Дворец Тлатоани

Действующие лица: Хуан, Хавьер, Альберто.

Повествование от лица Хуана.

Я сделал глубокий вдох, стараясь удержать волнение. Когда резные ворота с грохотом распахнулись, передо мной открылся внутренний двор – просторный и величественный. Здесь я чувствовал себя маленьким и незначительным. Двор был вымощен плитами из серого камня, отполированными до блеска. Двор был наполнен садами, цветниками и фонтанами. В садах неземной красоты цвели цветы множества оттенков, а птицы пели свои трели. Стражники вели меня дальше, вдоль мощеных дорожек, обрамленных аккуратно подстриженными кустами и рядами стройных кипарисов, мимо фонтана, увенчанного статуями мифических существ, вода в котором сверкала на солнце, к лестнице, ведущей во дворец, мимо многочисленных слуг и придворных, которые бросали на меня быстрые взгляды. Мои ноги дрожали, но я старался сохранять спокойствие. Я не знал, что меня ждет, но был готов ко всему.

Дорога вела к самому красивому сооружению, которое я видел в этом городе. Здесь располагался огромный дворец, поражавший своей красотой и изяществом, своим величием и продуманностью каждой детали. Он представлял собой комплекс из десятка построек, которые примыкали к основному зданию. Дворец возвышался передо мной, словно сказочный мираж. Я ощущал, как меня охватывает трепет перед этим местом. Его величественные каменные стены, украшенные резьбой, мозаикой и сценами из мифологии, вздымались надо мной. На стенах дворца были выгравированы гербы с изображением орлов. Казалось, сами боги спустились сюда, чтобы оставить свой отпечаток в каждой детали, в каждом изгибе. Здесь кипела жизнь. Слуги сновали туда-сюда, выполняя поручения, жрецы в церемониальных одеждах читали молитвы, а воины тренировались с оружием. Казалось, что все были заняты каким-то важным делом.

Мы прошли по довольно длинной лестнице к огромной двери из темного дерева. У двери красовался герб с изображением золотого ягуара на лазурном фоне. Наверняка символа правящей династии. У входа во дворец нас встретили слуги в халатах. Они кивнули стражникам. Стражники распахнули двери, и я оказался в просторном зале. Меня тут же окутала прохлада, контрастирующая с жарким солнцем снаружи. Внутри это здание было не менее прекрасным. Огромное помещение, освещенное сотнями масляных ламп. В воздухе витал легкий аромат благовоний и цветов. Стены были украшены фресками. Вдоль стен стояли статуи древних богов, сделанные из нефрита. Каждая статуя, каждый барельеф, казалось, оживали под лучами полуденного солнца.

Высокий потолок был расписан сценами охоты, битв, коронаций и ритуальных церемоний. Его своды давили своим величием. Повсюду стояла дорогая мебель. На полках располагались драгоценные вазы с разными растениями. А в центре зала возвышался трон из черного обсидиана, украшенный золотыми пластинами, драгоценными камнями и перьями. Перед троном стоял небольшой столик, уставленный золотыми кубками и блюдами с фруктами. Также на столике покоилась искусно сделанная маска из нефрита, вероятно, принадлежавшая правителю. Возле трона возвышались два огромных каменных ягуара.

– Тлатоани не может вас принять. Подождите немного, - сказала одна из служанок

Итак, что же мне скажет этот Тлатоани? Неважно, что он скажет, хочу, чтобы он это сказал как можно быстрее. Я больше не могу терпеть эти внутренние трезания.

Мои стражи покинули меня и я почувствовал себя свободнее. Я решил оглядеться. На крыльце стояли два примечательных человека с оружием. Первый, шатен, держал в руке деревянный меч с нефритовой рукоятью и обсидиановым лезвием. Этот нефрит был покрыт золотистой пиктографией. Второй человек, брюнет, держал топор, тоже типичный для этой эпохи. Этот топор был также обсидиановым, с деревянным древком, инкурстированным серебрянными вставками. Они тоже попаданцы? Их одежда напоминает мою: тоже униформа в тусклых тонах. Но всë таки я смог еë распознать. У человека с топором мундир, хоть и поношенный, был похож на мой. Видимо, он тоже из элитных войск. Этот человек был старше, и я думаю, явно опытнее меня.

У «мечника» была синия униформа, и она не похожа ни на один из родов войск, и эта униформа была более грубой. Я сильнее сжал руку арбалета. Я почувствовал, что едва-ли сдерживаю свою злость. Ну конечно, это униформа картеля! Солдаты этого картеля убили меня и моих товарищей. Мой долг перед ними требовал отмщения. Но я даже не знаю этого человека. Разве он виноват в убийстве моего отца? Этот парень похоже, был даже младше меня. Наверняка, он просто солдат, как и я, но с другой стороны, пешка в жестокой игре. С такой же судьбой как у меня, и с такой же бессмысленной смертью. Почему? Почему картели преследуют меня даже в этом мире? Я же поклялся у того озера, что забуду о своем прошлой жизни. Моя рука ослабла. Злость никуда не делась, но ее место заняло тяжелое осознание. Бессилие – вот что сковало меня. Бессилие перед системой, которая перемалывает жизни и не оставляет следа. Картель, система, война – вот настоящие враги. Картель – это не лица, это спрут, чьи щупальца проникли во все щели общества. Бороться с ними в их же стиле – значит, обречь себя на вечное повторение, на бессмысленную кровавую карусель. Жертвой которой я и стал.

Если тот человек говорит спокойно с ним, значит, смогу и я. Я сделал шаг вперед, взяв свою волю в кулак, намереваясь заговорить, но они опередили меня. Они не казались враждебными. Скорее, утомленными. Когда я подошел, было чувство, что они приняли меня как своего.

– О, еще один. Арбалетчик, – раздался голос, пропитанный усталостью. Говорил шатен с макуауитлем. Его взгляд скользнул по моему арбалету. – Мы уж думали, что одни такие.

– Вижу, ты тоже один из нас. Как тебя звать, новичок? – сказал парень постарше.

– Рад знакомству, господа. Меня зовут Хуан, – представился я, чувствуя, как напряжение покидает меня. – Вы тоже… из другого времени? Я здесь недавно и пытаюсь разобраться, что происходит. Вы знаете испанский?

– Альберто, конечно, знаем, – сказал человек с топором. – Ты не один, кто пытается разобраться во всем.

– Хавьер. И, как видишь, мы не местные, – сказал он. – Все мы здесь недавно.

Дальше наш разговор шел на испанском.

– Ты тоже умер в прошлой жизни? – спросил Альберто.

– Да, умер, – я не стал раскрывать детали своей смерти, лучше никому об этом пока не знать. – Видимо, всех нас постигла похожая участь. Вы тоже… гости этого места?

– И все мы пришли сюда… – подытожил бывший боец картеля, Хавьер.

– Но все-таки… почему именно я и почему именно вы? Почему не кто-то другой? Неужели мы настолько особенные?

– Тоже задавался этим вопросом. Почему именно мы? И почему именно здесь?

– Особенные или просто… подходящие? – тяжело вздохнул Альберто. – Не знаю. И никто не знает. Пытался понять – безрезультатно. Но чувствую – не случайность.

– Вместе, возможно, мы сможем найти ответы. Или хотя бы выжить.

– Мне кажется, что мы здесь не случайно, – продолжил я. – Есть какая-то причина, по которой нас собрали вместе. Но почему я не видел вас раньше?

– Места появления разные, – пояснил Альберто.

– Хуан: Я очнулся у берега озера.

– Мы тоже у берега, но, как потом поняли, в разных местах.

– Значит, мы все прошли через воду, – подытожил Хавьер, – Интересно, что это значит?

– Символическое очищение или же просто совпадение, – предположил я.

– Главное, что мы здесь. И, похоже, не одни. Этот мир кажется огромным, и кто знает, сколько еще таких же, как мы, бродят по нему.

– Вообще, мы с Хавьером едва ли общались больше, чем с тобой, – продолжил Альберто. – Сам появился здесь несколько дней назад.

– Что? – спросил я с нескрываемым удивлением, – Я только утром здесь появился.

– Не знаю, с чем это связано, но факт в том, что я ожил раньше всех. Даже успел немного изучить мир. Забрел в деревеньку и встретил местных. Смог найти общий язык с некоторыми. Они занимаются земледелием.

– А как они отнеслись к тебе, пришедшему из другого времени?

– Они сочли меня посланником богов. Но я старался не привлекать к себе лишнего внимания.

– Хм… думаю, мы здесь не для того, чтобы нас почитали.

– Ага, – кивнул Хавьер, поддержав мои рассуждения, – Слишком приторная реальность была бы. И слишком нереальная.

Желая перевести разговор, я спросил:

– А как вы вообще сюда пришли?

– Тебе лучше не знать, – резко оборовал меня Альберто.

Но Хавьер, казалось, был не прочь выговориться.

– Я расскажу. Меня тоже привлек город, здесь меня встретили стражники с копьеметалкой. Я сразу опустил свое оружие в знак того, что не враг. Мне заломали руки и привели сюда, а Альберто…

– Сам скажу. Сначала я пришел в одну из бедных деревень, там познакомился с парнем по имени Чилон. Мы с ним неплохо общались. Он рассказал мне о столице. Я спросил, как миновать стражу у ворот. «Топор – твой пропуск», сказал он. «Стража здесь чтит отвагу больше приказов. Пройдешь беспрепятственно». Они спустились, оглушили меня. Пришел в себя в камере – отпустили. И вот я здесь.

– Ничего такого со мной не было, – покачал я головой, – Видимо, никто здесь не считает арбалет оружием.

– Понятно, – Альберто скептически осмотрел мое оружие, – Надеюсь появится еще один попаданец, как я, тогда я буду доволен.

– А мне нравится твой друг. – усмехнулся Хавьер, – Я бы пообщался с ним.

– Мне тоже, – ухмыльнулся я. – У твоего друга определенно есть чувство юмора.

– Да, ты же все-таки попал в Теночтитлан, будь благодарен.

– Альберто: Ага, отблагодарю его, – с деланной серьезностью произнес Альберто, – Он никогда больше шутить не будет. Кстати, вам не кажется, что наши главные проблемы еще впереди? Вы же видели огромную пирамиду? Если меня в деревне посчитали посланником богов, то здесь уж точно принесут в жертву.

– Да, я уже сам пожалел, что пришел сюда.

– Нужно уходить отсюда, но как?

– У дороги во дворец я видел ров. Разглядел его, когда меня вели через двор – мы прыгнем в него и окажемся в самом городе.

– Да мне уже ничего не нужно в здесь, – с надрывом в голосе произнес Альберто. – Я просто хочу жить.

Я понимал его, но солдатская осторожность брала верх.

– Я тоже, но как мы узнаем, что это безопасно? И куда нам идти потом?

– Не знаю, но оставаться здесь и ждать, пока нас принесут в жертву – не выход. – твердо заявил Хавьер.

– Ты прав, Хавьер, – подытожил Альберто.

– Я уже умирал, – сказал я, сжимая арбалет. – Не хочу умирать снова, тем более так.

– Я видел, как они обращались с теми, кого привели сюда, – поделился своими воспоминаниями Хавьер, – Это не похоже на уважение к воинам. Это подчинение и устрашение.

– Тогда решено, – заявил Альберто.

Мы прислушались к его словам и решили отправиться туда, куда нас вел Хавьер. Сам план – безумие, но все равно лучше рискнуть, чем стать жертвой. Услышав «Стража!» мы поняли, что уже поздно. Замерли, как кролики перед удавом. В воздухе повисло напряжение, которое можно было потрогать руками.

– Окружите их. Не позвольте им сбежать, – прозвучал властный голос. Говорил человек в маске. Его маска напоминала клюв орла и закрывала верхнюю часть лица. Она нефритового цвета и украшена рисунками в области переносицы и вокруг глаз. Верхняя часть маски украшена разноцветными перьями. Он одет в черную набедренную повязку, покрытую красным плащом с черными полосами по бокам. Сам он статен, подтянут и возрастом примерно лет тридцати, – Остановитесь, если хотите жить!

Он сделал знак рукой, и воины в доспехах двинулись вперед, ощетинившись копьями и макуауитлями. Сопротивление казалось бессмысленным. Нас всего трое против десятков хорошо вооруженных воинов.

– Кто вы такой?, – спросил Альберто, стараясь, чтобы его голос звучал ровно.

Человек в нефритовой маске медленно приблизился к нам. В его движениях чувствовалась уверенность и превосходство. Он остановился в нескольких шагах, окинув нас взглядом.

– Меня зовут Текпатин. Вы находитесь в моем дворце. Я ждал вас. Вы уж извините, что не пришел раньше, у меня были дела. Теперь же пойдемте во дворец.