Искать на первом этаже

Хоть и попробовал выйти в большой зал первого этажа, похоже, никого нет. Я решил как есть попробовать зайти в комнату инструктажа.

Когда я сделал первый шаг в комнату инструктажа, у окна стояла ко мне спиною и смотрела наружу Рин. Я немного посмотрел ей в спину, стоя на входе, но Рин без малейших движений даже смотрит в окно. Всё же я, решив, что стоит с нею заговорить, медленно подошёл поближе к ней.

Фунагай. Снова ворон считаешь?

Рин. К-командир отряда?!

Когда к ней обратились со спины, Рин с удивлением обернулась. Такое ощущение, будто она так отвлеклась, что даже моё присутствие рядом ей не было ясно.

Фунагай. Недавно часто такое бывает. Что-то волнует?

Рин. П-простите. Впредь буду внимательна.

Суетясь в испуге, она склонила главу в моём направлении.

Фунагай. Даже если будешь внимательна, коли что-то беспокоит, пока это не разрешится, повторится то же самое!

Рин. Ау.

Рин делала озадаченное лицо. Похоже, её всё ещё что-то беспокоит. Однако выпытывать это «что-то» не планирую. Лучше всего по возможности дать ей расскзать самой. Когда я подумал таким образом, Рин, с повешенною главою, старараясь не смотреть на меня, мало-помалу начала говорить.

Рин. Видите ли, я... ветпроп. Я рождена для того, чтобы стать достойным оружием. Поэтому, поэтому... мне кажется, не стоит думать о лишнем.

Видимо, хоть Рин что-то и волнует, думать об этом она считает неправильным. «Не стоит», вдруг заявила она, но... Так к совещанию и разрешению вопроса придёшь вряд ли. Похоже, немного убеждения необходимо.

Фунагай. Давным давно о всех вас я думал, как просто о ветпропах, однако обучая вас всех, говоря со всеми вами, даже я задумался. Зная, что вы все свободно чувствуете, думаете, мне стало казаться, будто вы все не отличаетесь от обычных людей. Сейчас мне кажется, что то, что тебя беспокоит, не ошибка.

Рин пристально слушала меня без малейшего движения с понурою главою. Восприняла она мой рассказ или нет? Рин начала говорить с пугливым видом.

Рин. Когда я и Мидори получили раны, шла кровь. Но сударь, то была ненастоящая кровь. Насосом, закачивающим эту кровь по делу, служит это сердце. В моём случае, сердце рукотворное, однако... Мне даже ясно, что когда порой оно учащённо бьётся, это частота сердечных сокращений высокая.

Приложив обе руки к левой стороне груди, будто проверяя биение сердца, она продолжила говорить.

Рин. Но сударь, оно учащённо бьётся и помимо того времени, когда сильно двигаюсь. Хоть что кровь, что сердце не настоящие... разное думаю, вижу, чувствую, и учащённо бьётся... Есмь неудачный ветроп?

Сказала Рин, пристально смотря на меня с испуганным ощущением. Видимо, проблема Рин была более фундаментальна, чем муки и волнение. Смотрит на что-то, ощущает что-то, и сердце учащённо бьётся... Иначе говоря, нечто тревожащее дух, впечатляющее. Оне, владеющие подобными людским чувствами, да и судя по началу осознавания своей схожести с девочками будто бы их осознающие, уже обладают чем-то, что свободно ощущает и думает. Языком простого человека...

Фунагай. А не душа ли это?

Рин. Душа?

С удивлённым лицом она обдумала мои слова. Будто подтверждает незнакомое слово. Затем, пристально смотря на меня, будто проникая взглядом, она заговорила.

Рин. Это моя душа, сударь? Даже у кого-то вроде меня, ветпропа, есть душа?

Действительно. Ветпроп, то есть тот, для которого стремление стать превосходным оружием назначение или цель бытия, сейчас она удерживает душу,способную подобно человека ощущать, думать о том, у нея может быть на душе... Похоже, сильно огорчается во время этих двух. Похоже на глубоковато зарытый вопрос.

Фунагай. У тебя с остальными, помимо изначально обладаемой эрудиции, есть чувства, способные ощущать, мыслить, огорчаться.

От моих слов Рин слегка кивнула. Видимо, это понимает.

Фунагай. Думаю, это душа.

Рин. Но откуда же прибыла эта душа?..

Уведя взор от меня, Рин пристально смотрит на пол. Она заговорила, будто с огорчением, будто самоуверенности нет.

Рин. Сударь, даже в рукотворном теле возникает душа?

Вопрос души?.. Могу ли умело объяснить?

Фунагай. Мне не ясно, зарождается или нет и в рукотворном теле душа, но думаю, у тебя имеется заслуживающее души!

Рин. У меня имеется заслуживающее души?

Фунагай. Ах, это относящаяся к человеческой психической деятельности часть помимо эрудиции, подобная чувству и воле. Поэтому часть тебя, которая огорчается, мыслит, старается, упорствует... Всё это твоя душа, думаю.

Слыша меня, Рин закрыл рот, будто о чём-то думала. Стоит ли сейчас говорить лишнее? Я решил подождать, пока Рин сама определится. Когда Рин заговорила, тон у нея мрачным был.

Рин. Уважаемый командир отряда, рукотворные люди не рождаются из ничего! Возможно, была дезоксирибозонуклеиновая кислота или ещё что, что стало ядром программы наших живых тел. Так я думаю-с. Думаю-с... Моя душа, а не копия ли она владельца этой дезоксирибозонуклеиновой кислоты. Моя память... Лучше сказать, поведение с рождения, моё ли оно, либо оно этого кого-то? Не ясно. Может быть, то, о чём вы, командир отряда, снизоходите до уведомления меня, то, что не эрудиция, копия этого человека... Я думаю, а почему у меня такие мысли? Раньше вы, командир отряда, сообщили мне: даже у меня будут возникать воспоминания. Даже у меня будет опыт, который лишь мой. Я была счастлива... Появится нечто лишь моё. Вот только душа меня самой, об этом думающая, это биение сердца, мои ли они?

Рин заговорила, будто высказала всё, что до этого было в тревожной груди. Видимо, сообразно лишней эрудиции, по-разному распространяются муки и беспокойство. Вот только эта манера мысли слишком похожа на человеческую. Особенно про беспокойные мысли. Даже не похожа, а идентична... Что ей лучше сказать?

///////////

Что сказать Рин?

Ах, это твоё

Поэтому скажу «что»

//////////

ах, это твоё

///////

Рин. А... П-простите. Я, послушайте...

Похоже, только сейчас заметила вдруг сказать мне. Лицо красное, уныло уменьшенное. Несмотря на это... Рин такое каждый день думала? Пугаясь чего-то внутри себя, что может тобою не являться, отчаянно стремилась пристально всмотреться в себя. Ни с кем ни посовещаться, совсем одна.

Бессознательно в моей душе что-то начинает закипать. Это естественно подталкивало меня заговорить.

Фунагай. Можешь успокоиться, эта душа бьющегося сердца твоя.

Рин. Командир отряда?..

Фунагай. Такое беспокойство, твои чувства стремления всмотреться в себя...

Думаю, именно это твоя душа.

Рин. Но-но... У меня есть душа, сударь?

С неловким лицом Рин переспросила. Я подумал любыми средствами что-то сделать с таким выражением лица Рин.

Фунагай. Рин, не обязательно нести бремя в одиночку. Ты не одна. Вместе рождённые Мисаки и Кономи, Мидори есть. Ещё и даже младшая сестра Аяка есть. Вдобавок... Ещё есть я и госпожа Хаякава.

Рин. Послушайте, к тому же... Я ветпроп ведь, сударь. Ради командира отряда мне необходимо стать достойным оружием...

Тем не менее, чувства Рин упрямятся. Слово предупреждает: стремящаяся быть ветпром я, вот настоящая я. К тому же, видимо даже мои чувства неправильно воспринимаются. Будь это я полугодичной давности, непременно... ошибки могло и не быть. Вот только показанный за эти полгода ея рост, возможно сказать, переменил мой образ мысли.

Фунагай. Вот что, хоть ты и говоришь про достойное оружие, это не значит, что я стремлюсь к такому.

Рин. Э?

Рин посмотрела на меня с изумлённым выражением лица. Затем она сдержала кажущееся стремление что-то сказать и я продолжил говорить.

Фунагай. Оружие есть вещь ведь, так что ты и прочие, душами обладающие, вещами не являетесь. Хотеть, чтобы ты и прочие в качестве оружия росли, намерение фирмы есть, к тому же изначальная моя работа, но способ вашего выращивания поручен мне.

Рин. Ха...

Широко раскрыв глаза, Рин пристально на меня смотрит и слушает.

Фунагай. Огорчаться, мыслить, повторять монолог, неспешно размышлять, что правильно... Мне кажется, ты подходишь на роль такого солдата.

Мне не ясно, умело бы переданы мои чувства или нет. Сама Рин казалась беспокойною, с озадаченным чувством. Это, как сказать?.. Ощущалось, будто дети получили непосильное. Вскоре, сразу как выправила осанку, направившись ко мне она глубоко-глубоко исполнила большой поклон.

Рин. Командир отряда, благодарю вас.

Поднятое лицо Рин украсили румянец и широкая улыбка. И всё же испаряется покрывавшее её до моего обращения чувство, будто она отчего-то смотрит куда-то вдаль. Видимо, немного мои чувства поняла. Пожалуй, куда больше обрадовала приободрившаяся Рин. Когда я посмотрел на часы, то заметил, как приближалось время. Позаботившись не оставить Рин одну мучаться, я решил вернуться в комнату.

[обратно к 11]