урну возле автомата.

— Ты чего это сделал?

Он сделал то, чего не сделали сотни других людей.

— Да без какой-то великой причины. Просто в глаза бросилось.

— Но это же грязно, и не ты её здесь оставил. Вообще никакого смысла. Бесполезно. Ты что, святого из себя строишь?

— Вот как ты не понимаешь, зачем кто-то подбирает чужой мусор, так и я не понимаю, как можно швырять мусор где попало и вообще об этом не думать.

Почему-то от его слов мне стало тепло.

— …Спасибо, что выбросил.

— И чего ты меня благодаришь? Это вообще ещё меньше смысла имеет.

Он был странным. Таким человеком, который вот так вот выбрасывает чужой мусор. И мне вдруг подумалось, что меня он тоже не оставит валяться на обочине.

— Как тебя зовут?

— Ты даже имени одноклассника не помнишь? Амами Нанато.

Так мы с Нанато и познакомились по-настоящему —

*

— Нанато-о-о!

Пока я красилась, вдруг вспомнила тот день, когда мы с Нанато толком познакомились. После этого мы начали разговаривать в школе, и когда я призналась, что мне тяжело даётся учёба, он всегда помогал, чем мог. Благодаря этому я смогла поступить в ту же школу, что и он, и мы остались друзьями. Для меня Нанато — герой. Человек, который вывел меня на правильную дорогу. Я до сих пор так и не смогла честно поблагодарить его за всё, но обязательно должна отплатить ему за то, что он сделал. И вообще, если Нанато не будет рядом, я, наверное, совсем сломаюсь. Я никому не позволю отнять у меня причину жить.

— Эй, Хиросэ? У меня к тебе просьба всей жизни…

Я позвонила Хиросэ, потому что мне нужен был кто-то, кто поможет с моей операцией.

— И даже не собираешься вежливо просить? И вообще, это уже третья «просьба всей жизни».

— Ну пожалуйста, пожалуйста!

Шибаю я, конечно, тоже могла бы попросить, но она держит сторону Широки, так что велика вероятность, что она мне не поможет. А вот с Хиросэ мы знакомы куда дольше, так что уж он-то должен чётко понимать, на чьей он стороне.

— Это из-за Нанато?

— Ну разумеется. Давай ближе к делу.

— …Зависит от того, будет ли это весело.

— Ну, в общем… бу-бу-бу…

Я рассказала Хиросэ о плане, который придумала прошлой ночью перед сном.

— Ладно, только в этот раз. И всё, больше никаких «просьб всей жизни».

— Уиии! Спасибо! Если ты вдруг в кого-то влюбишься, я тоже тебе помогу.

— Ага-ага.

Я сбросила звонок и ещё раз проверила губы — потому что сегодня я поцелую Нанато.

—Нанато—

Сегодня выходной, и мы договорились вместе сходить в караоке. Я выгулял собаку и пошёл к месту встречи. Ицуки уже ждал, а вот девушек нигде не было видно.

— Здорово.

Одетый в повседневное, Ицуки всё равно выглядел слишком нарядно. Белая рубашка, кожаная куртка — он точно школьник? Ни один парень моего возраста так не одевается.

— Сколько это стоило?

— Тридцатку.

— Может, тебе стоит одеваться по возрасту?!

Я-то думал, что и сам оделся вполне нормально, но после одного взгляда на Ицуки вдруг начал чувствовать себя каким-то лохом.

— Простите, что заставила ждать!

Я услышал бодрый и милый голос, обернулся — и увидел Рэйну в обычной одежде. Рукава у кофты были на шнуровке, а на ней самой — короткие джинсовые шорты. С её природной миловидностью и таким количеством открытой кожи все проходящие мимо мужики только и делали, что оборачивались.

— Й-йо.

Она подошла ко мне и, как обычно, поздоровалась.

— Тебе и обычная одежда очень идёт, — сказала она, оглядывая меня с ног до головы.

Но лично я бы назвал её наряд скорее эротично-милым.

— Правда?

— М-м-м…

Похоже, мой ответ её не устроил: она сердито зыркнула на меня. Я тут же посмотрел на Ицуки, прося помощи, и тот раздражённо цокнул.

— По-моему, она хочет услышать, что ты думаешь и о её одежде тоже.

Рэйна тут же закивала. Похоже, сам факт того, что я подумал: «Да скажи уже прямо, чего хочешь», — и есть доказательство, что я совсем не понимаю девчонок.

— У тебя очень милый наряд. Реально очень.

— Серьёзно?!

Лицо Рэйны мгновенно просияло улыбкой.

Она не слишком-то переигрывает? Сразу так засияла только потому, что я похвалил одежду. Хотя, наверное, любой порадуется, если его похвалить. В следующий раз, как подвернётся случай, похвалю её ещё больше. И вообще… эти шорты — уже перебор. Это почти трусы, если так подумать. Надо вообще запретить такую непристойную одежду для общественных мест, чёрт подери! …Стоп, а на кого я вообще злюсь?

— Я же вижу, о чём ты думаешь, Нанато. Хочешь, угадаю? «Эти шорты — уже перебор. Это почти трусы. Надо вообще запретить такую непристойную одежду для общественных мест, чёрт подери», — да? — Ицуки ткнул меня локтем в бок и прошептал это прямо в ухо.

— Ты слово в слово угадал?! Ты что, экстрасенс?..!

Неужели у меня всё на лице написано?

— Всем привет! Мы пришли!

До назначенного времени оставалось ещё минут пять, а Цубаса уже примчалась бегом. У неё были открыты плечи, а короткая юбка то и дело открывала взгляду бёдра. Наряд и сам по себе выглядел скромно и опрятно, но в нём всё равно чувствовалась какая-то лёгкая развратинка.

— Ты как раз вовремя, не переживай.

— П-потому что мне хотелось увидеть тебя… То есть увидеть всех как можно скорее.

Впервые вижу Цубасу в мини-юбке. Обычно она носит простую, почти детскую одежду, а сейчас вдруг стала выглядеть стильно, и в ней появилась взрослая притягательность.

— А Юдзую-тян ещё не пришла, да? — Цубаса встала у меня слева почти вплотную, так что дышать стало труднее.

Стоит мне хоть чуть-чуть скосить взгляд в её сторону — и я, кажется, увижу ложбинку. Какая распущенность.

— Ты просто прелесть, Цубаса. Совсем не так, как в школьной форме. У тебя прямо взрослая аура. Мне очень нравится.

— Правда?!

Я из тех мужчин, кто одну и ту же ошибку дважды не повторяет. Так что, как мне и сказали раньше, сегодня я хвалю на полную.

— А? Почему ты всё внимание уделяешь ей? — Рэйна посмотрела на меня так грустно, что мне стало не по себе.

…Так, стоп. Я же вроде исправился, так чего ты опять смотришь с такой тоской? Я что, снова где-то промахнулся?

— Я так рада, Нанато-кун! Я специально купила эту одежду ради сегодняшнего дня, — Цубаса расплылась в улыбке.

Точь-в-точь как Рэйна чуть раньше. Похоже, стоит мне увидеть шанс — и надо хвалить их обеих без остановки. Но всё же Цубаса и правда сильно изменила образ, чтобы выглядеть взрослее и милее, и полностью избавилась от детского впечатления. Всё это очень сильно на меня действует, и хотя ещё совсем недавно я смотрел на неё как на младшую сестрёнку, теперь вижу в ней просто девушку. От одного взгляда на неё сердце начинает колотиться. Пожалуйста, так и убить можно.

— Ты в последнее время не слишком стараешься, Цубаса? Не нужно так уж насильно подстраиваться под большой город. Хотя, конечно, это не значит, что тебе не идёт.

— …Я не хочу, чтобы ты считал меня ребёнком. Я тебе ещё покажу, как я выросла, — смущённо пробормотала Цубаса.

Если она так говорит, мне ничего не остаётся, кроме как смотреть на неё как на взрослую девушку. Хотя… взрослая Цубаса? Это уже… ну… то самое.

— Нанато, у тебя между ног что-то набухло. Ты там в своих пошлых фантазиях утонул, что ли?

— А? Да какого, это просто кошелёк. Кошелёк у меня там. Даже не думай ничего такого.

От замечания Ицуки я запаниковал и вылетел из своих фантазий.

— Юдзую-тян и правда всё нет…

Как заметила Цубаса, с назначенного времени прошло уже три минуты, а Шибаю всё не было.

— Просто стоять и ждать скучно, давайте угадаем, в чём придёт Шибаю.

Мы согласились на предложение Рэйны, и игра началась.

— Думаю, она будет в комбинезоне.

Ицуки выдал на удивление убедительный вариант. Шибаю такое бы очень пошло.

— Вижу это. И ещё, наверное, с рюкзаком в виде акулы — чтобы сразу выделяться на нашем фоне, — сказала Рэйна с предвзятостью, но, честно говоря, не промахнулась.

Такие рюкзаки с акульими зубами на молнии и правда часто попадаются, так что вариант вполне реалистичный.

— Тогда я рискну и поставлю на платье.

Я решил сыграть против вероятностей. Иногда важно выйти из зоны комфорта и попробовать что-то новое.

— А мне кажется, она придёт в костюме.

— Чего-о?

От совершенно дикой версии Цубасы у меня вырвался странный звук. Я-то думал, что это я сейчас смело зашёл, а она одной фразой унеслась куда дальше.

— Ты издеваешься? Я вообще-то предложила играть всерьёз.

— Н-нет, просто Юдзую-тян говорила, что последняя мода большого города — это как раз костюмы, так что…

Пожалуй… эта фраза вскрыла более серьёзную проблему, с которой нам рано или поздно придётся разбираться.

— Это вообще не имеет смысла.

Мы подождали ещё минут пять, и тут с невинной улыбкой наконец появилась Шибаю.

— Простите, что заставила ждать, ребят!

По её виду вообще нельзя было сказать, что ей хоть немного неловко.

Кстати, если подумать, в школу она тоже как-то опаздывала. Видимо, это её стиль жизни.

— По дороге что-то случилось?

— Не-а, просто опоздала.

Ицуки на миг действительно забеспокоился, но, похоже, ничего серьёзного не было. Вообще, она как будто никогда ни о чём не напрягается. А что до её одежды — на ней оказался готик-лолитный наряд, чего никто из нас не ожидал. Нельзя сказать, что ей не шло, но выбор всё равно поражал. И вообще, кто бы такое угадал?

— Тебе нравятся готик-лолитные вещи, что ли? — задала Рэйна вопрос, который вертелся у всех на языке.

— Не особо. Просто папа купил Юзу это, и ей стало жалко, вот и надела.

Что это вообще за отец, который покупает дочери готик-лолитный наряд? Хотя, если это семья Шибаю, уже и не так удивительно. О себе и о своей жизни она почти не рассказывает, так что очень хотелось бы взглянуть, какие родители её такой вырастили. Так или иначе, все собрались, и мы направились в караоке-бокс у станции.

—Рэйна—

Войдя в комнату, я тут же села вплотную к Нанато. Пока мы шли сюда, я тоже всё время держалась возле него, так что моя операция проходила успешно.

— Не тесновато? — обеспокоенно спросил Нанато, и от того, что его голос прозвучал так близко, у меня сразу потеплело внутри.

— Мне вообще нормально.

Чем теснее, тем ближе я могу быть к Нанато, так что жаловаться я точно не стану. Правда, из-за этого Широки села от него слева. Она вообще никогда не расслабляется… Я собиралась прийти в откровенной одежде и соблазнить Нанато, но, похоже, она задумала то же самое. Видимо, если я не хочу, чтобы у меня украли Нанато, мне тоже придётся проглотить гордость. Больше всего меня бесит, что Нанато сразу же похвалил её одежду. Наверное, его так сильно задела разница с её обычным видом. Серьёзно, она строит из себя невинную дурочку, а сама прекрасно знает, что делает… Бесит!

— В таком караоке-боксе я впервые! Я так волнуюсь, Нанато-кун.

— Да, там, где мы выросли, таких караоке и правда не было.

О? Значит, она настолько деревенская, что в таком месте ещё ни разу не была.

— Я переживаю, смогу ли нормально спеть.

— Да не волнуйся. Я и сам пою так себе, а Ицуки — красавчик без слуха.

Ого? Значит, Широки переживает за свой голос… Прекрасно. Тогда я воспользуюсь этим шансом, чтобы отплатить ей за все её последние интриги, и первой на сцену отправлю именно её — пусть задаст провальный тон. Тогда Нанато в ней немного разочаруется, а его симпатия ко мне вырастет! Идеально!

— Думаю, тебе стоит спеть первой, Широки.

Я протянула ей пульт с сенсорной панелью и предложила начать. Разумеется, заранее убедившись, что система оценки включена как надо.

— Ва-а-а, не могу!

— Чем дольше будешь ждать, тем выше станет планка. Особенно если остальные окажутся очень хороши. А если пойдёшь первой, тебе будет легче всего и веселее.

— Л-ладно! Спасибо, Рэйна-сан.

Как и задумано… Она попалась в ловушку. Ну-ка, давайте послушаем, какой у тебя жалкий голосок.

— Тогда… выберу вот эту.

Широки быстро выбрала песню и взяла микрофон… Погоди, Утада[1]? Это же песни совсем не простого уровня, она точно уверена?

— Кажется, музыка слишком громкая… — Широки чуть убавила звук.

По её глубоким вдохам было видно, как она нервничает. Но стоило ей открыть рот, как комнату заполнил красивый голос. Ни единой фальшивой ноты. Да вы издеваетесь, принцесса, что ли?! Да она чертовски хороша! Все слушают, затаив дыхание! И мало того — она ещё и вкладывает в слова столько чувств, одновременно посылая Нанато такой многозначительный взгляд!

— Фух… Я так волновалась! — закончила Широки и получила аплодисменты от всех.

Так не бывает…

— Это было потрясающе, Цубаса! Я и не знал, что ты так хорошо поёшь.

— Спасибо… Я так рада, что тебе понравилось.

Вот же она меня подловила… Да не первый это её караоке-бокс, наверняка. И из-за этой ошибки мне стало только сложнее добиться, чтобы Нанато похвалил меня… Она даже знала, как звук подстроить. Значит, это точно не первый раз! Вот зараза… Везде-то она стратег.

— Тут написано девяносто два. Это вообще много, Рэйна-сан?

Увидев результат, Широки спросила меня с таким самодовольным лицом, что было ясно: она издевается. Но я это просто так не проглочу. Она ведь знает, чего стоит такой балл. Ладно, принимаю бой.

— Неплохо. Примерно мой средний результат.

Я ни разу в жизни не набирала даже девяноста, но позволить этому меня придавить не могу. Я из тех, кто особенно старается в решающий момент… Наверное, у меня получится, да?

— Шибаю, дай пульт. Я следующая.

Я буквально вырвала пульт из рук Шибаю и выбрала песню. Пи-пи-пи. До встречи с Нанато и остальными в средней школе я даже одна иногда ходила в караоке. Опыт, который я тогда набрала, сейчас точно пригодится. А потому я возьму песню Накасонэ-сан, моей любимой певицы. Пусть мои чувства дойдут до Нанато —

Начав петь, я мягко коснулась его колена. Уже одно это позволило вложить в голос куда больше чувств. А потом он посмотрел мне прямо в глаза. Интересно, что он ко мне чувствует? Я люблю его, но мне бы не хотелось, чтобы это оказалось игрой в одни ворота. Хочу, чтобы он любил меня сильнее. Может, я и правда звучала бы как прилипчивая женщина, но я хочу отдать ему всё, что у меня есть. И для этого мне нужно стараться ещё сильнее, чтобы он смотрел только на меня. Когда я закончила, все зааплодировали. Если я наберу больше очков, чем Широки, значит, я победила и меня ждёт счастливый конец. Боги же не станут меня отвергать —

— Ух ты! Восемьдесят восемь! Девчонки у вас вообще ненормально поют, а? — похвалил меня Нанато, но я всё равно проиграла Широки.

Похоже, на такую мелочь, как я, никто и не посмотрит…

— Кхм… Кхм… Простите, кажется, у меня горло разболелось.

Мне было так жалко и больно от поражения, что я в порыве выдала первое попавшееся оправдание.

— Это было потрясающе, Рэйна-сан! Я чуть дышать не забыла! — Широки осыпала меня каким-то полупустым комплиментом явно издеваясь.

Чёрт… Не могу поверить, что я правда проиграла! Ну и ладно. Смотри у меня, Широки… Это ещё не конец. Очень скоро… ты увидишь, как Нанато станет моим и только моим!

—Цубаса—

Я отпила чаю, который взяла у напиточного бара, и тихонько выдохнула. Это мой первый раз в таком караоке, но песню я, кажется, спела хорошо. Отлично, отлично… Хорошо, что я заранее потренировалась. Я даже заранее посмотрела, как тут всем пользоваться. И после того, как мы решили сюда пойти, дома тоже репетировала. Рэйна-сан ещё и великодушно позволила мне выступить первой, так что это правда очень помогло.

— Следующий я, — Нанато-кун выбрал песню и взял микрофон.

В детстве я уже много раз слышала, как он поёт, но тогда его голос был совсем другим. А теперь он стал намного круче и при этом таким мягким, что его было приятно слушать. Я смотрела на Нанато-куна сбоку, и тут встретилась взглядом с Рэйной-сан по другую сторону от него. Поняв, о чём думаем, мы обе покраснели и уставились в пол. Нанато-кун пел песню о любви. А вдруг… он посвящает её мне? От одной этой мысли всё тело будто вспыхнуло. Караоке — лучшее, что есть на свете.

— Какого… Это что, песня для меня?

— Д-да ни за что!

Песня закончилась, и на вопрос Рэйны-сан Нанато-кун ответил слишком уж резко. Похоже, она подумала о том же, о чём и я. Вот только у меня смелости спросить не хватило. Потом наступила очередь Хиросэ-куна. Он выбрал песню, которую я не знала, так что слушать было даже забавно. Но я всё равно заметила, что в ноты он попадал не всегда. Я-то думала, он хорош во всём, но, видимо, даже у Хиросэ-куна есть слабые места.

— Пятьдесят шесть, да? Если сравнивать с экзаменами, то не так уж и плохо.

Хотя набрал он больше, чем я ожидала. Наверное, систему специально настроили так, чтобы она не выдавала слишком унизительных результатов. Ну логично: им же нужно, чтобы клиенты возвращались.

— Нет, это минус одиннадцать тысяч шестьсот, — заметила Рэйна-сан.

— Почему?!

— Ты не поймал настроение комнаты и выбрал иностранную песню — это минус тысяча. Потом взял песню, которую никто не знает, — ещё минус десять тысяч. Сам поёшь плохо и при этом ещё палец выставляешь — минус пятьсот. И песня была слишком длинной — ещё минус сто.

— …Да ты демон, — проворчал Хиросэ-кун, и мне его даже стало немного жаль.

По-моему, даже минус тридцать — уже щедро. Нанато-кун бы вообще получил плюс две тысячи.

— Ух ты, все так хорошо поют!

Юдзую-тян размахивала бубном и подыгрывала всем, как группа поддержки. Похоже, так она пыталась разрядить неловкость, которую создал Хиросэ-кун.

— Теперь твоя очередь, между прочим.

— Э-э-э… Вообще-то Юзу умеет.

Нанато-кун протянул ей микрофон, но она отказалась.

— Мы уже здесь, так что давай.

— Не буду.

Юдзую-тян категорически отказалась брать микрофон. И тут микрофон вдруг выпал и с грохотом ударился об пол.

— Никто не будет смеяться, даже если ты поёшь хуже меня.

— Юзу не плохо поёт, но Юзу не будет.

Даже после попытки Хиросэ-куна сгладить ситуацию Юдзую-тян не отступила. Потом микрофон пошёл по второму кругу, все снова по очереди пели, и каждый раз мы предлагали Юдзую-тян тоже спеть, но она так и не сдалась. Может, у неё какая-то травма, из-за которой она не может петь? Я читала в интернете, что бывают люди, которые ни за что не запоют, но, похоже, это была не городская легенда.

— Раз Шибаю петь не будет, давайте тогда сыграем ещё в какую-нибудь игру.

— Отличная мысль! У нас же есть какие-то штуки для вечеринок, да?

Хиросэ-кун сделал предложение, а Рэйна-сан сразу за него ухватилась. Даже как-то слишком сразу — будто они это заранее обговорили.

— Фух… Спасибо, ребята. Так во что играем? — Юдзую-тян аж прослезилась от благодарности.

Холодное выражение, которое было у неё минуту назад, исчезло без следа, и она вернулась в своё обычное состояние.

— Я вчера купила это в ДонКи, — Рэйна-сан достала из сумки карточную игру.

На первый взгляд — обычные карты, но на них, похоже, были написаны задания. Видимо, одна из тех игр, что популярны в большом городе.

— Рэйна-сан, а что это за игра?

— Нужно делать всё, что написано на карте. Или отвечать на вопрос, если там вопрос.

Похоже, игра достаточно простая, так что даже я смогу поучаствовать. Мы быстро начали, и первым карту после проигранной «камень-ножницы-бумаги» вытянул Нанато-кун.

— Ну, начну я. — Он потянул карту, и лицо у него тут же побледнело. — О… Боже, только не это…

На карте было написано: показать всем историю браузера.

— Приказы абсолютны, Нанато.

— Я дам тебе двадцать тысяч, только пропусти это, Ицуки.

— Сумма вкусная, но нет. Я всё сделаю сам. — Хиросэ-кун отобрал у Нанато-куна телефон и открыл историю поиска.

— Дайте мне умереть… — Нанато-кун забился в угол комнаты и обхватил колени руками.

В последних десяти поисковых запросах были: «подработка район Мэгуро», «причины прыщей», «манга про подругу детства», «похотливая подруга детства», «манга про гал», «несколько гал», «чтение кандзи», «бёдра», «ножки гал…»

— Мне его уже жалко, так что давайте на этом остановимся.

Не дав дочитать всё до конца, Рэйна-сан погасила экран телефона.

— Рэйна… спасибо…

Нанато-кун посмотрел на Рэйну и поблагодарил её от всей души. Наверное, мне тоже стоило раньше его прикрыть, чтобы уберечь от такого позора… Как досадно. Хотя меня немного заинтересовал поиск «похотливая подруга детства». Наверняка часть про подругу детства каким-то образом связана со мной, а «похотливая» означает, что он и меня видит в таком свете, да? Мне казалось, что рядом с ним я никогда особо распущенно себя не вела, но, может, что-то само вырвалось, а я даже не заметила? А-а-а, как же любопытно.

— Дальше Широки.

Голос Рэйны-сан вырвал меня из мыслей, и мне пришлось тянуть карту. Похоже, в этой игре ход шёл просто по порядку, и, кажется, всё тут было куда страшнее, чем я думала сначала.

— Эм… «Держаться за руки с человеком справа от себя до следующего своего хода».

Справа от меня… А, точно! Это же Нанато-кун! Ура-а! Я смогу держаться с ним за руки!

— Значит, это я.

— Ага-ага, это ты.

Я взяла Нанато-куна за руку и крепко сжала её. Такая тёплая… И такая надёжная. Раз уж мне выпал этот шанс, нужно обязательно переплести пальцы, как это делают влюблённые, чтобы он уж точно не смог вырваться.

— Тебе нормально?

— Конечно! Я даже очень рада…

Когда я держалась с Нанато-куном за руки, мне становилось спокойно. В детстве мы делали это постоянно, но теперь, когда мы уже старшеклассники, мне было слишком неловко просить о таком самой. Тем временем Рэйна-сан бросала на меня ревнивые взгляды. Впрочем, я бы, наверное, чувствовала то же самое, если бы увидела, как она держится с Нанато-куном за руки. Сначала мне казалось, что это опасная игра, но я беру свои слова назад. Это лучшая игра на свете!

—Рэйна—

Карточная игра с заданиями началась, и у меня всё внутри ходило ходуном. Сначала мы увидели историю запросов Нанато. И что особенно удивительно — немалая её часть была связана с гал. А это ведь точно значит, что он думает обо мне, да? Моё существование явно на него влияет. Уже от одной этой мысли мне стало ужасно радостно, а то, как Нанато пытался всё скрыть, было ещё и до безумия мило. И теперь Нанато сидел, держась за руки с Широки, и довольно улыбался. А Широки ещё и сама вся сияла от счастья! Я тоже хочу держать его за руку! Обнимать его! Ну же, карта, попадись мне хорошая, пожалуйста!

— Так, теперь моя очередь… Тяну!

Я, поддавшись порыву, вытащила одну карту. В неё сейчас была вложена вся моя судьба, и раз уж я так старалась, она обязательно должна быть на моей стороне —

— Так-так… «Скажи группе, со сколькими людьми ты уже встречалась».

А-а-а-а! Это худшая карта! У меня, похоже, параметр удачи максимум на Е. Нет… ну ладно. Когда вернусь домой, просто помечтаю о всех тех милых романтических картах, которые мне могли выпасть с Нанато. И вообще, если присмотреться к колоде, это ведь игра для взрослых, да?! Тогда неудивительно, что тут столько жёстких заданий…

— Эм… со сколькими людьми я встречалась…

Я перебрала в голове всю свою жизнь и не смогла вспомнить ни одного парня. У меня никогда не было парня. Мне признавались несколько раз, но всем я отказала, а первым человеком, в которого я влюбилась по-настоящему, стал Нанато. Я… куда невиннее, чем думала сама. Наверное, я берегла эту чистоту, чтобы однажды вручить её Нанато.

— Ну, у тебя точно двузначное число, да, Рэйнан?

— Даже для неё это, пожалуй, перебор, Юдзую-тян. Я бы сказала, шесть.

Шибаю и Широки так уверенно исходили из того, что у меня уже были парни. Ну, с моей внешностью и манерой держаться, наверное, я не могу их за это винить. Но если я скажу, что на самом деле это ноль, надо мной, скорее всего, просто посмеются, так что хотелось этого избежать. Я хочу быть женщиной, которая может держаться уверенно.

— Ну… кажется, четверо. Я довольно придирчива к тем, с кем встречаюсь, так что не так уж много.

Ну вот, сказала. Захотела выглядеть круто и соврала.

— Рэйна-сан и правда потрясающая!

Широки и Шибаю посмотрели на меня с уважением. Хех, я всё-таки не то что вы двое.

— …Так много?

— А?

И только Нанато, кажется, по-настоящему расстроился. Даже выглядел так, будто его слегка оттолкнуло. Подожди, погоди.

— Нанато ведь говорил, что любит невинных девушек, да.

— Ицуки, не говори такое при девчонках! — Нанато в панике накинулся на Хиросэ.

Что я наделала… Теперь он наверняка думает, что я какая-то лёгкая девица. Наверное, это мне наказание за ложь. После этого Хиросэ вытянул карту с заданием прочитать рэп, но мне было уже совершенно не до того. Будто я просидела весь длинный урок, на который мне глубоко плевать.

— Теперь Юзу! — Шибаю бодро схватила карту. — «Поцелуй в щёку того, кто сидит напротив»?!

Опять выпала проблемная карта. Напротив неё сидели и Нанато, и Широки, так что…

— Кого бы выбрать~

Шибаю подняла палец и принялась делать вид, будто выбирает наугад… Эй-эй-эй!

— Конечно Широки!

— Юдзую-тян, это же я!

На мой вопль тут же откликнулась и сама Широки.

— Боже, Цубаса-тян, ты и правда так любишь Юзу, да? — Шибаю расплылась в улыбке и подошла к Широки.

По крайней мере, худшего сценария удалось избежать.

— Люблю тебя, Цубаса-тян! Чмок!

— Юдзую-тян, это так неловко…

Шибаю ни капли не смущаясь поцеловала Широки в щёку. Они ведь обе девушки, что они вообще творят…

— Нанато, эти две идиотки, да?

— …Ого.

Нанато практически уставился на них. Когда я посмотрела на Хиросэ, то у него был такой взгляд, будто он тоже хочет к ним присоединиться. Да что вообще происходит?! Это теперь мальчикам такое нравится?!

— Кажется, теперь моя очередь…

После той жуткой карты с историей браузера Нанато уже боялся даже руку к колоде тянуть.

— Эм… «Назови свой любимый тип противоположного пола».

Прочитав задание, Нанато с облегчением выдохнул. А я и сама очень хотела это услышать.

— Типов у меня много, но если говорить о том, с кем я бы хотел встречаться, то, наверное, это кто-то невинный. У меня есть неприятная привычка болезненно воспринимать проигрыши, так что я не хотел бы, чтобы меня сравнивали с другими мужчинами.

Погоди, Нанато! Не говори этого! Это из-за этого ты так расстроился раньше?! Но я ведь тоже невинная!

— Тогда это точно Цубаса-тян. Она ни с кем не встречалась, невинная и преданная, — Шибаю тут же выдвинула Широки как кандидатку.

Да не усугубляй ты всё!

— Цубаса милая, так что у неё наверняка найдётся парень куда лучше меня.

— Н-неправда. Я бы хотела кого-то вроде тебя, Нанато-ку…

Из-за того, что Широки невольно показала кусочек своих настоящих чувств, в комнате повисло напряжение. Ах ты… мерзкая женщина!

— Теперь снова очередь Широки!

Я попыталась силой разогнать эту неловкость и заставила Широки тянуть следующую карту.

— Эм… Э-э-э?! Тут написано: «Назови группе свой размер груди», — прочитала Широки и вспыхнула до корней волос.

Раз уж это взрослая версия игры, логично, что тут подмешаны и такие карты. Причём если такую вытягивал парень, он должен был назвать цвет своих сосков. Мне, может, и жаль, что я сама втянула Широки в такую ситуацию, но для меня это даже выгодно. Уж по размеру-то я точно её обхожу. Так что сейчас я окончательно соблазню Нанато.

— Ну… я давно не мерила…

— Но примерно-то ты должна понимать, разве нет?

Широки попыталась ускользнуть от ответа, а я тут же на неё насела. В старшей школе нельзя не быть хоть немного любопытной насчёт такого. Если на глаз, то у Шибаю, наверное, второй размер, у Широки — третий. А у меня пятый, и я уже почти дотягиваю до шестого. Наверное, после встречи с Нанато у меня гормоны так разгулялись, что пошёл скачок роста или что-то вроде того.

— Ты вообще не обязана это говорить.

— Если примерно… то, наверное, четвёртый.

Стоило Нанато уже почти дать ей поблажку, как Широки всё-таки ответила. Четвёртый… Погоди, четвёртый?! Да быть не может! Она точно просто приподняла их как следует! И я совершенно отчётливо услышала, как Нанато сглотнул. Парни ведь не особо разбираются в размерах, так что он наверняка даже не понимает, что она сейчас приукрашивает.

— Цубаса-тян, я и не думала, что у тебя так много.

Шибаю посмотрела на Широки с явным сомнением. Та в ответ ещё сильнее подалась грудью вперёд, будто делая её больше. А Нанато тем временем весь покраснел и уставился на её грудь. Гр-р-р…

— А у меня, вообще-то, шестой… — пробормотала я так тихо, чтобы услышал только Нанато.

Он тут же резко повернулся ко мне и застыл с распахнутыми глазами. Я не проиграю Широки. И, пожалуй, пора уже заканчивать с этой бесполезной карточной игрой и переходить… к моей финальной операции.

—Цубаса—

Из-за этой странной карточной игры я краснела снова и снова. На самом деле у меня третий размер, но в начальной школе Нанато-кун как-то сказал, что любит большую грудь, и я решилась чуть-чуть себе приписать. Я каждый день массирую грудь, чтобы она выросла, но пока особого эффекта не вижу. И всё же ради Нанато-куна я продолжу — и однажды превращу этот четвёртый размер в реальность. После этого Хиросэ-кун вытянул задание станцевать для нас, а Юдзую-тян пришлось рассказать шутку, но у меня в голове всё уже так перепуталось, что я почти не слушала.

— Давайте закончим после следующего круга, — предложила Рэйна-сан, и я с облегчением выдохнула.

— Ну, моя последняя карта… — Нанато-кун вытащил карту и показал всем. — «Глядя в глаза человеку слева от себя, признайся ему в любви».

С-лева?! Это же я! Ура-а-а!

— По-моему, это уже можно пропустить, да?

— Не такое уж жуткое задание, чтобы просто его скипнуть. Нечестно получится по отношению к остальным.

Рэйна-сан попыталась протащить это мимо, но я такой шанс из рук не выпущу!

— Тебе ведь и раньше было неловко, когда пришлось размер груди говорить? Если слишком тяжело, не надо себя заставлять.

— Мне и правда было немного неловко, но не настолько.

— Ну да, ты же такая благопристойная развратница.

— Я-я не развратница! Я просто… немного пошлая, вот!

— Чего?

Попытавшись возразить Рэйне-сан, я в запале ляпнула ещё более стыдную вещь.

— Д-давай просто покончим с этим, Нанато-кун!

— А-ага…

Не сумев нам помешать, Рэйна-сан сжала кулак. Мне было неловко, что я исключаю её из этого, но такой шанс я проигнорировать не могла.

— Цубаса…

— Да…!

Нанато-кун посмотрел мне в глаза и тихо произнёс моё имя. К-какой он красивый! От одного его взгляда сердце было готово вот-вот разорваться.

— …Я тебя люблю.

Ах… А-а-ах… Он правда это сказал… Боже, сердце вообще не успокаивается. Грудь горит…

— Спасибочки… — я только и смогла, что кивнуть и поблагодарить его.

Нет, эта игра всё-таки лучшая. Я буду стараться ещё больше, чтобы однажды он признался мне уже всерьёз. Но в то же время это опасная игра. Я ведь и правда могу на неё подсесть. И раз теперь снова была моя очередь, мне пришлось вернуться в реальность и вытянуть последнюю карту.

— Широки, давай быстрее.

Похоже, Рэйна-сан уже раздражалась, так что я поспешно вытянула карту. А… нет, быть не может. Это худшая из всех возможных карт. Нет, ни за что. Даже в шутку я такого сделать не смогу.

— Что там написано?

— Эм, ну… Ах.

Когда Нанато-кун спросил, я от неожиданности выронила карту. Она упала на пол, и, наклонившись её поднять, я заметила рядом ещё одну. Похоже, когда Рэйна-сан вытягивала свою прошлую карту, одна могла случайно слететь вниз. И в этот момент я поняла — это мой шанс. Конечно, это нечестно, но я спрятала свою карту в карман и сделала вид, будто подняла ту, что уронила.

— Вот эта. — Я положила карту на стол и показала всем её содержание.

— …«Назови один из своих фетишей».

Да вы издеваетесь?! Это почти так же ужасно, как и та карта!

— Э-это уже слишком…

— Не такое уж жёсткое задание, так что давай уже, — на этот раз Рэйна-сан сказала ровно противоположное тому, что говорила до этого, и её обида проступала слишком явно.

— Н-но…

— Это нечестно, Широки. — Рэйна-сан посмотрела на меня глазами, в которых светилась самая настоящая демоническая злость.

Похоже, она решила во что бы то ни стало меня опозорить. Но, наверное, это плата за прекрасное воспоминание, которое я только что получила. Если я назову что-то безобидное, особой беды не будет.

— Мне… нравится, когда меня носят на спине, так что я была бы очень счастлива, если бы человек, который мне нравится, сделал это для меня…

Признаваться в таком было неловко, но это первое, что всплыло у меня в памяти из тех далёких дней, когда мы с Нанато-куном были ещё маленькими. И всё же больнее, чем смущение, было чувство вины из-за того, что я всех обманула. Карта в кармане напоминала, что я была с ними неискренна. После этого Хиросэ-кун вытянул карту с заданием обнять Юдзую-тян, а Юдзую-тян пришлось принять сексуальную позу — прям как у кошки-хищницы. Так игра и подошла к концу, а все разошлись за добавкой к бару с напитками.

— Нанато тебя не любит, так что не думай, будто победила.

— Я-и так это знаю.

Когда остались только мы с Рэйной-сан, она наклонилась и прошептала мне это прямо в ухо.

— Наверняка уже представляла, как выйдешь отсюда и всем объявишь, что ты девушка Нанато. Какая жалость — я этого не допущу.

— Я вообще не собиралась ничего такого делать!

Рэйна-сан, похоже, и правда злилась на меня. Может, хватит уже каждый раз выставлять себя жертвой?

— Кто знает. Ты куда хитрее, чем пытаешься казаться. Готова обманывать Нанато как угодно, лишь бы только заполучить его. Ты в будущем мошенницей стать собралась?

— Ты уже перегибаешь! Хватит вкладывать мне в рот слова, которых я не говорила!

— Да ты всё это время именно так и делала! Я же знаю, что ты специально обманула Нанато, чтобы он тебя обнял, мерзкая деревенщина!

— Хватит выдумывать эти беспочвенные недоразумения! И я не хочу слышать это от тебя после того, как ты уже крутила с четырьмя парнями, городская шалава!

Я больше не могла молча терпеть этот односторонний поток обвинений и в итоге сорвалась на ответ, тяжело задышав. Но даже после этого она продолжала буравить меня взглядом.

— Э-эй, вы что, ссоритесь?

Нанато-кун заметил, что с нами что-то не так, и подошёл к нам с тревогой на лице.

— А, подожди, мы просто обсуждали, какой шоколад любим. Да, Широки?

— Д-да. Я просто люблю более простой вкус, вот и всё.

Рэйна-сан в одно мгновение развернулась на сто восемьдесят градусов и улыбнулась Нанато-куну так естественно, будто для неё это так же легко, как дышать. Я тоже улыбнулась вслед за ней.

— А-а, вот как…

Чтобы не испортить то хорошее настроение, которое у нас сложилось, мы не могли позволить никому узнать, что только что ссорились. Рэйна-сан проглотила свои чувства и сделала вид, будто ничего не было. И я поняла: для неё нынешние отношения действительно очень важны. Да, мы всё время спорим из-за Нанато-куна, но в чём-то я всё же могла её понять.

— Тогда возьмите напитки и скорее возвращайтесь в комнату, ладно?

— Ага, сейчас придём.

Мы проводили Нанато-куна взглядом. Мне захотелось быть с ним ещё сильнее…

— Хмф!

— Хмф!

Как только Нанато-кун исчез из виду, мы тут же отвели глаза друг от друга. Эта короткая пауза помогла мне чуть успокоиться, но злость от её слов всё ещё жила во мне.

— …Ты недостойна Нанато.

— Это моя фраза!

— Да заткнись. Через час он уже будет моим, так что просто смотри. — Переполненная уверенностью, она налила себе напиток и вернулась в комнату.

Что же она собирается делать?..

—Рэйна—

Вернувшись в комнату, я предложила следующую игру.

— Есть одна штука, которую мне очень давно хотелось попробовать, — сказала я, потому что именно ради этого момента и ждала всё это время.

— Какая? Если это то, что хочешь ты, мне всё равно что.

А-а-а, какой же он добрый. Всё равно, что угодно? То есть, может, даже это… или то?.. Стоп, о чём я вообще думаю?!

— Та-дам! Игра в Токки!

Я достала коробку палочек Токки и поставила на стол. Раз уж в этот караоке-бокс можно приносить еду с собой, я просто не могла прийти сюда без них.

— Эй, это уже покруче предыдущей карточной игры будет.

— Ну давайте! Мы же уже старшеклассники, так что можем и в игры повзрослее поиграть.

Если Нанато не будет участвовать, в этом всём вообще нет смысла. Потому что… в этой игре в Токки я украду его первый поцелуй! И заодно отдам ему свой первый поцелуй тоже — а уж за это он, само собой, должен будет взять ответственность! Вот что бывает, когда я становлюсь серьёзной!

— А что это вообще за игра? После всех этих странных игр я уже как-то не очень хочу ещё одну…

— Не переживай, Широки. Здесь просто едят палочки Токки. Больше ничего.

— Правда? Тогда это и правда кажется весёлым.

Отлично, Широки я тоже сумела провести. Да кто вообще может не знать про игру в Токки? Наверняка она снова строит из себя невинность.

— Хиросэ, Шибаю, вы же тоже не против, да?

Хиросэ сразу кивнул. Я заранее попросила его помочь.

— Э-э, Юзу пас. Но Юзу просто посмотрит, так что не обращайте внимания.

— Ла-а-адно, потом я угощу тебя печеньем.

— Серьёзно?! Уиии!

Надо же, Шибаю согласилась отсидеться в стороне всего лишь за печенье. Это ещё сильнее повышает мои шансы поцеловаться с Нанато. Печенье — вообще не цена. Да хоть ещё напитком угощу.

— Играть будут двое, которые победят в «камень-ножницы-бумага».

— Понял.

Я объяснила всем правила и заранее создала для себя выгодную ситуацию. Я тоже умею быть стратегом, Широки…

— Тогда начали! Камень…

Я поцелую Нанато и сразу после этого насильно закончу игру.

— Бумага… ножницы!

Мы с Нанато показали ножницы, Широки — камень, а Хиросэ — бумагу.

— А, не подходит. Всё слишком разбежалось.

Так я сказала, но на самом деле уже победила. Потому что я заранее попросила Хиросэ весь матч показывать только бумагу. Это повышало мои шансы на победу. Тем более теперь, когда Шибаю вообще выбыла.

— Ещё раз!

На этот раз мы с Нанато снова показали ножницы, а Хиросэ и Широки — бумагу.

— Хе… хе-хе-хе…

Нет-нет-нет, пока рано смеяться. Держи себя в руках, я!

— Похоже, победили мы с Рэйной.

— Мы выиграли, Нанато~

Вот оно, вот оно, вот оно! Сцена готова! Никто уже меня не остановит, и я иду прямиком к этим губам! Мне даже немного жаль Широки, но она сама без конца пыталась соблазнить его, так что получай по заслугам.

— Начинай с шоколадного конца, Нанато.

Я протянула ему палочку Токки. Клянусь, человек, который придумал эту игру, — бог. Подбираться всё ближе и ближе друг к другу, разгрызая одну палочку, — это божественная идея. Она дарит надежду всем девушкам мира, которые слишком робки, чтобы поцеловать парня, который им нравится. Такое достойно Нобелевской премии мира.

— Я к такому не привык… — Нанато смущённо взял конец палочки в рот.

Игра заканчивается, когда палочка ломается, так что Нанато, наверное, будет действовать очень осторожно и постарается поскорее её доесть.

— Тогда… поехали!

— А-ага…

Лицо у него было красное как рак. Ну подожди, очень скоро эти губы будут моими.

— Ням!

Я взяла другой конец в рот, и игра началась. Передо мной был Нанато, который смотрел мне прямо в глаза. А-а, плохо. У меня губы дрожат, я не могу ни на миллиметр продвинуться. Любимый мной Нанато медленно приближается ко мне. Всё тело горит. Я не могу…!

— А.

От паники я раскусила палочку Токки пополам.

— Хуже не бывает…

Да не может быть. Почему я именно сейчас так растерялась?! Я же столько ждала этого момента…

— П-прости… Наверное, тебе просто было неприятно делать это со мной, да?

— Н-нет-нет-нет!

— Всё нормально. Не надо себя заставлять.

И теперь Нанато ещё и решил, будто ему было неприятно со мной! У него такой раненый вид! Хуже просто некуда! Меня будто из рая разом швырнули в ад. Я ведь вообще-то смухлевала, чтобы поцеловаться с Нанато, и в итоге всё это ударило только по мне самой?! Нет, я это не приму… Я ещё вообще ничего не добилась!

— Что будем делать? Повторим?

— Конечно повторим!

Я тут же ухватилась за предложение Хиросэ. Я не позволю, чтобы всё закончилось вот так. Верно… я ещё могу победить, если только поцелую Нанато! Прошлое уже не изменить, зато будущее, которое я хочу, — ещё можно получить!

— Камень… бумага… ножницы!

Хиросэ снова показал бумагу, а остальные — ножницы. Плохо… Я победила, но Широки всё ещё осталась в игре. Если в следующем раунде я проиграю, целоваться будут Нанато и Широки. Меня аж трясёт… Но всё хорошо, я верю в богов.

— Камень… бумага… ножницы!

Я показала бумагу, а Нанато и Широки — ножницы. Эй, боги «камень-ножницы-бумага»? Я вас больше никогда в жизни не прощу —

—Нанато—

— Я опять победил…

Не могу поверить, что выиграл два раза подряд. Но в первом раунде Рэйна вообще не продвинулась по палочке Токки, так что мне почти показалось, будто ей было противно делать это со мной. Признаю, ударило не слабо. Она была так настроена, а стоило нас поставить в пару — и вот так… Если Цубаса отреагирует так же, я, кажется, правда расплачусь.

— Это очень неловко, но я рада, что мы будем играть вместе, Нанато-кун, — Цубаса посмотрела на меня с такой счастливой улыбкой, что мне стало легче.

— Если тебе настолько неловко, ты можешь отказаться. В мире вообще много людей, которые против того, чтобы заставлять себя делать то, чего не хочется, — Рэйна явно с большой неохотой протянула Цубасе палочку Токки.

— Мы же просто едим Токки, да? Ничего такого страшного.

С улыбкой Цубаса успокоила Рэйну.

Та, не найдя что возразить, протянула ей палочку.

— Нанато-кун, возьми этот конец в рот.

Я послушался, и Цубаса тоже взяла свой конец. Смотрела она на меня просто невероятно мило. Казалось, у неё в глазах вот-вот сердечки появятся — таким жаром был наполнен её взгляд. Из-за неё у меня так колотилось сердце, что я вообще не мог шевельнуть губами, а Цубаса тем временем медленно приближалась ко мне. И по её виду не было похоже, что она собирается останавливаться — она явно целилась прямо в мои губы…

— А!

И тут Шибаю случайно опрокинула стакан с соком в мою сторону. Я дёрнулся от неожиданности и тут же раскусил палочку Токки.

— …Эм, прости.

— Да нет, всё нормально.

Шибаю, похоже, сама опешила и на миг вообще застыла. Обычно в такой ситуации сразу бросаются вытирать, пока всё не растеклось, но…

— Но надо всё же вытереть.

— П-поняла!

Похоже, она наконец пришла в себя и принялась поспешно всё вытирать.

— …Юдзую-тян?

На лице Цубасы появилось сложное выражение: игра ведь была сорвана. Увидев это, Шибаю побледнела.

— Это просто маленькая случайность. С каждым бывает.

— С-спасибо, Амамиччи. — Шибаю выдавила улыбку, но по ней было видно, что её что-то сильно тяготит.

— Случайность не случайность, но испытание на этом закончилось.

Рэйна вздохнула с таким облегчением, будто только что собственными глазами едва не увидела конец света. Она положила руку на плечо Шибаю и посмотрела на неё как на героя. Некоторое время после этого висела странная неловкость, но потом Ицуки сказал, что, наверное, на этом и правда стоит остановиться, и время снова пошло своим чередом. Мы ещё немного поболтали о том и о сём, а потом решили расходиться.

—Рэйна—

Проводив Хиросэ и Шибаю, мы с Нанато и Широки тоже пошли домой. Но, сделав несколько шагов, я поняла, что кое-что забыла.

— Чёрт, мне надо вернуться! Вы двое подождите здесь.

Я уже собиралась сорваться обратно в караоке-бокс, когда Нанато положил руку мне на плечо.

— Я с тобой. Цубаса, подождёшь нас?

— Да. Я буду здесь.

Он даже готов пойти со мной… Какой же он всё-таки добрый.

— А ты чего со мной идёшь?

— Я не заметил, что ты что-то забыла, так что в этом и моя вина тоже.

Хотя ошиблась я, ответственность он взял на себя, будто виноват он. Мне очень нравится эта его сторона, и рядом с ним я сразу почувствовала себя спокойнее. Порой он ужасно тормозит, но это тоже одна из причин, почему я его люблю. С таким человеком мы бы точно смогли построить счастливую семью. Может, мне уже пора начинать придумывать имена для наших детей? Я сказала сотруднице на стойке, что забыла вещь, и она разрешила нам проверить комнату до того, как там начнут уборку. В углу дивана и правда лежала пачка карт, которыми мы играли раньше.

— Чуть не забыла. Было бы жалко оставить.

— А, это… Ну да. Хотя могла бы и оставить. В эту сломанную игру я больше никогда играть не буду.

Похоже, из-за всех тех ужасных карт он и правда успел её возненавидеть.

— Смотреть на тебя было очень смешно, конечно. Тебе всё время попадались самые странные задания. Ну и невезение у тебя.

— Мне в таких штуках всегда не везло.

— Не верю. Давай ради прикола тяни ещё одну.

Я протянула ему колоду.

Мне не хотелось, чтобы он уходил в таком настроении.

— Наверняка там будет написано выложить все деньги, что у меня с собой… — проворчал Нанато и всё же вытянул ещё одну карту.

— И что там?

— «Поцелуй в щёку человека, который стоит перед тобой». Видишь? Я же говорил, опять какая-то ненормальная карта.

Это ведь та же карта, что вытянула Шибаю во время игры… Ч-что?.. Погоди… Поцелуй?! У меня снова открылся путь к поцелую!

— Ладно, пойдём тогда домой.

— Но приказы на картах абсолютны, помнишь?

— А?!

Хе… хе-хе… Кто бы мог подумать, что такой шанс свалится на меня в самом конце! Я знала, что боги меня не бросили. Это награда за всё, через что я прошла.

— Н-но это ведь просто случайная карта, да?

Вообще-то — да, так и должно было быть. И мне правда немного жаль Нанато, но я должна довести это до конца! Если я не могу поцеловать его сама, значит, пусть он поцелует меня!

— Нет. Это очень серьёзно. Серьёзнее некуда.

Я схватила его за запястье, не давая уйти. Мне казалось, если я сейчас это упущу, второго такого шанса уже не будет, так что я заставлю его сделать это, если придётся!

— Но… это же неловко, да?

— Если ты не поторопишься, сюда придёт уборщица и нас выгонят. И сейчас мы здесь только вдвоём.

Мой план был в том, чтобы загнать его в ситуацию, где отказаться ему будет труднее всего.

— Даже если ты так говоришь…

— Ты не хочешь меня целовать? Тебе это настолько неприятно?

— Да конечно нет. Я хочу, просто неловко.

А-а-а-а! Он сказал, что хочет меня поцеловать! Ну так делай! Сейчас же! Поцелуй меня!

— Ну пожалуйста… Поцелуй меня, Нанато! — Я потёрлась щекой о его плечо и стала умолять.

Я уже чувствовала, что потом сгорю от стыда и буквально взорвусь, но сейчас мне нужно было проглотить всё это.

— Только не рассказывай остальным.

— Конечно нет. Это будет наш секрет.

— Обещаешь?

— Да. Я ни за что им не скажу.

Скорее, скорее! Пока не пришла уборщица!

— Фух… — Нанато один раз глубоко выдохнул.

Его дыхание коснулось моего уха. Я сейчас умру.

— Я больше не выдержу… Не заставляй меня ждать…

— Угх…

— Быстрее, быстрее, быстрее! Ты же парень, соберись уже!

От смущения я чуть ли не сорвалась на него.

— Ну… тогда с твоего позволения…

Он шагнул вперёд и коснулся губами моей щеки.

Он только слегка прикоснулся, и длилось это всего пару секунд… И всё же я даже стоять не смогла.

— Э-эй, ты в порядке? — Нанато подхватил меня, чтобы я не рухнула на пол.

Чувства к нему сейчас просто взорвутся. Я, кажется, сгорю от жара, который распирает меня изнутри.

— Прости, у меня ноги подкосились.

— Может, тебе всё-таки не понравилось?

— Я так счастлива, что умереть готова!

Похоже, мой выпаленный ответ только сильнее его запутал.

— А, чёрт!

— Ч-что случилось?

Он почему-то с размаху ударил себя кулаком в живот.

— Не обращай внимания… Я тут просто с собой борюсь.

Он тяжело дышал и выглядел так, словно терпит какое-то мучение.

Как будто я только что разбудила в нём нечто, что спало до этого.

— Вот же… Теперь ты должна взять ответственность, понятно?

— За что именно?!

Похоже, моё тело уже стало неспособно жить без Нанато. Я никому не позволю отнять его у меня, а если кто-то украдёт его — я украду обратно. И тут мы услышали шум у двери, так что оба испуганно обернулись.

— Наверное, уборщица. Уходим отсюда.

— Ага. Спасибо тебе, Нанато.

Я улыбалась так широко, что уже не могла смотреть ему в глаза. Наверняка сейчас у меня на лице какая-то совсем уж странная мина.

— Сюда, Рэйна.

Выходя из комнаты вместе с Нанато, я шла, не поднимая головы, и в итоге чуть не двинулась вообще не туда.

— Я уже вообще ничего не соображаю!

Сердце было к такому не готово, так как я вообще могу сейчас что-то трезво оценивать? Может, Нанато и считает меня назойливой женщиной, но пока что я всё равно хочу на него опереться.

— Честное слово…

Нанато взял меня за руку и повёл за собой. Да быть не может… Что это за бонусное время такое? Это награда за то, что я так упорно добивалась своего? Или он после поцелуя совсем мной увлёкся? Теперь у него в голове только я? Я тут же переплела наши пальцы, чтобы рука точно случайно не выскользнула. Не могу поверить, что можно быть такой счастливой… Он поцеловал меня в щёку, да ещё и за руку держит… Но я жадная женщина, так что хочу испытать счастье ещё сильнее. В следующий раз я хочу поцеловать его уже в губы — и ещё больше углубить наши отношения. Потому что теперь… меня уже никто не остановит —

—Цубаса—

Ждать одной стало невыносимо, и я пошла вслед за Нанато-куном и Рэйной-сан. Подойдя к той самой комнате, где мы были раньше, я увидела кое-что ужасное — Рэйна-сан тёрлась к Нанато-куну и просила его её поцеловать. Смотреть, как его лицо приближается к её лицу, было выше моих сил, и я убежала. Я не хочу видеть, как он целует другую женщину, кроме меня. Если бы я это увидела, наверное, свалилась бы в постель на несколько дней от одного только шока.

И сегодня Рэйна-сан сказала, что уже встречалась с четырьмя парнями. Наверное, именно этот опыт она и использовала, чтобы соблазнить Нанато-куна. Пока мы все были вместе, она держалась застенчиво, невинно, временами даже робко, так что я невольно расслабилась. Но перед нами она просто притворялась такой. А когда остаётся с ним наедине — сразу идёт ва-банк. Из-за этой разницы Нанато-кун наверняка чувствует себя для неё особенным, а она этим и пользуется, чтобы его покорить. Это страшно. С таким подходом можно получить всё, что захочешь. И всё же… я не могу оставаться прежней. Мне нужно учиться у неё и становиться ещё жаднее.

— Простите, что так долго.

Нанато-кун вернулся. По нему было видно, что он чем-то взволнован, будто что-то произошло.

— Мы вернулись, вернулись, вернулись! — Рэйна-сан сияла так глупо счастливо, что это бросалось в глаза.

Глядя на неё, я, конечно, разозлилась, но, если бы Нанато-кун поцеловал меня, у меня самой наверняка было бы такое же лицо.

— Ты вся прямо светишься… Что-то случилось, Рэйна-сан?

— А? Не-а, просто забрала то, что забыла!

Как я и думала, про поцелуй она никому не расскажет. Может, именно так эти двое и накопили целую кучу секретов за моей спиной. И вообще, просить о поцелуе человека, с которым ты даже не встречаешься, — это крайне безнравственно. Но, будучи гал, она, наверное, именно так и должна себя вести. Может, в большом городе такое отношение в порядке вещей, но мне не хочется, чтобы Нанато-кун втянулся в подобное. Вряд ли у неё злой умысел, но я хочу, чтобы Нанато-кун шёл по здоровому, светлому пути. Даже в фильме, который я недавно смотрела, мужчина сбился с дороги из-за коварной женщины.

Единственный способ спасти его — это начать с ним встречаться и показать ему правильный путь. Конечно, это и меня самой сделает счастливой. Но мы с Рэйной-сан договорились, что не будем первыми признаваться ему, так что я не могу воспользоваться этим способом. И, похоже, именно ради этого она и придумала такое правило. Рэйна-сан может вот так спокойно целовать его, даже не будучи его девушкой. А если я не могу начать с ним встречаться, то никак не продвинусь вперёд. Она меня просто загнала в ловушку… Всё твердит, что я, мол, хитрый тактик, а сама ничуть не лучше. Да она просто Кунмин мира гал. Она так упирала на то, что не станет разрушать нашу компанию друзей, но, может быть, это тоже была ложь, чтобы усыпить мою бдительность.

Если так пойдёт дальше, Рэйна-сан просто будет водить меня за нос. Я должна что-то предпринять… Я не хотела нарушать наше с ней обещание, поэтому и убрала из игры ту карту, но, возможно, другого пути у меня уже нет. Когда мы с Нанато-куном останемся вдвоём по дороге домой, я приведу этот план в действие. Нельзя колебаться. Иначе будет слишком поздно.

— Что случилось? Ты уже давно о чём-то задумалась.

Рэйна-сан всё ещё витала где-то в облаках и при этом смотрела мне в лицо. Теперь, зная, какая она на самом деле, я уже не могла видеть её как раньше. Она выглядела как преступники из «Ко*ан» — вся в чёрном.

— Я не проиграю.

Несмотря на это заявление, ноги у меня дрожали перед таким сильным врагом, но стоило мне представить улыбку Нанато-куна, как становилось легче.

— У тебя нет шансов. И его тело, и его душа уже принадлежат мне, — заявила Рэйна-сан с абсолютной уверенностью в своей победе.

— Ещё не конец. Я его невеста, я не проиграю.

— Но это же история из прошлого, разве нет?

Да, это правда. Наша помолвка — история из прошлого… Но это не значит, что всё кончено.

— Ладно, до завтра!

Когда мы дошли до дома Рэйны-сан, она покинула нас. И до самого конца выглядела так, будто парит на седьмом небе. Теперь, когда мы с Нанато-куном остались вдвоём, настало время действовать.

— У тебя был потрясающий голос, Цубаса. Я бы с удовольствием послушал тебя ещё как-нибудь.

— Правда?! Я так рада… Давай потом ещё как-нибудь снова сходим в караоке.

Он меня похвалил… Значит, не зря я всё-таки репетировала.

— В средней школе меня тоже все хвалили, и я даже участвовала в хоровом конкурсе.

— Да, на тебя это похоже.

Раз он не знает, чем я жила в средней школе, я хочу рассказать ему обо всём. Хочу, чтобы он знал обо мне всё.

— Если у тебя есть ещё какие-то истории из средней школы, расскажи.

— Почему?

— Потому что я совсем ничего не знаю о тебе в тот период. И хочу узнать как можно больше.

— Я тоже. Я хочу услышать все твои истории из прошлого. Хочу знать о тебе всё.

Значит, мы с Нанато-куном чувствуем одно и то же… Уже от одной этой мысли мне стало так радостно, что я сама собой взяла его за руку.

— Я… хочу ещё немного с тобой поговорить. Который сейчас час?

— Ещё не поздно, так что у нас есть время, — согласился Нанато-кун.

Мы пошли к безлюдному святилищу, разговаривая о том о сём. Но у меня была только одна цель… Я хочу, чтобы он узнал о моих чувствах. Поэтому я достала из кармана то, что для этого было нужно.

— А? Почему у тебя эта карта?

Нанато-кун в шоке уставился на карту. Ну ещё бы — ведь это была одна из тех карт, которыми мы играли сегодня.

— Я… прости!

Но прежде чем добиться своей цели, я должна была сначала извиниться. Я говорила себе, что просто соблюдаю правило, которое мы установили с Рэйной-сан, но это всё равно было нечестно.

— Ты чего извиняешься?

— Эм… ну…

Я протянула ему карту. На ней было написано признаться в любви человеку справа от себя и предложить ему встречаться.

— В третьем круге на самом деле я вытянула именно эту карту. Но потом увидела на полу другую, подменила её и оставила эту себе.

— Понятно…

Я знала, что никто ничего не заметил. По-хорошему, мне стоило бы унести этот секрет с собой в могилу, но теперь я чувствовала, что обязана использовать эту карту.

— Мне было очень тяжело из-за того, что я соврала, так что…

— Мне кажется, любой бы на твоём месте так сделал.

— Ты бы не сделал. Это ведь отвратительно, да?

— Вовсе нет. Я никому не скажу. И не злюсь тоже.

От его ответа мне сразу стало легче. Я очень боялась, что он возненавидит меня за ложь.

— О, придумал. Давай тогда просто выполним задание этой карты прямо сейчас.

— Чего-о?!

К моему изумлению, Нанато-кун сам предложил именно то, о чём я хотела его попросить. Я собиралась использовать карту как предлог, чтобы признаться, а потому от его слов у меня всё вылетело из головы.

— Тогда ты ведь перестанешь из-за этого переживать?

— Ага…

— Тебе просто было слишком стыдно делать это при всех, да? А сейчас мы здесь только вдвоём.

Причина у меня была совсем другая, но я ведь не могла рассказать ему о правиле, которое мы установили с Рэйной-сан, так что оставалось только кивнуть.

— А то ты же так и будешь потом жалеть, верно? Лучше уж выполнить задание карты и забыть об этом.

Он не только простил меня, но ещё и сам предложил решение, при котором никто не пострадает.

— Т-ты прав. Хорошо. Дай мне минутку. Мне нужно морально подготовиться.

— Ладно.

Благодаря его помощи я получила шанс на признание, о котором так давно мечтала. Да, это может быть ненастоящее признание, не имеющее официальной силы, но всё же это окольный способ сказать ему о своих чувствах. Я глубоко вдохнула и постаралась успокоить дрожь. Я и не знала, что признаваться может быть настолько страшно… Вчера Сигэно-кун признавался мне, но он выглядел совсем не таким напряжённым. Наверное, я ему и не нравилась по-настоящему… А вот мои чувства к Нанато-куну настоящие. Будто я ставлю на кон всю свою жизнь.

— Я же всего лишь твоя старая добрая подруга детства. Из-за чего тут так нервничать?

— Да полно причин! Потому что… это ты…

Он совсем не понимает, что я чувствую. Но я и не могу винить его за это. Именно поэтому… я должна показать ему.

— …Я всегда любила тебя, Нанато-кун.

Я сказала это. И стоило плотине прорваться, как поток уже было не остановить.

— Поэтому я и приехала в Токио — чтобы снова встретиться со своим любимым Нанато-куном. Ради тебя я готова на всё. Я сделаю что угодно, так что… пожалуйста, давай встречаться…!

Слушая моё признание, Нанато-кун весь покраснел.

— Т-ты… Ты прям совсем без остатка выложилась, да…?

— Каков твой ответ, Нанато-кун?

— М-мой что?!

Стоило мне попросить ответ, как Нанато-кун запаниковал.

— Если… если ты не против меня…

— Конечно не против.

— Тогда получается, с сегодняшнего дня мы пара.

— Правда?!

— А? Я-я имею в виду, как часть задания карты, да?

От этих слов Нанато-куна у меня буквально почва ушла из-под ног. Но если он так сказал… значит, он бы и правда не возражал встречаться со мной, да? Значит, наши чувства одинаковы… ведь так?

— Этого достаточно?

Голос Нанато-куна изменился — он снова стал говорить как обычно.

— Д-да. По-моему, это было прекрасно. Благодаря тебе я наконец избавилась от сожаления.

Время признания закончилось, и напряжение в воздухе спало. Совсем вымотанная, я пошла вслед за Нанато-куном дальше домой.

— Ты молодец, Цубаса. Я тогда дома просто выброшу эту карту.

— Ага. Спасибо тебе за помощь, Нанато-кун.

Когда он погладил меня по голове, я почувствовала настоящее блаженство. Но мне хочется, чтобы он касался меня ещё больше. Так мы сделали ещё один шаг друг к другу. Но мне мало —

— Эм, Нанато-кун?

— Что такое?

Я хочу быть к нему ещё ближе. Ближе всех остальных.

— То признание сейчас ведь не считалось по-настоящему, да?

— Ну конечно. Не собираюсь же я с завтрашнего дня вести себя как твой парень.

— Но чувства, о которых я тебе сказала, — настоящие.

— …Чего-о?! — Нанато-кун аж отшатнулся.

Но это был не тот вид, как будто ему неприятно. Наоборот, он будто даже обрадовался.

— Я и сейчас считаю тебя своим женихом, Нанато-кун, — сказала я и тут же вбежала к себе домой.

Ответ мне пока не нужен. Я только хотела, чтобы он подумал над моими словами… и подумал обо мне. Хочу, чтобы он понял: Рэйна-сан — не единственный для него выбор. И с этого момента я хочу, чтобы он знал, как сильно я его люблю по-настоящему, — а потом хочу, чтобы уже он признался мне в ответ.

---

1 Отсылка к певице Хикару Утаде.