Письмо — Ёи Сугисэ

Минато просто обожает книги. Почти все свои карманные деньги она тратит на них. Учится она в первом классе старшей школы, и среди сверстниц у неё нет подруг с таким же увлечением. Но Минато методично составляет списки того, что хочет прочитать, а когда желанная книга наконец оказывается в руках, ей так жаль с ней расставаться, что она читает по чуть-чуть. Минато считает себя счастливее всех, ведь ей знакома эта высшая роскошь. И всё это — благодаря её матери, Нагисе.

Нагиса была ещё бо́льшим книжным червём, чем дочь. Она читала Минато вслух каждый день, когда та была ещё младенцем. Когда девочка научилась ходить, они вместе, держась за руки, шли в книжный у станции и подолгу выбирали одну-единственную книгу. Эти книги становились для Минато сокровищами, и коллекция постепенно росла. Со временем Минато сама стала тянуть маму за руку, торопясь в книжный, где её всегда ждало множество историй.

— Не торопись так, всё хорошо, — смеялась мама.

Она смотрела на увлечённую дочь с нежностью и какой-то ностальгией.

Походы в книжный с мамой несколько раз в месяц стали для Минато самой любимой традицией.

— Ну что, пойдём? — как бы невзначай бросала Нагиса.

Минато кивала и тут же начинала собираться. Они уже не держались за руки, но девочка верила, что эти дни, когда они вместе выбирают книги у станции, будут длиться вечно.

Однако, когда Минато исполнилось двенадцать, это спокойное время внезапно оборвалось.

Нагиса умерла от болезни, скоропостижно покинув этот мир.

Обо всём Минато узнала позже. Отец, конечно, знал о диагнозе, но по настоянию матери до последнего скрывал это от дочери. Он вёл себя совершенно обычно, не вмешивался лишний раз и тихо поддерживал жену.

Мама, не желая волновать Минато, скрывала и визиты в больницу.

— Я хожу на курсы кройки и шитья, — лгала она, и Минато верила ей безоговорочно.

Иногда маме нездоровилось, но она говорила: «Просто немного простыла», и Минато по-детски наивно принимала это за правду. Оглядываясь назад, она понимала, сколько было странностей. Минато чувствовала себя жалкой. Ей было стыдно, что она была так занята собой, что ни разу не позаботилась о матери. Но больше всего она просто не могла поверить, что мамы больше нет. Что её нет в этом мире. Она не могла принять эту реальность. Ей казалось, протяни руку — и мама будет рядом.

Месяца три после смерти Нагисы Минато была в депрессии. Ей не хотелось ни брать в руки книги, ни вообще что-либо делать. Но однажды она вдруг решила открыть свой дневник — записи в нём оборвались задолго до маминой смерти. На самой последней странице она обнаружила незнакомую приписку: «Может, пора почитать? Думаю, „За окном“ отлично подойдёт».

Сердце Минато ёкнуло. Это был, без сомнения, почерк Нагисы.

Минато бросилась в мамину спальню, нашла на забитых полках книгу «За окном» и достала её. Открыв книгу, она обнаружила вложенное в конце письмо. Сердце снова чуть не остановилось.

Хочется прочесть. Но страшно... Поколебавшись, Минато глубоко вдохнула и развернула листок.

«Минато. Спасибо, что взяла эту книгу в руки. Для начала — уговор. Мама оставила в этом книжном шкафу несколько писем. Но переворачивать все книги вверх дном в поисках писем — против правил. Обязательно сначала дочитывай одну книгу до конца, прежде чем переходить к следующей. Продолжение этого письма прочитаешь, когда закончишь „За окном“».

— Ну ма-ам... — невольно вырвалось у Минато.

Письмо было так похоже на Нагису. Мама любила пошутить, у неё была детская черта — устраивать розыгрыши или играть в игры. Она была скорее подругой, чем матерью: если говорить по-доброму — интересной, если по-злому — чудачкой.

Слёзы подступили уже сейчас, но Минато решила сдержать обещание и убрала недочитанное письмо обратно в конверт. И начала читать «За окном».

Из-за горя она отдалилась от книг, но с каждой строчкой история затягивала её обратно.

«Точно. Вот что значит читать».

Глаза бежали по строкам, руки торопливо переворачивали страницы. Постепенно на душе становилось спокойнее. Чем глубже она погружалась в сюжет, тем тише становился шторм внутри.

Не успела она оглянуться, как, читая урывками между школьными делами, за неделю проглотила книгу. С чувством выполненного долга и предвкушением она потянулась к продолжению письма — второй своей радости.

Мамино письмо лежало там, словно ожидая, когда его прочтут.

«Молодец, что дочитала! Дочитать целую книгу — это большое дело. Ты молодец, что не бросила на полпути. Эту книгу я тоже очень люблю, я впервые прочла её примерно в твоём возрасте. Наверное, именно она открыла мне, как это интересно — читать».

«Вот оно что», — поняла Минато.

И правда, книга была толще тех, что она читала раньше, и язык был сложнее. Но сюжет был настолько захватывающим, что желания бросить не появлялось.

«Дальше советую „Кокот в летнем саду“. Поищи на полке».

Так Минато снова принялась за поиски. «Кокот в летнем саду» нашёлся быстро. Внутри, как и в прошлый раз, лежало письмо. Подавив желание вскрыть его немедленно, она погрузилась в чтение. Это была грустная история. Сама того не замечая, Минато плакала, переворачивая страницы, и с облегчением выдохнула лишь на счастливом финале.

«Ты ведь плакала?» — гласило письмо. — «Это первая книга, над которой мама рыдала в три ручья. Салфеток не напасёшься!»

Тут Минато рассмеялась. Она вела себя точно так же. Мысль о том, что мама видит её насквозь, одновременно радовала и вызывала невыразимую тоску. С заплаканными глазами и красным носом Минато бережно убрала письмо в ящик стола.

В следующих письмах мама делилась впечатлениями о прочитанном. С чем-то Минато соглашалась, чему-то удивлялась. В конце всегда было название следующей книги. Иногда мама писала: «Она на полке дома», а иногда: «Ой, я случайно забыла её в поездке. Сходи в книжный у станции». В таких случаях в конверте лежали две купюры по тысяче иен, а название следующей книги было указано в письме.

«Словно мы с мамой переписываемся через книги».

Иногда Минато так казалось. Но переписка была односторонней. Она могла читать мысли мамы, но не могла ответить. Немного подумав, Минато решила записывать свои впечатления в отдельную тетрадь.

Книги, которые советовала мама, были разными: смешными, грустными, с непредсказуемым сюжетом, сложными, где приходилось лезть в словарь на каждой странице. Японские авторы, зарубежные...

«Смеялась, да?», — спросила Нагиса. — «Бросила на месяц, потому что сложно?»

Мамины письма, казалось, видели каждый её шаг. Читая их, Минато кивала, иногда плакала, а вместо ответа писала свои мысли в тетрадь.

Особой системы в выборе книг не прослеживалось. Ясно было одно: все они были важны для мамы.

Минато казалось, что, читая эти книги, она повторяет путь, который прошла с ними мама. С возрастом Минато рекомендованные книги становились сложнее. В маминых письмах тоже появлялось больше иероглифов и «взрослых» слов.

Минато росла вместе с книгами и мамиными письмами.

Пришла весна, пролетело лето, осень и зима промчались галопом. Со временем учёба и общение с друзьями стали отнимать больше сил, времени на чтение стало меньше. Но Минато не бросала книги.

Мамины письма были для неё драгоценной связью, единственной надеждой, оставленной ей.

Стопка писем заняла уже половину ящика. Поначалу Минато с азартом гналась за следующей историей. Но, переходя от одной книги к другой, она вдруг осознала:

«А сколько всего этих писем?»

Ей стало страшно. У писем есть конец. Как и у любой книги.

«Может, читать помедленнее?5 Минато всерьёз раздумывала над этим несколько дней. Мысль о том, что время с мамой закончится, приводила её в ужас.

Стоя перед книжным шкафом, Минато вдруг вспомнила мамину улыбку.

«Минато, почему ты плачешь?»

Когда она ссорилась с друзьями в садике или ошибалась на уроке в школе, мама всегда встречала её заплаканное лицо улыбкой.

Минато представила, что бы сказала мама, будь она жива.

«Когда я сомневаюсь, я выбираю то, что интереснее».

В памяти мама смеялась. Она писала эти письма не для того, чтобы Минато плакала. Очнувшись, Минато уже тянулась к следующей книге.

Шли годы, и наконец Минато взяла в руки последнее письмо. Ей было пятнадцать. Этой весной она сдала экзамены и готовилась стать старшеклассницей. На весенних каникулах, когда времени было предостаточно, она дочитала последнюю книгу и открыла конверт.

«Минато. Это последнее письмо, которое мама спрятала в книжном шкафу».

Первая же строчка ударила её словно обухом по голове. Она ожидала этого, но в глазах всё равно потемнело. Дальше, однако, шли привычные впечатления о книге. Лишь последнее предложение отличалось от обычного.

Там был адрес и название, похожее на имя магазина: «Букинист Коидзуми».

«Сходи в этот книжный. Добраться можно так...»

Перечитав письмо несколько раз, Минато быстро собралась и вышла из дома.

Она проехала одну станцию на электричке. По адресу, куда она спешила, действительно находился «Букинист Коидзуми». Это было совсем не похоже на тот книжный у вокзала, куда они ходили с мамой. Тихая, скромная лавка букиниста. Минато впервые заходила в такое место.

Набравшись смелости, она открыла дверь. Пожилой джентльмен в очках с серебряной оправой оторвался от книги и пристально посмотрел на неё.

— Вы, должно быть, Минато Комори? — Минато кивнула, и владелец молча указал на угол книжной полки. — Ваша матушка просила передать. Если после её смерти зайдёт девочка, порекомендовать ей книги.

Минато как заворожённая подошла к полке и вытащила одну книгу. Старик за спиной тихо хмыкнул.

— Ой, простите, что трогаю без спроса, — извинилась она.

Владелец покачал головой.

— Это книга, которую написала ваша мама.

— Что-о? — невольно вырвалось у Минато.

— ...Вы всё-таки не знали. Ваша мама, Нагиса Комори, была писательницей под псевдонимом Нагиса Юкимори.

От изумления Минато уставилась на книгу в своих руках. Проверив полку, она нашла ещё несколько книг, написанных мамой.

«Мама... написала книгу...»

Это было совершенно неожиданно, но в то же время очень похоже на неё. Мама всегда витала в облаках, её мысли были где-то далеко, даже когда она была рядом. Факт, что мама оставила после себя романы, подарил Минато новую надежду. Пока она не прочитает все мамины книги, время, проведённое с ней, продлится.

Минато окинула взглядом полку, немного поколебалась, но всё же принесла книгу, которую держала в руках, продавцу.

— ...Я возьму эту.

Старик молча кивнул и положил мамину книгу в приятный на ощупь бумажный пакет.

— На самом деле я бы хотела купить всё, на что хватит денег... Но я буду приходить за новой каждый раз, когда дочитаю предыдущую.

Минато сказала это так, словно объясняла свои чувства самой себе. Владелец лишь едва заметно улыбнулся. Будто знал, что она так скажет.

— Понимаю. Буду ждать вас снова.

— Спасибо, — поклонилась Минато и направилась к выходу.

Книга, прижатая к груди, казалась тёплой. В этот момент владелец встал и окликнул её:

— Да, кстати. Ваша мама просила передать вам вот это.

С этими словами он протянул Минато письмо. Письмо от мамы, которое она уже не надеялась получить. От неожиданности Минато чуть не выронила книгу.

Стараясь сохранить спокойствие, она взяла конверт и отошла подальше от магазина, туда, где было видно море. Ей хотелось скорее узнать, что внутри, но было и страшно. Поколебавшись, она дрожащими руками вскрыла конверт... Знакомый мамин почерк. Минато прикусила губу и опустила глаза на строчки. Она не хотела плакать, но пока читала, крупные слёзы катились по щекам.

«Минато. Это самое-самое последнее письмо.

Спасибо, что прошла этот путь до конца. Раз ты читаешь это, значит, ты наверняка полюбила книги. Я очень рада.

Узнав, сколько мне осталось, я думала, что могу сделать для тебя и для себя. Я много сомневалась, мне было страшно. Но моё время было на исходе, а твоя жизнь, полная надежд, только начиналась. В итоге я решила насладиться остатком дней. И придумала эту игру, чтобы даже после смерти я могла общаться и играть с тобой. Спасибо, что потакала моему последнему капризу, что играла со мной. Даже умерев, я смогла жить с тобой через книги. Я не могу увидеть тебя взрослую, читающую это письмо, но мне было весело писать его, представляя твоё удивлённое, заплаканное или ошарашенное лицо.

Я не могу выразить словами благодарность за то, что ты появилась в моей жизни, за то, что мы провели время вместе за чтением. Думаю, теперь книги будут вместо меня поддерживать тебя в трудную минуту. Веселись от души. И давай встретимся снова — когда-нибудь, где-нибудь. Твоя мама, Нагиса Комори».

Дочитав, Минато медленно подняла голову.

Она тихо улыбнулась и зашагала вперёд.