Глава третья, день второй

Второй день. Начался второй день совместного проживания. Сегодня тоже хорошая погода, ясно, можно сказать, хорошая погода для тренировок. Уровень полёта скелтеров девчат вчера, вопреки моим ожиданиями, показал приемлемый результат... Хотя были разные проблемы. Поэтому было решено на тренировке сегодня сделать шаг вперёд и провести имитационный воздушный бой. Хоть он так и называется, это не значит, что скелтеры-соратники будут биться. Правило в том, что девчата на скелтерах поднимаются в небо и мой самолёт сзади преследуют. Я пытаюсь скрыться в рамках указанной воздушной зоны, с моей стороны фиксируется цель, подтверждается сбитие, и на этом конец. Проще говоря, похоже на салочки. Это означает, что подобным образом вводя игру будет легче усвоить управление.

В общих чертах объясняю пятерым и дают проверить каждой руководство.

Фунагай. Итак, ещё вопросы о тренировке сегодня есть?

Мисаки держит указательный палец правой руки на подбородке, а правую руку поддерживает левой.

Мисаки. Командир, разрешите задать вопрос, не связанный с этой тренировкой?

Ещё есть немного времени до готовности скелтеров. Я решил выслушать Мисаки.

Мисаки. Говорилось, что скелтеры запускаются сцеплением с волнами, излучаемыми нашим мозгом. Действительно ведь только этим?

Фунагай. Что это значит?

Мисаки. Раньше при запуске и управлении скелтером особо не ощущалось, но после вчерашней тренировки полёта какое-то странное чувство.

Мисаки закрывает глаза.

Мисаки. Как сказать? Э...

Словно ища какое-то подходящее слово, Мисаки замолчала. Для постоянно чётко говорившей Мисаки она зело нерешительна. Мисаки открывает глаза.

Мисаки. Когда летишь на скелтере, типа, грудь душит, подобное ощущение. Вчера, благодаря первому полёта в небе, казалось, я в состоянии лёгкого воодушевления, но...

Кономи держит левую руку на талии, а правой придерживает очки.

Кономи. М-м, кстати, я тоже странно себя чувствововала. Но если уж на то пошло, ощущение было приятным, нежным, будто сердце учащённо бьётся!

Кономи обескураживает хмурящуюся Мисаки.

Мисаки. Кономи, если ты на скелтере полетишь в небе, одного этого тебе хватит, чтобы быть радостной?

Кономи приободрилась.

Кономи. Хе-хе. Может быть!

На иносказательное едкое замечание Мисаки Кономи реагирует горделиво, с лицом, говорящим: «естественно».

Рин держит руки за спиною.

Рин. Когда летишь в небе? У меня тоже сердце учащённо билось, но... Может, это оно? Мне казалось, это может быть из-за того, что первый раз лечу в небе.

Мидори упирается кулаком левой руки в талию.

Мидори. Я тоже чуток ощутила...

Аяка подносит кулак левой руки к лицу.

Аяка. Однако мне, э, казалось, что это может быть из-за высоты...

Как послушаешь, у всех пятерых, похоже, схожий опыт был. Думается ещё, раз первый раз летели на скелтерах, то из-за этого были в воодушевлённом состоянии. Видимо, поднимая вчерашнюю беседу о самоназванной цепи биения сердца, это не причина? От указанной госпожой Макото детали и собственных поспешных выводов лицо вот-вот покраснело бы. Что за объект любви?.. Попробовав послушать беседу, я подумал кое о чём относительно этого состояния биения сердца, вызываемого при пилотировании скелтера. Я решил ранее услышанный от группы разработки скелтера разговор попробовать пояснить девчатам.

Фунагай. За счёт установленного лётного двигателя скелтер близится последней форме специально для вашего пользования.

Мисаки, держа ладонь правой руки на алом банте, а левую руку за спиною, широко открывает глаза.

Мисаки. Скелтер ещё не в последней форме?

Фунагай. Да, как в итоге установят улучшающий эффективность прибор для боя, станет последней формы. Слышал, версия скелтера до этого, без лётного двигателя, это базовый тип.

Кономи слушала с сияющими очами. Лицо, которое показывает, когда слушает о скелтере.

Фунагай. О самом этом базовом типе можно думать, как о приёмнике волн мозга, распознающем вас всех индивидуально. У самого же скелтера много залоченых функций. В этом случае...

Кономи. Этому приёмнику увеличить процент синхроотклика и умело сойдясь длиной волн снять ограничитель?

Фунагай. Пожалуй, верно.

Такое только с Мидори было.

Примерно два месяца назад. Когда вели расследования у подножья горы Фудзи нас атаковал загадочный объект. Когда противостояли этому загадочному объекту, ограничитель Мидори был снят. В битве тогда Мидори получила большую рану на голове и от шока не помнит события вокруг битвы. Сперва казалось, что это временный беспорядок памяти, но до сих пор того времени память не вернулась, похоже. Тогда пятеро старались запустить скелтеры как могли, но после того оне, благодаря ежедневным тренировкам, стали мочь самостоятельно настраивать длину волн на скелтер. Пожалуй, действительность такова, что тот случай стал побуждением.

Фунагай. Сейчас вы все должны уметь самостоятельно контролировать процент синхроотлика.

Пятеро слегка кивают.

Фунагай. Об изначально отсутствующем на базовом скелтере лётном двигателе можно думать, как об изначально залоченной и не использованной функции. Оно принудительно заставляется функционировать через увеличение процента синхроотклика.

Мисаки держит правую руку на талии.

Мисаки. Иначе говоря, во время использования лётного двигателя происходит соединение с основой тела машины за счёт сильной синхронизации... Похоже?

Фунагай. Ожидаемо быстро схватываешь.

Аяка спросила с озадаченным видом.

Аяка. Э-э... Волны мозга, которые, как думается, здесь сильно связываются, там тоже сильные помехи испытывают?

Фунагай. Оно так. Во время использования лётного двигателя психическая нагрузка куда больше обычного. Думаю, испытанное вами чувство тоже из этой области.

Кономи. М-м. Я думала, это душа шумит, когда первый раз полетела в небе!

У Рин закрыты глаза, а пальцы ея соединены.

Рин. Ау, я тоже так думала.

Упав духом, Кономи и Рин опускали плечи.

Фунагай. Пожалуй, чувства наверняка разнятся от человека к человеку. Лицо с хорошей сочетаемостью со скелтером по мере становления скелтера личной вещью укрепляет психическую связь, похоже.

Мисаки. Вот как? Итак, значит, это причина, не так ли?

До этого Мисаки была с невесёлым лицом, но от моего рассказа, видимо, согласилась.

Фунагай. Но заключение сделать нельзя. Поскольку для вас всех это тоже был первый полёт, так или иначе мог выйти эффект на теле. Тела проверяли?

Мисаки. Да, проблем не было.

Кономи. И у меня проблем не было!

У Рин, Мидори и Аяки тоже особо аномалий не было, похоже.

Фунагай. Хорошо. Если со своими телами что-то ощутите, поскорее совещайтесь.

Когда я посмотрел на часы, было время, когда скоро будут подготовлены скелтеры. Как раз когда девчата тоже согласились, я решил начать тренировку этого дня.

Фунагай. Всё готово?

Рин. Да, готово! Скелтер Небо отправляется!

Фунагай. Согласно объяснению, когда цель зафиксирована, ждать вне указанной воздушной зоны. Ясно?

Скелтер Мисаки пришёл в движение.

Мисаки. Понятно! Скелтер Волна отправляется!

Кономи. Скелтер Космос отправляется!

Мидори. Скелтер Вспышка отправляется.

Аяка. Скелтер Титан отправляется!

Фунагай. Фунагай отправляется.

Итак, начало тренировки.

Фунагай. Итак, тренировка начинается.

///////////////////////////

Скелтеры Рин, Мидори, Аяки мною зафиксированы как цели и уже покинули зону. Остались Кономи и Мисаки. Ожидаемо, оне лучше всего управляют склетером. Прошёл всего день, а с лётным двигателем обращаются свободно. Однако с моей точки зрения, наверное, надо сказать, что всё ещё недостаточно. Трое уже ждут. Скоро здесь тоже приложу усердие и закончу закончу с салочками. Вот я собираюсь преследовать скелтер Мисаки, как тут до этого ясное небо на глазах покрывают тёмные тучи. Скорее не дождевые облака, а буря, похоже.

Мисаки спросила по радио.

Мисаки. Командир отряда, то ли дождь, то ли шторм, похоже. Как быть?

Кономи. Если пойдёт дождь, промокну насквозь. Куда уж там летать, не правда ли?!

Как и говорит Кономи, скелтер не всепогодный. Добиваясь уменьшения размера, кабину сделали открытой. Именно из-за того, что девчата ветпропы. Ожидаемо перед штормом было время, когда тренировку собирались прервать.

Мидори. Командир отряда, прошу, погодите... Что-то странное с этим облаком.

По радиопередатчику звучит напряжённый голос Мидори.

Мидори. Воздух странный...

Несмотря на отрывистость, я ощутил, словно голос Мидори несёт в себе какую-то уверенность. На то, что Мидори что-то заметила, почему-то беспокоюсь. Словно на что-то намекая, начал идти дождь.

Фунагай. Рин, Аяка, слышите? Глаз не сводить с Мидори. Тут идти.

Рин. По-поняла вас.

Фунагай. Мисаки, Кономи, тренировка прервана. Немедленное слияние с тремя машинами.

Когда я давал указания Мисаки с Кономи, небо мгновенно покрывали мрачные тучи. Когда скелтеры услышавших мои указания Мисаки с Кономи приближались к моему самолёту командира отряда, дождь обратился крупными каплями, а ветер усиливался. Вспышка молнии!

Мисаки. А-а-а-а!

Под толстыми облаками раздаётся гром, перед глазами сияла молния. В такое время посреди шторма перед глазами появилось оно. Бушующая молния оборачивается вокруг этого нечто. Лишь на этот миг тонкой форме позволяется всплыть. С тёмными облаками на заднем плане там, где ничего не должно быть, существовало оно. Лишь искривлённая атмосфера с трудом подсказывала, что он здесь.

Мисаки. Что это?..

Кономи. Что-то есть?

Вспышка молнии! После того, как всего на миг были видны большие очертания, его и след простыл. Нет, это не значит, что он исчез. Лишь в воздухе места, где он был виден, видно колыхание. Не исчез, невидим. Невидим? В этот миг в мозге всплыо, как того невидимого врага два месяца назад Мидори у подножья Фудзи остановила. Хоть из общего только невидимость, почему-то не могу не чувстовать, что оно перед глазами такое же, как парень того времени. Однако ситуация совсем не как тогда. Здесь южный остров далеко от подножья Фудзи. К тому же, здесь небо. Более того, величина не идёт ни в какое сравнение с парнем того времени.

Мисаки. Командир отряда! Прошу позволить атаковать!

Плывущий из радиопередатчика голос Мисаки привёл меня в себя.

Фунагай. Ещё слишком рано! Соединившись с прочими тремя...

Рин. А-а-а-а!

Аяка. О-о-о-ох!

Не успел я закончить, как из радио поднялся крик. Реакция показываемых на радаре трёх скелтеров Рин и сотоварищи показывает, что оне по ту сторону этого невидимого. Видимо, трое вдали тоже отделившись выступают против него.

Кономи. Командир! Иду на помощь!

Мисаки. Я тоже иду!

Преследуя сзади набирающих два скорость скелтера, делаю большой крюк у трясущегося перед глазами чего-то и становится видна другая сторона. Тут три скелтера стали видны. В этот миг скелтер Рин, мощно ударенный чем-то, падает в направлении земли.

Кономи. Рин!

Скелтер Кономи спускается, преследуя корпус Рин.

Фунагай. Мидори, Аяка! Прочь с места!

Я окликнул в направлении Аяки и Мидори, иже почему-то, остановившись в воздухе, не собирались двигаться.

Мидори. Командир, скелтер не двигается.

Аяка. Не двигается!

Вижу передаваемую на моей панели ситуацию скелтеров Мидори и Аяки. Показатель синхроотклика остановился, два скелтера переключались в безопасный режим. Чёрт. Не ясно, причина недавняя молния ли, либо же это невидимое нечто. Думается, из-за шока временное прекращение синхролинии?

Мисаки. Командир отряда! Разрешение на атаку!

Фунагай. Ах, понял. Но без сумасбродства! Во всяком случае предпочтение на спасении двоих!

Мисаки. Поняла вас!

Скелтер Мисаки направляется к невидимому врагу.

Мисаки. Я притяну врага. Командир, прошу взять на себя Мидори и Аяку!

Фунагай. Эй, Мисаки! Не надо так!

Чёрт, наоборот же. Изначально Мисаки должна была спасать двоих, пока я притягиваю врага. Однако раз она выдвинулась, уже ничего не исправить. Но штука Мисаки. Пока я заранее говорю про разрешение атаковать или типа того, на скелтере сейчас никакого оружия не погружено. Разве что в рукопашную будет биться. Вот бы на такой случай заранее сказал во время разработки оружия скелтера про дрель в правой руке, авиапушку Вулкан как внутренность, генератор высокой выходной мощности и так далее. Щёлкая языком от досады, приближаюсь к Мидори и Аяке, с самолёта командира ввожу код принудительного снятия безопасного режима. Если на этом не будет перезапуска, двум останется лишь сойти со скелтеров.

Пи-пи-пи-пи, пи-и!

Вместе с вводом кода до этого не отвечавшие волны синхроотлика Мидори и Аяки пришли в движение. Похоже, в этот миг системы управления поддерживавшихся в состоянии остановки в воздухе скелтеров Мидори и Аяки перешли из автоматического режима в ручной. Два скелтера теряют подъёмную силу и падают прямо вниз.

Мидори. У, у-у-у-уа-а!

Аяка. А-а-а-а!

Из радио раздаются крики двоих.

Фунагай. Мидори, Аяка, в порядке?!

Примешиваясь к неприятному для слуха шуму, был слышен голос Мидори.

Мидори. Как-то в порядке. Летательный аппарат Аяки удерживаю я.

Фунагай. Соединись с Рин и Кономи, которые должны были направиться вниз раньше, и возвращайся на объект!

Аяка. Командир, а вы?

Фунагай. Всё в порядке, вместе с Мисаки я тоже немедленно вернусь.

Похоже, синхросостояние панелей двоих как-то поддерживает стабильность. Прежде всего, здесь улажено. Делая на самолёте большой вираж, ищу скелтер Мисаки.

Фунагай. Мисаки, уже хорошо!

Перед дрожа извивающимся нечто путь преграждает скелтер Мисаки. Однако от этого скелтера то ли от атаки, то ли от неблагоразумия, поднимался лёгкий табачный дым.

Фунагай. Мисаки! Эй, слышишь?

Мисаки. Слышу вас. Что важнее... Что это?

Фунагай. Не ясно. Однако с твоим оборудованием сейчас ты ему не соперник. Прочь оттуда.

Мисаки. Не хочу-с!

Фунагай. Что говоришь? Уходи.

Мисаки. Ведь это тот, кого встретили у подножья Фудзи?

Видимо, Мисаки чувствовала то же, что и я. Но это до сих пор выращивалось? Несомненно, дух схожий, но...

Фунагай. Что важнее, в таком виде он непосилен. Здесь один раз уходим.

Мисаки. Не хочу-с! Не могу проиграть и во второй раз.

Фунагай. Не время такое говорить!

Мисаки. Но!

Трясь. Во время беседы скелтер Мисаки сдувает прямо набок, словно было прямое попадание чего-то.

Мисаки. А-а-а-а!

Фунагай. Мисаки!

Пробую взывать, но ответа нет. Преследуя глазами падающий скелтер Мисаки, я обратился вновь.

Фунагай. Мисаки! Слышишь?

Но ответа нет... Чёрт! Хорошо, если только обморок, однако. Нужно было что-то сделать со скелтером, падающим в направлении земли с потерявшим сознание всадником. На одной панели места пилота со скелтером соединяющаяся кнопка бегства на безотлагательный случай была ударена. Из уже удаляющегося скелтера что-то испускается и скоро было видно, как белый парашют открывается. Убедившись в по-видимому удавшемся безопасном бегстве со скелтера, я облегчённо вздохнул. Хоть оставшейся проблемой был парень перед глазами... Сейчас важнее выручить Мисаки. Я, отложив на потом парня перед глазами, решил преследовать падающую Мисаки.

Преследуя парашют падающей Мисаки, я спустился. Хоть парашют Мисаки и уносило штормом, на счастье на опустилась на остров перед глазами. Свой самолёт в направлении этого острова посадив корпусом, я искал Мисаки. Когда я подошёл к берегу, где должна была упасть Мисаки, белый парашют обратился измятым комом, выброшенным на берег.

Подтаскивая парашют, внутри обнаружил скрючившуюся Мисаки.

Фунагай. Мисаки!

Видимо, большой раны нет. Вспомнив, как раньше не выручил Мидори, я немного вздохнул с облегчением. Смотрю вверх на небо, но над головою были лишь кружившие водоворот чёрные облака. Видимо, парень не собирается следовать за нами сюда. Испустив вздох, даже похожий на успокоение, распознал, как из тела выходит напряжение... Но чем он был?

Мисаки. М.

Мисаки в руках подняла маленький стон.

Фунагай. В порядке?

Когда обратился, словно реагируя на это, она слабо открывает глаза и пристально смотрит на меня несфокусорованным взором.

Мисаки. Командир?

Фунагай. Да, похоже, всё в порядке.

Вместе сильно открывающимися глазами медленно в очи возвращается сознание. Затем лицо загадочно на меня смотревшей Мисаки вмиг окрасилось китайским красным цветом.

Мисаки. Э, э-э, э-э-э?!

Поднимая глас сильного испуга, Мисаки быстро встали из моих рук. Окинув затем несколько раз взглядом окрестности и мой лик, она приблизилась ко мне вплотную.

Мисаки. Ч-что с этим стало? Почему я здесь?

Фунагай. Пожалуйста, подожди. Не воодушевляйся так.

Мисаик. Все в порядке? А вот мой скелтер?

Фунагай. Говорю ведь, успокойся!

\\\\\\\\\\\\

Сколько прошло с того, как Мисаки открыла глаза? Кажется и как будто только что было, и как будто давно. Когда как-то успокоил Мисаки, непогода свою силу усиливала. Тот шторм был высоко в воздухе, но и до поверхности земли приблизился, похоже. Мы решили избежать шторма под крыльями самолёта командира отряда, который был выброшен на песчаный берег. Если даже бродить, посреди этого дождя бродить план не лучший. К тому же, скелтер Мисаки тоже в море рядом падает, мой самолёт командира отряда тоже здесь. Рано или поздно должно прийти спасение. Внутри кабины самолёта командира отряда от потрясения времени крушения подушка безопасности, автоматический аппарат тушения огня заработал, состояние не то, чтобы человек садился. К тому же, хоть у Мисаки тоже нет внешне видимых ран, из-за крушения она, похоже, ранена.

Обхватывавшая колени рядом со мною Мисаки бормотала.

Мисаки. Я проиграла?

Для Мисаки это был образ речи без видимой самоуверенности. Чувства ясны, однако с таким противником ничего было не поделать.

Фунагай. Это не вопрос того, победила ли, проиграла ли.

Мисаки. Но я ничего не смогла сделать.

Она так сказала, даже не смотря на меня, с полузакрытыми глазами не собираясь куда-то смотреть.

Фунагай. Ничего не поделать, оружия не было.

Мисаки. Если установить на скелтер оружие... Думаете, можно было бы биться на равных?

Фунагай. Это неясно.

Если бы было оружие, как бы всё проходило? Может быть, получилось бы немного атаковать, но, увы, при таком размере всё ещё даже противником не стала бы, наверное. На мой ответ Мисаки не ответила. Видимо, Мисаки серьёзно относится к поражению ему. Хоть и говорю о поражении, а поражением в состязании на равных это не было, а было лишь односторонним поражением без шансов. Даже обращая внимание на поражение в подобной ситуации вряд ли что-то можно поделать. Чуства серьёзно относящейся к исходу Мисаки ясны, однако такое привидение было противником. Даже то, что была жизнь... Даже то, что пятеро девочек были в безопаности стоит ценить. Так я думал, как тут...

Мисаки. Командир отряда... Не странная ли я?

Фунагай. Чего?

Мисаки. Пока я седлала скелтер, сердце учащённо билось...

Даже не смотря на меня, Мисаки начала говорить с опущенною головою. Кстати, я вспомнил, что перед началом тренировки она тоже такое говорила.

Фунагай. Синхронизация со скелтером тоже есть. К тому же во время боя это часто бывает, не волнуйся.

Мисаки. Возможно, это не так... Я была рада бою с врагом...

Словно выдавливая что-то в глубине груди, она постепенно заговорила.

Мисаки. Это радовало и заставляло сердце биться чаще... Мочь испытать свою силу, мочь проявить... Непременно вчерашнее биение тоже... Возможность влезть в скелтер... Радовалась возможности влезть в скелтер, становящийся членами для битвы... Я ветпроп телом и душою...

Фунагай. Не так.

Я отверг слова Мисаки.

Фунагай. Разве даже сегодня утром не говорилось? У тебя увеличился показатель синхроотлика и ты была в состоянии лёгкого воодушевления. Это ты слишком много надумала.

Мисаки отвергла мои слова, крутя головою влево и вправо.

Мисаки. И в то же время... Тому же противнику... Проиграла даже два раза... Вновь мой скелтер им...

Фунагай. Мисаки...

Словно скрывая голову, Мисаки сжималась и не отвечала. В море деревьев Фудзи у Мисаки скелтер разрушался перед глазами, пока она ничего не могла сделать. Если сегодняшний парень действительно тот же, что был тогда, в море деревьев Фудзи, то скелтер разрушен во второй раз. Чтобы твой скелтер один и тот же противник разрушил даже два раза... Ох! Наверняка было досадно проиграть, не имея возможности что-либо сделать. Однако противник менялся в совсершенно иное живое существо. Нет, был невидим, был виден колыхающийся силуэт, всё ещё он. Однако по размеру ли, по плаванию по небу ли, можно сказать, что он менялся в совсем иную вещь. Честно говоря, не тот противник, с которым мы могли бы справиться.

Мисаки хнычет. Когда посмотрел на неё, немного потряся плечо она стала пересиливать рыдание. Кричать на Мисаки в такой ситуации просто, но насколько была ясна ея досада, настолько же не находились подходящие слова. Итак, что делать?..

Посреди шторма из имевшегося при себе радиопередатчика раздался холодный звук прибора, а не ветра. Поскольку был Спешно взяв радиопередатчик, после выпущенного сигнал спасения помещённый при себе в состоянии ожидания, включаю переключатель.

Кономи. Командир отряда?!

Фунагай. Кономи?

Из радиопередатчика раздался голос Кономи.

Кономи. Реакция была!

Мидори. Командир, слышите? Как Мисаки?

По ту сторону радиопередатчика слышны голоса Кономи и Мидори.

Фунагай. Да, слышу. Мисаки тоже в порядке.

Аяка. Почтенная старшая сестра Мисаки тоже в порядке, похоже.

На мой ответ из радиопередатчика потёк распространяющийся по окрестностям голос Аяки. Хоть и немного, но были услышаны радостные возгласы девчат.

Рин. Самолёт командира отряда получилось идентифицировать радаром. Теперь направимся туда.

Видимо, поймавшие мой сигнал спасения четверо близятся. Похоже, эти четверо тоже благополучно вернулись на тренировочный объект. В этот раз... Вновь неожиданно с ним встретились, но все пятеро смогли благополучно вернуться. Тогда Мидори была нанесена большая рана, но в этот раз все в порядке. Как стало, что пятеро в порядке, на душе стало легче.

Фунагай. Мисаки, всё уже в порядке.

Мисаки. Да.

Ощущение, которое можно интерпретировать и как радость, и как облегчение, заставило меня обратиться к Мисаки, яже была рядом... Но Мисаки лишь пустыми глазами концентрировалась на небе.

Ба-ба-ба-ба-ба-ба!

Это не звук шторма. На головой приблизился звук вращающегося пропеллера, иже рассекает ветер. Когда я посмотрел выше своей головы, из большого вертолёта, садящегося в нашем направлении, высовывались четверо.

Кономи. Командир!

Рин. Мисаки? Мисаки!

Кономи и Рин, высовываясь, махали нам рукой. Поднявшись, я ответил на их обращение. Увидев их бодрые лица, я ощутил, словно почему-то что-то завершило первую стадию.

Наступает вечер, уже шторм проходил. После спасения вертолётом мы возвращались на остров, где был тренировочный объект. Тогда разбросанные четверо своими силами смогли вернуться до объекта для тренировок, похоже. Видимо, на объекте для тренировок четверо по прибытие подготовили спасательный вертолёт. Затем, подтвердив мой сигнал о спасении, четверо пришли на выручку, видимо. По-видимому, на объекте тоже радаром смогли подтвердить того большого парня. Однако, похоже, сразу после того, как я с Мисаки отдалился от него, того и след простыл. Но во всяком случае хорошо, что все вернулись в целости и сохранности. В прошлый раз Мидори была серьёзно ранена. Чёрт, мне не хотелось, чтобы кто угодно был ранен в бою... Но чем был парень сегодня? Думаю, он тот парень, которого встретили у подножья горы Фудзи. Ибо невидимый и по духу был схож. Даже если это другой парень был, я был уверен, что он того же вида. Если это тот же парень, получится, что он растёт... Живое существо? Совсем нельзя было представить. Несмотря на это, даже дважды наткнуться на него... На этом вдруг я заметил. В случае с подножьем Фудзи Мисима тоже указал то место. Место, где наверняка появится тот странный парень. В таком случае тренировка на острове тоже может быть из-за того, что Мисима что-то знал и оправил нас? Мисима что-то знает? Такое сомнение начинает закипать в груди. При всём при этом... Даже вернувшись сюда, Мисаки весьма унывает. Ея чувства ясны, ведь во второй раз разбит склетер. Но противник был не под силу. Думаю, в этот раз надо охотно благодарить за то, что были в порядке. К тому же, Мисаки, похоже, принимает близко к сердцу оружие для битвы с собою, что оружию надлежит побеждать. Распутать бы как-то это предубеждение. Фух. Выпустив вздох, вновь подумал о неприятном. Скелтер Мисаки упал в море, мой личный самолёт тоже погрузился в море и сел на берег, покрывшись песком. Думая о последствиях по-разному болит голова. В то же время враг, позиция Мисимы, девчата и так далее, мыслей гора. Поскольку один несу, опротивит! В такое время сказать кому-то, посоветоваться с кем-то, немного облегчит ношу, быть может. С кем только?.. Верно, конечно же свяжусь с Мисимой. Разные доклады ещё доставлю, их лучше передать их моих уст, может быть. Так или иначе, интересует то привидение. Мисима даже может знает что-то о его появлянии здесь. Умело говоря, могу достать какую-то информацию. Используя видеофон под рукою связавшись с токийскою штаб-квартирою, соединился с Мисимой.

Фунагай. Это Фунагай, думаю доставить отчёт за сегодня напрямую.

Мисима. А ты как всегда честный. Раз получаю доклад, немедленно вернёшься?

Фунагай. Нет, не думаю, что случай для слишком быстрого прибытия.

Мисима. Пожалуй, раз всё оставляю на тебя, можно быть спокойным.

Фунагай. Благодарю вас. Но сегодня, как и указано в письменном отчёте, даже скелтер повреждён.

Мисима. Но согласно отчёту ты с остальными неожиданно встретил кого-то вроде того парня, не так ли?

Безразличные слова Мисимы вмиг лишили меня дара речи. Мисима точно говорил о том парне, которого встретили у подножья Фудзи.

Фунагай. Да, может быть, встреченный у подножья Фудзи парень, думаю.

Мисима. Хм, тот же?

Мисима спросил, словно высматривая моё отношение.

Фунагай. По форме отличается, но думаю, что тот же.

Мисима. Хм-м... Естественно. Растёт?.. Раз он враг, то с немного разбитым скелтером ничего не поделать. Одно благополучное возвращение удача.

Фунагай. Вас ясно, что он?

Мисима. Итак, что же?

После небольшого молчания Мисима ответил, притворяясь, что не знает. Я устал от его жульничества в беседе. Было ощущение, что что-то знает и, чтобы другой стороне было ясно, намеренно надул. Небольшое ощущение произодшей провокации неоспоримо. Лучше сказать, не провокации, но искушения, на которое я решил забраться и попробовать послушать.

Фунагай. Вы знали, что о сюда прибудет?

Мисима. Нет, ожидаемо об этом не думал, однако... Похоже, ты с прочими так или иначе тесно связан.

Притворяется незнающим? Истинные намерения? Был дан тонкий ответ. Прежде всего заранее притворюсь, что согласен?..

Фунагай. Похоже на то.

Мисима. Пожалуй, подробности услышишь, как вернёшься сюда. С нетерпением жду беседу о нём!

Мисима, спокойно ответив на мой вопрос, на чём прямо так окончилась беседу. Однако лучше сказать, лишь односторонее оборван звонок. Хоть Мисима и притворяется незнающим, он точно что-то знает. Мне говорить не хочет, лушче сказать, мне сказать не может? Хм, тогда ладно. Я, как мне и полагается, я делают лишь то, за что платят. При случае в рамках моих возможностей наверняка дадут расследовать. Пожалуй, ладно.. Разное сегодня было. Сегодня уже быстро вернусь в свою комнату спать. Во всяком случае, завтра отвод войск.