Глава 28.0
В общественной бане, которая была закрыта более 20 лет назад и о существовании которой забыли даже местные жители, появился незнакомый гость.
Скрип!
Тугой дверной слайдер открылся с трудом, издав пронзительный скрежет, который эхом разнесся по пустому помещению.
Вскоре в проеме показался человек. Это был невысокий старик с согбенной, словно у горбуна, спиной.
— Ху-у...
Он перевел дух и вытер пот со лба. Затем затащил внутрь огромный пластиковый мешок и зашел сам.
Следуя по следам на запыленном полу, старик направился в женское отделение. Пластиковый мешок гремел каждый раз, когда скользил через разбитую плитку.
В какой-то момент мешок внезапно задергался, и из него донесся глухой стон.
— Хмф!
Старик остановился и огляделся.
Как раз кстати ему на глаза попался деревянный хирургический молоток. Подняв его, он с размаху ударил по пластиковому мешку. После нескольких ударов мешок снова затих.
Дзинь!
Он подвесил мешок с помощью блока, заранее установленного на потолке.
Когда старик расстегнул молнию, показалась женщина, истекающая кровью из раны на голове. Тем не менее, она все еще слабо дышала.
Осмотрев её состояние, он подкатил откуда-то железную тележку. На ней стояла стеклянная капсула, напоминающая инкубатор для новорожденных.
Старик осторожно открыл крышку.
Вместе с белым дымом во все стороны хлынул ледяной воздух, от которого, казалось, могли замерзнуть руки.
— О, моя деточка. Ты, должно быть, проголодалась? Дедушка скоро приготовит для тебя еду, так что потерпи еще немного.
Он с нежностью посмотрел внутрь инкубатора.
Там лежало идеально сохранившееся тело собаки, выглядевшее так, словно животное было еще живо. Однако пес скончался еще 10 лет назад. Его звали Перо, и он был его единственной семьей.
— Угх...
В этот момент подвешенная за ноги женщина издала тихий стон и медленно открыла глаза. Их взгляды встретились.
Какое-то время она бессмысленно смотрела на него, а затем ее глаза расширились от ужаса, и она начала отчаянно вырываться.
— Хмф! Хм! Хмм!
— Надо же, ты уже очнулась.
Он подошел к молотку, который использовал ранее, и точным ударом вырубил бьющуюся в путах жертву.
Сорвав с нее всю одежду, старик принялся уверенно чертить на ее безупречной коже магические узоры, будто делал это уже бесчисленное количество раз.
— Ро~ Кегул! Кутила! Манул!
Раздался низкий, жуткий голос.
Молодая кожа девушки, которой на вид было около двадцати лет, стремительно сжалась и высохла. Ее волосы поседели, а лицо покрылось черными трупными пятнами. Через некоторое время она превратилась в абсолютно иссохшую мумию.
В отличие от нее, шерсть Перо засияла еще более ярким и живым блеском, чем прежде.
— Я так горжусь тобой, что ты все стойко перенесла... Скоро ты снова сможешь играть с дедушкой, так что держись еще немного, Перо.
Он с грустью погладил пса.
Этого старика звали Чан Уик. Он был некромантом 4-го круга, который давным-давно украл сокровище и сбежал на Землю. Все эти 10 лет он упорно трудился ради одной-единственной цели — оживить Перо, превратив его в живого мертвеца и заставив его сердце биться вновь.
Каждый год в этот период, когда энергия инь была наиболее сильной, он использовал украденное сокровище, чтобы подпитывать труп Перо и защищать его от разложения.
Старик перевел взгляд на зловещую маску, источающую энергию инь, которая лежала рядом с инкубатором. От нее исходил леденящий холод смерти.
— Времени осталось мало.
Он вспомнил о ритуалах, которые проводились в других местах. При мысли о том, что скоро он снова услышит голос Перо, его сердце забилось чаще.
Но в этот момент...
— Кхе-ук!
Он рухнул на пол, схвативсь за грудь. От внезапной резкой боли у него потемнело в глазах.
— Ч-что это...
Вскоре до него дошло — гуль, с которым он был связан, уничтожен. А место, где находился этот гуль, было как раз точкой проведения одного из ритуалов.
Он поспешно проверил маску рядом с инкубатором. Энергия инь, исходящая от нее, заметно ослабла. Перо, зависевший от этой энергии, тоже изменился — его шерсть потускнела, и от тела пошел едва уловимый, но отчетливый гнилостный запах.
— Н-нет!
Чистая энергия инь, поглощаемая в этот период, была ключевым элементом для создания живого мертвеца. Чан Уик не понимал, в чем проблема, но если так пойдет и дальше, Перо просто сгниет.
Его лицо исказилось от ярости.
— Проклятье... Кто это сделал?!
Однако сейчас нужно было не злиться, а срочно искать выход. Он прикусил губу.
Вскоре он принял решение.
— В любом случае... Если так пойдет и дальше, следующего года у нас не будет.
Изначально, чтобы не привлекать внимание ищеек, ищущих украденное сокровище, он держал этот метод как самый крайний вариант. Но сейчас было не до маскировки.
Он схватил маску и сжал ее в руках. В тот же миг силы, которые он запечатал и распределил по всему району Гуанчэн, начали пробуждаться.
. . . . . . . .
Достав из инвентаря спортивный костюм, я переоделся и направился к дому Тыквенной головы. Возможно, из-за приближающейся зимы погода стояла довольно холодная.
— Г-герой... Если тебе не трудно, не мог бы ты одолжить мне какую-нибудь одежду? Хотя бы рубашку...
Разумеется, одетым из нас двоих был только я.
По дороге на нас несколько раз нападали бандиты, но каждый раз я без труда разбирался с ними. Примерно через два часа пути мы наконец вышли к дому Тыквенной головы.
— В-вот мой дом! — радостно улыбнулся парень с видом человека, пережившего страшное испытание.
Я улыбнулся ему в ответ.
— Тогда быстрее заходи внутрь, хён.
Чтобы успеть разрушить еще один алтарь сегодня, мне нужно было поскорее закрыть это испытание.
Но почему-то парень не пошел сразу в дом. Вместо этого он топтался рядом и непрерывно кланялся.
— Эм, спасибо тебе огромное. Правда... Я даже не знаю, как отблагодарить тебя за эту услугу... Если бы герой не спас меня, я бы точно...
Он внезапно расплакался, размазывая сопли по лицу. Затем, словно опомнившись, шагнул ко мне:
— Е-если ты не против, зайди, пожалуйста, на чашечку чая...
— Нет. В этом нет необходимости, так что живо иди домой.
— Ты совершил такое доброе дело и даже ничего не просишь взамен... Как и ожидал, ты настоящий...
Он снова начал мямлить, шмыгая носом, и затягивал время пустой болтовней вместо того, чтобы зайти внутрь.
Нахмурившись, я бесцеремонно толкнул его прямо к калитке. Но даже уходя, он продолжал оглядываться и кланяться.
— С-спасибо. Правда, я обязательно отплачу за это когда-нибудь! И если ты еще раз придешь сюда...
Только после того, как он повторил эти слова бесчисленное количество раз, парень наконец открыл дверь и зашел в дом.
И почему сюжетные кат-сцены в побочных квестах такие длинные?
Я проводил его взглядом и замер в ожидании, пока обновится статус испытания. Прошло некоторое время. Но вопреки ожиданиям, система молчала.
В чем дело? Я что-то упустил?
Я открыл окно статуса, чтобы перепроверить условия задания.
[Испытание: Проводить ягненка (Цепочка квестов)]
Условие: Приведите Тыквенную голову в безопасное место.
Ограничение по времени: 3 дня.
Награда: 1х Случайная коробка (Средний ранг).
[Приведите Тыквенную голову в безопасное место.]
Я был уверен, что безопасное место — это его дом... Квест не засчитан? Это не то место?
Стоило мне об этом подумать, как из дома раздался испуганный крик:
— А-а-арх!
Похоже, там что-то случилось. Моя награда оказалась под угрозой.
Я рванул к дому парня быстрее, чем когда-либо в жизни. Выбив дверь мощным ударом ноги, я ворвался внутрь и увидел покрасневшего от ярости мужчину с кухонным ножом в руке.
— Я же ясно сказал тебе соблюдать комендантский час! Ты тоже надо мной издеваешься?! Шляешься где попало с деньгами, которые я заработал собственным горбом!
— П-папа, не надо! На самом деле все было так...
— Ах ты неблагодарный щенок! Смеешь пререкаться с отцом, который для тебя как небеса?! Ну все. Сегодня я точно тебя прибью. Стоять!
Мужчина сыпал угрозами, размахивая ножом, и наступал на Тыквенную голову.
Мне хватило одного взгляда, чтобы оценить обстановку. Похоже, нужно просто убить его. Я направился к повздорившим отцу и сыну.
Тыквенная голова удивленно уставился на меня:
— Г-герой!
— Ты еще кто такой? А, понятно! То-то Тыквенная голова в последнее время ведет себя странно. Так это ты внушил ему ложные надежды? Ах ты сученыш!
Мужчина, пошатываясь и источая сильный запах перегара, пошел на меня, угрожающе помахивая ножом.
Ву-у-унг!
Я обнажил меч. В комнате раздался зловещий гул.
— А-ась? — удивленный видом механического клинка, мужчина замер и попятился.
Я уже собирался снести ему голову, как вдруг...
— С-стой! Герой, не надо!
— А?
Услышав крик квестового объекта, я в последний момент изменил траекторию движения и нанес удар рукоятью меча прямо по голове мужчины.
Бам!
Учитывая, что показатель моего тела был равен 3, мужчина от такого удара мгновенно отключился и рухнул на пол с неестественно повернутой головой. На самом деле, я мог бы остановиться аккуратнее, если бы захотел, но мне было просто лень возиться.
— А... А...
Тыквенная голова ошарашенно посмотрел на лежащего отца, а затем поспешно подбежал к нему. Убедившись, что тот дышит, парень с облегчением вздохнул и обернулся ко мне:
— Спасибо большое, что снова спас меня... Хнык, мало того что один раз, так теперь еще и второй... Вообще-то мой отец раньше не был таким, но после того как мама ушла из дома...
Появились признаки того, что он снова собирается нести чушь. Слишком уж он был разговорчивым.
Перебив его, я спросил:
— Хён, здесь поблизости есть какое-нибудь действительно безопасное место?
— Что? Безопасное место? Хм... — он нахмурился так, словно перед ним стояла сложнейшая математическая задача.
Все, что касалось этого парня, жутко раздражало.
Когда мое терпение уже было на исходе, он вдруг вскрикнул:
— Ах! Буквально в двух шагах отсюда живет человек, который заботится о детях из неблагополучных семей.
— Ты уверен, что это подходящее место?
Чтобы в таком районе, как Гуанчэн, кто-то бескорыстно заботился о детях? Я посмотрел на него с подозрением. Мне очень не хотелось зря тратить время.
Он уверенно закивал:
— Да, да! Это очень надежный человек. Все зовут его Хэйри, потому что у него густая борода на всё лицо. Он держит мясную лавку в соседнем квартале.
— Хэйри?
Выплыло знакомое имя. Кажется, я понимал, о ком идет речь. Что ж, если это тот самый старик, то условия квеста должны быть выполнены.
Я тяжело вздохнул.
— Ладно, тогда я отведу тебя туда. Пошли. Я не могу торчать здесь вечно.
— О-о... Спасибо тебе, герой. Как мне отплатить за твою доброту...
И как раз в тот момент, когда у меня снова начала закипать голова, лежащий на полу мужчина вдруг зашевелился и начал подниматься.
Подумав, я положил руку на рукоять меча, готовый прикончить его. В условиях испытания не было сказано, что я не могу забрать парня силой, так что я мог просто притащить его к дому мясника Хэйри в любом состоянии.
Отец парня, придя в себя, схватился за голову и посмотрел в нашу сторону. А затем... Словно ребенок, он обиженно надул щеки.
— Почему играть можно только взрослым?!
— П-папа?
Мужчина внезапно вцепился в руку Тыквенной головы и заговорил капризным детским тоном, будто впал в младенчество:
— Я тоже хочу играть! Играть! Играть!
— А-а? Что с тобой, пап? А?
— Играть! Играть! А то кушать не буду!
Зрелый мужчина с приличным пивным брюшком капризничал как трехлетний ребенок. Глядя на это жалкое зрелище, я подумал: «Надо было все-таки снести ему башку еще тогда».
Го Чансу, более известный как Хэйри, уже долгое время жил отшельником, полностью отрезав себя от внешнего мира и превратившись в тень самого себя.
Не только рискнул жизнью ради мести за сына — мести, которую в итоге перехватил неизвестный злодей, — но и не смог защитить ребенка, так похожего на его собственного погибшего сына Часона.
— Это все из-за моей глупости...
После смерти сына он влачил жалкое существование, каждый день глуша тоску алкоголем, к которому раньше даже не прикасался.
Но однажды...
Он обнаружил маленькую девочку, плачущую прямо перед его мясной лавкой. Хотя ему уже не было дела до этого мира, ее плач, продолжавшийся всю ночь, заставил его открыть дверь.
— Чего ты тут ревешь? Спать мешаешь. Живо иди домой!
— Хнык... Хнык! М-моя мама...
Девочка крепко обняла Го Чансу за ногу, горько рыдая.
— Эй? Эй, ты чего делаешь?
— Уа-а-а-а!
Так Го Чансу снова обрел смысл жизни. С тех пор он посвятил себя спасению детей, попавших в беду. Он верил, что это единственный способ искупить вину перед двумя детьми, которых он не смог защитить в прошлом.
— Мое тело еще крепкое, так какого черта я страдал фигней все это время?
Ему все еще было под силу сделать что-то полезное.
Он потратил все деньги, которые откладывал на месть, и выкупил здание по соседству с мясной лавкой, обустроив там приют для детей. Бездомные и брошенные дети Гуанчэна, прослышав об этом, один за другим потянулись к его дверям. В итоге под его опекой оказалось уже больше десяти сирот.
— Я... Похоже, я жил до сих пор только ради этих детей.
Как ни странно, он думал, что спасает детей, но на самом деле это они спасли его. Каждый новый день снова обретал ценность. Для него эти малыши стали незаменимым, самым дорогим сокровищем.
Но именно сегодня к его дверям пришли те, кто явился за этим сокровищем.
Гр-р-р-а-а-ар!
Кхе-ук! Кхе-ек! Ку-а-а-ак!
Перед мясной лавкой собралась толпа из десятков существ. Нет, это были не люди. Их глаза были абсолютно белыми, а суставы вывернуты в противоестественных направлениях. Они яростно ломились в дом. И с каждым новым ударом плач детей внутри становился все громче.
— Уа-а-а-а!
— Аджосси, мне страшно...
Монстры бились в дверь, не обращая внимания на то, что их собственные тела ломались от ударов. Дверные петли опасно затрещали.
Хруст!
— Все хорошо, вы что, не верите мне? Этот старик не пропустит внутрь ни ублюдка, — успокоивал детей Го Чансу, крепко сжимая в руках пистолет. Однако внутри у него все похолодело от отчаяния. — Долго дверь не протянет... Надо спасти хотя бы детей...
Стоило ему об этом подумать, как...
Тресни!
Тонкая дверная петля окончательно вылетела.
— Гр-а-а-а-вур!
— Кх-р-а-а-ак!
В образовавшуюся щель тут же полезли обезображенные тела тварей. Он на инстинктах вскинул пистолет.
Бах!
Бах!
Он непрерывно стрелял по монстрам, пытавшимся прорваться по лестнице. В темноте помещения то и дело вспыхивали пороховые искры. К счастью, пули делали свое дело, и шедшие в авангарде твари падали замертво. Но сзади напирали новые, и в конце концов...
Щелк!
Щелк!
Патроны полностью закончились. Лицо Го Чансу исказилось от безысходности.
— Ах... Значит, дети...
Он мысленно обратился к Богу. Он умолял не забирать у него этих детей снова. Иначе он прокнянет небеса даже после своей смерти. В чем провинились эти невинные малыши?
— Сука! За что нам все это?! — его полный отчаяния и злости крик разнесся по ночным улицам.
И в этот самый миг...
Ву-у-унг!
Откуда-то издалека донесся знакомый жуткий гул. А вслед за ним...
Свист!
Раздался резкий свист рассекаемого воздуха, хотя ветра не было. Одновременно с этим на пол с глухим стуком что-то упало.
Звук повторился, перерастая в непрерывную череду стремительных ударов.
Свист!
Свист!
Спустя мгновение все звуки и завывания монстров, окружавших здание, полностью стихли.
Что, черт возьми, произошло?
Находясь в крайнем напряжении, Го Чансу шаг за шагом начал медленно спускаться по лестнице. Один шаг за другим.
И когда он наконец вышел из здания, до его ушей донесся голос, который он так долго жаждал услышать:
— Давненько не виделись, аджосси.
Он медленно огляделся. И тогда перед его глазами предстал ребенок с широкой улыбкой на лице — тот самый ребенок, которого он не смог защитить давным-давно.