Фанат (1)

Пятница, второй день Book Expo America, или сокращённо BEA.

Чон Ёнхи, руководитель отдела в «Литературной деревне», одном из ведущих литературных издательств Кореи, сидела за столиком и оглядывалась по сторонам.

"Поток посетителей просто огромный."

Она давно занимается зарубежной литературой, бывала на Франкфуртской и Лондонской книжных ярмарках, но на BEA приехала впервые.

Как человек, повидавший разные ведущие мировые книжные ярмарки, она могла бы отметить уникальную особенность этого места:

"Здесь ведь гораздо больше мероприятий, ориентированных именно на читателя?"

Франкфуртская книжная ярмарка, известная как крупнейшая в мире, — событие скорее для издателей, чем для читателей. Можно сказать, это место, где собираются разные люди из издательской индустрии со всего мира, чтобы наладить международные связи.

Роскошные приёмы и деловые вечеринки, которые там устраивают, совсем не плохи, но…

"И это хорошо."

Стоять в очереди за автографом любимого автора. Набить рюкзак таким количеством книг, что он едва закрывается.

Люди, сидящие в зале в ожидании зрелищной дискуссии писателей…

Место Book Con, где так отчётливо чувствуется страсть читателей, похоже, пришлось ей куда больше по душе.

Впрочем, здесь, где сейчас сидит Ёнхи, — зона только для бизнеса, предназначенная для встреч агентств и издательств.

[Агентство KMA | Генеральный директор Санджун Квон]

[Встреча: Корея, «Литературная деревня»]

Как и значилось на табличке, она ждала встречи с генеральным директором KMA Квон Санджуном.

"Кажется, я пришла слишком рано."

До назначенного времени оставалось ещё минут тридцать.

Ёнхи принялась пролистывать каталоги прав, полученные на предыдущих встречах.

Каталог прав — это материал, представляющий произведения, правами на которые распоряжается агентство. Что-то похожее на издательский каталог, но с одним важным отличием…

— …Жаль, что корейские права уже проданы.

Здесь указывается, свободны ли права на перевод и экранизацию для каждого языка.

Если каталог предназначен не только для издателей, но и для широкой читательской аудитории, то каталог прав — это материал именно для «продажи прав».

Просматривая материалы, она наткнулась взглядом на каталог прав от Writer's Home.

[Writer's Home, первая половина 2024 г.]

На первой странице после обложки и содержания значилось:

[«Питер Пэн в разрушенном мире»

Эгон К.

SFF Press, апрель 2024 г.

Права на перевод: обращаться в Writer's Home

Лучшая книга апреля 2024 г. по версии Amazon, Barnes & Noble, IndieBound

Лауреат премии «Научная фантастика и фэнтези», номинант на премию «Небьюла» 2024 г.

«Свидетельство великой силы повествования» — The New York Times]

…

Да, конечно, Эгона К. выдвигают как главного автора BEA этого года.

Кивнув, Ёнхи вспомнила настроения в корейской издательской индустрии.

Сначала реакция была: «Кто такой этот Эгон К.?» Но потом, после «Что-то живёт в озере», интерес неуклонно рос.

А уж после того, как «Питер Пэн» номинировали на «Небьюлу» и книга стала хитом, корейские агентства вновь обратили пристальное внимание на Эгона К. —

— Может, проверить рейтинг?

«Что-то живёт в озере» в корейском переводе, который редактировала сама Ёнхи, вышел всего неделю назад.

— …Ого, индекс продаж опять подскочил?

Книга пользовалась куда большей популярностью, чем ожидалось. Улыбка не сходила с её лица с прошлой недели.

"Хорошо, что я решилась и поставила десять тысяч долларов."

Ещё лет десять назад в корейской издательской индустрии бушевала бешеная конкуренция за авторские права. Что уж говорить об авторе вроде Харуки Мураками, у которого в Корее и так множество поклонников. Если считалось, что книга будет хорошо продаваться за рубежом, за неё готовы были биться до последнего, и цена часто взлетала до сотен миллионов вон. Многие потом не могли окупить выплаченный аванс, доходило даже до грани банкротства.

"Определённо, тогда царил перегрев."

В результате с какого-то момента она, естественно, стала вести себя осмотрительнее. Когда речь заходила о новых авторах, которых ещё только предстояло представить в Корее, утвердилась атмосфера более консервативного подхода.

И вот тогда, когда она объявила, что предложит десять тысяч долларов за дебютную работу новичка Эгона К. — ведь в торгах участвовало три или четыре компании, — начальство заволновалось.

— Главный редактор, это сработает… Ручаюсь своей карьерой.

Теперь-то она и сама не понимает, что на неё тогда нашло.

"Но если посмотреть на результат, упрямство оказалось кстати, верно?"

Она снова зашла на сайт книжного интернет-магазина и проверила индекс продаж. Потом достала из сумки книгу с надписью «Что-то живёт в озере» на корейском. В отличие от оригинала, привлекала внимание стильная чёрно-белая обложка с силуэтом монстра.

"Не знаю, когда писатель получит экземпляр."

Она отправила корейскую версию в подарок через местное агентство, так что, наверное, книга дойдёт в течение недели.

В этот момент, почувствовав чей-то взгляд, она обернулась.

— Может быть, это?..

Высокий азиатский юноша заговорил по-корейски. Наверное, кореец.

— Это роман Эгона К.?

— О, да, но…

Пока она растерянно отвечала, парень светло улыбнулся и указал на табличку на столе.

— Вообще-то я просто на минутку зашёл повидаться с отцом.

— С генеральным директором Квон Санджуном?

— Да, меня зовут Квон Юджин. Приятно познакомиться.

Ёнхи машинально пожала протянутую руку улыбчивого юноши.

— О… Очень приятно.

Её на мгновение ошеломила его уверенная, почти светская манера, не по годам. Быстро оправившись, она с улыбкой продолжила:

— О, глядя на вас, сразу видно — вылитый генеральный директор Квон.

— Ха-ха, правда?

— Да, наверное, в школе вы популярны…

— Да нет, что вы…

То ли смутившись, взгляд парня затуманился, и он перевёл его на лежавшую на столе книгу — корейское издание «Что-то живёт в озере».

— Это дебютная работа Эгона К.?

— Да, верно! Этот автор сейчас ужасно популярен в Америке. Мы приложили огромные усилия, чтобы заполучить эту книгу…

Парень отозвался с удивлённым возгласом: «Вот как?». Ёнхи рассказала, как нервничала, ведь в торгах участвовало четыре стороны, и конкуренция оказалась жёстче, чем она предполагала.

— Честно говоря, я думала, что уложусь в две-три тысячи долларов. Даже при наличии конкуренции рассчитывала на пять тысяч максимум.

— Но сумма превзошла ожидания.

— Вот именно! Я и представить не могла, что дойдёт до десяти тысяч долларов!

Сказав это, она вдруг спохватилась:

"Ой, ну что же это я. Зачем я всё это рассказываю?"

Наверное, собеседник очень удачно поддакивал, и она сама не заметила, как пустилась в технические подробности.

— Десять тысяч долларов — это около тринадцати миллионов вон.

— Ну, в корейских деньгах сумма вроде не такая уж большая, верно? Но с точки зрения издательства, чтобы не потерять деньги, нужно продать не меньше десяти тысяч экземпляров.

Студент напротив кивнул, говоря: «А-а».

— Десять тысяч экземпляров — это определённо непросто.

— Да, поэтому я очень переживала, правильно ли поступила, хоть и постаралась…

Она добавила с яркой улыбкой:

— А продано уже две с половиной тысячи экземпляров, представляете? И это всего за неделю! Сразу же запустили вторую допечатку, и наш редакционный отдел просто ликует, хе-хе.

При этих словах в глазах Квон Юджина на мгновение вспыхнул многозначительный огонёк. А потом он мягко улыбнулся.

— …Это хорошая новость.

— Правда? Мне сейчас каждый день так весело…

В этот самый миг появился Квон Санджун из KMC Agency.

— О, Юджин уже здесь… Руководитель Чон Ёнхи, спасибо, что проделали такой путь.

Квон Юджин тут же поднялся:

— Вам, наверное, нужно начинать встречу… Я позже свяжусь с тобой, отец. Пойду на мероприятие автора Бишопа.

— Ладно, хорошо.

— Было очень приятно познакомиться, руководитель Ёнхи.

— Да, до свидания…

Подумав, что вместе они похожи ещё больше, Квон Юджин сразу же ушёл.

Чон Ёнхи повернулась к Квон Санджуну и заговорила:

— Давно не виделись, генеральный директор… У вас красивый сын. Вылитый вы.

— Ха-ха, спасибо.

Сразу видно, очень дружные отец и сын.

С улыбкой глядя на них, Ёнхи вдруг вспомнила слова Юджина, сказанные ранее.

— …Это хорошая новость.

Раньше она не придала им значения…

"Разве обычно не говорят: «Это правда здорово»?"

Она рассеянно подумала: «С чего бы это вдруг такая удача, что книга не моя?»

— Руководитель Чон, прежде всего, мы получили запросы о правах на «Взгляд в ночное небо», вышедший в «Литературной деревне», из трёх мест…

— О, да!

Сомнения тут же вытеснило из головы начавшееся полноценное совещание.

———

В это время Марк, передав смену другому сотруднику, переместился в зону A-12, где проходило мероприятие SFWA (Ассоциации писателей научной фантастики и фэнтези).

— Главный редактор! Я пришёл!

Главный редактор Харрисон обернулся, просияв в ответ на его возглас. Сегодня Харрисон поправил волосы и с улыбкой сказал:

— Проходи скорее.

— А как же автор?

Вместо ответа главный редактор кивнул в сторону сцены.

В тот же миг на невысокую сцену поднялся писатель Лэндон Бишоп.

Ва-а-а—!

Оглушительные возгласы, раздавшиеся отовсюду, зазвенели в ушах.

Лицо старого писателя, с круглым лицом, примерно наполовину скрытым белоснежной бородой, напомнило Санта-Клауса, и на нём расцвела яркая улыбка.

— Ух ты, какой ажиотаж.

— Ещё бы, это же сам автор Бишоп.

Пока оба радостно наблюдали за этим, Марк вдруг заметил:

— Хм, было бы здорово, если бы и автор Эгон К. пришёл.

— Что уж говорить, было бы грандиозно — эти двое на одной сцене.

— Они бы порвали этот Book Con.

— Кхе-кхе, это я о том же.

То ли давал знать адреналин, присущий таким мероприятиям, Марк с разрумянившимся лицом смотрел на сцену перед собой.

– А теперь мы пригласим одного из наших читателей на сцену и начнём «встречу с читателями» по-настоящему…

На слова ведущего из зала вновь раздались радостные восклицания.

— Ого, как и ожидалось, писатель Бишоп невероятно популярен среди знакомых.

— Ещё бы, он же вечный кумир фанатов научной фантастики.

Пока эти двое с радостью взирали на сцену, избранные читатели удостоились чести выйти на неё лично. Следуя указаниям ведущего, кто-то задавал Бишопу интересующие вопросы, кто-то просто разговаривал…

— А-а-а, автор Бишоп…!

— Я был преданным поклонником автора двадцать лет…

— Обнимите меня хоть раз!

Общим было то, что все реагировали крайне эмоционально.

— Ах да, за столом продажи подписанных экземпляров «Питера Пэна» я видел, что пришло много студентов.

Харрисон обернулся к Марку, услышав эти слова.

— Студентов?

— Да, только что…

Четверо старшеклассников стояли в очереди и выглядели такими свежими и славными.

Я будто увидел себя прежнего, и нахлынули воспоминания…

— Я с гордостью похвастался, что продал книгу своему другу, а тот друг, которому я продал, ну прямо вылитый айдол из K-Pop…

— Ближе к делу, ближе к делу.

— Эй, просто приятно было видеть такое. Я удивлён, что наш автор Эгон популярен среди молодёжи.

Пока они болтали, раздались слова ведущего:

– Отлично! На этот раз мы будем по очереди читать «Время возвращенцев» вместе с автором. Назовите последнего счастливчика, писатель!

Тогда стоящий на сцене Бишоп, кажется, лишь на мгновение — так, что никто не заметил, — озорно блеснул глазами.

– Хе-хе, хорошо. Тогда вон там… Студент в джинсовой куртке.

Тот, на кого указали, видимо, сильно растерялся, выпучил глаза и стал озираться по сторонам.

– Нет-нет, это я, я! На мой взгляд, тот наряд — джинсовая куртка.

Окружающие рассмеялись над шутливым замечанием ведущего о «студенте в джинсовой куртке».

– Да, верно. Пожалуйста, выйдите сюда, на переднюю сцену.

Пока юноша как во сне шагал к сцене, Марк пробормотал:

— А? Этот парень…

— Почему?

— Я же говорил, он раньше купил подписанный экземпляр автора Эгона.

— А, так это твой друг? Фанатик научной фантастики?

— Нет-нет, тот друг, которому я продал. Вылитый айдол из K-Pop.

— Ах, и правда. Есть в нём что-то такое.

Харрисон удовлетворённо кивнул, и взгляд его вновь устремился на сцену.

– Э-э… да.

Студент, до этого ужасно скованный, выйдя на сцену…

– Для меня большая честь оказаться здесь. Думаю, это останется в памяти на всю жизнь.

Приняв микрофон, он с мягкой улыбкой умело заговорил. А затем добавил, снимая джинсовую куртку и обнажая футболку на спине:

– Ах да, и… я надел это специально ради сегодняшнего дня.

[Обман — лишь тень, скрывающая истину.]

…На знаменитой эмблеме из «Хроник Звёздного Света» красовалась причудливая карикатура на Лэндона Бишопа…

— О-о-о…

— Это круто!

Из зала раздались взрывы смеха.

— Пф-ф, фанат, фанат Бишопа.

— Ну, точно. Приятно посмотреть…

Харрисон и Марк тоже смеялись, наслаждаясь зрелищем.

– Ого, круто! Итак, фанат Бишопа. Как и откуда у тебя такое прозвище?

Студент ответил с улыбкой:

– …Меня зовут Квон Юджин, я из Айова-Сити.