Глава 27.0

Глава двадцать седьмая. Перекладывание вины

— Господин директор, мы сделали всё возможное. Нападение было не только здесь — Первая средняя школа и другие тоже пострадали. Мы прибыли с ближайшей точки, потеряв немало братьев этой ночью, — оправдывался Даниэль.

— Мне плевать! Вы все виноваты, и я вас засужу! — отрезал Рокен, упрямо скрестив руки.

Не то чтобы он хотел их подставить — просто погибло слишком много студентов. Если начальство сверху навалится, а родители начнут мстить, ему не выдержать. Среди жертв были дети чиновников и магнатов — не те люди, с которыми можно шутить.

Сима, видя его упрямство, устало вздохнул:

— Похоже, вы решили свалить всё на нас?

Рокен побагровел и ткнул пальцем в мех Симы:

— Ты… ты…

Хань Лэ сурово одёрнул:

— Сима, как ты смеешь так говорить с директором Рокеном? Извинись!

Рокен был не просто директором — в ключевой школе тринадцатого района его пост значил немало. Пусть и из другой системы, он считался выше по рангу. Хань Лэ не хотел, чтобы Сима навлёк на себя выговор.

— Простите, — выдавил Сима.

— Хм! Это ещё не конец, — Рокен чуть смягчился, но остался непреклонен.

Су Мин, глядя на эту сцену, покачал головой и вздохнул:

— Эх…

Чэнь Тун по каналу связи фыркнул:

— Смешно! Дрались за их жизни, а вместо спасибо — обвинения.

— Точно, перебор, — подхватил Мин Кэ.

— Хватит, оба! Если вас заложат, будет худо, — вмешался Тан Янь, подойдя на мехе. Он не хотел, чтобы его учеников втянули в скандал.

Троица замолчала.

Стражи начали зачистку. Вскоре тела выложили рядами на пустыре стадиона.

Хань Лэ махнул рукой — «Железные головы» с огнемётами начали сжигать трупы на месте.

Это не бесчувственность — тела, заражённые Кирами, даже мёртвые, оставались угрозой. Их нужно уничтожить сразу.

Су Мин и его друзья смотрели на это с тяжёлым сердцем.

— У-у-у… — студенты рыдали, глядя, как горят их одноклассники.

Люди — не машины, и пусть разумом они понимали необходимость, боль разрывала душу.

Тан Янь и другие учителя окружили Рокена:

— Директор, что дальше?

— А что делать? Ждём указаний сверху. Все отдыхают на месте, успокаиваем, кого можем, — раздражённо бросил он.

— Ясно, — учителя ответили с тяжестью в голосе.

Время шло, наступило утро.

Телефон Рокена завибрировал — пришло сообщение. Он прочёл и взял мегафон:

— Все сюда!

Ш-ш-ш!

Отдыхающие студенты обернулись.

Рокен откашлялся:

— Дорогие ученики, вы пережили кошмар. Я скорблю всем сердцем, мне больно до глубины души…

Он говорил долго, затем перешёл к делу:

— Только что поступили новости: очаг Кирами — в нижнем ярусе. Наша школа пострадала из-за близости. Верхний ярус почти не затронут — ваши дома в безопасности. Скоро прибудут автобусы, и мы отправим вас домой.

— Ура, домой!

— Всё позади!

Студенты оживились.

Хань Лэ подвёл «Крылана» к Су Мину и его группе:

— Ребята, оружие пора вернуть.

— Конечно! — Су Мин передал пулемёт подчинённому Хань Лэ.

Капитан отдал честь и ушёл на патрулирование.

Су Мин, Тан Янь, Линь Чуюй и остальные присели, открыли кабины и осторожно спустились.

Линь Чуюй, увидев, что это Су Мин с друзьями, удивилась, кивнула им и тепло улыбнулась.

— Эй, Су Мин, видел? Линь Чуюй нам машет! — взволнованно шепнул Мин Кэ.

— Угу, — Су Мин слегка кивнул в ответ.

…

Через несколько часов роскошный автобус остановился у ворот района вилл «Глубокий сапфир». И Су Мин, без вещей, сошёл с него.

Нападение Кирами утихло, но их живучесть и скрытность требовали полной зачистки школы — проверки каждого уголка и канализации. Это займёт время, и студентов отправили домой на самообучение.

Хуже того, книги оставить не дали — их обещали доставить позже.

Су Мин, понурив голову, шёл домой. Он и недели не проучился, а школа закрылась.

Но городские экзамены никто не отменял — они шли по расписанию.

— Проблема… — Су Мин потёр виски. С его знаниями хорошего результата не видать.

У дома он замер.

Ворота были перекрыты, стояли три бронированных фургона, во дворе — десяток стражей в боевой форме и суровые инспекторы в чёрных костюмах.

Су Юань, понурый, садился в машину под надзором. Чжао Нин, с красными глазами, смотрела с порога.

— Пошли! — приказал высокий мужчина с холодным взглядом.

Стражи и инспекторы уехали.

Су Мин, глядя на увозимого отца, нахмурился. Беда за бедой — школа, теперь дом.

Он вошёл во двор к плачущей Чжао Нин.

Увидев сына, она бросилась к нему, схватила за руки, осматривая:

— Сынок, ты вернулся! Слава богу! Ты цел? Почему так сильно поранился?

— Всё нормально, просто упал. Царапины. Что с отцом? Что случилось? — спросил Су Мин. Су Юань и Чжао Нин были к нему искренне добры, и он волновался.