Слухи о новой преподавательнице

Как оказалось, внезапно возникший смерч был вызван магией новой старшей преподавательницы.

Не подозревая, что по академии уже расползаются такие слухи, я была довольна тем, что первый день прошёл лучше, чем ожидалось.

— Госпожа Аой, вы сегодня прямо сияете.

— Нехорошо, конечно, самой себя хвалить, но, по-моему, для первого дня я справилась весьма неплохо.

С улыбкой ответила я, и Элиза в ответ рассмеялась.

— И правда. Даже господин Страусс сказал, что вы были великолепны. Огонь, ветер, а теперь ещё вода и земля… Может быть, завтра вы заглянете и на мой урок, — с радостью сказала Элиза.

Я кивнула и принялась за пасту с мясным соусом. Несмотря на тёмный, плотный на вид цвет, она оказалась неожиданно лёгкой и очень вкусной. Салат и хлеб тоже были замечательными.

Так, болтая с Элизой, я с удовольствием наслаждалась ужином в общежитии.

Утреннее солнце, пробивавшееся в окно, коснулось меня, и я, перевернувшись на мягкой постели, постепенно осознала, где нахожусь.

Обстановка комнаты напоминала роскошный гостиничный номер. За окном открывался вид на западные замки и шпили, достойные какого-нибудь объекта всемирного наследия.

Некоторое время я смотрела на этот почти нереальный пейзаж, а потом села на постели.

Наверное, вчера я сама того не замечала, но всё же была напряжена, потому и выспалась на удивление крепко.

Оставаясь в лёгкой ночной одежде, я выпила стакан воды, умылась и переоделась. Удобное бельё и свежая форма помогли мне окончательно собраться.

Когда я пришла в столовую, Элиза уже ждала меня.

— Доброе утро!

— Доброе утро.

Мы обменялись приветствиями и вместе позавтракали. Помимо хлеба и овощного супа, к завтраку неожиданно подали ещё и мясной пирог — настолько вкусный, что я без труда доела его даже с утра.

В академию мы отправились вместе, и у входа нас уже ждал Феймос.

— …Доброе утро. Распоряжение директора. Утром госпожа Кономинато должна посетить урок водной магии среднего уровня у господина Спейсайда-Орда. После полудня — урок магии земли у госпожи Вудфорд. Это всё.

Сказав только это, он тут же ушёл.

— …Но я ведь даже не знаю, где находятся аудитории.

Пробормотала я, невольно подумав, не похоже ли это на мелкую травлю.

Стоявшая рядом Элиза поспешно указала куда-то вглубь коридора.

— Урок водной магии среднего уровня проходит в дальнем конце этого этажа! Идите по правому коридору до самого конца. Ах да, давайте пообедаем в школьной столовой. Я буду ждать! До встречи!

Быстро объяснив всё это, Элиза умчалась прочь.

Внезапно я осталась одна. Узнать время мне было неоткуда, но, похоже, я уже рисковала опоздать.

Оглядевшись, я поняла, что на этаже больше никого нет.

— …Правый коридор, до самого конца.

Повторяя про себя слова Элизы, я быстрым шагом направилась к нужному месту.

Однако школа оказалась слишком огромной. Казалось бы, всего-то нужно было дойти в конец коридора, а путь всё равно оказался весьма неблизким.

В итоге дверь в аудиторию я открыла как раз в тот момент, когда низкий звонок возвестил о начале занятия.

— Простите. Я опоздала.

Извиняясь, я вошла внутрь, и взгляды учеников и преподавателя разом обратились ко мне.

У кафедры стоял тот самый красивый молодой мужчина с синими волосами, которого я встретила в первый день в академии.

— …Это вы. Я Спейсайд-Орд. Я веду этот урок.

Сказав это, он на мгновение запнулся, а потом продолжил, слегка нахмурившись:

— …Вчера позади школьного корпуса внезапно возник смерч. Похоже, это была магия особого класса — <Небесный Взор, Копьё Шквала>. Это была ваша магия?

Когда Спейсайд произнёс это, по аудитории тут же пробежал ропот.

Я покачала головой, отрицая.

— Это было авторское заклинание, доработанное из магии среднего уровня. К магии особого класса оно не относится.

Услышав мой ответ, Спейсайд слегка расширил глаза, а ученики переглянулись.

И тут один из них подал голос.

— Я Корт-Хедж-Батлер, ученик третьего года старшего отделения. Уже само по себе создание авторской магии говорит о выдающемся мастерстве, но в то, что магию среднего уровня можно довести до уровня особого класса, поверить трудно. Мне бы очень хотелось услышать ваши объяснения.

Говорил он мягко, но почему-то все вокруг молча прислушивались именно к его словам.

Это был юноша лет шестнадцати или семнадцати, с розовато-алой шевелюрой. Ростом он был невысок, телосложением — худощав, однако слабым вовсе не казался.

Кивнув на слова Корта, я развернула ладонь вверх.

— Это ведь урок водной магии, верно? Тогда позвольте я покажу вам водную магию…

Сказав это, я продемонстрировала то самое авторское заклинание, которое уже показывала Глену и остальным.

При виде этого в аудитории поднялся настоящий переполох, а Спейсайд посмотрел на меня с суровым выражением лица.

Тем временем Корт с интересом кивнул.

— …Великолепно.

Почему-то именно слова Корта прозвучали особенно отчётливо.

После этого Спейсайд наконец восстановил порядок, и урок всё-таки начался.

Это было хорошее занятие — простое, но при этом схватывающее самую суть. Кое-где объяснения у него получались несколько окольными, однако в целом было ясно, что ученики способны всё понять.

Когда я досмотрела урок до конца, Спейсайд без происшествий завершил занятие.

«Понятно… вот как все здесь ведут уроки».

Размышляя об этом и уже собираясь выйти из аудитории, я заметила, как тот самый ученик по имени Корт подошёл ко мне.

— Госпожа Аой. Вы сейчас идёте обедать?

— Да, я собираюсь поесть в столовой вместе с Элизой.

Услышав мой ответ, Корт мягко улыбнулся и кивнул.

— Если вы не против, можно мне присоединиться? Я бы очень хотел ещё немного расспросить вас о магии.

После такой просьбы отказать было бы трудно, и я согласилась.

— Что?! Корт?!

Первые же слова Элизы в столовой заставили Корта неловко рассмеяться.

— Ч-что случилось? Только не говорите, что госпожа Аой опять что-то устроила…

— Я ничего не делала.

Обиженно ответила я, и Корт тихо усмехнулся.

— Для нового преподавателя продемонстрировать авторскую магию, сопоставимую с магией особого класса, а потом сказать, что вы ничего не сделали, — это тоже надо уметь.

Услышав этот смеющийся упрёк, Элиза приложила руку ко лбу.

— …Госпожа Аой, о вас уже пошли слухи. Создать авторскую магию — это вообще-то достижение, к которому люди иногда идут годами исследований, понимаете? Ну зачем вам было так выделяться…

— Я не думала, что это так бросится в глаза.

— Ещё бы не бросилось… Ладно, что сделано, то сделано. Давайте хотя бы впредь постараемся не привлекать к себе лишнего внимания, хорошо?

— Поняла.

Услышав мой ответ, Элиза с облегчением вздохнула и кивнула.

— Вот и хорошо. А теперь давайте есть.

Похоже, немного успокоившись, Элиза сказала это с улыбкой.

Когда мы приступили к обеду, я с удовольствием посмотрела на блюда перед собой. На этот раз подали котлету с салатом, луковый суп и хлеб.

«Я правда очень рада, что в этой академии всегда так вкусно кормят».

Пока я думала об этом, Элиза посмотрела на меня с каким-то трудноописуемым выражением лица.

— …Госпожа Аой, вас совсем не смущают взгляды вокруг? Мне уже хочется просто сбежать отсюда.

Несмотря на такие слова, Элиза всё равно продолжала понемногу щипать хлеб. Я отвела от неё взгляд и осмотрелась.

У столовой были высокие потолки и несколько световых окон, так что она казалась просторной и открытой. Однако сейчас воздух здесь ощущался куда более тяжёлым.

И всё из-за того, что с того самого момента, как мы сели за стол, на нас со всех сторон устремились взгляды. Что любопытно, почти все эти взгляды принадлежали ученицам.

— Меня это тоже смущает, но я не собираюсь из-за этого переживать.

Ответив так, я перевела взгляд на того, кого подозревала в качестве причины. Поймав мои глаза, Корт неловко улыбнулся.

— Прошу прощения. Обычно я обедаю в отдельной комнате, так что, наверное, для них это зрелище редкое.

Произнёс он это в полушутливом тоне, и у Элизы дёрнулась щека.

— Думаю, всё потому, что Корт очень популярен среди учениц…

Сухо усмехнувшись, пробормотала Элиза.

Позже я узнала, что Корт-Хедж-Батлер — старший сын одного из великих аристократических домов Федерации Корт-Хайленд, одной из Шести Великих Держав. Он блистал и в учёбе, и в спорте, а среди детей высшей знати считался едва ли не самым открытым и доступным.

Неудивительно, что в академии, где учится так много дворянских детей, его считали самым завидным женихом.

Поэтому сама картина, где Корт сидит с кем-то в обычной столовой, оказалась для учениц настоящим событием.

В конце концов мы решили, что будет мелочно пересаживаться куда-то ещё, и просто продолжили обедать, терпя ревнивые и сердитые взгляды учениц.

Элиза заметно дрожала, а вот Корт, похоже, с интересом наблюдал за моей реакцией. Кстати, разговор о магии вышел совсем коротким: добрую половину времени Корт занимал пустяковой болтовнёй и вопросами не по существу.

— Я слышала, после обеда у меня будет урок магии земли.

Сказала я, поднимаясь из-за стола после еды.

Элиза тут же выпятила грудь и посмотрела на меня.

— Я только сейчас об этом узнала! Это ведь мой урок?! Как же здорово!

Воскликнула она, вскинув обе руки с таким энтузиазмом, что я невольно улыбнулась. Наблюдая за ней с тёплой улыбкой, Корт разочарованно вздохнул.

— …После обеда у меня другой урок. Очень жаль. Надеюсь, в следующий раз у нас снова получится пойти вместе. Ну, тогда до встречи.

С этими словами он ушёл. Почти как на каком-то балу, но всё-таки это школа.

— Какой необычный мальчик.

С улыбкой заметила я, и Элиза устало покачала головой.

— Вы первая из всех, кого я встречала, кто сказал о Корте именно так.

С лёгкой, почти обречённой улыбкой ответила она.

Когда мы пришли в аудиторию, я заметила знакомое лицо.

Это была Шенли — прелестная девочка с белыми волосами и белым хвостом. Как только Шенли нас заметила, ушки на макушке тут же встали торчком, а глаза радостно заблестели. Сама она молча смотрела на нас, но хвост уже вовсю мотался из стороны в сторону.

— Всем доброе утро! Итак, начнём с переклички!

С улыбкой объявила Элиза и принялась по одному зачитывать имена.

Когда назвали Шенли, та громко откликнулась.

Когда урок начался, Элиза сперва стала объяснять простую магию земли, затем постепенно повышала уровень сложности и в конце концов перешла к демонстрации заклинаний среднего уровня.

— Как видите, магия земли становится всё разнообразнее по мере перехода от начального уровня к среднему. Если раньше всё сводилось лишь к тому, чтобы придавать форму земле, то теперь сюда добавляются изменения размера, твёрдости и свойств. И эффект, и способы применения становятся совершенно иными, —

объясняла Элиза, поглядывая на Шенли.

— Итак, Шенли. Что происходит, когда с помощью магии земли создают стену?

— Д-да! На начальном уровне можно создать стену примерно по пояс высотой и толщиной с кулак. На среднем уровне уже можно возвести стену выше человеческого роста. А на продвинутом, как я слышала, можно делать стены даже выше трёх метров, —

Шенли, внезапно вызванная отвечать, заговорила поспешно, но уверенно. Элиза улыбнулась и кивнула.

— Совершенно верно. Кроме того, высота и толщина тоже могут меняться в зависимости от запаса магической силы и уровня мастерства. То же самое касается и твёрдости. Если речь идёт просто о том, чтобы сделать объект прочнее, то разница между начальным и средним уровнем не так уж велика, но вот продвинутая и особая магия — это уже совсем другое. Маг особого класса способен создать стену из песка прочностью не хуже крепостной.

На словах Элизы ученики восхищённо зашумели.

— Магию земли порой считают неброской, но на самом деле это невероятно универсальный вид магии. Давайте же стараться расти — от начального уровня к среднему, а от среднего к продвинутому, —

ободряюще сказала Элиза, и в ответ со стороны учеников послышались бодрые отклики.

И тут я услышала, как позади Шенли, которая до этого с радостью смотрела на меня, переговариваются какие-то мальчишки. Похоже, они болтали с крупным светловолосым юношей, сидевшим рядом.

Пока эти двое смеялись и разговаривали слишком громко для урока, лицо Шенли постепенно помрачнело.

Видимо, сочтя это помехой занятию, Элиза всё же вмешалась.

— Эм, Рокс и Фелтер. Не могли бы вы, пожалуйста, говорить немного тише?

Когда Элиза мягко сделала им замечание, лица окружающих учеников тут же изменились,

но сами мальчишки, похоже, нисколько не смутились.

— …Юноши, вы говорите слишком громко, —

робко повторила Элиза, и только тогда они наконец обратили на неё внимание.

— …Это вы мне? — спросил рыжеволосый мальчишка, ткнув в себя пальцем.

— А кому же ещё? —

фыркнул в ответ сидевший рядом здоровяк.

Рыжеволосый мальчишка вскочил, с силой почесав затылок.

— Мы вообще-то уже не в младшей школе. Начинать с азов — только время зря тратить. Так что ничего страшного, если на этой части урока мы немного поболтаем, верно?

Хотя логика у него была совершенно нелепая, сам он, похоже, говорил вполне серьёзно. Элиза растерялась, но всё же попыталась вразумить его.

— Я понимаю, Рокс, что ты, возможно, уже умеешь пользоваться магией земли среднего уровня и хорошо её понимаешь, но не все здесь на таком уровне. Есть и те, кто впервые оказался на занятии среднего курса, так что, пожалуйста, не мешай уроку.

Едва она успела произнести это с улыбкой, как мальчишка по имени Рокс цокнул языком и с грохотом ударил по парте. От резкого звука несколько учеников вздрогнули и вжали головы в плечи.

— Тогда разделите учеников. Учителей здесь двое, разве нет? Уж с магией земли начального уровня ты-то как-нибудь справишься, женщина, —

сказал Рокс, глядя на меня сверху вниз. Похоже, у него были претензии к тому, как вели занятие.

Однако это ещё не повод так пренебрежительно обращаться с преподавателем.

Я встретила взгляд Рокса, в котором мелькала полуусмешка, и спокойно заговорила:

— Меня зовут Аой Кономинато, я новый преподаватель. Да, я здесь недавно, но академия признала меня и поставила перед вами именно как учителя. Ты ведь это понимаешь?

Услышав это, Рокс на миг расширил глаза, но почти сразу недовольно прищурился.

— …Ты что, издеваешься надо мной? Тогда я спрошу тебя вот о чём: ты вообще понимаешь, с кем разговариваешь? Кто я такой? Ну-ка скажи.

Пока Рокс прожигал меня взглядом, я лишь кивнула в ответ.

— Невоспитанный ученик, который кичится умом ребёнка младших классов или даже хуже. Тебя зовут Рокс. Я ошибаюсь?

В тот миг, когда я это сказала, Рокс вскочил на парту, с силой оттолкнулся от неё ногой и бросился на меня.

— Убью, женщина! —

взвыл он, кидаясь вперёд. Я шагнула в сторону, уклоняясь, и произнесла:

— <Печать Действия: Замри>.

Когда я обернулась, Рокс как раз пытался занести кулак для удара. Но заклинание уже успело сработать, и его тело вдруг вытянулось в струну, после чего он грохнулся на пол.

— Угх!? —

выдавил он, перекатываясь по полу, и в аудитории тут же поднялся шум. Даже тот крупный ученик по имени Фелтер выглядел ошеломлённым.

— Пусть способ и старый как мир, но слишком расшалившихся учеников всё же следует наказывать, —

сказала я и, сместив центр тяжести, подхватила Рокса за ремень.

Вынеся Рокса, который теперь больше напоминал багаж, за дверь аудитории, я прислонила его к стене в коридоре и заставила стоять.

Выглядел он как неуклюжая вывеска, но и этого было вполне достаточно.

— Итак, в таком виде ты и простоишь до конца занятий, —

сказала я и вернулась в аудиторию, где все, похоже, всё ещё не могли прийти в себя. Даже Шенли смотрела на меня с тревогой.

— …Это может показаться жестоким, но если всё оставить как есть, Рокс окончательно превратится в хулигана. В подобных случаях нужно достаточно строгое наказание. Вы понимаете это?

Несмотря на мои слова, в ответ я получила лишь полные слёз глаза Элизы и её дрожащий голос.

— …Это так бросается в глаза… Просто невероятно, до чего же это бросается в глаза…

После того как Рокса убрали, урок завершился без дальнейших происшествий.

Хотя, пожалуй, говорить, что всё прошло без проблем, было бы не совсем верно, если вспомнить тишину, напоминавшую похоронную, которую временами нарушал почти плачущий голос Элизы.

— <Снятие Печати>, —

произнесла я, развеивая заклинание. Рокс, которого всё это время держали у стены в коридоре, тут же плюхнулся на пол.

— Угх…!? Ч-что за… Что вообще произошло?..

Пробормотал Рокс, сидя на полу, и тут к нему подошёл Фелтер.

— Ученика, который наговорил лишнего, наказала новая преподавательница. Вот и всё, —

низким голосом сказал Фелтер, бросив взгляд в мою сторону. Лицо Рокса вдруг исказилось от внезапного понимания, и он уставился на меня.

— Т-ты…! Да как ты посмела…!

Когда Рокс, похоже, снова собирался в гневе что-то выкрикнуть, я просто выставила ладонь перед самым его лицом, заставив замолчать.

Убедившись, что он притих, я заговорила:

— Не следует приносить в школу разговоры о статусе. В пределах этой академии учителя — это учителя, а ученики — это ученики. Ничему иному вмешиваться в эти роли не позволено.

— …Ты вообще понимаешь, сколько моя королевская семья вложила в эту академию…

Налитыми кровью глазами, низким голосом процедил Рокс.

Я усмехнулась.

— Если бы ты заработал всё это сам, разговор был бы другим. Но тебе не стыдно так важничать, прикрываясь деньгами родителей? Или именно в этом и состоит твоя гордость?

Когда я нарочно вызывающе задала этот вопрос, Рокс выглядел так, будто вот-вот вцепится в меня зубами, но каким-то чудом всё же сумел сдержаться.

— …Запомни это. Какой бы ни была причина, я не забуду, что ты меня унизила.

С этими словами Рокс резко развернулся. Почему-то лицо Элизы тут же побледнело.

Уже собираясь уходить, Рокс заметил, что Фелтер не идёт за ним, и остановился.

— Что такое?

В ответ на раздражённый оклик Рокса Фелтер лишь махнул рукой.

— Мне нужно кое-что обсудить с этой преподавательницей.

Услышав это, Рокс посмотрел с подозрением, но вскоре заметил мой взгляд, презрительно фыркнул и всё-таки ушёл.

Убедившись, что Рокс действительно скрылся, Фелтер посмотрел на меня сверху вниз.

Высокий парень. Нет, парнем его уже и не назовёшь. Всё его тело покрывали плотные мышцы, будто распирающие одежду изнутри. А золотистые волосы топорщились, словно львиная грива, и вдобавок у него был хвост.

— …Хвост? Фелтер, ты зверолюд?

— …И что с того? —

Фелтер уставился на меня таким взглядом, что казалось, он вот-вот зазвенит от напряжения.

Я улыбнулась и покачала головой.

— Совсем ничего. Просто я была бы рада, если бы ты чуть-чуть присел.

Услышав это, Фелтер заколебался, но всё же слегка согнулся в поясе.

— Тогда, с вашего позволения.

Я невольно расплылась в широкой улыбке и положила обе руки ему на голову.

— Нуа…!

Не обращая внимания на потрясённый возглас Фелтера, я взъерошила его волосы. И очень скоро показалось то, что я и хотела увидеть.

Треугольные уши — с округлыми кончиками, плотные, пушистые. На вид они были очень мягкими и приятными на ощупь.

— Ох, какие неожиданно милые ушки! Можно потрогать?

— К-конечно нет! —

громко выкрикнул он в отказ, и очаровательные уши тут же прижались назад.

— Ах…

— Не смотрите так расстроенно!

Фелтер весь напрягся, словно выставив дыбом волосы от настороженности, и это заставило Элизу запаниковать.

— П-прошу прощения! Госпожа Аой просто немного… не замечает таких вещей…!

Вот уж действительно грубоватое пояснение. Я едва не потянулась к нему снова, но, пожалуй, и правда было невежливо при первой же встрече трепать человека по голове. В следующий раз сперва спрошу разрешения.

Пока я думала об этом, Фелтер смотрел на меня со сложным выражением — то ли злость, то ли раздражение.

— …Трудно вас понять. Но…

Сказав это, Фелтер, который до этого стоял как перед схваткой, наконец вернулся к более обычной позе. Затем, легко вздохнув, посмотрел на меня.

— …Эта работа ног, и то, как вы не подставляете противнику корпус прямо. Значит, вы умеете не только колдовать, но и сражаться вблизи. Чем вы пользуетесь?

— Мечом.

Фелтер довольно улыбнулся.

— …В этой академии ещё не было никого, кто по-настоящему умел бы сражаться в ближнем бою. Даже те, кто хорош в физическом усилении, всё равно держат дистанцию и полагаются на магию.

Пробормотал он, сжимая кулак и поднося его прямо к моему лицу.

— Надеюсь, вы и вправду сильны.

С этими словами Фелтер оскалился в хищной улыбке и широким шагом ушёл прочь.

Зрелище удаляющегося здоровяка, который при этом ещё и помахивал хвостом, выглядевшим неожиданно мило при его габаритах, было довольно забавным и очень подходило его возрасту.

— Аой! Ну зачем вы устроили такое?!

Стоило Фелтеру уйти, как ко мне тут же подбежала Элиза с глазами на мокром месте.

А затем из аудитории робко вышла и Шенли, которая всё это время не решалась показаться наружу.

— В-всё ведь будет хорошо…? Я слышала, Фелтер — следующий наследник маркизского дома в Бушмилсской империи, а Рокс…

На встревоженные слова Шенли Элиза принялась часто-часто кивать.

— Рокс Килбегган… Он из королевской семьи Вертедского королевства, у которого с этой академией самые тесные отношения! К тому же он второй принц…!

Элиза схватилась за голову обеими руками и в отчаянии принялась мотать ею, так что Шенли даже испуганно попятилась.

Похоже, речь шла о высокородном дворянине и принце из двух разных Шести Великих Держав.

— …Подумать только, что принц и будущий маркиз могут вести себя подобным образом у всех на глазах. Пожалуй, стоило наказать их ещё строже…

— Да всё как раз наоборот!

— Л-лучше с такими вообще не связываться…

Элиза и Шенли разом возразили на мой монолог, но в этом вопросе я уступать не собиралась.

— В школе все должны быть равны. Независимо от происхождения, каждый должен одинаково учиться и одинаково наслаждаться своими школьными годами. И учителя, которые обязаны быть для учеников примером, тоже должны относиться ко всем одинаково, не делая различий.

— …Разве вы только что не сказали, что, раз они из королевской семьи, с ними как раз и надо быть построже?

— То — это то. А это — это это.

Отмахнувшись от замечания Элизы, я перевела взгляд на Шенли.

— Шенли, если кто-то будет заноситься перед тобой или смотреть на тебя свысока, обязательно скажи мне, хорошо? Ни мне, ни госпоже Элизе нет дела до чьего-то статуса.

— И мне тоже?!

Почему-то Элиза переспросила почти криком.

— …Госпожа Элиза, разве вам не хочется помочь ученикам, которые попали в беду?

Когда я задала этот вопрос, Элиза, всё ещё едва не плача, втянула голову в плечи.

Увидев её лицо, Шенли тревожно приоткрыла рот.

— Э-эм… Пожалуйста, не беспокойтесь обо мне… Уже одно то, что госпожа Элиза тогда за меня переживала, для меня…

Шенли произнесла это со слезами на глазах и таким самоуничижением, что Элиза тут же скорчилась в муках совести.

— …После таких слов я уже просто не могу не стараться изо всех сил…

Так Элиза наконец решилась действительно встать на сторону Шенли.

— Отлично сработано.

Это были первые слова Страусса, и при этом он несколько раз похлопал меня по плечу. Хотя лицо у него, как обычно, почти ничего не выражало, каким-то образом всё равно чувствовалось, что он очень доволен.

— Эй, господин Страусс! Почему вы её хвалите?!

Элиза всплеснула обеими руками, выражая возмущение, а Страусс в ответ лишь склонил голову набок.

— Она отчиталa тех идиотов, которые вели себя как хотели и постоянно мешали на занятиях. Что в этом плохого?

Когда Страусс с совершенно серьёзным лицом задал этот вопрос, Элиза схватилась за голову и, упершись локтями в стол, бессильно повесила её. Краем глаза взглянув на поникшую Элизу, я осмотрелась по сторонам.

Это был чуть приглушённо освещённый, но просторный ресторан. Повсюду стояли деревянные столы и диваны, обитые кожей, а у стен и колонн были расставлены горшки с растениями.

И персонал, и посетители выглядели утончённо, так что с первого взгляда было ясно: заведение высокого класса.

— …А с оплатой всё будет в порядке?

У меня были деньги, заработанные в путешествиях, но у этих двоих, кажется, с финансами было не так вольготно. Вроде бы Элиза говорила что-то подобное заведующей общежитием.

Когда я высказала это вслух, оба уставились на меня с прямыми лицами.

— Учителя Академии Фидик в этом городе очень даже неплохо зарабатывают! На ужин уж точно хватит!

— …Кстати, Аой, ты ведь ещё даже не получила жалованье?

После слов Страусса Элиза тоже внезапно что-то осознала. Похоже, меня неправильно поняли.

— Нет, я могу заплатить за себя сама, но… Просто раньше Элиза беспокоилась о том, сколько стоят гостиницы в городе, вот я и…

Стоило мне это сказать, как Страусс тоже перевёл взгляд на лицо Элизы. Элиза нахмурилась и отвела глаза.

— …У меня с исследовательским бюджетом всё туго… На случайный ужин мне, конечно, не жалко, но если это станет постоянной статьёй расходов… Я слышала, старшие преподаватели получают втрое больше обычных…

Пока Элиза смотрела на нас с откровенно завистливым выражением, Страусс сузил глаза.

— Не попрошайничай, Элиза. Аой и младше тебя, и к тому же новенькая.

Страусс совершенно естественно обратился к ней безо всяких почтительных форм, на что Элиза одарила его укоризненным взглядом.

— …Вообще-то я старше вас, господин Страусс. Могли бы и уважение к старшим проявить, и немного вложиться в мой исследовательский бюджет…

— …Только не вырасти такой, Аой.

Пока эти двое обменивались забавными репликами, я озвучила мучивший меня вопрос.

— У меня есть один вопрос. Мне кажется, любой маг, сумевший стать преподавателем в Академии Фидик, мог бы зарабатывать большие деньги и другими способами. Почему же вы выбрали именно эту академию?

Услышав это, они переглянулись.

— Причины бывают разные, но если обобщать, то их две… нет, три.

Сказав это, Страусс кивнул, а Элиза подхватила:

— Первая — ради своей страны, чтобы показать её присутствие в академии. Например, преподаватель Феймос Граус. Он преподаёт затем, чтобы поднять престиж своего графского рода и продемонстрировать, насколько высок уровень магов Карванского королевства.

Произнося это, она подняла указательный палец, а затем, переходя ко второй причине, подняла и средний.

— Вторая — ради своей семьи. Например, у тех, чьи дворянские дома когда-то были знатными, но пришли в упадок, внутри собственной страны почти нет шансов снова подняться. Ну, новым, набирающим силу дворянам признание достаётся легче, чем тем, кто уже однажды оступился. Вот такие люди и приезжают в Академию Фидик, где их могут оценить более справедливо и где можно заявить о себе.

После этого она подняла и безымянный палец.

— И третья — ради самих себя. Это люди, посвятившие жизнь магии. Те, кто любой ценой хочет развить любимое направление магии. А некоторые и вовсе ищут тут себе брачного партнёра.

Выслушав их объяснение, я кивнула.

— Понятно.

— А вы сами, тогда, из-за чего?

— Ради себя.

— Ради себя.

Они ответили сразу, без малейшего колебания.

— Ради себя?

Когда я переспросила, Страусс энергично кивнул.

— В Вертедском королевстве уже есть один старший преподаватель. Моя семья — баронский дом. Даже просто стать преподавателем уже было бы достаточно, чтобы заявить о себе. Поэтому я хочу проверить, как далеко смогу зайти как маг.

Сказав нечто, до странности похожее на реплику героя из сёнэн-манги, Страусс спокойно отпил из своего стакана.

Элиза, посмеиваясь над этим, тоже кивнула.

— У меня примерно так же. Для семьи, конечно, было бы хорошо, если бы от нас вышло побольше сильных магов, но преподавателей и учеников у нас и без того уже больше, чем раньше. Так что новую магию я тоже разрабатываю в первую очередь ради себя.

С этими словами Элиза сжала обе руки в кулаки перед грудью.

— Новую магию?

— Да! Магию земли можно использовать в самых разных местах — от строительства дорог до возведения крепостных стен! Но в тот миг, когда из неё исчезает магическая сила, всё снова рассыпается в комья земли. Это касается и продвинутой, и особой магии. Даже если изменить свойства и сделать объект похожим на камень, он всё равно в конце концов крошится… Поэтому я хочу создать магию земли с долговременным эффектом! Если это удастся, можно будет строить и здания, и мосты!

Пока Элиза горячо говорила об этом, Страусс лишь протянул недовольное:

— Я ведь каждый раз спрашиваю: такая долговечная магия вообще возможна? Разве это не будет означать, что магическая сила должна постоянно высвобождаться?

— Возможности магии безграничны! Лично я думаю, что ключ может скрываться в утраченных магических кругах древности! Если уж на то пошло, среди древних руин есть постройки, которые явно выглядят не как что-то созданное обычным способом…

Не успела я опомниться, как эти двое уже с головой ушли в спор о магии.

— А вы что думаете, госпожа Аой?!

— Только честно. Жалко будет, если она тратит время на невозможные исследования.

— Не будьте таким жестоким!

Прижатая с двух сторон, я, до этого спокойно евшая куриный шашлычок, с кривой улыбкой всё же ответила:

— Я не думаю, что исследования госпожи Элизы ошибочны. Более того, оружие, доспехи и здания, созданные с помощью магических кругов, действительно сохраняются. Магический круг теряет силу, если его линии нарушаются, поэтому поверхность закрывают тем же самым материалом, чтобы круг был скрыт и защищён.

Стоило мне это сказать, как глаза Элизы и Страусса широко распахнулись.

— В-вы знаете о магических кругах?!

— …Только не говори, что ты тоже занимаешься исследованием магических кругов, Аой…

Пока они оба пребывали в своём изумлении, я вдруг почувствовала, что рядом с нами кто-то остановился.

Подняв взгляд, я с удивлением обнаружила, что это Спейсайд.

Спейсайд поочерёдно посмотрел на каждого из нас, затем нахмурился и тяжело вздохнул.

— …Может, вы будете немного тише? Это всё-таки общественный ресторан. Проявите хоть немного уважения к окружающим.

Услышав это, Элиза тут же вздрогнула и склонила голову.

— П-простите! Мы просто немного увлеклись… Приношу извинения!

Не обратив никакого внимания на извинения Элизы, Спейсайд лишь фыркнул и развернулся прочь.

Страусс, похоже, был немного раздражён таким отношением, но неправы всё-таки были мы. Возмущаться нам было нечем.

Однако один момент всё же не давал мне покоя.

— Прошу прощения.

Услышав это, Спейсайд остановился и повернул к нам лицо вполоборота.

— Простите, что мы шумели. Кстати… преподаватель Спейсайд, вы здесь один?

Когда я задала вопрос, Спейсайд недовольно скривился и на мгновение замялся, но всё же ответил:

— …Я здесь с господином Фоар-Перно-Роузесом. Искренне надеюсь, что вы больше не будете устраивать подобных беспорядков.

Сказав это, Спейсайд вернулся к своему месту. Похоже, они ужинали в отдельной комнате в глубине заведения.

— Этот Фоар тоже преподаватель?

Обернувшись обратно и задав вопрос, я увидела, как Страусс недовольно поморщился, а Элиза с кривой улыбкой кивнула.

— Он один из старших преподавателей. Эм… У него очень сильное чувство дворянской иерархии, так что ни у меня, ни у Страусса не так уж много возможностей с ним общаться…

Услышав это, я сразу поняла, откуда у Страусса было такое выражение лица.