§ 25. Всеведущий суд, часть 2

На мгновение исполнитель потерял дар речи. На лице скелета не было эмоций, но неловко дернувшиеся кончики пальцев явно выдавали его волнение.

– …Что это значит, Хроно? – спросила Шаль, медленно поднимаясь.

Поскольку колья разлетелись вдребезги, её раны начали понемногу заживать. Заживление шло медленнее, чем при ранах от обычного клинка, но её жизни ничто не угрожало.

– Разве то место, где мы только что были, не Всеведущий суд?

– Это подделка. Я покажу тебе доказательства, – сказал Хроно. – Явить свидетельскую трибуну Всеведущего суда.

Пол в центре поднялся, образовав широкую трибуну. Это и была свидетельская трибуна.

– Я призываю свидетеля, знающего правду об убийстве священника, в котором подозревали Люку.

– Свидетеля? Но откуда ему взяться?..

– Из прошлого.

На свидетельской трибуне высеклись бесчисленные светящиеся письмена. Буквы поднялись в воздух и образовали гуманоидный силуэт. Затем он постепенно превратился в того, кем являлся на самом деле. Это была Люка Эндимион.

Затем светящиеся письмена образовали тюрьму, в которой она сидела.

– …Люка…

Люка, которая должна была быть мертва, предстала целой и невредимой. От одного этого на глазах Шаль навернулись слёзы.

– Это иллюзия. Ты всего лишь создал человеческую фигуру, точь-в-точь похожую на Люку Эндимион. Где доказательства того, что это прошлое? – указал исполнитель.

Тогда Хроно указал на голову Люки.

– Эту заколку сейчас носит Шаль как память о Люке.

– …Откуда ты… это знаешь?..

Она никогда не рассказывала Хроно об этой памятной вещице. Неудивительно, что Шаль была поражена.

– Попробуй вмешаться, исполнитель.

– ……

Исполнитель вытянул палец и начертил магический круг.

– Вот так.

Тогда заколка Люки ярко засветилась и приняла форму звезды. Словно синхронизировавшись с ней, заколка Шаль, на которую не применяли магию, превратилась в точно такую же звезду.

– Не может быть…

– Как убого, – насмехаясь, произнёс исполнитель. – Ты просто изменил форму какой-то магией под трансформацию заколки Люки Эндимион. Шаль Ариан, открой эту заколку и посмотри, что внутри.

– Внутри? Это же заколка, у неё нет никакого «внутри»…

– Именно так. Однако я изменил заколку Люки Эндимион так, чтобы она открывалась. И внутрь я положил свой глаз.

Голова исполнителя представляла из себя череп. В его глазницах сиял свет, но сейчас свет в правом глазу действительно погас.

– Похоже, ты сымитировал только внешний вид, но этого недостаточно, чтобы назвать это прошлым…

– О, открылась.

Шаль открыла заколку. Из неё выпал сияющий глаз исполнителя. Хроно взял его у Шаль.

– Это самый что ни на есть твой глаз.

Хроно с силой сжал глаз.

– Гха! Гуа-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!! – закричал исполнитель, схватившись за пустую правую глазницу.

Он определённо вложил свой глаз в заколку Люки, находящейся на свидетельской трибуне. То, что он выпал из заколки Шаль, было неоспоримым доказательством того, что на свидетельской трибуне – прошлое.

– …Не может быть!.. Как… это возможно?!

Исполнитель с недоверием посмотрел на Люку на свидетельской трибуне.

Хроно бросил глаз в сторону исполнителя.

– Помнишь ли ты, исполнитель, что произошло с Люкой год назад, в день приведения смертного приговора в исполнение?

– ……

Исполнитель не ответил. Однако его оставшийся левый глаз мелко дрожал.

– Слова не нужны. Свидетельская трибуна поведает правду.

Раздались звуки шагов. Это были шаги годичной давности. В тюрьму-свидетельскую трибуну пришёл старец с длинной бородой, облаченный в судейскую мантию.

– …Дедушка?! Почему?.. – удивлённо произнесла Шаль.

Перед Люкой стоял Мудрец Закона Мишель. Он пристально смотрел на Люку, которая сидела, не шевелясь.

– …Время пришло?

– Не хочешь ли заключить сделку?

Только тогда Люка впервые посмотрела в лицо Мишеля. Тут же опустив глаза, она открыла рот.

– Не думаю, что это хорошее предложение.

– По крайней мере, твою жизнь можно спасти.

– …Что я должна сделать? – холодным тоном спросила Люка.

– Ты должна будешь управлять Святой Шаль Ариан. Для Истинного Предка заставить своего слугу подчиняться должно быть проще простого.

– Вот как, – сказала Люка с таким видом, словно всё поняла. – Мудрец Закона Мишель. Вы и есть тот преступник, убивший отца Орана.

На мгновение Мишель опешил, но затем уголки его губ приподнялись. Это была настолько эгоистичная улыбка, что от нее веяло жутью.

– Именно так, – охотно подтвердил это Мишель.

Даже зная это, Люка уже ничего не сможет сделать. Должно быть, он сознался намеренно, чтобы ткнуть её лицом в этот факт.

– Как вы, страж закона, можете сами нарушать законы Корнцеля?! В этом городе закон превыше всего, поэтому представители разных рас могут дружить друг с другом!

Словно выплёскивая свое негодование, Люка гневно уставилась на Мишеля.

– Страж закона? Друзья? Всё это иллюзия. Львиный Император не собирается превращать этот город в подобную утопию, да и другие четыре царя заслали сюда своих подчинённых. Как великий бог нас, демонов, Бог-Царь Демонов Горлоаз!

Мишель достал посох из магического круга. Затем он легонько стукнул им по полу тюрьмы. С оглушительным грохотом, проломив каменный пол, из-под земли появился гротескный демон.

Его массивное тело было покрыто угольно-чёрной чешуей. На голове вместо волос извивались бесчисленные щупальца, а из огромной пасти торчали острые клыки.

Она никогда не видела такого демона, но некоторые его части казались знакомыми.

– …Вы перемешали несколько видов демонов?! – с отвращением во взгляде спросила Люка.

– В том-то и дело. Они плохо смешиваются. Если использовать только демонов.

Услышав многозначительные слова Мишеля, Люка мгновенно всё поняла.

– Не может быть… Вы?!

– И людей тоже. Человек с сильной магической силой как раз подходит в качестве связующего звена для смешивания демонов друг с другом. Но этого недостаточно. Будь у нас более крепкое связующее звено, демонов можно было бы смешивать бесконечно.

– Теперь я поняла причину, по которой вы нацелились на Шаль.

– Хе-хе-хе, – рассмеялся Мишель. – Бог-Царь Демонов приказал создать универсальное существо. С силой Святой Шаль Ариан это станет возможным.

– Рада за вас.

Тело Люки начало превращаться в красный туман.

– Не уйдешь!

Уродливый демон резво протянул щупальца со своей головы в Люку. В самый последний момент щупальца прошли сквозь её тело, полностью ставшее туманом, и вонзились в стену тюрьмы.

– Я не убегаю.

Исчезнувший красный туман собрался за спиной гротексного демона и принял форму тела Люки. Выпустив острые когти, она отсекла голову демону.

– Я должна поймать вас и доказать свою невиновность.

– Сможешь ли?

Из обезглавленного туловища гротескного демона начали стремительно расти щупальца. Ничуть не удивившись, Люка попыталась вонзить когти в эти щупальца, но в самый последний момент резко остановилась.

– В своих сородичей?

Кончик удлинившегося щупальца превратился в демона-ребёнка. В вампира – бессмертного монстра с острыми клыками и особенной кровью.

Более того, Люка уловила от этого вампира запах своего собственного слуги.

– …Что вы… сделали?

– Да так, ничего сложного. Во время допроса у тебя ведь брали кровь. Имея её, я могу создать сколько угодно слуг.

Слуга вышел вперёд и попытался схватить Люку.

– Ну что, сможешь ли ты убить своего ребёнка?

Она шустро увернулась от их рук и замахнулась острыми когтями.

(Даже если они слуги, унаследовавшие мою кровь, с учётом того насколько хаотично их перемешали с другими демонами, самосознания они лишены. А раз так, то пусть падут хотя бы от моей руки…)

– …Помоги мне, мама…

Когти, которые она собиралась вонзить, снова резко остановились.

– Это была ложь! – рассмеялся ребёнок-слуга и вонзил когти в живот Люки.

Хлынула кровь.

– Агх!..

Слуга превратился обратно в щупальце и обвился вокруг тела Люки, полностью сковав её.

– А теперь, к сделке, – произнёс Мишель с торжествующим видом. – Если подмешать тебя в это универсальное существо Вальбародде, я получу силу Истинного Предка. Хотя это займёт некоторое время, рано или поздно, я всё равно смогу управлять Шаль.

Это не было ложью. Ведь он смог создать слугу из крови Люки. Поглотить силу самой Люки для него тоже не составит труда.

– Следовательно и колебаться незачем, верно? Если ты согласишься на сделку, сможешь избежать смертной казни. Ты ведь хочешь блюсти законы Корнцеля? Я, как Мудрец Закона, могу отменить смертный приговор, не нарушая этот самый закон.

– …Если я стану вашей сообщницей, я в итоге всё равно нарушу закон.

Мишель покачал головой.

– Разумеется, и в этом нет проблемы. В законах всегда есть лазейки. Именно поэтому, несмотря на то, что я создал Вальбародде, я всё ещё Мудрец Закона.

Услышав это, Люка умолкла. Решив, что остался последний толчок, Мишель продолжил:

– Если ты поможешь мне, я сделаю тебя Мудрецом Закона.

Люка широко раскрыла глаза.

– Ведь это было твоей мечтой, так? Поможешь ты или нет, Шаль в любом случае умрет. Что поделаешь, на кону стоит твоя собственная жизнь. Чем меньше жертв, тем лучше и для друзей, не так ли? Та девочка, которую называют Святой, наверняка тебя поймет.

– …Святая, говоришь? – Люка едва заметно улыбнулась, а затем тихо заговорила: – На самом деле она плакса каких поискать. Чуть что дуется, ревнует, перед другими всё старается хорошей казаться, а со мной вечно капризничает. К тому же, хоть её и называют Святой, она даже не верит в Бога.

Не понимая намерений Люки, Мишель выглядел озадаченным.

– Поэтому она наверняка разозлится. До чего же проблемный ребенок… Эгоистичная, совсем не думает о моих чувствах. Прямолинейная, безрассудная… – Люка повернула голову, которая могла двигаться лишь самую малость, и открыла рот. – …Моя очаровательная дочь.

Клыки Истинного Предка вонзились в щупальце, и закапала кровь.

– Бесполезно. Думаешь сделать это своим слугой? Но оно уже твой слуга. Сколько бы ты ни пила кровь, управлять им ты не сможешь.

– Знаешь ли ты, что все Истинные Предки вампиров могут использовать ещё одну особую силу через питьё крови, помимо увеличения числа вампиров.

Постепенно в теле Люки начали происходить изменения. Начиная с конечностей, она медленно превращалась в щупальца.

– Что ты…

– Моя сила заключается в том, чтобы перенимать особые черты того, чью кровь я выпью. Однако количество выпитой крови должно ограничиваться всего несколькими каплями. Если я выпью больше, особые черты вампира будут переписаны, и я потеряю даже способность пить кровь.

Мишеля осенило.

(Несколько капель? Нет, эта женщина… выпила из Вальбародде, явно больше несколько капель…)

Всё тело Люки на глазах превращалось в щупальца, словно подвергаясь эрозии. Универсальное существо Вальбародде состояло из множества смешанных демонов и людей. Однако оно представляло из себя не какую-то конкретную расу, а лишь изначально разрозненные элементы, насильно слепленные воедино.

Иными словами, выпив кровь из щупальца, нельзя стать универсальным существом. Люка превратится в обычное щупальце, потеряв всю силу Истинного Предка.

– Невозможно!.. Неужели ты собираешься превратиться в безмолвное щупальце?!

– Теперь ты не сможешь поглотить мою силу Истинного Предка и управлять Шаль.

Тело Люки стремительно превращалось в щупальца, и теперь оставалась лишь часть от груди и выше.

– Вальбародде, убей её пока эта женщина ещё является вампиром!

Вальбародде растопырил пять пальцев. В них сконцентрировалась тёмная магическая сила. Рука выстрелила вперед, словно пружина, и пронзила сердце Люки.

– …Шаль… будь счастлива…

Освобождённое от пут тело Люки, словно опавший цветок, рухнуло на пол.

Мишель подбежал и стал ждать.

– …Бесполезно… Силы вампира больше не осталось…

Истинный Предок вампиров обладает бессмертием. Без соблюдения определенных условий убить его невозможно. Внешне она ещё сохраняла черты Люки Эндимион, но полностью превратилась в щупальца, и теперь была мертва.

Вальбародде подобрал голову и приложил её к туловищу. Затем он посмотрел на Мишеля и открыл пасть:

– Спина… яд.

В его спину был воткнут кинжал, созданный из крови. Должно быть, это дело рук Люки. Во время боя с Вальбародде она атаковала и Мишеля.

Плоть на спине стекла вниз, словно сгнила.

– Хм, до чего глупая женщина, – вся плоть сгнила и отвалилась, но Мишель невозмутимо стоял на месте. – На нежить яд не действует.

Движущийся скелет без мышц и внутренних органов. Таков был истинный облик Мудреца Закона Мишеля.

– Э?.. – воскликнула до сих пор лишь молча наблюдавшая за прошлым, рассказываемым свидетельской трибуной, Шаль.

Она перевела взгляд на исполнителя, который тоже смотрел на трибуну.

Они были похожи как две капли воды. Дело было не только в том, что оба были нежитью. Мишель и был исполнителем.

– Всё была ложь?.. Это ты был преступником?!

– Хм.

Исполнитель… точнее, Мишель усмехнулся.

– Именно так. Я сблизился с тобой, чтобы примешать тебя к Вальбародде. Если бы я подурил тебя ещё немного, универсальное существо было бы завершено.

И нападение демонов в переулке, и то, что чемпион подземной арены рассказал о Всеведущем суде – всё это было планом Мудреца Закона Мишеля.

– Что ж, это потребует некоторых усилий, но результат останется прежним.

Мишель взялся за свою судейскую мантию и разорвал её посередине. Внутри его обнаженного тела находилось чёрное иное измерение.

Оттуда медленно высунулась голова Показался гротескный демон – универсальное существо Вальбародде.

Он вырос почти вдвое по сравнению с тем, как мы его видели в прошлом.

– Вальбародде завершён на восемьдесят процентов. Он имеет бессмертное тело, безграничную физическую мощь и неисчерпаемую магическая силу. Что касается битв, он уже давно универсален!

Вальбародде бросил на Шаль взгляд полный убийственного намерения.

– Ну же, Шаль Ариан. Я поглощу тебя и преподнесу нашему великому Богу-Царю Демонов Горлоазу!!!

Оттолкнувшись от земли, Вальбародде прыгнул прямо на Шаль.

– Тишина, – произнёс Хроно, и в тот же миг несущийся Вальбародде застыл, словно само время остановилось.

– Что случилось, Вальбародде? Вперед, вперед!

По приказу Мишеля Вальбародде попытался со всей силы оттолкнуться от земли. Но сколько бы сил он ни прикладывал, он не мог пошевелить ни единым мускулом. Появилось несколько магических кругов, но ни одна магия не сработала.

– Невозможно!.. Универсальный Вальбародде не может пошевелить и пальцем?! И даже магию использовать!.. Как такое вообще возможно?!

– Приговор вынесен, – сказал Хроно.

За спиной Мишеля и Вальбародде собрались светящиеся письмена и превратились в деревянный крест для распятия.

– Что?!

Перед ними снова собрались светящиеся письмена и превратились в колья. Вальбародде воздвиг барьер против летящих кольев, но они легко пробили его. Руки и ноги обоих были пробиты кольями, и они оказались прибиты к крестам.

– …Эта сила, превосходящая универсальность… Этот суд, управляющий самим прошлым… Не может быть… это… то, о чём давным-давно говорил Бог-Царь Демонов…

– Оглашение приговора. Мудрец Закона Мишель убил отца Орана, свалил вину на Люку Эндимион и подверг её смертной казни. Также он применил запрещенную в Корнцеле магию, подобную слиянию существ, и создал Вальбародде. Посему, все грехи и наказания переносятся на истинного преступника.

Светящиеся письмена собрались и превратились в два копья.

– Ты… Хроно… нет… Вы… Вы тот самый…

– Ты приговариваешься к распятию.

Два копья полетели по прямой и пронзили Мишеля и Вальбародде. Кровь хлынула изо рта Мишеля.

– В-всеведущий и всемогущий… Король… Резни!..

Тела Мишеля и Вальбародде начали превращаться в светящиеся письмена и вскоре полностью исчезли. Вместе с тем кресты тоже превратились обратно в символы.

Шаль ошеломлённо наблюдала за происходящим. Казалось, она ещё не успела осмыслить столь быстро произошедшие события.

Хроно подошёл к ней.

– Твоя вера в Люку оправдала себя. Твоя подруга невиновна, Шаль, – сказал Хроно опустившей голову Шаль. – Твоя гордая душа очистила её от ложных обвинений. Ты спасла подругу.

– …Правда?

Хроно остановился.

Она стояла с мрачным лицом, опустив голову.

– …Люка… ведь могла убежать… – сказала она, вспоминая прошлое, которое она видела на свидетельской трибуне.

– Если бы она не пыталась меня защитить… ей не пришлось бы сражаться с этим монстром… Если бы меня не было…

– Но ты была. А Люка пыталась защитить тебя, –не пытался утешать её Хроно, а просто констатировал факт. – Должно быть, она хотела, чтобы ты жила. После её смерти… и сейчас.

Слёзы покатились по щекам Шаль.

– Ты исполнила то, чего она желала перед смертью.

– …Угу…

Слёзы текли непрерывно, её голос дрожал от плача.

– Хроно… знаешь… я не плакала, когда Люка умерла… Потому что твёрдо решила, что обязательно докажу её невиновность…

Она бессильно опустила голову и прислонилась к груди Хроно.

– Теперь мне ведь больше не нужно терпеть?

– Ещё рано.

На мгновение воцарилась тишина. Тихо, медленно Шаль подняла взгляд на Хроно.

– Все грехи и наказания переносятся на истинного преступника. Смертный приговор Люки отменён и приведен в исполнение над Мишелем. Приговор был пересмотрен, понимаешь?

– …Значит, честь Люки восстановлена, так?..

Хроно пристально смотрел на Шаль.

– …Но ведь больше… ничего нельзя сделать, так?..

– Шаль, – сказал он: – Приговоры Всеведущего суда приводятся в исполнение с помощью всемогущества.

Хроно посмотрел туда, где стояли кресты. Словно побуждаемая этим, Шаль тоже посмотрела в ту сторону.

Там появился туман. Красный, как кровь. В центре этого тумана, пугающего и одновременно прекрасного, стояла она.

Люка Эндимион.

– Люка…

Шаль сделала шаг вперед.

Люка тихо открыла глаза. И ясно увидела её.

– …Шаль?

– Люка!

Шаль сорвалась с места, словно чем-то подгоняемая. Задыхаясь, со сверкающими от слёз глазами, она бросилась к Люке и крепко обняла её.

– Шаль, что со мной произошло?.. Я думала, что умерла в бою с Вальбародде?.. – с недоумением спросила Люка, но ответа не последовало. – Шаль…

– …Ух… хнык… А-а… Люка-а… Люка-а!..

С искажённым от слёз лицом Шаль рыдала, как ребенок. Не в силах вымолвить ни слова, она лишь раз за разом звала Люку по имени, словно ластясь к матери.

Люка, хоть и была ошарашена, сменила выражение лица на нежное и крепко обняла Шаль.

– Я не очень понимаю, что происходит, но, наверное, ты приложила немало усилий, Шаль. – она ласково гладила по голове Шаль, которая уткнулась ей в грудь и всхлипывала. – Это самый счастливый день в моей жизни.

Всеведущий суд – место, где хранятся все знания и выносятся справедливые решения. Даже ошибки прошлого здесь исправляются, и лишь истина обретает силу. Ключом к открытию суда в этот раз стала благородная душа отважной девушки. Суд вынес высший приговор ей, той, кто, не щадя себя, продолжала непоколебимо верить в невиновность своей лучшей подруги.