Глава 2

Горсток лежал в койке корабельного госпиталя "Возмездия". Тупая, ноющая боль разливалась по всему телу, особенно усиливаясь при малейшей попытке пошевелиться. Но, по правде говоря, он и не пытался. После суматохи, произошедшей во дворце, генерал был настолько истощён, что едва мог открывать глаза. Чаще всего он просто лежал с закрытыми веками, напоминая спящего. К сожалению, заснуть удавалось не всегда.

Справа, на столе, отдельно от своего владельца, покоился серебряный протез правой руки. В его механизмах копалось низкорослое существо с жёлтой кожей и длинными заострёнными ушами. Лицо его украшал огромный нос, по форме напоминавший спелую грушу.

С трудом приоткрыв веки, Горсток взглянул на остроликого карлика. Глубокие морщины избороздили его лицо, а неестественно выпирающий подбородок напоминал каблук туфли. Это был имп Кельйек — прирождённый инженер-механик. Впрочем, вся его раса с рождения тянулась к технологиям.

Горсток не считал себя предвзятым, но, глядя на сморщенные лица импов, непроизвольно воспринимал их как стариков. Некоторые из них находили такое отношение оскорбительным.

Морщины были врождённой особенностью импов, появлявшейся независимо от возраста. В младенчестве они и вовсе напоминали гуманоидных шарпеев. Среди других рас ходили слухи, будто с возрастом их кожа становится глаже. Это, конечно, было полнейшей выдумкой. Напротив, старые импы покрывались ещё большим количеством складок, превосходя по числу морщин даже собственных младенческих отпрысков.

— Ну что там? — Горсток устало вздохнул, пытаясь перевернуться на бок, но сил не хватило.

— Ума не приложу... — Кельйек раздражённо хрустнул пальцами, подняв руку. — Как ты ухитряешься снова и снова разбивать свой боевой протез? — Имп надвинул бинокуляр на глаза и крохотной отвёрткой начал подкручивать что-то в районе предплечья. — Сервоусилитель, четыре точки контакта для мышц, вольфрамовое покрытие, скрепляющие части дополнительно усилены... Каким ху... — он резко осёкся, опираясь на стол, а затем беспомощно развёл руками. — Просто... Как?

— Само как-то получается. Думаешь, мне в удовольствие всё это ломать? — Горсток невинно пожал плечами. Несмотря на грозный вид и внушительную мускулатуру, он сильно смущался, когда совершал промахи. В такие моменты даже начинал краснеть, словно ребёнок, балансируя на грани того, чтобы расплакаться.

— Говорят, война скоро... — Кельйек задумчиво продолжил возиться с протезом. — Я ж просто замучаюсь чинить эту приблуду, — пожаловался он, устало вздыхая.

— Если начнётся, — скептически протянул Горсток.

— А ты думаешь, не начнётся? — Имп прищурил левый глаз. Увеличительное стекло сделало его похожим на плюшевую игрушку. — Судя по рассказам Сайлин о сражениях в столице, другого варианта просто не остаётся. Кстати, Фальбус был в бешенстве, когда узнал, что мы ушли из Рейзина. Хотя при тебе же говорил, что окажет поддержку гвардии.

— У нас не было выбора. Мы были в меньшинстве. Под столицей засели две полноценные армии — откуда нам знать, что могли выкинуть Галадриэль с Форготом? — Горсток фыркнул, натягивая плед. — Да и, возвращаясь к войне, Фальбус всё равно не станет в этом участвовать.

— А если всё-таки станет? Трон ведь тоже по праву его.

— Уверен с определённой точностью — нет! — отрезал Горсток и окончательно завернулся в плед.

Двери госпиталя распахнулись. В проёме появилась брюнетка с волосами, завязанными в аккуратный пучок. Ева была одета в белую облегающую рубашку, поверх которой небрежно набросила серое кашемировое пальто. В одной руке она сжимала пару кожаных перчаток, а в другой лениво вертела пустой мундштук.

Остановившись напротив лежавшего Горстка, девушка безэмоционально уставилась на него. Уставший и полусонный генерал мгновенно преобразился — испуганно вжался в кровать, прикрыв правый глаз. Кельйек, уловив перемену в атмосфере, боязливо склонился над протезом, стараясь не отсвечивать и коситься то на Горстка, то на Еву.

— Что-то хотела? — осторожно спросил мужчина.

— Перл вернулся, — сухо сообщила она. Голос у неё был строгий, режущий по сердцу, но при этом завораживающе-притягательный.

— И что? — недоумённо отозвался Горсток.

— Приказано всех созвать. Его высочество не в настроении, — Ева едва заметно кивнула, развернулась на каблуках и покинула помещение.

— Твою мать... — Горсток устало закрыл глаза рукой. — Она всё ещё обижается.

— Ну что? Сейчас тебя прилюдно отшлёпают? — Кельйек насмешливо поднял бровь.

— Не впервые. Поможешь в коляску залезть?

— Без проблем, друг мой, — фыркнул имп и исчез за дверью. Спустя мгновение он уже закатывал в палату кресло-каталку.

По меркам своей расы Кельйек был настоящим дылдой. Средний рост импов колебался от метра до метр-двадцати, но имп-инженер гордо дорос до полутора метров, что среди сородичей делало его настоящим великаном.

Имп-инженер вкатил однорукого генерала в зал собраний. В центре находился длинный стол с разложенной картой континента. Сам зал был обставлен со вкусом: мебель и стены сочетали красное и белое дерево, создавая атмосферу сдержанного величия. У дальней стены располагался широкий письменный стол, за которым сидел утомлённый Фальбус.

— Горсток, тебя-то мы и ждали. Проходи, — серьёзно произнёс младший принц, устало оглядывая присутствующих.

Генерал проехал вперёд, а имп аккуратно припарковал его у длинного стола. Чувствуя смущение от присутствия Фальбуса и своеобразную вину, Горсток избегал встречаться с ним взглядом, торопливо осматривая комнату и пробегаясь глазами по собравшимся.

Почти напротив сидела Ева, загадочно уставившись в одну точку и постукивая пустым мундштуком по столу. Рядом с ней вальяжно расположилась рыжеволосая девушка с короткой стрижкой и разбросанными по лицу веснушками. На ней была зимняя куртка с меховым воротником, а на голове красовался натянутый набекрень кожаный авиашлем. Это была Сайлина, командующая эскадрильей, базирующейся на "Возмездии".

Отдельно от всех сидел лысый мужчина со шрамами на лице — тот самый, что спас его и Фальбуса с падающей воздушной гавани. Перед ним на столе лежал красный берет. Глава спецотряда "Красные береты" — Гаусс. Его подразделение было сформировано лично Фальбусом во время Войны в Проливе. Завидев Горстка, шрамированный боец расплылся в едва заметной, но тёплой улыбке, лениво махнув рукой. Генерал невольно вжался в кресло — у них с Гауссом были... непростые отношения. Однако, к счастью, это не мешало их "работе".

Справа от Горстка сидел ящеролюд в элегантном фиолетовом фраке. От макушки до спины ровным рядом тянулись короткие иглы, переливаясь оттенками синего и голубого. Рептилья морда была покрыта синяками и порезами, а из приоткрытой пасти торчал обломанный клык. У ящеролюдов клыки обычно не выделялись, но Перл был исключением.

"Видать, ему всё же пришлось побывать в городе... Удивительно, что он выжил", — подумал Горсток, внимательно разглядывая ящера.

— Ладно, сменим тему касаемо нашего отступления, — принц устало потер переносицу. По нему было видно, насколько тяжело ему давалось это собрание. — Перл, докладывай, что ты видел в городе.

— Ну, мне "повезло" пробыть в той мясорубке целые сутки, — ящер поправил воротник своего фрака, усаживаясь поудобнее. Казалось, он смаковал момент, когда все взгляды устремились на него. — В окрестностях меня подобрали торговцы на дирижабле. Повезло, что они до последнего ждали своих людей из города.

— Что ты видел в самом городе? — неторопливо спросила Сайлин. — Мы ушли, когда бой только разгорался. Нам нужно знать, что было дальше.

— Ну, это я заметил, когда не увидел наш корабль в небе, — ящер ухмыльнулся и сложил руки на груди. — После того как мы разминулись в тронном зале, я пытался пробиться к гавани, но упавший дирижабль перегородил все пути. Вооружившись винтовкой, я решил уйти через городские улицы. Дворец был наводнён безумными культистами, так что пришлось воспользоваться катакомбами дабы выйти в город. — Он рассказывал с таким равнодушием и рутинностью, будто описывал обычный день. — В самом городе повсюду валялись обезглавленные тела. А Золотая Улица... она была полностью залита кровью. И это даже не художественный оборот.

Он замолчал, выжидая реакцию остальных.

— Кто способен на такое?.. — вымолвила Сайлин, словно в пустоту.

— Маг крови, — Перл нервно сглотнул, явно вспоминая что-то неприятное. — Я видел уже последствия его работы, но успел застать, как он по щелчку пальцев превратил десяток гвардейцев в кровавое месиво. Будто мыльные пузыри лопнули.

Он коротко щёлкнул языком, как бы изображая этот жуткий звук.

— Ты убил его? — резко перебил Гаусс.

— Нет! Ты совсем сдурел?! — ящер крутанул когтистым пальцем у виска. — Мне и так чудом удалось проскользнуть в переулок! Он был слишком занят гвардейцами, чтобы заметить меня.

— Ха, ожидаемо, — ухмыльнулся Горсток. Он, конечно, не факт что поступил бы иначе, но ему всегда нравилось поддевать Перла по поводу и без.

— Эй! — ящер коротко зашипел. — Раз такой умный, в следующий раз сам на мага с одной винтовкой полезешь, калека однорукая!

Поправив фрак, он продолжил уже спокойнее:

— Что ещё странно... После того как Галадриэль и Форгот вошли в город, культистов заметно поубавилось. — Перл задумчиво почесал гребень. — Будто испарились. Я пытался уйти на восток, туда бои не дошли, но... когда армия Галадриэля марш-броском ворвалась в жилые кварталы, всё стало только хуже.

Он угрюмо посмотрел под себя, сжав кулаки.

— Солдаты Галадриэля выгоняли горожан из домов. Орава перепуганных людей неслась прямо на позиции гвардейцев, буквально снося их.

Чешуйчатая морда исказилась в презрительном оскале. Перлу в целом было плевать на жизни этих людей — он и так презирал всех не-сородичей. Но то, что люди сами сотворили такое со своими же, только усиливало его отвращение. Люди... Горделивые, беспринципные глупцы, ведомые своей ненасытной жаждой. Они не щадили даже своих.

— Бледный принц в своём репертуаре, — усмехнулась Ева, но тут же замолчала, перехватив удручённый взгляд Фальбуса.

— Не знаю, кто именно это сделал, но подозреваю что Форгот. Когда начались бои в жилых кварталах, северо-восточный район обстреляли фосфорными снарядами. Пламя вспыхнуло мгновенно, перекинувшись на жилые дома, и всего за несколько часов весь левый берег уже пылал. Если бы не широкая река, огонь добрался бы и до центра. Меня тоже немного зацепило. — Он кивнул на грудь.

— Получается, теперь ты дырявый? — хмыкнул Гаусс, но, увидев осуждающие взгляды, поспешно откашлялся и вернул себе серьёзный вид.

— Спасибо. Пожар мне пришлось пережидать в подвале одного из домов. Там меня, кстати, подлатала семейка врачей — спрятались ещё в самом начале боёв. Хоть и люди, но что-то, надо признать, умеют. — Людоящер громко щёлкнул пальцами. — А потом, на рассвете, когда бои стихли, а пожар угас, я выбрался из города.

— Какой ужас... — прошептала Сайлина, опуская взгляд. — Это уже слишком. Откровенно чересчур. — Она выглядела подавленной.

— Что прикажешь делать, Фальбус? — Ева взглянула на принца, тихонько постукивая мундштуком по столу. — Не останемся же мы в стороне?

— Хотелось бы остаться. — Фальбус устало массировал переносицу. — Мне неинтересна эта борьба за трон. Особенно с родными братьями.

— Ваши братья уже сделали свои шаги, господин. Однако вы такой же законный наследник, — Гаусс тихонько отбарабанил пальцами по столу. — Рекомендую усилить вашу охрану. Сейчас вы под потенциальным прицелом.

— Так и сделай. — Фальбус тяжело выдохнул. — Я откажусь от престола.

— Ты с ума сошёл?! — взорвалась Ева, резко наклоняясь над столом. — Отдать страну на растерзание этим извергам?!

— Тише, Ев! — вмешался Горсток. — Не скажу, что я против, — он попытался развернуться в кресле. — Но прежде всего нужно потребовать гарантий у твоих братьев. Кровное наследие никакими словами не отменишь. Ты будешь представлять для них угрозу либо пока не умрёшь, либо пока они тебя не запрут.

— Обсудим этот вопрос позже, — прервал принц. — Взять курс на столицу эльфов. Все свободны.

Зал опустел.

Фальбус остался у окна, наблюдая за почти статичной картиной небесного простора. Воздушные течения лениво колыхали облака, но в его мыслях бушевала буря. Рана ныла, и он прихрамывал, но маг-медик, под давлением Евы, сумел привести его в порядок всего за двое суток.

"Двое суток..." — с явным огорчением промолвил про себя Фальбус. Он ненавидел такие скачки во времени. Ему было важно проживать каждый день до конца, прочувствовать его полностью.

Но, как бы он ни пытался отогнать плохие мысли, размышления о пустяках не помогали. Факт оставался фактом — угроза со стороны братьев нависла над ним, он чувствовал себя как в гильотине. И самое горькое, самое болезненное в этом всём — осознание, что его вчерашние братья, те, с кем он провёл детство, прошёл войну, могут его убить.

Не в этот раз Форгот, утерев слёзы младшему братцу, пойдёт раздавать оплеухи обидчикам, а потом, ворча, давать советы, как этого избежать. Не в этот раз Галадриэль, протягивая руку помощи, будет с усмешкой подшучивать над его неуклюжестью.

Фальбус долго пытался переубедить себя, но он знал своих братьев. Слишком хорошо. И это знание оставляло мало места для сомнений.

Резкий вибрирующий звон прервал его размышления.

Сняв трубку с характерным щелчком, он поднёс её к уху.

— Господин Фальбус, докладывает мостик, — проговорил молодой голос капитана "Возмездия", Альфреда. — С нами на связь вышел мелкий пассажирский дирижабль. Опознавательных знаков нет, но шифровка военная. Говорят, что некто по имени Нараз желает встретиться с вами.

— Не знаю таких. Что ему нужно?

— Говорит, у него есть важная информация. Передаст только лично.

Учитывая текущую ситуацию, принц должен был скомандовать развернуть судно. Принимать незваных гостей было слишком рискованно. "Что, если это гонец от Форгота?" — мелькнула мысль, но он тут же погасил эту слабую надежду. Маловероятно.

Но как бы прагматизм и холодный разум ни отговаривали его от принятия нежелательных решений, любопытство неумолимо брало верх, подтрунивая его выбрать более рискованный вариант.

— Сбавь скорость и дай им пришвартоваться.

— А... господин, — на другом конце провода замялся Альфред. — Маг-релокатор сообщает, что с дирижабля исходит повышенная магическая энергия. Предпринять меры безопасности?

— Скажите Лемингу чтоб пошел со мной.

Фальбус шагал по серым пустым коридорам "Возмездия", его сопровождали двое "беретов". Справа от принца шёл маг стихии огня — Леминг. Он был облачён в чёрно-красную мантию, лицо скрывала такая же чёрная ткань, оставляя лишь прорези для янтарных глаз.

Леминг был зарегистрированным магом, но на встречах никогда не показывал своего лица, снимая маску лишь в личной обстановке или в довольно узком кругу своих друзей. На расспросы о причинах такой скрытности он неизменно отвечал лаконичным: "Могут узнать те, кому я не понравился."

Когда его спрашивали, кто эти "те", он уклончиво молчал. Фальбус был единственным, кто знал, что всё дело в блудливости мага, который в прошлом с жёнами высокородных аристократов наделал добрый десяток бастардов. Узнавшие об этом мужья, жаждали мести, и с тех пор Леминг предпочитал оставаться в тени.

Конвой принца вышел в ангар. Здесь, с внешней стороны, словно клещи, на боковую обшивку судна прикреплялись воздушные корабли.

Палубная гавань "Возмездия" была среднего размера — не чета той, что в Рейзине, но могла вместить до четырёх судов класса корвет (длиной до ста двадцати метров). Спускаясь по металлическому трапу, Фальбус прибыл как раз к моменту швартовки нежданных гостей.

Трап мягко пристыковался к борту дирижабля, раздавшееся громкое шипение оповестило о завершении стыковки. Гермодвери с легким стуком отошли внутрь, открывая темные недра судна. 

Из проема вышла троица: впереди шагал седовласый старик в бело-синей накидке, с длинным посохом, навершие которого украшала сияющая синяя сфера. За ним следовал офицер средних лет, облаченный в черный доломан с серебряными элементами; в изгибе его руки лежал кивер, украшенный белым черепом с костями. Замыкал группу мужчина, на вид немногим старше двадцати пяти. Среди троих он выделялся простым нарядом — кожаным жилетом поверх белой сорочки. В руках он держал трость, рукоять которой была выполнена в форме головы грифона.

— Ваше высочество, — произнес старик низким, уверенным голосом. — Нам нужно поговорить.

Колонна, в несколько тысяч голов, медленно ползла по дороге. Шагатели разных классов чеканили шаг, выбивая пыль из грунта, двигаясь параллельно транспортным средствам.

Вольт вел колонну верхом, время от времени оборачиваясь. Он был измучен и, в какой-то мере, разочарован. Униформа запылилась, ткань сбилась от пота, а белоснежные перчатки почернели.

Объезжая строй, к нему подскочил Люгер, натянув поводья и сравнявшись с генералом.

— Солдаты на пределе. Мои люди тоже, — проговорил он, небрежно почесав щетину. Глаза его покраснели от усталости. Овальное лицо подчеркивали узкие усы, а в седле он держался неуклюже. По своему внешнему виду и поведению, Люгер больше напоминал чиновника, чем полковника.

— Без тебя знаю. Двухдневный марш-бросок оказался слишком тяжелым... К тому же пришлось оставить Мауфера. Те из его людей, кто ушел с нами, подавлены, — Вольт протер уставшие глаза, пригладил короткие белые волосы и спрятал челку под фуражку. Сонливость накатывала с новой силой, все вокруг начинало расплываться. Он чувствовал, как даже голубой цвет его глаз поблек, уступая место серому.

Для своего звания он был слишком молод. Достичь генеральского поста в двадцать четыре года можно было либо благодаря хорошим связям, либо упорному труду. Судьба выбрала для него оба варианта сразу.

— Остальные три генерала ждут нас на севере. Но я им не доверяю, — Люгер недовольно скривился.

— И правильно. Они подписались на переворот Галадриэля не из-за убеждений, а ради личной выгоды.

— А мы разве не по той же причине? — Люгер ухмыльнулся, его тонкие губы растянулись в лукавой улыбке.

— Я сделал это только потому, что знаю Галадриэля еще с войны в Проливе. Да, порой он выглядит как психопат, но умеет контролировать ситуацию и здраво мыслить, — Вольт пожал плечами. — Я рассматриваю свой выбор скорее как меньшее зло.

— Ха-ха! Ты серьезно думаешь, что Галадриэль был бы лучшим правителем, чем тот же Фальбус? — Люгер расхохотался, хлопнув себя по коленке. — Еще скажи, что воюешь за идею!

— Я воюю за то, чтобы в ближайшие двадцать лет мои дети не жили под бомбежками, не голодали и не брали в руки оружие, — Вольт крепче сжал поводья. — И, по моему мнению, Галадриэль мог бы обеспечить им это будущее.

— Ну-ну... Только вот король умер, — Люгер сделал паузу, затем театрально вскинул кулак к небу. — Да здравствует новый король! — выкрикнул он с насмешкой, и эхо разнесло его слова по полю. — Сейчас его тело, дырявое, как имповский сыр, валяется в одном из грузовиков.

— Даже так, это не помешает мне сражаться за то, чего я хочу, — спокойно отрезал Вольт.

— Эх, а я просто хотел оказаться поближе к новой власти... — Люгер вздохнул, склонившись над своим скакуном.

В зале собраний стояла мертвая тишина. Лишь муха, каким-то образом попавшая на борт, нарушала её, бешено кружась по комнате. Седой старик с посохом сидел напротив Фальбуса, в то время как его спутники застыли по бокам, словно стражи.

— Нараз, — наконец заговорил Фальбус. — Так о чем вы хотели поговорить?

— У меня для тебя пророчество, — спокойно произнес старик.

— Простите... что? — Принц нахмурился, не зная, как реагировать. Он никогда не верил в пророчества. Впрочем, любой здравомыслящий человек не стал бы. Обычно этим занимались шарлатанки в своих лавках. — Что за пророчество? — На его лице появилась неловкая улыбка.

— Я не знаю. Это твоё пророчество, — голос старика оставался невозмутимым. — Мне нужно коснуться тебя, и тогда ты его увидишь.

— Что за бред?! — вмешался Леминг, стоявший позади. — Господин, не слушайте его! Маги не могут видеть будущее. Любые манипуляции со временем нам неподвластны.

— Это возможно! — Старик с силой ударил посохом о пол. — Два дня назад, на рассвете, когда догорели шпили столичного дворца, мне пришло видение. Я не знаю, что именно там было, но я ощущал его очертания — широкие мазки, эмоции, настроение... — Белый маг резко поднялся со стула и вскинул руки к небу.

— И что же ты увидел? — Фальбус стал серьезнее. На миг в голове промелькнула мысль: А если...

— Боль, смерть и горечь, — старик заметно помрачнел. — А в конце — твое имя. Но я словно смотрел в мутную воду. Я передал видение своим товарищам, и каждый из них видел лишь отдельные, но четкие фрагменты. Однако эти фрагменты разнились. Вот почему я хочу проверить, что увидишь ты.

— Да ты безумен, старик! — выкрикнул Леминг. — Наш господин не подопытная крыса, чтобы проводить над ним эксперименты!

— Тише, Леминг! — Фальбус зло посмотрел на мага.

— Я ему не доверяю, ваша светлость! — голос Леминга звучал напряженно. — Релокаторы засекли в нем огромное скопление магической энергии. Если он коснется вас, может произойти что угодно! — Маг огня сделал шаг назад.

— Я здесь командую, Леминг! — отрезал Фальбус и глубоко выдохнул. — Ну что ж, просвети меня, Нараз.

Принц подался вперед, подставляя лоб.

Из-под широкого рукава старика появилась рука — сильная, жилистая, не совпадавшая с его немощным видом. Она медленно приблизилась, и, как только большой палец коснулся его кожи, мир вокруг рухнул в бездну.

Фальбус ощущал, как одновременно падает и взлетает. Разум стремительно уносился прочь, пронзая небо и мчась на сотни километров. Пространство вокруг переливалось безумной палитрой красок, сменяя одно видение другим. Затем все замерло. Даже его дыхание.

Перед глазами раскинулись охваченные огнем поля. Огромная степь, по которой маршировали шагатели, а меж ними копошились солдаты. Вид до боли знакомый... Южные степи. Демилитаризованная зона Вершан. Войска двигались с запада — с земель дворфов.

Внезапно сознание заполнили ужасные картины. Смерти десятков существ. На краткий миг он сам проживал их. Удушье. Изнасилование. Сожжение. Расстрел. Избиение. Утопление. Волна страданий хлынула в душу, захлестнув ее стремительным потоком.

И так же внезапно все исчезло.

Он снова оказался в пустоте, продолжая плыть вперед. Внизу простирались леса и города, крошечные, словно капли краски на полотне. Затем вновь закружилась бешеная карусель смертей. Сотни. Тысячи. Без конца сменявшие друг друга.

Море слева, едва касавшееся клочка земли, окрасилось в алый цвет и с ревом вышло из берегов, поглощая сушу. Пространство заполнил хор захлебывающихся существ, их молитвы о спасении разносились над водой. Фальбус попытался зажать уши, но звуки не стихали.

И вдруг он осознал, что смотрел на земли людоящеров с огромной высоты. Принц посмотрел на запад — туда, где лежало людское королевство. Оттуда тоже доносились крики и стоны. Из земли начали вырастать башни, сотканные из тысяч черепов, сливаясь в единую монструозную конструкцию. Она тянулась выше облаков, исчезая в бескрайнем небе.

Фальбус закричал.

Рывок вперед — и его грудь с глухим ударом встретилась с краем стола. Сознание прояснялось. Перед глазами вновь оказался зал собраний. Возле него стоял бледный и взволнованный Леминг, готовый применить заклинание на спутниках Нараза. Напротив, все с той же ледяной невозмутимостью, сидел старик.

По лбу стекали капли холодного пота, руки дрожали, ноги ослабли, будто он провел в том кошмаре целую вечность.

— Что ты видел? — спокойно спросил Нараз.

— Прочь... — едва выдохнул Фальбус, чувствуя, как пересохло горло.

— Но...

— Я сказал, прочь! — его голос прорезал тишину, взметнувшись над залом.

Небо затянуло серыми тучами. Воздух был сухим, но с запада доносились потоки влажного и холодного ветра, оповещая что скоро и на юго-восток обрушиться дождь.

Йоркель сидел внутри «Стального Паука», пристально вглядываясь в узкую смотровую щель. Обычно этот шагатель был четыре метра в высоту, но дварфийская модель, из-за особенностей расы, была занижена до двух с половиной.

По меркам других народов внутри было тесновато, но для дворфов или импов — в самый раз. Слева от Йоркеля сидел стрелок-радист, щёлкал радиоаппаратурой и читал карманную книжку. Позади, среди снарядов, находился заряжающий. В двухместной башне над ним, в подвесном кресле, располагался командир, выглядывавший из люка.

— Йоркель, сколько нам осталось до Кильсамара? — спросил заряжающий, выглядывая из-за кресла водителя и почесав густую рыжую бороду. Достав из кармана флягу, он сделал несколько глотков.

— Минут тридцать, мы уже на территории Вершана, — спокойно ответил Йоркель, протянув руку.

— Отлично, наконец-то домой! — дворф радостно оскалился, стукнул кулаком по крыше машины и передал флягу водителю. — Двадцать лет изгнания подошли к концу!

— Ты сам с Вершана, Халст? — поинтересовался стрелок.

— Конечно! — с жаром ответил он. — Мой клан ушёл после первой волны репрессий. Эти остроухие ублюдки наконец-то заплатят за то, что лишили нас дома!

— Разве зоной не управляло правительство из дворфов и эльфов? — Йоркель отпил из фляги и вернул её владельцу, снова уставившись в смотровую щель.

— Хрена там! — топнул ногой Халст. — Из-за того что эльфы сдались без боя этому сраному Зарону, они заслужили большую лояльность перед ним и им многое сходило с рук. А этот ссаный лизоблюд Раймон только и делал, что подлизывался к императорам, получая поддержку и одобрение.

Дворф прокашлялся.

— Когда первые пару лет мы устраивали погромы, имперская жандармерия была на стороне эльфов. А когда спустя два года начался этот гребаный фарс под названием "имперское разбирательство", дворфов "диссидентов" депортировали больше, чем эльфов.

— Может, потому что наши больше погромов устраивали? — спросил стрелок.

— Ага, щас! Эти ссаные остроухие из клана Аэдахи настолько жертвы, что буквально выжили всех сородичей с юга Вершана. — Дворф агрессивно опрокинул флягу. — Когда мне было двадцать, я лично со своим дядей и отцом останавливал эльфийские навалы. Я помню каждого остроухого ублюдка со своего района. Когда нас в кандалах выводили из города на депортацию, все эти твари, что громили наши прилавки, спокойно стояли в рядах провожающих! Буквально чуть ли не харкая нам в догонку! — почти с надрывом выкрикнул Халст. — Эти ублюдочные имперские следователи выгнали с родной земли почти тридцать тысяч дворфов, в то время как эльфов едва ли пятнадцать тысяч наберётся!

— А ну заткнулись все! — рявкнул из глубины машины командир экипажа. — Мы уже подходим к городу, держать ухо востро! Стрелять только по моей команде, мы не знаем, что они выкинут.

Тишина окутала улицы Кильсамара. Громыхающие стопы шагателей эхом разносились по переулкам, а марш сотни дворфов по главной улице сотрясал землю. Ветер усиливался, подрывая вверх боевые знамена — их было много, даже слишком, словно дворфы решили устроить парад.

Ясуда перебежками мчался по опустевшей улице, стараясь бежать как можно быстрее, огибая прилавки и прижимаясь к стенам. Преодолев квартал, он взглянул за угол.

Перекресток пересекали солдаты в сопровождении техники. Он не мог ждать — каждая минута была на исходе. Глубоко вдохнув, Ясуда приложил руки к стене и оттолкнулся от неё, придавая себе импульс. Закрыв глаза, он неосознанно задержал дыхание, лишь слыша шелест десятка сапог по брусчатке. Ветер проносился мимо ушей, а кровоток пульсировал в перепонках.

Через закрытые веки на него упала тень — он понял, что уже перебежал. Эльф резко остановился, но не справился с равновесием и рухнул набок. Поднявшись на ноги, он продолжил бежать к дому на противоположном конце улицы.

Гостиная была переполнена вооружёнными эльфами, сигаретный дым создавал туманную атмосферу. Протискиваясь через товарищей, Ясуда подошёл к центру комнаты, где трое других эльфов с синими повязками на руках склонились над картой города.

— Ясуда, — поднял голову седой эльф с шрамом на глазу и жестом подозвал его. — Они уже подошли к ратуше, рассредотачивают силы по городу, с окраин поступают вести о нападениях на горожан: громят прилавки, обносят дома.

— А что с местными дворфами? — Ясуда подошёл к столу и внимательно рассмотрел расставленные на плане города деревянные кубики и прямоугольники.

— Выходят на улицы, встречают их как героев, падлы коротконогие.

— Мои бойцы готовы действовать по сигналу, — юный эльф указал на пунктирную линию, обозначающую границы города. — Они оставили артиллерию на окраинах, похоже, ждут сопротивления.

— Сопротивление они получат, — седой эльф нахмурил брови, быстро осмотрев карту. — Наша задача — порезать главных кротов у ратуши, на городской площади. Пусть твои эльфы нанесут удар по их ротам на входе в город, затем сделайте вид, что отступаете, заманите в северную часть, а там окружите. Нура, возьми своих снайперов, пусть займут высоты, выцеливайте бронированных и командиров, посейте неразбериху.

Старый эльф выпрямился, достал пистолет из кобуры и поднял его вверх.

— Давайте, братья, мы долго готовились к этому дню и он настал! Выгоним этих уродов из нашего дома! Вперёд!

Снаружи было темно, весь мир поглотил черный мрак ночи. Нараз вошел в покои Фальбуса. Принц не спал. Он сидел перед письменным столом, следя за проклятой мухой, что кружила над лампой. Старый маг открыл двери с громким скрипом, демонстрируя своё присутствие. Ответа не последовало. Старик прошел в центр каюты.

— Чего ты хочешь? — Измученно произнес Фальбус, потирая шею, с явными признаками опьянения.

— Я хочу узнать, что ты видел.

— Ты знаешь, что я видел, не лги. — Принц наклонил голову, почти дотронувшись лбом до стола. Спустя короткую паузу он снова поднял её и продолжил. — Я видел, как империя моего отца полыхала. — Он устало опустился на спинку стула. — Кровь залила земли ящеров, черепа устилали земли людей, Вершан горел. Зачем ты мне это показал... — Последние слова утонули в бормотании.

— Это не просто предсказание, это видение. То, что ты видел... — начал Нараз.

— Да пошло оно к черту! — Принц резко встал с кресла и развернулся к магу. — Смерть каждой души пронзала меня насквозь, я словно умер тысячу раз, я ощущал все, что они чувствовали. Зачем ты мне это показал? Какая тебе выгода от этого? — Принц швырнул в ноги старика керамическую кружку.

В каюту ворвались двое красных беретов, держа энерго-карабины наготове. Они недоуменно взглянули на белого мага, явно не ожидав его увидеть здесь. Фальбус отмахнулся, жестом приказав им удалиться.

— Разве ты согласился на это, не потому что сам этого возжелал? — Нараз наклонился, поднял посуду, которую принц только что швырнул, и внимательно её осмотрел. — Никто тебя не убеждал и не заставлял, ты сам принял это предложение. 

Принц не нашел что ответить, отведя взгляд в сторону. 

— Я помог твоему деду объединить континент. Я не хочу видеть, как труд моего лучшего друга рушится.

— Что!? — Брови Фальбуса изогнулись в недоумении. — Я с детства изучаю биографию и свершения своего рода, о Наразе даже и слова не мелькало. — Принц вздрогнул и отступил назад. — Кто ты такой?

— Я вырос с твоим дедом, помог отвоевать трон у дяди-узурпатора, — Нараз двигался медленно, шаг за шагом. Было чувство, будто тень позади него росла. — Не все великие личности получают свою страницу в книге истории. — Он использовал магию, и кружка плавно поднялась в воздух, тихо приземлившись на стол. — Я был его наставником и советником. С моей помощью он завоевал континент, и только благодаря моим уговорам он не превратил княжество ящеров в выжженную пустошь. — Старик оказался близко к принцу, почти прижимая его к столу. Седой маг был выше, из-за чего он нависал над Фальбусом. — И именно благодаря мне твоя династия сейчас на вершине власти, а не кто-то другой. — Он отступил, повернувшись к выходу. — Но я не хочу, чтобы труд моего лучшего друга и "брата" оказался напрасным, спустя жалкое поколение! — прошипел он.

— Почему я тебе должен верить?

— Потому что у меня есть это! — Маг резко развернулся и вытянул руку вперед. На ладони загорелась синяя печать в виде дракона с перьевыми крыльями. Шея дракона извивалась, огибая тело и замыкаясь в кольцо, кусая себя за левое крыло. — Знакома эта печать?

— Это магическая печать верности династии Аэльдор, у каждого правителя она уникальна, но все они несут родовой герб. — Медленно проговаривал Фальбус, словно ученик, что-то вспоминающий на экзамене. — Её ставят маги, отдавая себя господину. — Он наклонился и внимательно рассмотрел печать. — Но при Зароне эти печати были отменены, и свою он никогда не использовал.

— Опять же, не все кляксы стоят на страницах учебников, молодой принц, — ответил Нараз. Печать потухла, и маг убрал руку в рукав.

— Почему ты сразу не сказал об этом?

— Потому что я давно не ношу своего титула. Я хочу помочь тебе победить твоих братьев и не дать империи развалиться.

— Почему ты так говоришь, будто это мне нужно!? — Принц резко сменил тон, его любопытство сменилось раздражением. — Я не хочу убивать своих братьев, я не пойду на них войной!

— Зато они пойдут с радостью! — Ответил Нараз, его голос стал глубоким и грозным, будто грянул гром. — Чем дольше ты бездействуешь, тем глубже копаешь могилу, и для себя, и для других невинных.

— Нет! Я не хочу войны, мне хватило Войны в Проливе, я не хочу еще раз! — Фальбус махнул рукой, отчаянно рассекая воздух.

В этот момент миниатюрный телефон на тумбочке у кровати затрезвонил.

— Фальбус слушает! — Громко выдохнул он.

— Фальбус, докладывает Сайлина, — ответил мягкий, детский голос из трубки. Она замолчала на мгновение, слышно было, как она что-то читала. — Мы пролетаем над демилитаризованной зоной Вершан, над его северными регионами, — она откашлялась. — Наши разведчики зафиксировали крупный пожар, а также боевое столкновение. Мы обнаружили войска рядом с Кильсамаром.

— Что-то тут не ладное, вы пытались выйти на связь?

— Сейчас пытаемся, но пока что глухо.

— Продолжайте вызывать, я подойду на мостик, на всякий случай подготовьте два корвета и эскадрилью к возможному вылету. 

Капитанский мостик был просторным и разделённым на два яруса — верхний и нижний. Внизу располагались две массивные радиорубки, отвечавшие за внешнюю и внутреннюю связь. Между ними компактно разместилось место рулевого и его помощников. На верхнем ярусе находились радары и измерительные приборы. Отсюда, сидя в своём капитанском кресле, командовал Альфред.

На мостике уже собрались все старшие офицеры «Возмездия», кроме Горстка. Ева выглядела усталой, протирала глаза и боролась с сонливостью. Сайлина молча отсалютовала вошедшему Фальбусу и снова склонилась над радистом, наблюдая за скачущими стрелками частот.

— Ответ пришёл? — спросил Фальбус, заправляя рубашку.

— Пришёл, — пилот слегка наклонила голову и прищурила глаз. — Цитирую: «Это специальная военная операция по защите наших кровных братьев. Мы подавляем сопротивление эльфийских подстрекателей, устраивающих акты террора против наших сородичей, живущих в этом регионе. P.S.: просим не вмешиваться».

— Слишком официозно для карликов, — усмехнулся Перл, опираясь на перила верхнего яруса. Он лениво почесал когтями основание гребня. — Коротконоги и длинноухи вечно враждуют, а в демилитаризованной зоне это постоянно. — Ящер вытянулся вдоль перил, вытянув вперёд чешуйчатую морду. — Да и в нашей ситуации не стоит наживать новых врагов.

— Есть разница, когда они из-под полы друг другу гадят, и когда проводится полноценное вторжение! — резко встрепенулась Ева, подняв на него тяжёлый взгляд. — А вообще, всё это подозрительно. — Она разминала шею, и в тишине раздались глухие щелчки.

— Что именно? — Фальбус вопросительно развёл руками.

— Прошло всего двое суток. У самой границы в одном районе нельзя размещать больше сотни солдат, да и ближайшие базы к Вершану были расформированы, — Ева подошла к столу, где лежали чёрно-белые снимки местности, сделанные с большой высоты. — Но, судя по аэроразведке, там сейчас развернули целый полк. Возникает вопрос: связано ли это с событиями в Рейзине? И как они смогли перебросить войска так быстро, да ещё и без подозрений со стороны императорского дозора? Их бы так близко не подпустили. — Она склонилась над картой, ведя пальцем по южным областям континента.

— Подкуп? Заговор? — подал голос Альфред. Его тембр звучал молодо для человека под тридцать, но сам капитан был воплощением противоречий: выглядел на пятьдесят но звучал как юноша.

— Из-за частой смены глав округов, подкупить кого-то непросто — Она элегантным движением достала портсигар, аккуратно положила его на стол и насадила сигарету на мундштук. — Остаётся вопрос: связано ли это с событиями в столице?

— Да какая, к чёрту, разница! — нетерпеливо вспыхнула Сайлина, резко вскакивая. Вместе с Фальбусом она поднялась на верхний ярус, окинув всех раздражённым взглядом. — Нужно решать проблему, там гибнут внизу пока мы рассуждаем!

— Я понимаю твою точку зрения, Сайлина, но этот полк может быть авангардом или приманкой для эльфийских сил. Которые могут явиться дабы не дать своих в обиду — Ева вертела в пальцах мундштук, не торопясь поджигать сигарету. — Если поспешим с вмешательством, можем оказаться на пути у куда более серьёзных сил. А у нас всего лишь сотня бойцов из "беретов" и твоя эскадрилья. Мы можем разгромить этот полк, но не армию. Я считаю, что лучше не вмешиваться и продолжить путь.

— Не думал что скажу это когда-нибудь, но согласен с Евой, нам лучше двигаться дальше, — Перл скрестил руки на груди и слегка усмехнулся.

— «Возмездие» — судно типа воздушная крепость, мы способны даже дворфийскую флотилию разбить. Их надо отогнать! — Сайлина сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони. 

— «Возмездие» еще ни разу не был в настоящем бою. — Строго ответила Ева — И это пока что наше единственное мобильное прибежище, мы не можем рисковать его целостностью. 

— Простите что вмешиваюсь, — начал Альфред, — ни мне учавствовать в ваших дебатах и принимать чью либо сторону, но может дадим слово главному?

— Фальбус? — Сайлина резко повернулась к принцу, её взгляд сменился с яростного на умоляющий. Она чувствовала, что проигрывает.

— А? Кхм... — Фальбус вырвался из своих мыслей, вдруг осознав, что все взгляды устремлены на него. Карие глаза Сайлины, смотрели прямо на него — большие, полные мольбы. Он был всецело на её стороне и с радостью разнёс бы зарвавшихся дворфов в пух и прах, но аргументы Евы и Перла были более убеждающими и разумными. Принц ненавидел выбирать меньшее зло. В идеале он не выбирал бы вовсе. Но в этой ситуации бездействие тоже было выбором, и он не хотел, чтобы его решение снова привело к гибели невинных... Не опять.

Фальбус откашлялся и спокойно начал:

— Подготовить нижние орудийные платформы. Дайте залп по их штабу, затем передайте сообщение с требованием отступить. В случае отказа или игнорирования — пригрозите бомбежкой остальных сил. Выполнять.

— Ты это серьёзно?! — Ева резко вскинула голову, её глаза расширились. Она открыла рот, словно собираясь сказать что-то ещё, но осеклась. — Ладно, я ничего не буду никак это комментировать. 

Альфред отдал честь и повторил приказ Фальбуса. Капитанская рубка ожила — команды передавались вниз, приводя приказ в исполнение. Перл удручённо цокнул языком и перевёл взгляд на панорамные окна мостика.

По «Возмездию» прокатилась серия сигнальных гудков. Десятки матросов засновали по нижним палубам, пробуждая орудия небесной крепости. Вагонетки со снарядами четырёхсотого калибра стремительно катились по узким коридорам. С глухим гулом башни пришли в движение, медленно опуская стволы, наводя их на мерцающие внизу жёлтые огоньки.

Под креативные ругательства старшины артиллерийской палубы, матросы загоняли двухметровые снаряды в затворы. После своеобразной церемониальной зарядки, на нижних палубах повисла напряжённая тишина. Проводилась финальная корректировка — башни едва заметно сдвигались на пару градусов, то влево, то вправо. Они не имели права промахнуться: снаряды такого калибра могли нанести катастрофический ущерб если бы угодили в город. Ошибку артиллерийской команды никто бы не простил.

— Огонь! — раздался резкий приказ из настенного граммофона.

Почти одновременно прогремели залпы. Трёхствольные орудия одно за другим выплюнули пучки синей энергии. Каждый выстрел сотряс воздух, напоминая звук сотни падающих деревьев. Эхо гремело на десятки километров, а внутри корабля гул сливался с мощными вибрациями, пробежавшими по корпусу. Синие заряды неслись вниз, превращаясь в крошечные точки по мере приближения к цели.

Первый взрыв взметнул в небо тонны грунта. Яркая голубая вспышка разорвала ночь, на мгновение озарив лагерь. Почти сразу, в центре ставки полыхнули ещё два взрыва — пламя подалось в стороны, пожирая палатки и укрепления. Четвёртый залп пришёлся по западному въезду в город. Ударная волна обрушилась на крыши домов, срывая черепицу и обнажая деревянные балки. Пятый и шестой удары легли параллельно четвёртому, окончательно стирая западный въезд с лица земли.

Ясуда замер, устремив взгляд в небо. Его внимание было приковано к толстым столбам дыма, поднимавшимся с западной части города. Он сражался не первый раз и давно привык к взрывам и стрельбе, но такого мощного грохота ещё не слышал. Это была не полевая артиллерия. Даже он, бывалый солдат, вздрогнул от этого осознания.

— Ясуда! — Из-за угла, спотыкаясь, выскочил худощавый эльф, весь в золе и запекшейся крови. — Видел как бабахнуло?! Это по их штабу прилетело, коротконогие сейчас драпают, мы их гоним! — Голос бойца дрожал от ликования.

Ясуда не мог подобрать слов для той смеси эмоций, что охватила его. Победа, на которую никто не надеялся, пришла внезапно, но вместе с ней — и вопросы. Кто протянул им такую мощную руку помощи? И с каким мотивом?

Он открыл рот, собираясь сказать что-то подчинённому, но замер, когда над улицами пронёсся дирижабль. Судно плавно набирало высоту, разворачиваясь по широкой спирали, словно осматривая разрушенный город. Затем оно вновь снизилось, направляясь к месту обстрела.

— Ещё коротконогие дружки? — Эльф дёрнул затвор, ожидая приказа.

— Не думаю. Собери всех наших и веди к западному въезду.

Разрушенные окраины не вызывали у Гаусса ни гордости, ни ужаса. Скорее, изумление. А ещё — удивление от того, что «Возмездие» не разорвало при залпе . Еще и снаряды так идеально легли...

Закрыв створки иллюминатора, Гаусс натянул чёрную балаклаву. В грузовом отсеке перед ним сидели двадцать бойцов, внешне практически идентичных. Лишь телосложение выдавало между ними различия. Все ждали приказа.

— Нам приказано разведать место обстрела. Стрелять только по моей команде, но будьте наготове. Не думаю, что ушастики встретят нас без стрельбы, — Гаусс медленно, с явным предвкушением, натягивал кожаные перчатки. Затем вставил массивный магазин в не менее массивную энерго-винтовку и шагнул вперёд, почти упираясь носом в закрытые двери.

— А если наткнёмся на крупные силы отступающих? — раздался голос позади.

— Авиация сообщает, что они уходят в обход зоны обстрела, причём в полной дезорганизации. Мы их хорошо припугнули.

Двери со скрежетом разошлись, а трап с грохотом откинулся, вгрызаясь в землю. Гаусс вылетел первым, спрыгивая на полпути и укрываясь за грудой кирпичей. Его взгляд устремился во тьму. Площадь обстрела освещалась лишь горящими зданиями, находившимися на границе поражения.

Остальные «красные береты» бесшумно выскользнули из корабля, рассыпаясь по периметру. Винтовки поднялись в унисон, нацеливаясь в оранжевые сумерки. И тут, на фоне пожарищ, замелькали тени. Они трусцой перебирались от укрытия к укрытию, явно думая, что остаются незамеченными.

— Командир, — раздался шёпот недалеко от Гаусса. — Контакт на двенадцать часов. Разрешите пошуметь? — В голосе сержанта звучало плохо скрытое нетерпение.

— Отставить. Похоже, это наша цель.

Гаусс резко вскочил, подняв винтовку стволом вверх — показывая мирные намерения.

— Мы солдаты его превосходительства Фальбуса! Мы не враги!

Тени мгновенно замерли. Несколько секунд — и одна из них поднялась во весь рост, затем медленно вышла вперёд, также подняв руки.

— Аи'сал. — Голос эльфа, вышедшего из тьмы, был напряжённым. — Вы и вправду солдаты господина Фальбуса?

— А есть сомнения? — Гаусс не менял тона, медленно опуская винтовку.

— Континент полнится слухами, что господин бежал с материка после бойни в столице... — Ясуда прищурился, пытаясь разглядеть лица людей в чёрном, но в этой темноте они оставались всего лишь размытыми тенями.

— Следи за языком, ушастик, — процедил сержант, нацеливая винтовку на Ясуду.

Тот даже не шелохнулся.

— Эмиль, твою мать! — Гаусс раздражённо пнул камень, попав им точно по лодыжке сержанта. — Опусти винтовку, пока я тебя самого не опустил, — прорычал Гаусс, затем откашлялся и снова перевёл взгляд на эльфа. — Прямо-таки он учинил?

— Это всего лишь наши городские суждения, — Ясуда говорил ровно, но его взгляд неотрывно скользил по фигурам «красных беретов». Он пытался разглядеть их форму, эмблемы, хоть что-то. Будто разговор с ними был для него второстепенным. — Господин Форгот ранен, принц Галадриэль убит, и только принц Фальбус покинул столицу целым и невредимым.

Тьма мешала разглядеть их лица, и это раздражало.

Слухи — страшная сила. Они могли разрушить репутацию быстрее, чем пущенная в затылок пуля. Хочешь, чтобы народ возненавидел врага? Пускай слухи. Гауссу совсем не нравилось то, что он слышал. Это ставило под удар не только его господина, но и всех, кто сейчас служит Фальбусу. Однажды какой-нибудь напуганный горожанин просто выстрелит, поверив, что они пришли устроить такую же бойню, как в Рейзине.

— Мы заметили, как в ваш город незаконно вторглись дворфийские силы, нарушив Вершанский договор о демилитаризованной зоне, — Гаусс говорил сдержанно, но уверенно. Он выкрутил все свои речевые навыки на максимум, чтобы звучать убедительно. — Потому, господин Фальбус, как законный наследник решил исполнить свой долг по защите подданных престола и покарать преступников, — Гаусс подался вперед, следя за реакцией эльфов. — Нас отправили проверить обстановку на земле.

— Я так понимаю, милость единоразовая? — язвительно спросил эльф, оглядываясь по сторонам.

— Не понял, — Гаусс чуть нахмурился.

— Это не первое нападение, — голос Ясуды зазвенел от сдерживаемой злобы. — Это сейчас они решили работать в открытую. С того момента как существует эта зона, они жгут наши поля, вытаптывают посевы, даже почву отравляли!

Он резко махнул рукой в сторону выжженной равнины.

— А тут степи, других источников жизни у нас нет! — эльф гневно сжал кулаки. — И когда мы просили императора о помощи, что произошло? Он откликнулся? Он прислал солдат для улучшения безопасности зоны? Он просто решил выдворить этих коротконогих ублюдков которые с еще большей злобой продолжили отравлять нашу жизнь!

Ясуда шагнул ближе, его грудь тяжело вздымалась.

— И даже сейчас, только когда наш город почти пал, когда мои друзья и соратники погибли под проклятыми дворфийскими сапогами, вы наконец-то явились! И ещё строите из себя чёртовых героев и спасителей!

Он кипел, едва сдерживаясь, а в глазах отражались отблески пожаров.

Гаусс не шелохнулся.

— Знали бы мы заранее, они бы даже до вас не дошли, — его голос оставался спокойным.

— Дело даже не в этом, — Ясуда выдохнул, отворачиваясь в сторону развалин. В темноте пылали остатки зданий, искры медленно поднимались в ночное небо. — Последствия этой атаки будем разгребать мы. Только мы. Те, кто чудом пережил этот день. И это только начало, — прошептал он.

Ясуда развернулся, глядя прямо в лицо Гауссу.

— Как один из членов мэрии Кильсамара, я прошу вас покинуть наш город. Немедленно.

Фальбус развалился на стуле в зале собраний, подпирая подбородок и обдумывая рассказ Гаусса.

— Да и пусть катятся в Бездну, эти неблагодарные имбецилы! — фыркнул Перл, резко взмахнув когтистой рукой и с шумом упав в обитое кожей кресло.

— Если такие слухи ходят уже среди простого люда, то среди знати они точно укрепились, — задумчиво проговорила Ева, устремляя взгляд в стол. — Это нам не в пользу.

Фальбус устало провёл рукой по лицу.

— Какая разница? Если я вмешаюсь, только подтвержу все эти грязные сплетни.

— Ты думаешь, эти слухи взялись из ниоткуда? — голос Евы стал жёстче. — Это определённо его рук дело. Он настраивает всех против тебя!

— Даже так. Чем дальше я от политики, тем лучше.

— После того ужаса, что случился в Рейзине, в империи грядут перемены. — Ева шагнула ближе. — И ты, в его глазах, одна из них. Он определённо попытается тебя убрать.

— Я поговорю с ним, когда мы прибудем к Раймону.

— Это будет пустая трата времени! — воскликнула она. — Такие люди, как Форгот, если уже начали, не отступят. Ты только выдашь своё местоположение! Пока он не знает, где ты, у нас есть преимущество!

Фальбус посмотрел на неё с усталым разочарованием.

— Ты так сильно жаждешь войны и чужой крови, даже если её можно избежать?

Ева осеклась. Она ощутила осуждающий взгляд принца, и на мгновение её боевой пыл угас.

— Я делаю это ради тебя и всех, кто на этом корабле! — Более тихо говорила она, в её голосе звучала боль. — Я не хочу, чтобы из-за нашей медлительности мы превратились в беглецов, гонимых и вечно скрывающихся от убийц! Чтобы каждый день был ожиданием смерти — от лезвия в темноте или яда в пище!

— Ева, то, что случилось с тобой, не значит, что это произойдёт и с нами. — вмешался Горсток. — Ты на взводе. Тебе надо остыть.

Она резко повернулась к нему, её глаза вспыхнули гневом.

— Ни тебе судить, что я прошла. И уж точно не тебе говорить, когда мне нужно остыть. — прошипела она, подобно змее.

Фальбус, по-прежнему спокойный, лениво махнул рукой в сторону двери.

— Он прав. Тебе надо остыть.

Ева замерла. Глаза удивленно округлились, сама она резко выпрямилась. Смущенная ответом принца. Но тут же её холодный облик вернулся. Не сказав ни слова, она поклонилась и вышла.

Собрание было закончено. Принц устало упал в кресло. Закрыв глаза руками, он слушал, как присутствующие покидали кабинет. Спустя полминуты, он остался наедине с собой, прислушиваясь к собственному дыханию, учащённому сердцебиению и глухому стуку крови в висках.

— Думаешь твой план удачен, брат? — раздался голос с другого конца комнаты.

Фальбус вздрогнул. Он резко сел, его взгляд метался по кабинету. На противоположной стороне стола, сидела Сайлина.

— Я же говорил, не называй меня так, — проворчал он, снова откидываясь назад и прикрывая глаза.

— Мы здесь одни, никто не услышит, — она потянулась и легла на стол, вытянув руки.

— Лучше не рисковать, учитывая наше положение.

— Думаешь, даже в твоём кабинете могут быть чужие уши?

— Отец говорил, что если не хочешь раскрыть свою тайну то вообще про нее не говори. — Принц горько усмехнулся. — Конечно из меня интригант сомнительный, но совет хороший.

— Не уходи от темы.

Фальбус вздохнул:

— Как бы хорошо я ни знал Форготa, я не хочу доводить дело до кровопролития. Буду тянуть до последнего, пока не останется других способов. Попробую с ним поговорить, но сначала нам нужно место для переговоров. Столица эльфов подойдёт идеально.

— Думаешь, Раймон примет нас?

— Среди высокородных, он единственный кого я могу назвать другом. Я не сомневаюсь в нем. 

Сайлина слегка улыбнулась, положив голову на стол:

— Я тебе доверяю.

— Хотел бы я доверять себе. — Фальбус чуть заметно усмехнулся.

За диалогом Фальбуса и Сайлины через магическую сферу наблюдал Нараз. Он сидел в каюте своего пассажирского дирижабля, когда раздался стук в дверь. Сфера мгновенно исчезла, а внутрь вошли двое — мужчина в кожаной жилетке и гусар в черной форме.

— Сир, — сразу же заговорил гусар, — как там господин Фальбус? Его намерение вступить в войну укрепляется?

— Пока нет, граф Йозеф, но ситуация может измениться, — Нараз отложил посох в сторону. — Как продвигаются ваши гусары? Они прибыли в назначенное место?

— Возникли осложнения. Дворфийские отряды устремились к границе Вершана. Они передвигаются небольшими группами, чтобы их точное число сложно было отследить, — Йозеф тяжело вздохнул и вытер пот со лба. — Из-за этого моим людям пришлось сместиться ближе к побережью и избегать крупных поселений.

— Учитывая, что ваша кавалерия отличается маневренностью, думаю, это не стало проблемой, — заключил Нараз.

— Верно. Сейчас они в сутках пути от границы. Пока Фальбус не примет окончательное решение, отряд затаится на побережье.

— Есть риск, что их обнаружат? — Нараз приподнял бровь.

— Очень маловероятно, — вмешался мужчина в жилетке, опередив Йозефа. — Южный Вершан малонаселен и практически не контролируется.

— Можно было и не перебивать, — Йозеф брезгливо покосился на него, но кивнул. — В целом, он прав.

— Отлично. Надеюсь, все разрешится до того, как их заметят. А что с нордрическими рыцарями, сир Дециус?

— Я расширяю свое «копье», а также веду переговоры с другими домами. Лилурфы и Эйнхорны уже выразили свою поддержку, они попытаются привлечь союзников среди близких им домов.

— Не слишком ли мы торопимся? — Йозеф снова промок лоб платком. В душном доломане, внутри дирижабля, было невыносимо жарко. — Война еще даже не на пороге. Что, если Форготу станет известно о наших приготовлениях?

— Я разговаривал только с главами домов, посредников в нашем общении не было. 

— Даже если Фальбус нас разочарует, война все равно начнется. После "мирной" смены власти, правление никогда не бывает действительно мирным. — Нараз устроился в кресле, сцепив пальцы.

За окном лил проливной дождь. Проблески грозы освещали полутёмную хижину, где за столом сидели пятеро офицеров в серой форме. Среди них был и Вольт.

— Принц Галадриэль мёртв. Его изуродованное тело сейчас в грузовике на заднем дворе. Мы потеряли командование и были выбиты из столицы, как вшивые псы. Каковы дальнейшие планы? — голос старшего офицера со шрамом на переносице звучал тяжело и жёстко.

— Может, сдаться Форготу? — пробормотал другой офицер с залысиной, нервно дёргая плечом.

— Ты совсем идиот? — из полумрака под лампой выступил массивный мужчина с квадратным лицом и тёмными глазами. — И что ты ему скажешь? "Простите, мы всего лишь вступили в сговор с Галадриэлем, чтобы узурпировать власть, а заодно организовали пару военных преступлений"?

— Военных преступлений? — старый офицер нахмурился. — Я что-то упустил?

— Не важно, сейчас не об этом, — ответил темноглазый, отводя взгляд.

— Погоди-ка. Что вы там натворили в южных кварталах? Если нас возьмут, это могут повесить и на меня! 

— А ты уже ручки в кандалы потянул, Лукас? — усмехнулся молодой офицер.

— Слышь ты, сопляк, — старший медленно сжал кулак. — Ещё одно язвительное слово, и я покажу тебе, что такое армейская порка. Раз твой батя не научил, так я научу.

Он что-то наматывал на кулак, но в полумраке было не разобрать.

— Ну давай, попробуй, — ухмыльнулся темноглазый, наклоняя голову. — Глядишь, не только солдат на пулемёты кидать умеешь.

— Заткнулись все! — Голос резко прорезал напряжённый воздух.

Над столом появилось пятое лицо — худощавый мужчина с продолговатым лицом, острым подбородком и впалыми глазами. Его телосложение напоминало саженец дерева.

— Никто к Форготу не пойдёт, и до имперского суда нас не доведут. С нами будут считаться.

Он ткнул пальцем в карту, указывая на северо-западные области континента.

— Окопаемся в Вольфсбурге и его окресностях, там нас будет тяжело взять. 

— Вы что?! — Вольт вскочил со скамьи. — Адемар, ты предлагаешь устроить военную хунту?!

— Какие-то возражения? — Адемар приподнял бровь, затем медленно снял перчатку и убрал её в нагрудный карман. 

— Послушайте меня внимательно. Вы знаете, кто такой Форгот и кто его цепная собачка Фергюсон. Если сдадимся им, нас превратят в показательный урок. Будем висеть на столбах в Рейзине.

— Н-нет! Вы сошли с ума! — Генерал с залысиной резко вскочил, пятясь к выходу. — Я в этом участия не принимаю! За такое нас живьём сдерут! Я со своими людьми ухожу обратно в Рейзин, я...

Выстрел разорвал тишину.

Генерал замолк, едва успев открыть рот. Его тело, словно тряпичная кукла, рухнуло на бок.

— Ты что творишь, мать твою?! — Лукас инстинктивно потянулся к кобуре.

— Стоять! — Адемар молниеносно приставил револьвер к его лбу. В другой руке он уже держал второй.

— Его люди нам ещё пригодятся. Нечего отправлять их Форготу на подносе. Ты понял меня?

Лукас сжал зубы, гневно сузив глаза.

— Да.

— Вот и хорошо. — Адемар плавно убрал оружие в кобуру. — Сворачивайтесь. Выходим в поход на Вольфсбург. Мы должны прибыть туда раньше, чем Фергюсон и его бараны успеют пошевелиться.

Фергюсон чеканил шаг, прохаживаясь по коридорам дворца. На каждом шагу он натыкался на последствия пожара: окна, завешенные брезентом, закопчённые потолки, выгоревшие до основания комнаты. Всю мебель пришлось выбросить. В какой-то мере он испытывал облегчение — дворец не сгорел полностью. Ему нравилось уникальное сочетание двух архитектурных стилей, и потеря этого места наверняка оставила бы в душе пустоту.

Некоторые шпили и этажи обрушились во время перестрелок между дирижаблями и зенитными орудиями.

Во дворе его ждала такая же удручающая картина. Красивые аллеи и сады превратились в выжженную пустошь, а в южном дворе до сих пор расчищали завалы сгоревшей воздушной гавани.

Из-за оплавленных, искорёженных ворот торжественно въехал экипаж с открытым верхом, описав круг у разбитого фонтана. Кучер демонстративно вскинул руку в приветствии.

Когда карета остановилась у самых ступеней дворца, из неё с лёгкостью спрыгнул высокий мужчина в белом деловом пиджаке. В его руке легко покачиваласб одиозная трость ярко-коричневого цвета. Это был платиновый блондин, лет пятидесяти, с длинными кудрями до плеч, ухоженными закрученными усами, с аккуратной бородкой.

— Генерал Фергюсон, моё почтение. — Он резко выпрямился и отдал честь, отчего казался ещё выше.

— Генерал Асфодекс. — Фергюсон легко улыбнулся, прищурившись. — Рад, что вы откликнулись на наш призыв.

— Ой, генерал, неужели вы про нас забыли? — раздался игривый голос из кареты.

Фергюсон перевёл взгляд. Изнутри протянулась изящная рука в перчатке, и старый генерал тут же подал свою.

— Ох, голубка, забыть про вас — всё равно что забыть, что солнце сияет на небе.

Асфодекс с лёгким поклоном помог девушке выйти, затем подал руку второй, выходящей следом.

— Простите, генерал Фергюсон, не представил вас. — Мужчина встал между двумя дамами, обняв их за талию с лёгкой усмешкой. — Мои спутницы: мадам Сильвия Картильская, и её очаровательная сестра Вероника Картильская.

— Очень приятно! — почти хором произнесли девушки.

Они были словно отражением друг друга. Одна — с кукурузными локонами, в элегантном синем платье. Другая — в тёмно-жёлтом наряде, с собранными в пучок волосами цвета неба. Их платья отличались многослойностью: широкие в подоле, они постепенно сужались к талии. Короткие рукава оставляли руки открытыми, но от пыли и грязи защищали длинные оперные перчатки.

— И мне крайне приятно, — с лёгким замешательством выдавил Фергюсон, оглядев обеих с головы до ног. Мысль о том, что они здесь делают, не давала ему покоя.

— Прошу прощения, генерал, но встреча с императором носит приватный характер. Ваши спутницы могут подождать вас в гостиной.

— Дамы, вам придётся немного подождать. — Асфодекс элегантно шагнул вперёд, развернулся на каблуках и, с поклоном, поочерёдно коснулся губами внешней стороны их ладоней.

Девушки издали разочарованное, почти синхронное мычание, что невольно смутило Фергюсона. Он знал о репутации генерала как неисправимого бабника, но не ожидал, что тот явится на столь важную встречу в таком сопровождении. На мгновение он задумался, как бы отреагировал сам Форгот, если бы встречал их лично.

Под присмотром пары служанок, девушки направились в соседнее крыло, в то время как оба офицера вошли в главный зал дворца.

— Серьезно же потрепало дворец, — Асфодекс щёлкнул пальцами, лениво шаркнув подошвой по полу. — Последний раз я видел его в таком состоянии во время Войны в Проливе, но даже тогда он не пострадал так сильно, как сейчас.

— В него врезалось целое судно, да еще и обстреливали обстрелы... Скучные будни. — С сарказмом выпалил мужчина. 

— Чудо, что хоть что-то уцелело.

Фергюсон резко сменил тему: 

— Я слышал, вы недавно встречались с генералом Бисмарком?

— А вы прям все знаете, да? — усмехнулся Асфодекс, почесав нос. — Лучше поменяйте своих агентов, а то работают топорно. Я сначала даже не понял, зачем кому-то за мной следить, а теперь всё ясно.

— Ох, простите, мне даже неловко, — Фергюсон наигранно приложил ладонь к губам. — Но слежка была не за вами, а за Бисмарком. Учитывая его отношения с Форготом, от него можно ожидать чего угодно.

— Бисмарк!? Да он уже старый хряк-алкоголик, который отошёл от дел после объединения континента. Всё, на что он сейчас способен — ностальгировать по былым временам и поливать грязью тех, кто ему не по душе. И за это ему даже слова не скажут еще и заплатят. — Асфодекс задумчиво покачал головой. — Честно говоря, я бы тоже хотел так провести свою пенсию... если она у меня когда-нибудь будет.

— Не планируете уходить на покой? — Фергюсон улыбнулся краем губ.

— Покой я увижу только тогда, когда мозг сдастся маразму, а ноги перестанут таскать меня по этой грешной земле, — хмыкнул генерал. — Как говорил Бисмарк: "Покой нам только снится. Стоит расслабиться в кресле, как наступает кирдык".

— Но ведь сам он уже фактически на покое.

— Чепуха! — фыркнул Асфодекс. — У него просто свои причины не служить. В будни он жрёт как свинья, при этом активно проводя время, а по выходным вполне себе трезвенник.

— Удивительный образ жизни, — коротко рассмеялся Фергюсон, но тут же осёкся.

— А я про что? Потому и хочу такую же пенсию. Но если вы рассчитывали вытянуть из меня что-то про Бисмарка — хрен вам. Долг есть долг, но доносить на друга я не планирую.

— Дело не в этом. Мой господин сам всё объяснит. Мы уже на месте. — Фергюсон постучал в дверь.

Асфодекс удивился, как быстро пролетела прогулка по дворцу. Двери отворились, и они вошли в просторную спальню. У кровати суетились две служанки, меняя постельное бельё. У окна перед письменным столом стояли двое врачей, возившихся с мед. инвентарем. В самой кровати, полулёжа, находился Форгот — с обнажённым торсом и повязкой на голове.

— Ваше величество Форгот, — Фергюсон поклонился, отступая в сторону. — Генерал Асфодекс, граф Вассенбурга.

— Ваше величество, — резко выступил вперёд Асфодекс, опускаясь на одно колено. — Позвольте поздравить вас и принести свою клятву верности, вверяя свою жизнь в ваши руки.

— Генерал... — Форгот тяжело выдохнул и положил ладонь на голову мужчины. — Я принимаю вашу жизнь, как и жизни тысяч других подданных. И моя длань будет с мудростью направлять вас. Встаньте.

— Премного благодарен, государь, — сдержанно кивнул Асфодекс. — Но вы же меня позвали не только ради клятвы?

— Верно. Со смертью моего отца, и возложенной на меня властью, мир в империи оказался под угрозой. Поэтому я назначаю вас командующим в Пумильском губернаторстве.

— Командовать в дворфийском регионе?! — он удивлённо приподнял брови. Неожиданное повышение застало его врасплох. — Это большая честь, и я её с радостью приму... но почему именно я?

— В столь трудное время, мало кому доверия, но вы заслужили его ещё во время Войны в Проливе. Я полагаюсь на вас. — Форгот сел на край кровати, разминая шею. Его жилистые, широкие плечи переливались в солнечном свете. — В Вершане сейчас неспокойно. Там проходят ожесточенные стычки между местными дворфами и эльфами. Из-за обострения конфликта, дворфы Пумильо стягивают туда войска.

— А как же императорский дозор, почему он не препятствует им?

— Мы сами в замешательстве, сейчас туда отправилась комиссия, дабы проверить их компетентность.

— Почему тогда наша жандармерия не пытается угомонить эти беспорядки?

— Столкновения жестче, чем когда-либо за всю историю зоны, — ответил Фергюсон. — Жандармы заперлись в своих участках и не показываются. Их численность просто недостаточна, чтобы усмирить бунты такого масштаба.

 — Асфодекс, поручаю вам сформировать из подразделений второй армии экспедиционный корпус и направиться к границе Вершанской демилитаризованной зоны.

Вставая при помощи Фергюсона, он оперся на кровать и продолжил:

— Действуйте от моего имени и по собственному усмотрению. — Говорил принц проводя рукой по лбу и срывая повязку. — Наделяю вас повышенными полномочиями. Приступайте немедленно!

— Слушаюсь! — Асфодекс резко выпрямился, отдал честь и поспешно удалился.

Форгот устало вздохнул, подошел к окну и жестом приказал всем кроме Фергюсона выйти.

— Империя существует всего лишь полтора поколения... Когда же она успела так ослабеть?

— Империи никогда недолговечны, господин, — спокойно заметил Фергюсон. — Их жизнь продлевается лишь усилиями их слуг и правителей.

— Когда правил мой отец, все казалось стабильным.

— Лишь на первый взгляд, — генерал неторопливо прохаживался по комнате, рассматривая медицинские инструменты. — Отсутствие серьезных войн и умение вашего отца находить компромиссы, были лишь укреплением песочного замка перед волной, которая обязательно нахлынет после его смерти.

— Ты считаешь, эта волна уже близко?

— Пока мы видим лишь ее первые капли.

Форгот ненадолго задумался, затем сменил тему:

— Что с Фальбусом?

— Его "Возмездие" взяло курс на княжество Нагаими.

— К эльфам, значит... — Принц тяжело вздохнул.

— Прикажете что-то предпринять?

— Будь у нас иные обстоятельства, я бы велел не вмешиваться. Но сейчас слишком рискованно надеяться, что одна песчинка удержит песочный замок.