Мудрец.

Информационная сеть гильдии была хорошо построена на быстрое донесение информации, потому данные об истреблении гоблинов дошли до главы гильдии в тот же день.

— Пиздец, — вот, что она сказала.

Она также быстро осмотрела поле боя, собрав приличный отряд из воинов. Деревья действительно начинали становиться реже и превращаться в пыль, больше не поддерживаемые заклинаниями гоблинов-шаманов. Это означало, что большая часть гнезда действительно была уничтожена.

— Добейте всех выживших, — приказала Лиза. Она не могла упустить такой шанс, необходимо было устранить угрозу с первой возможностью.

Отряды Меча действительно нашли несколько обособленных гоблинов, но большая часть была мертва.

— Соберите трупы, их нужно изучить, особенно высокоуровневых гоблинов.

Гоблины были довольно хорошо изучены человечеством, но редкие и сильные особи были под наблюдением сильных мира сего, информация о них часто находилась под контролем.

“Что ж, по крайней мере мы нашли тела Вождей гоблинов, а также… задатка Короля. Черт, я уже второго встречаю в своей жизни”.

Затем необходимо было быстро уйти, вряд ли люди оказались единственными, кто нагрянет на земли гоблинов, никому не нужны были битвы с орками или арахнидами.

— Выживших нет, лишь трупы.

Из необычного, были обнаружены трупы девушек, но оказалось странным то, что их тела выглядели совершенно здоровыми.

“Какая-то магия”.

Зачистка прошла крайне быстро, самой сложной частью был сбор всех кристаллов из гоблинов. Каждое существо, обладающее способностью к магии, а также каждый монстр, имели в себе особый орган, который звался ядром. Ядро маны помогало в развитии уровня сил, а также в управлении самой магией. Именно благодаря таким ядрам существует нынешняя инфраструктура.

— Глава! Это странно! — заявил один человек. Он держал в руках кинжал и умело свежевал гоблина, доставая ядро.

— Что такое?

— Ядро цельное! Оно вовсе не повреждено!

— Точно… их уровень маны не был затронут, словно… даже не знаю, никогда такого не видел.

— Вот именно… словно ядро еще живое.

— …Что за, — пробормотала Лиза.

Когда человек убивает монстра, то ядро в теле перестает источать жизнь, отдавая часть своему убийце, эту вещь система называет “опытом”, хотя суть иная. В то же время в этих телах не было признаков истощения ядра, а ядро теряет часть маны при любом виде смерти, даже естественной.

— Это… заберите, сколько сможете!

— Глава! Разведчики увидели движение орков!

— Дерьмо. Быстрее! Уходим!

К счастью, никакой резни не было. Орки любезно дождались, пока люди уйдут, прежде чем сами забрали, что смогли.

***

“Камни, способные воздержаться от траты ресурса маны во внешнюю среду”.

Кое-кто размышлял.

“Это интересно. Гораздо интереснее возможности встретить очередного полумутанта”.

Полумутанты не были редкостью, правда мало кто из них стоил внимания. А вот уже человек, способный игнорировать основной закон магии и жизни был гораздо более привлекательным.

“Не так уж и плохо, что я проследил за этим”.

***

Белый огонь полыхает.

Сердце врага сжигает.

Душу друга защищает.

Носителя поглощает.

В пепел обращает.

И в конце лишь будет пустота…

Когда он ворвался в лес, то свора гоблинов быстро окружила его. Он был быстрее и сильнее, но количество врагов оказалось слишком большим. Его резали, кололи, отрывали конечности, жрали живьем. И все же он не отступил. Не издал стона, не сделал вдоха, словно там не было человека, а только тело.

В конце-концов вырвалось пламя, а после он уже мало, что помнил из битвы. Лишь ярость и боль. В конце-концов он очнулся, глядя на уродливые тела девушек, которых они здесь нашли. Вряд ли в его сердце проявилось сочувствие, но он посчитал себя верным исцелить их. Именно тогда он снова почувствовал это. Нечто странное, сродни кошмару.

Люк вошел в странный мир, он больше походил на комнату. Пространство было неевклидовым, закрученным и серым. Вокруг лежали книги и диски от фильмов, а посередине сидела девушка.

— Убей меня.

Вот, что он услышал. Бесконечная мольба. И он это сделал, он убил ее, освободил. А после хаос начался вновь. Вновь новый мир. Груши, еда, деревья, очередной внутренний мир кого-то, кто не хочет жить. И снова… и снова. Пока он не встретил лишь серое пространство. Полностью выжженное и пустое. И только в нем он услышал те самые дорогие слова:

— Я хочу жить.

Она повторяла эти слова посреди полной пустоты. Её мир не был раем, он давно разрушен. И все же она твердила о жизни.

— Почему?

Вот, что он тогда спросил. Он не понимал этого.

— Тебя насиловали и унижали, мир катится в бездну, всё рушится и исчезает, нет ничего ценного, а ты стоишь здесь с глубокими шрамами, и все же… почему?

Девушка ответила на сразу. Она повернулась к нему, показывая свое молодое лицо, после чего слегка улыбнулась.

— Я просто еще не пробовала настоящий рамен.

— …Что?

Он опешил.

— Я… хотела поехать в Японию. Начать изучать культуру. А особенно попробовать настоящий рамен. Горячий густой бульон и длинная лапша…

— И это… твоя причина жить?

Он остолбенел.

— Да.

Девушка ответила просто.

— А почему нет? Я… и так ничего не имею. Пусть будет хоть что-то.

— …Хорошо.

Как судья, он кивнул. Она была единственной, кто желал жить. И все ради какой-то лапши…

А потом настал последний мир. Последнее пространство. На сей раз это был мир Люка. Если раньше миры напоминали сны, то этот был подобием хаоса. Бесконечные фрагменты воспоминаний и кусочков реального мира были разбросаны повсюду, закручиваясь в спирали, создавая свои собственные причудливые фигура, постоянно двигаясь и меняясь, а после поглощаясь беспросветной тьмой. И только один островок, окруженный белым пламенем, казался нормальным. Островок был небольшим, на нём росла зелёная трава, стоял небольшой деревянный стол с белой скатертью. На столе стоял чайник, расставлены чашки, а на блюдцах располагались угощения. За ним сидело трое: человек в ржавой-кровавой броне, странное существо в улыбающейся маске, а также человек в драконьем зеленом плаще.

Они все казались Люку странно-знакомыми.

Он подошел. Они что-то говорили, но он не мог разобрать их речь. Все трое посмотрели на него и что-то произнесли, и всё же он не понял их слов.

Они продолжили пить чай и что-то обсуждать, пока мир разрушался нескончаемой тьмой, охраняемой лишь белым пламенем.

А потом он пришел в себя.

***

Он долго думал о своем сне, а после просто забыл о нём, как и должно было быть. Люк снова оказался в своем логове рядом с Соней.

“Я… не помню, что было раньше”.

Кажется, они вернулись обратно. И всё же были сомнения.

— Это… — заговорил он. — А что случилось?

— …А?

Соня его не поняла, после чего попыталась все проанализировать.

— Что случилось? — уточнила она.

— …Что я делал последнее?

— М-м-м?

Соня впала в недоумение, она огляделась по сторонам, а после серьезно посмотрела на Люка.

— Что?

Ему оставалось лишь сделать вид вздоха.

— Неважно.

“Кажется, что прошло какое-то время, вероятно, я опять забыл”.

Такое случалось часто, ему лишь нужно было понять, что произошло после последнего ясного воспоминания. Он попытался выйти, как перед ним оказалась еще одна девушка, более молодая. Он не помнил её, даже не понимал, что происходит.

“Только не говорите, что я похитил еще одну? Мне пока хватило того, что я натворил с Соней”.

— Опа! Он опять забыл! — воскликнула девушка.

— …Что?

— Вот черт! — выругалась Соня. — А ну сядь здесь в угол и никуда не уходи! — приказала она Люку.

— …А?

Люк уже мало, что понимал.

“Кажется я всё же подцепил еще одну, а теперь они с Соней сдружились”.

— Ладно.

Ему оставалось лишь кивнуть. Такие циклы не были для него неожиданностью, каждый период такое происходило, нужно лишь подождать какое-то время, чтобы все прошло.

— Сколько прошло времени? — коротко спросил он.

— Около трех дней, — ответила Соня.

— Вот как… значит скоро приду в норму.

Подобные периоды амнезии были последствием чрезмерного использования белого пламени. Оно не позволяло Люку умереть, но вовсе не защищало его от травм, особенно травм головы. А так или иначе любой тяжелый бой приводил к повреждениям мозга, который восстанавливался намного тяжелее всего остального. Именно поэтому Соня была более спокойна, ведь она начала понимать принцип “бессмертия” Люка.

— Что ж… а ты, девушка, — обратился он к новому лицу.

— А, точно! — воскликнула она. — Для начала хочу поблагодарить за спасение! Можете звать меня Алёна!

“Я ничего не помню…”

— Ну хотя бы я тебя спас, — покачал он головой, кинув кроткий взгляд на Соню, которая это приметила.

“Уже лучше, я не изнасиловал кого-то, особенно девочку-подростка”.

— Тогда, почему бы тебе не отправиться в гильдию меча или типа того? — продолжил Люк.

— ВОТ! — чуть ли не закричала Соня. — Я ей то же самое говорю! Нахер ей быть с тобой?

— Это… грубо, но я соглашусь, — кивнул Люк.

Маленькой девочке было бы безопаснее в обществе, где правит именно женщина. Вряд ли там рай, в это он не верил, зато там была какая-никакая стабильность. Это было лучше, чем оставаться с полубезумным-полумутантом с бессмертием.

“Эх… надеюсь, что я не слишком впечатлил маленькую девочку, чтобы она ко мне привязалась. Хотя, для начала мне нужно вспомнить, что было”.

— Соня, можешь мне рассказать, что было?

— Нет.

— …Ладно.

Ответ был слишком резким. Не дожидаясь какого-либо оповещения, Соня просто встает и уводит Алёну с собой. Он их, разумеется, не остановил. На деле же Люк понимал причину такого грубого отношения и мог это стерпеть.

“Если ей это поможет почувствовать себя лучше, мне все равно”.

Снова попытавшись вздохнуть, он поддался маленькому сну в три минуты, после него его голова разболелась сильнее, а некоторые фрагменты разговора вылетели из головы, оставив лишь малую информацию и понимание, что разговор вообще был.

***

Мана обладает своими законами и правилами. Когда человеческое тело поглощает ману, то организм вступает с ней в борьбу. Иммунитет заставляет ману собраться в одну случайную точку в организме, где и образуется начальное молодое ядро человека. Подобные процедуры проходят со всеми существами, а те, кто не смог сформировать ядро, попросту умирают. Ядро впоследствии формирует свою систему, подобную кровообращению и нервной, называемой манотоками. Именно благодаря манотокам человек способен использовать магию и становиться сильнее. Однако, после смерти по тем или иным причинам, часть манотоков разрывается, высвобождая ману в окружающую среду. Это происходит либо из-за повреждений, либо из-за того, что вся мана в теле после смерти стремится обратно в ядро, из-за чего манотоки не выдерживают давления и рвутся.

Часть маны покидает тела, направляясь в атмосферу, и часто этот процент располагается от 50 до 80 от ста. Число значительное, но с этим нельзя ничего поделать, ведь вся кровь в теле не располагается в сердце, это лишь насос, подобное можно утвердить и с маной. В лучших случаях ядро успевает собрать в себе около 70% всей маны из тела.

Мана в ядрах ресурс невероятно ценный. В новом мире он заменяет собой энергию и жизнь. Разница в 30 процентов может казаться невероятно скромной, ведь монстров с ядрами присутствует огромное количество, а значит нет проблем вместо одного ядра взять два, дабы компенсировать разницу. Однако это не так, ядро с большим процентов является в несколько раз более эффективным, нежели ядра с меньшим процентом маны, что уже говорить о 100.

— Охо-х! — воскликнул некто, осматривая тела гоблинов и сами кристаллы. Этот некто излучал довольно сильную и опасную ауру, из-за которой даже Лизе приходилось быть осторожной.

Некто с любопытством и восторгом изучал тела, а после делал свои записи. Рядом с ним всегда присутствовало двое, примерно равных или даже превосходящих по уровню силы людей. Увы, Лиза не могла их толком осмотреть, так как они носили особые маскировочные плащи, она даже не знала какой у них пол.

Разумеется, это был Мудрец. Он без церемоний лазил в телах, даже трупах женщин, которые они забрали у гоблинов. С виду это могло показаться кощунством, но Мудрец преследовал лишь истину в своих действиях.

— Кристаллы такого качества мощнее более чем в сто раз, чем любой высококачественный кристалл! Понимаешь в чем суть? — повернулся он к Лизе. — Они думают, что все ещё живые.

— …Что? — удивление вырвалось из ее уст. Она много понимала в кристаллах, потому не удержалась от шока.

— Закон жизни и смерти неоспорим, но не касается этих случаев, — пробормотал Мудрец. — Однако эти кристаллы не мертвы. То же можно сказать и о девушках, их словно… вернули в идеальное состояние перед смертью. Понимаешь, что это значит? — обратился он к Лизе.

— Он… может игнорировать смерть? — предположила она.

— Что-то типа того, — кивнул Мудрец. — Вы уже собрали данные через Соню, а это означает, что способность “Люка” может отрицать смерть. Скажи, Лиза, к какому выводу вы пришли после получения данных?

— Ни жив, ни мертв. Где-то посередине.

— Что-то подобное вижу и я.

Мудрец прибыл быстро, он знал Лизу, потому не мог её проигнорировать. Лиза, помимо того, что была главой небольшой гильдии, а также являлась членом крупного Альянса, чьи силы не мог игнорировать никто.

— Что ж… нужно провести больше исследований, а пока не стоит его трогать, раз… он не причиняет вреда, — заключил Мудрец. — Какое-то время я понаблюдаю за ним, если проблем не возникнет, то вернусь.

— …Хорошо, — с трудом ответила Лиза.

У нее были свои предрассудки с чем-то, что не является живым.

***

— Люк, ты помнишь это?

— Помню что?

— Я не знаю.

— Но ты же меня спросил…

— Значит не помнишь?

— Очевидно, что я не могу помнить, чего не знаю.

— Тогда ладно…

— А что мы делаем?

— Ах… мы пьем чай.

Люк снова был в своем сне, на маленьком островке с синими гибискусами, окруженным бесконечной тьмой под защитой белого пламени. Пред ним ныне сидел один человек со светлыми волосами и слегка темноватым грубым лицом.

— А ты помнишь, как зовут меня?

— Я не знаю, кто ты.

— Вот как.

Они оба сделали глоток. Чай был вкусным, незнакомец снова заговорил.

— Когда-то я не понимал суть чая. Представляешь? Заварить его в пакетике… Я думал, что китайцы бредят со своими чайными церемониями, но на деле нет, заварной, да еще и особым методом, чай гораздо вкуснее обычного. Я предпочитаю сладкий чай с медом, но такой я могу пить и без сладости, даже без печенья, мне хватает того, что есть.

— …Угу, — лишь кивнул Люк.

— Однако запах… стол насыщенный, просто понюхай. Вот-вот, у чая больше всего аромат влияет на его вкус, то же самое я могу сказать и о кофе, но я всё-таки не фанат кофе, — покивал он головой и с ноткой радости продолжил говорить о чем-то своем.

Он вел себя очень дружелюбно к Люку, словно был его давним знакомым, да и сам Люк чувствовал какую-то привязанность к незнакомцу. Напившись чая, он вышел из своего короткого сна.

“Кто-то наблюдает”.

Была ночь. Соня и Алёна где-то спали. Они старались уединиться подальше от него, но Люка это не волновало. Он всегда мог узнать, где они по запаху. И прямо сейчас кое-кто наблюдал за ним издалека.

“Враг? Убить…”

Словно почувствовав его ауру, наблюдатель ушел.

“Хм… что ж, неважно”.

Люк снова уснул, на сей раз его сон длился всего три минуты.

***

— Хех…

Кое-кто тяжело дышал. На крыше стояло трое, одним из которых был тот самый Мудрец.

— Он заметил слишком быстро… я аж испугался! — озорным и заинтересованным тоном он произнес эти слова, после чего обернулся и посмотрел на двух своих спутников. — А вы что думаете?

Один из них ответил:

— Сильный. Однако данных мало. Мы лишь знаем о его столкновении с гоблинами. Среди них самым сильным экземпляром был молодой Король, только достигший отметки В ранга. Если его силы имеют массовый эффект, то возможно, что с сильной особью он не справится. И даже так его выносливость может оказаться конечной, потому при правильной тактике его подавить можно.

— Угу, — кивнул он, после чего обернулся ко второму. — А ты?

— Хр-р-р-р…

— Мм-м, — промычал он, после чего толкнул его. — Доброе утро.

— А? — удивленно осмотрелся второй. — Кажется я уснула.

— Эй, ты должна скрывать свою личность! — воскликнул первый.

— Ай да неважно, — взмахнул рукой Мудрец. — Действительно поздно, я и сам подустал.

Мудрец кивнул, после чего отправился в гильдию Меча, чтобы переночевать. Завтра у них было очень много работы.

***

Когда-то она была частью небольшой группы выживших, которая успешно выживала в городе. Они остались, когда большинство решило уйти. Когда пришли гоблины, и её история закончилась на этом. Точнее должна была. И все же она жива, её тело в порядке, а сознание вернулось в норму. И сейчас она вела небольшой разговор с другой женщиной.

— Увы, я не знаю, вероятно, что она мертва, — ответила она на вопрос Сони.

— Это понятно… хотелось узнать, как она умерла, — пробормотала Соня, смотря пустым взглядом куда-то в пол.

— Увы, — покачала головой Алена. — Не могу сказать.

— Что ж… спасибо и на этом.

У них были странные отношения, но её мало это волновало. Да в принципе её мало, что стало волновать. Она живет с каким-то полубезумным бессмертным мертвецом? Да какая кому разница! Мир в полной жопе, всё рухнуло, а её несколько месяцев беспрерывно трахали гоблины, хотя она только в следующем году должна была бы задумываться о том в какой колледж поступать.

“Что ж… пойду поссу с крыши”.

Маленькие хулиганства стали ее развлечением на этот период. Она могла разбить целое окно по причине существования целого окна, она могла найти мел или уголь, а после нарисовать член на какой-то ровной стене, ну и ещё по мелочи. В принципе многие делали также, стараясь хоть как-то унять скуку и стресс.

Когда она повеселилась, то ее снова нашла Соня.

— Надеюсь, что ты не хочешь меня сожрать, — пробормотала Алёна, осматривая свои тонкие ляжки.

— …А? — удивленно вытаращила глаза Соня и слегка приоткрыла рот.

— Ну ты больше и сильнее меня, а ещё я конкурентка женского пола для…

— Давай без этого, — вздохнула Соня.

— А почему без этого? Мне скучно! Мы просто сидим несколько дней без дела! Думаешь я привередливая?

— Вовсе нет, я…

— Ладно-ладно, — подняла она руки в знак мира. — Я просто угараю над тобой. Причем это странно, что я младше тебя на сильно так… скажи, а у него большой член?

— …

Теперь Соня слегка зависла, чего и добивалась Алёна. Пусть девушка и была старше её, но по характеру она была более невинной и простой, отчего её легко путать и ломать. Больше всего её смущали вопросы о сексе и морали, в чем Алёна с её-то опытом была вполне способна завалить бедняжку.

— Эм… вообще мне было лишь интересно, что ты планируешь дальше? — постаралась мягко произнести Соня.

— Ну… я хочу побыть тут, да посмотреть. Может попробую переспать с бессмертной нежитью. Но в гильдию твою я не пойду. Знаю я, как меня там препарируют и сожрут, — фыркнула она.

— Никто не будет тебя есть!

— А кто сказал? Съеденные не разговаривают, а молчат. Ну а едаки тоже не тупые, панику разводить среди скота не нужно, а то мясо от стресса становится жестким, — проговорила она, после чего залезла куда-то себе в карман и достала пачку сигарет. — Только не пытайся мне сказать, что это вредно. У нас под боком божественная штука в виде Люка, способная излечить все, — договорила она, после чего сделала зятяжку и сразу закашлялась. — Блять, я думала будет круче. Нахуя они их курят? Долбаебы…

— …А ты точно всё обдумала?

— Нет. Когда время было бы? Но и торопиться не надо. Я вот не боюсь его, в отличии от тебя. Знаю, что ты говорила, что он тебя трахнул… ну бывает, меня вон гоблины. Да и парень приличный, ток сумасшедший. По законам природы самки должны выбирать самых сильных и приспособленных самцов, а вот он пока самый возможный из вариантов, чего бы и нет…

— Гр-р-р, — тихо прорычала Соня, так как поведение Алёны стало ее уже доводить. — О таких вещах не говорят так просто!

— Вообще-то говорят, — фыркнула Алена. — Я вот говорю. А хули нет? Даже если нельзя, то мне можно. А если и так нельзя, то мне просто похуй.

Соня начала злиться и старалась придумать какое-то подходящее слово для аргументов, отчего её рот слегка открывался и закрывался, сильно забавляя Алёну, в это же время ручки Сони также сжимались и разжимались от гнева.

— Но даже так мне сложно было бы его осуждать. Уж поверь, тёть, я точно не за изнасилования со своим-то опытом. Но тут я бы сначала разобрала ситуацию… Парень-то старается, он же не держит нас в рабстве или типа того… хотя рабов кормят, так что я бы подумала еще.

— Да можешь ты уже замолчать или нет… И какая ещё тётя!?

— А ещё! — вспомнила Соня. — Твой ненаглядный пошел орков бить.

— …А РАНЬШЕ СКАЗАТЬ!?

— Пфыф, — фыфнула Алёна. — Ну и благодарность.

Соня сразу пустилась искать Люка, чтобы предотвратить возможное бедствие для города, однако она поняла, что опоздала. Ей пришлось оповестить гильдию, чтобы та была готова к последствиям.