Раскинув силки
Боевой саундтрэк (ПРОРЕДИТЬ ВРАЖЕСКИЙ СТРОЙ...): Punishing Gray Raven OST - To The Limit
* * *
[Стация: «Ордиус», Сектор: неизвестен]
— Есть ли что-то прочнее людского упрямства... — одна мысль и пластины моего доспеха стыковались, вспыхивая алым пламенем энерговен.
Подобно зубам в механо-пасти, километровая катапульта ощетинилась сотней огней.
На рельсах стоял конструкт, чьи четыре двадцатиметровых копья-крыла смотрели строго вперед, чей будто бы полый черный костяной корпус защищали острые листы ангельски-белого металла, чью кабину украшали два орудийных рога, от коих шла пара сенсорных полос, формируя образ не рыцаря, но биомеханического ангела с целью одной...
И на борту его рунами крови была надпись выведена: SM-X5RT: «Кассиопея»...
— В бездне ведь нет вершины и дна, но человечество сковало себя этими рамками, создав небо там, где его не было... — я взглянул вдаль, где тлели звезды, — Потому ему нужно напомнить, что бездна – пропасть... в которую падают глупцы...
Ионный рев разлился по границам тоннеля, секунда и кристальные сопла перехватчика зарей воссияли, добела раскаляя защитные листы пускового механизма.
— Префект-Ноль! Время охоты! — и тогда я снял ограничители...
Сверкнув крестами сопл четырех, Кассиопея рванула вперед, модуляторы завыли перепадом ионного давления, рельсы подхватили юнит аки стрелу и понесли навстречу слепящему свету, выбросив в космос вместе с его братьями по крови.
Впереди разлилась бездна, позади виделся пятидесятикилометровый перевернутый тетраэдр «Ордиуса», из чьих стальных недр вырвалась дюжина комет.
Сотни капитальных кораблей обступили станцию белым щитом, и только один километровый эсминец DEZ-LI07: «Гибор» с увенчанным четырьмя лепестками носом откололся от строя, нагоняя ничтожных на его фоне лазурных светлячков.
Стабилизируясь, я крутанулся вокруг оси хода, слыша каскадный треск по пси-ком.
— Понял вас... Альфа-Ноль... Мы... готовы к прыжку... — прошипел низкий и хриплый голос, хрипя и вдыхая при каждом слове.
Возле меня, сверкая двойками лазурных факелов, летело ровно двенадцать снежных исчадий, что редко извивались пластинчатыми телами... ангельских птиц, подобных истребителям далекого прошлого... и моих личных гончих, кои едва сдерживали звериное нутро бионических тел, смотря на мир крест-сенсорами на острых мордах.
— Отлично... — на моей карте отметились сигнатуры VF-SIN: «Баргестов».
Хвост моего перехватчика загорелся кольцом света, исписанным рунами древних нимбом.
Гончие встали в три ключа по четыре юнита.
— Первая печать, печать Ордиуса открыта, семена Чумы уже проклюнулись...
Эсминец импульс пустил, и отбился голос его от граней мира нашего, расколов тот формою искажений немыслимых – пастью ромб-разлома, что настиг наш строй.
Бесконечность разорвало на куски, телепортируя нас на край моря пламенного.
Вдалеке засверкали десятки струн света разномастного, что бились о щиты пары двухкилометровых крылатых игл крейсеров MB-312RE: «Мефораш», рассеиваясь бессчетными каплями искр плазменных – явью перестрелки двух флотов.
Извиваясь подобно змее, эсминец «Гибор» щит-лепестки развернул.
Шестигранники алые расцвели наперекор волнам торпед вражеских, фортификационное соединение КСС массированный огонь по крейсерам вело, шесть темно-синий копей линкоров класса: «Вритрас» разряжали расщепители сил не жалея.
Идущий позади ковчег обступили три башни-эсминца класса: «Фигляр», пара ремонтных корветов и полчище перехватчиков «Мигов», что сцепились с «Валькирами» нашими.
Пируэты асов вражьих прекрасны были, но никто не может наперекор воле Её встать...
— Бетта-Один регистрирует прибытие Альфа-Ноль... — помехи пси-ком стали голосами... тысячами голосов... и космос бесшумный наводнил истошный крик ангела, — Новый приоритет: ПРОРЕДИТЬ ВРАЖЕСКИЙ СТРОЙ!!! — в тени крейсеров белых проступил силуэт третий, и вспыхнуло за ним кольцо белое, и разинул трёхкилометровый корпус пасть вертикальную...
Искажая реальность и время над ней властное, в мир снизошел пятый элемент...
ЭЛЕМЕНТ РАЗРУШЕНИЯ...
Подобно копью богом брошенному, прошел луч сквозь фронта линию, и взревел огонь ненасытный разбивая щиты, первый «Вритрас» пробило будто муху гвоздем, потроха колоссальной машины в космос вырвало вместе с кровью людской, но линза внутри зева чудовища сдвинула луч, разрубив второй и третий линкор.
Стальные птицы обратилися пеплом, и лишь когда враг ощутил бессилие, а на гипер-частотах мольбы о пощаде повисли, из тени вышел он...
Отлитый из платины корпус сомкнул пасть волнового орудия, и возвысился над флотом нашим меч с парой не крыльев, но бортовых модулей, чьи шесть сенсоров рубки вразнобой двигались, а исчерченный письменами корпус извергал ракеты и лучи.
Координация флота выросла, щиты отражали напасть любую, а пушки разили четко в цель, ибо вел их разум биомашины – супердредноут класса SD-13/53: «Саваоф».
— Вклиниться в перекрёстный огонь! Приоритетная цель – капиталы! Ковчег не сбивать!
Сверкнув нимбом энергии, я вышел на максимальную тягу.
— Домини Поистрэмо Рэигэм... — прошептали двенадцать голосов.
Гончие рванули следом за псарем, один из «Вритрасов» уловил светлячков приближение, и, забралом сверкнув, свел прицелы на гостях.
И провернулись ускорители на шахтах, и рельсы пошли раскатами молний, и наведение зеленый спектр показало, дабы сорвались с тетивы охотничьи стрелы. Линкор превратился в шипастый клубок, иглы чьи стали единой волной, заслонив небо сами.
— Формация: Y – восемь, двенадцать, четыре! Выходим на контакт! — мои крылья встали крестом, разливая шлейфами льда и тумана...
И когда «Баргесты» стали по трем направлениям, когда вал ракет захлопнулся будто зубастая пасть, выцвел Мира наш, а с ними истлело и время с пространством.
— Победа неминуема, ведь Она придает нам силу... — сменялися руны на нимбе моем, пространство наполнив погибельным гулом, застыли все стрелы впритык с кораблем, и замерли с ними хвосты из фотонов... прошел перехватчик сквозь лес из ракет, взрыватели ходом своим задевая, но ярость не тронула белых комет, ушли они град позади оставляя...
Миновали «Баргесты» весь ядерный шквал, и стрелки часов вновь ускорились тут же, чтоб ожил весь мир и чтоб понял наш враг, что цели сместились впритык к его туше.
Ракеты взорвались как по команде, череда сфер развезлась позади нас.
— Она наставляет нас на путь... — миновав стену снарядов, увидел я прицелы линкора.
Тахионный калибр смотрел в душу мою, «Баргесты» врассыпную кинулись, и лишь Кассиопея удерживала курс, смеясь в лицо гибели.
Пасть орудийная разразилась сингулярным коллапсом – разломом луча-расщепителя, но свет в стволе его тотчас застыл, ибо таков был приказ рунный – воля вестника, ибо всё поле боя подчинилось мне вновь, в секунде вечной замерев.
Прошла Кассиопея вдоль по кромке семицветного огня, раскрылись два из четырех её орудия-копья, спикировал из стали ангел строго вниз, создав клинки из извергаемых частиц, сверкнули рельсотроны в алый тон окрасив бесконечный небосвод, застывшие снаряды помчались к цели чтоб убить, когда часы вернули ход.
— И пусть же сама суть мироздания содрогнется пред правдой единственной, той, что способна прервать цикл бесконечности... — я ухмыльнулся, пролетая мимо линкора.
Не успел «Вритрас» даже сенсор развернуть, его рубку пробило мехалитэйными кольями, всех членов экипажа перемололо гравитонным ударом, дабы смешать сталь с плотью в эффектном коллапсе, снеся врагу бошку и похоронив в гало огня.
— АМЕН... — хором ответили «Баргесты», сцепившись с прикрытием вражьим.
— Бетта-Один, заканчивай с ними! — я рванул к линкорам оставшимся, уклоняясь от заградительного шквала десятков турелей-ПВО.
Противники не видели остановку времени, лишь комету, что будто телепортировалась.
— Команда распознана: ИСТРЕБИТЬ/УНИЧТОЖИТЬ/СТЕРЕТЬ... — супердредноут «Саваоф» волновую пасть разинул, крест вспышка истошным пси-визгом прожгла мысли врагов, и радужным вихрем души растерзала, и располовинила еще один линкор, но...
Последний «Вритрас» поставил резонансный щит, алая кромка встретила главный калибр, луч расщепился мириадом осколков, что будто шрапнель прокатились по космосу.
Пара дюжин пилотов наших истлело в тот миг, и оттого я стиснул зубы в слепой ярости.
— Коли хочешь сделать хорошо... — мои движки побелели, Кассиопея вновь и вновь вычеркивала время, проходя сквозь эшелоны на обстрел наплевав.
Рев бездны расцвел вместе с гало погребальными, разрубленный линкор врезался в выжившего, корпус врага стерло от контакта с резонатором, а волновой луч постепенно гас.
Эсминец КСС заметил эскадрилью мою и открыл переборки шахт по корпусу.
Но когда его прицелы свелись, капитан корабля... моргнул...
— Мортэ Хис Аим... — я появился прямо перед рубкой врага...
Не было видно мне лиц экипажа за слоем обшивки, но были открыты мне мысли их, их всепоглощающий, животный ужас, рожденный в момент когда на них глядел посланник неба.
Сверкнув бронеплитами доспеха, Кассиопея выпустила колья вперед, нижняя пара расщелкнула гравитонные линии, став ногами-иглами, верхняя пара налилась светом энерговен на мышцах синтетических, став руками-мечами, корпус обнажил ребра, зажигая меж них ядро реактора, а кабина назад сместилась, став забралом рогатой головы.
Превращаясь на лету, явился вихрем я и в одном замахе срезал башню эсминцу.
Сталь витрификацию прошла, души людские обратились кристаллом и разлетелись в щепки ударной волной, но не моей...
Враг саданул по своим же, ракеты линкора в «Фигляр» вонзились, обшивку эсминца разорвало, метал взбух, и погребальное гало на горизонте взошло, но последний «Вритрас» не знал, что ангел вернул форму птицы... что оказался он на гребне цунами... что использовал волну ударную для ускорения и уже был у цели...
Кровавые щиты восстали на пути Кассиопеи, однако та рывком прорвалася вперед, и оказался я у самой своей цели, призвав клинка наручного восход... людскую форму принял механизм из белой стали, врезаясь в оппонента и следом искр по корпусу скользя, турели тотчас на пути моем предстали, но меч вонзил я во врага секундою спустя...
Пилою циркулярной стал мой ход сейчас же, не замечая мира шел лишь я вперед, распотрошив линкор от носа и до края, ну а затем потух... ПРИЗВАВ ВЗРЫВНОЙ ВОСХОД...
Последний линейный корабль захлебнулся кровью собственной, «Вритрас» охватило пламя, конденсаторы выплевывали раскаленную плазму из ран, пока на гибнущем исполине тормозила космо-меха, чей нимб раскололся и исчез.
— Моя роль... исполнена... Дальше вы... сами... — едва удержавшись на корпусе, я упал на одно колено, мир перед глазами искажался, а голоса были вездесущими.
Скалясь и дергаясь, Кассиопея едва не сорвалась с поводка, но голем все же успокоился...
— Как пожелаете, Прелат Тсэннас...
Мои «Баргесты» устроили себе пир, где главным блюдом были наемники КСС.
Белые стрелы весело гонялись за добычей, раня суда иссохшими, вытянутыми лапами из сочленений бионических крыльев, калеча цели наспинными плазмеров, а потом, когда враг ослабнет, приходило время для самого сладкого.
Один из «Баргестов» вцепился в перехватчик когтями, и пока тот пытался сбросить его с брони, острый нос-голова ангела разошелся на три створки, обнажая ряды алых зубов.
Пилот попытался катапультироваться, но кровавая фурия раскусила его кокпит аки панцирь моллюска, смяв сталь и перемешав ту с раздавленным телом внутри.
Гончая проглотила трофейный кусок и повернула башку к следующей добыче.
— А теперь, остается только ждать наших героев... — находясь в эпицентре пиршества, я позволил себе отдохнуть, наблюдал, как поле боя пустеет.
Один за другим, «Баргесты» садились на ковчег, ползая по обшивке и врезаясь в сталь иглами передних крыльевых конечностей, подобно птеродактилям.
Парочка даже начала спорить за место, порываясь друг друга укусить.
Испытывающие первобытный кошмар колонисты прижались друг к другу, забившись в дальнюю часть смотровой зоны и передавая сигнал бедствия по всем гипер-частотам, ведь в том и смысл повестей о злодеях и героях...
Когда первые творят бесчинства, вторые должны прийти... и всех спасти...
* * *
[Сектор: «Сол», Планета: «Арк-Терра»]
— И как тебе внешний мир? — Рейхан развалилась на лавке грузового отсека «Либры».
— Так, дай подумать... — я протерла глаза.
Разглядывать планету за экранами не имело смысла, экуменополис по большей части был безлюдный и одинаковый, сплошные серо-черные трубы, генераторы и орбитальные лифты, где даже попадались небольшие зеленые парки.
— Это полный пиздец! — я откинулась назад и выдохнула, — Подземка с кучей трупов! Террористы с биобомбами! Еще и те бедные инженеры! Я представляла себе...
— Как махаешься с благородными панами, пока на фоне играет оперная музыка?
— Да! Я думала вы в Небосводах ходите от проповеди к проповеди, ну... иногда бьете морды злодеям, но такое? Цикла не прошло, а мы уже раскрыли какой-то заговор, я превратилась в космо-голема и спалила блядского меха-морфа!
Салливан рядом хотел что-то сказать, но его перебил истошный хохот Рейхан.
— АХА-ах-ха!!! Просто ты особенная, принцесса. Мухи они ж на говно летят!
— Поддержала, так поддержала. Мне, блин... агх... и чего я ною? Ты получила свой внешний мир, Юки. Кушай и про десерт не забудь... — пробубнила я себе под нос.
— Не кисни, элементаль, скоро будет еще жарче! Ха-ХА-ХА!!! — она хлопнула себя по колену.
Шелли молча покачал головой.
— Так и что там за «Арлекин»? Это какой-то бар? — мне осталось только перевести тему.
— Воистину. Одно из лучших в галактике нашей! О воспоминания, о жизнь! — священник подпрыгнул с лавки шо в жопу ужаленный, — Гостил я тут однажды, и один из верующих порекомендовал место такое, где есть самые разные яства! Но одно я не мог забыть! Этот вкус!!! Этот аромат!!! «Шаму-Тион» – жажду я вновь насладиться им!!!
— И Шаму-Тион.. это...
По лицу Рейхан я поняла, что лучше бы молчала.
— ЭТО – ВЕЛИЧИЕ!!!! ЭТО – ВЕЛИКОЛЕПИЕ!!! ЭТО – ВСЕЛЕННАЯ!!! — Шелли встал в театральную позу, оскалившись будто на него с дубинками щяс накинуться.
— Это кофе с каким-то шмурдяком... — Рейхан проигнорила недовольный взгляд священника, — Бармен случайно вылил в стакан Салли коктейль, а тот выхлебал... подсел... и теперь ебет мне мозги каждый раз, когда мимо пролетаем... Я ему говорю, нарви местных грибов и сам себе делай эти помои, а он ни в какую! Не, я не против выпить, местный дед реально неплох, настоящий работяга, хоть и с приветом...
— Не разумеешь ты ничего, бабища!! Арчибальд – избранник сил высших, он и только он творить «Шаму-Тион» способен, и желает он, чтобы все люди имели шанс посетить его заведение! Благородно, но печально так... — Салливан сжал кулак, хрипя от бессилия.
— А как тебе этот напиток... Капитан? — я покосилась на Элизабет.
Судя по тому, что заводские комплексы сменились жилыми массивами, окруженными высокой стальной стеной, мы почти прилетели.
Один из предупредительных символов на двух башнях кордона гласил: «Вы ступаете на территорию пиратского Картеля, будьте предельно осторожны». Под люминесцентными глифами баллончиком кто-то безграмотно добавил: «Хранителей не мудохать, пушо братаны!»
— Честно? Этим говном только корабли мыть, один завсегдатай от нее весь стол заблевал! Другой ослеп... третий... помянем героя!
Взгляды рыцаря и священника столкнулись в смертоносной перепалка без единого слова.
— И Картель не будет против, что мы на их точку заглянем?
— Не... Берсальеры1 хоть и пиратский орден, они ж, по сути, наемники, набирают и обучают здесь всякую шелуху. Наш «Круглый Стол» их не трогает, а они не бузят. Если пираты расскажут местным подонкам, что в глотку зверю лучше башку за зря не совать, хорошо будет всем! — Элизабет потянулась и встала с места, тормознув напротив шлюза трюма.
— Хоть в чем-то с тобой я согласен... — Шелли тож потопал на выход.
Спустя минуту «Либра» выплюнула вперед трастерные факела, еле уместившись на посадочный слот со здоровенной буквой «Х», к которой баллончиком кто-то добавил еще две...
Мусор и палатки местных бомжей либо снесло, либо спалило в щепки.
— И-и-и-и, мы на месте! Наверное... — растеряно сказал Алад, смотря как алкаши и мордовороты разбегаться при виде корабля с золотыми щитами на ботах.
Шесть лапок фрегата впечатались в землю, а створки грузового отсека распахнулись, открывая вид на неоновый квартал – минигород посреди океана из стали.
Пару десятков километровых башен оплело лесами из балок и мостов, создавая многоуровневое поселение. На самом высоком небоскребе сиял кровавый герб ордена Берсальеров – планета, пожираемая острыми языками заражения, внизу же горели сотни вывесок магазинов, ларьков с оружием и толпились всяческие приятные личности.
Выходя из корвета, я заметила много людей самых разных фракций.
В городке были и Эквистелла в плащах до пола, и башни-доспехи Картеля, что представляли местную охрану, но в основном тут жили обычные люди, что шарахались от нас, как от чумы, но некоторые не обращали никакого внимания на троицу рыцарей.
Салливан недолго думая зашагал в сторону грязного проулка, в котором какой-то мужик только что втюхал пирату пакет с синим порошком и, завидев нас, смысля.
— Погодите! Я с вами хочу! — Алад выбежал на трап, махая руками.
— Вот бы он где-то тут потерялся... — прошипела я, кинув взгляд на парнишку, что обиженно надул щечки, — А корабль кто сторожить будет?
— От кого?! «Либра» этих бомжей в момент раскидает!!!
Местных бомжей перекосило от такого гона.
— Ты не понял. Сторожить надо не её от них! — Рейхан кивнула в сторону.
Проследив за рыцарским взглядом, мы увидели, как один из местных попытался свинтить орнамент с фрегата, но антенны корабля поднялись, жвалы на корпусе завибрировали, а на крест-сенсоре вспыхнул зрачок, фокусируясь на наглеце.
Вор упал на сраку, а по кварталу разлилось утробное рычание, похожее не скрежет.
Не прошло и секунды, как глупый человечишка побежал обратно во тьму переулков, причем раком, боясь даже обернуться в сторону чудища.
— Если здесь будет бойня, виноват ты! Так что давай! — Капитан махнула парню, и мы пошли следом за священником.
— Приказ ясен... — обреченно протянул пилот, падая жопой на трап.
Священник уже был довольно далеко, мы нагнали его как раз в момент перешагивания лужи чьей-то любви, которую доедали... крысы.
— Агх... жуткие твари... а некоторые их даж не боятся...
Натянув капюшон, я с интересом осматривала прилавки и людей.
Вокруг постоянно что-то происходило, вдалеке кто-то спорил о ценах, торгуясь будто на жизнь, кто-то шатался по улицам, спьяну горланя песню про иллюминатор, а кого-то в переулке мутузила стража, ломая ноги за попытки впарить бабке ручную ракетницу.
Мир будто открылся для меня заново, с другой его стороны: беспокойной и развязной.
— А-А-А-А-А-А-А!!! — истошный крик прервал раздумья.
Мы втроем подняли бошки, узрев двухметрового летуна, что врезался в здание по курсу следования и проломил стену, создав небольшой сейсмический толчок.
— Это ж человек был, да? — мое лицо перекосило.
— Да... И решил он воспарить подобно птице... — Салливан пригладил подбородок.
— По морде дали, вот и взлетел... Вопрос только какая падла смогла запустить башенника как ракету? Он же тонну весит! — Элизабет подметила, что летун был в экзодоспехе.
— Погоди... — лицо священника побледнело, — Нет... нет... НЕТ!!! Он летел со стороны «Арлекина»!!! — он тут же рванул вперед, а мы помчались следом.
Нижний город застелили лужи недавнего дождя, и пока мы с Рейхан старались их оббегать, чтоб не заляпать форму говнищей, Шелли было плевать, он вообще не разбирал дороги, распихивая прохожих, прыгая по ларькам и чуть не раздушив крысу.
Сотни метров пронеслись за секунды, и тогда мы услышали звуки боя.
Вопли и ругань смешались с лязгом металла и чередой сейсмических импульсов, но на улицах никого не было, махач происходил внутри здания.
Кубический гражданский модуль был пристыкован к небоскребу, имея всего пару этажей и балкон. На растерзанной пробоинами от выстрелов и выброшенных людей обшивке красовалось полусломанная неоновая надпись: «Арлекин».
Подбежав в упор, мы услышали отчаянный крик.
Стену второго этажа проломила двухметровая туша, тип вылетел со второго этажа, разбил шлемом столб-сканер и врезался в землю, тормозя прям у нас.
Потерпевший оказалась женщина в синей экзоброне серии: «Хаулус».
— Что там такое!! Отвечай, во имя Сариэля!!! Арчи в порядке?! — Салливан подбежал к потерпевшей и начав трясти за воротник.
— Сильный... был... мужик... — пират кашлянула кровью и её глаза закатились.
— Придется провести разведку боем нам! Иных вариантов нет!!! — Салливан бросил женщину обратно в лужу и сомкнул забрало под крик еще одной персоны, что вылетела из крыши вверх, устремившись куда-то в небеса.
— А с этой что? — я присела рядом со стражем, проверяя пульс.
— Жизненные показатели в пределах допустимого, не сдохнет, погнали! — холодно отрезала Рейхан, сверкнув венами на броне.
Разъяренный священник взмыл вверх в один прыжок, мы с Элизабет направились следом, пролетев сквозь дыру в стене и оказавшись посреди разгромленного зала.
Гладкий паркет обагрила кровь, всюду были разбросаны куски стен и мебель, дневной свет струился сквозь уродливые трещины, отбиваясь от металла десятков лежащих на полу пиратов в однотипной алой броне, по центру же, держа над землей закованного в синие латы командира, стояла тень в два с половой метра, источающая ауру ненависти.
— Слабак... — невероятно грубый мужской голос сопроводил момент, когда хулиган сдавил шею пирата и со всей дури впечатал его в пол.
Бар содрогнулся, пытаясь выдержать удар и не рухнуть.
Нападавшим оказался всего один человек, что медленно повернул голову к нам.
Впереди, разминая шею, стоял многотонный конструкт из литого адамантида, выкрашенного в черный с красными полосами на груди и плечах... башенный воин, чья броня обладала многослойными наплечниками и мощнейшими радиаторами... и ронин, чей звериный шлем сверкнул тремя алыми полосам сенсорного забрала и навострил биомеханические локаторы, похожие на острые уши Анубиса – бога суда.
Сомнений не осталось, это был тяжелый доспех Небтау2 – элиты Картеля, вокруг шеи которого красовался белый меховой воротник, а на поясе крепились два меча: дайто и сето, с болтающимися на их рукоятях цепями.
— Госпожа Рейхан, у нас чепе! Вы должны... — внезапный Айзек связался по пси-ком.
— Потом, Айзек! Мы посреди мордобития!!! — Элизабет оскалилась, пока враг в наглую хрустел сервоприводами, оценивая силу гостей.
— Претит мне насилие... — скрепя зубами, Салливан оглядывал помещение, что превратилось в нечто ужасающее, — ...но ты поплатишься за то, что сделал, гондон...
— ... — ронин протянул левую руку вперед и поманил нас пальцами.
Салливан оскалился, и недолго думая ринулся в бой...
* * *
1: Берсальеры – пираты-наемники, специалисты в планетарных боях, часто занимают должности арбитров и стражей в Картелей.
2: Небтау – элита Картеля, чаще всего консильери, работающие от имени Барона, реже независимые единицы, находящиеся вне или над клановой системой.
Благотворительный взнос автору: 4149 4975 0336 5860
Бусти с артами персонажей, мехов и прочим, что не вошло в главы: boosty.to/lirio_de_aurum