♥♥♥ Ученический совет и причина, по которой я поступил в эту школу

— Эй, эй! Бывший президент ученического совета — он же твой брат, верно, Арисугава-сан?

Вопрос задала Синодзаки, одна из самых энергичных девочек в классе.

Это было сразу после школьной линейки, и в её голосе звучало неподдельное возбуждение, когда она повернулась к Юки.

— Да, это мой брат.

Юки ответила совершенно ровным тоном, не отрывая глаз от справочной книги, лежавшей перед ней.

— Я так и знала! Слушай… а у него сейчас есть девушка?

— Не знаю. Понятия не имею, есть ли у него кто-то на данный момент.

— Ого, значит, раньше девушки у него были. Ну ещё бы, с такой внешностью. Если он сейчас свободен, я думала, может, попробовать к нему подкатить…

— Лучше даже не пытайся.

Юки тихо пробормотала это себе под нос.

— А? Почему?

Не дожидаясь дальнейших расспросов, Юки встала и вышла из класса.

Арисугава Юма.

По словам Юки, он был невероятно талантливым, но при этом невыносимым бабником с отвратительным характером.

Хотя сам я о нём почти ничего не знал.

Мы встречались всего один раз. Всё, что я о нём слышал, я узнал исключительно от Юки.

Судя по тому, что я видел сегодня на линейке, он не показался мне плохим человеком.

Может, он просто притворяется? Или Юки немного преувеличила?

Одно я знал точно — он был ключом к тому, чтобы завоевать нынешнюю Юки.

«Я так старалась, пыталась его превзойти… но так и не смогла».

Она говорила это в будущем.

Из всего, что рассказала мне Юки, её брат был прирождённым гением.

А сама Юки — трудягой-интеллектуалкой.

После свадьбы я понял, насколько она на самом деле может быть неуклюжей.

Но при этом у неё была железная воля. Благодаря одному лишь упорству она смогла встать на один уровень с гением.

Именно поэтому она никогда не принимала приглашения погулять — у неё не было времени на пустую трату.

Её комплекс из-за того, что она так и не смогла превзойти брата.

Если я не помогу ей преодолеть это, у неё никогда не будет той весёлой и насыщенной школьной жизни, о которой мечтала её будущая версия.

Первое, что мне предстояло сделать —

это помочь Юки победить Арисугаву Юму.

＊　＊　＊

— Слушай, ты серьёзно собираешься вступить в ученический совет?

— Ага. Буду рад работать вместе.

После уроков я шёл следом за Юки по направлению к кабинету ученического совета.

Сегодня был день, когда первокурсники знакомились со второкурсниками.

Я уже знал, что Юки вступит в совет — мне об этом рассказала её будущая версия.

— А закон о преследовании действует и на территории школы?

— Ой. Жёстко… особенно по отношению к другу.

— С каких пор мы стали друзьями?

— Один великий исторический деятель однажды сказал: «Дружба возникает ещё до того, как ты это осознаёшь».

— И кто это сказал?

— Токугава Иэясу.

— Точно не он!

Юки тяжело вздохнула, явно раздражённая.

Хм. Будущая Юки обычно смеялась над такими шутками.

— Да ладно тебе, не будь такой. Мы оба не очень-то богаты друзьями — давай ладить.

— Не равняй меня с собой. У меня есть друзья! …Просто они не учатся в этой школе.

Да, это довольно серьёзный минус, не так ли?

— Большинство одноклассников вообще невозможно нормально поговорить! Если я схожусь с парнем, он сразу признаётся. А девчонки… они только болтают о всякой ерунде: чем занимаются в свободное время, кто кому нравится, сплетничают за спиной… Всё такое низкопробное. Я не могу с этим никак соотноситься.

«………………………………»

Слишком низкопробно, чтобы с этим соотноситься, да?

Её будущая версия говорила точно то же самое.

Но при этом она сильно об этом жалела.

Она говорила, что хотела бы быть менее упрямой и завести больше друзей.

Даже сейчас она не была полностью защищена от одиночества.

Это было очевидно — она ни разу не сказала «мне не нужны друзья».

— Ну тогда всё в порядке. Я не сплетничаю за спиной и не буду грузить тебя бессмысленной болтовнёй.

— А то, что ты нёс последние несколько минут, это разве не была бессмысленная болтовня?

Это просто тебе показалось.

— Кстати, я давно хотела спросить…

На середине лестницы Юки остановилась и обернулась ко мне.

— Мы с тобой встречались где-нибудь до поступления в эту школу?

Она, наверное, имела в виду тот день в декабре прошлого года, на мосту, ведущем в соседний город.

Мы тогда поговорили всего несколько секунд, и я думал, что она забыла, — но, похоже, она всё-таки помнила, пусть и смутно.

— Подожди, ты сейчас со мной флиртуешь?

— Что?! С чего ты взяла?!

— Это же классическая фраза для подката, разве нет?

— Забудь. Я, наверное, ошиблась.

Вздохнув, Юки отвернулась и продолжила подниматься по лестнице.

Наверное, лучше не упоминать ту зимнюю встречу. Если она узнает, что я расспрашивал, в какую школу она собирается поступать, то точно решит, что я сталкер. Хотя… технически я им и являюсь.

— Кстати, я так и не поняла — почему в ученический совет такой жёсткий конкурс?

Всего три места для первокурсников, а заявок подали семнадцать человек.

В такой школе, как Ситибо Академия, где на первом месте стоит академическая успеваемость, отбор шёл по рангу в рейтинге.

Поскольку я был первым, а Юки — второй, нас приняли вместе с третьей по рейтингу — девушкой по имени Ниидзума.

По словам учителей, в прошлом году тоже взяли первых трёх по рейтингу.

Мне лично работа в ученическом совете казалась просто лишней головной болью.

— Ты невероятный. Подал заявку, даже не зная о преимуществах?

— Преимуществах?

— В Ситибо Академии каждые несколько месяцев проводят встречу выпускников — особое мероприятие для общения с самыми успешными выпускниками. Там бывают не только директора крупных корпораций, но и высокопоставленные политики. И попасть туда могут только действующие члены ученического совета.

— То есть если вступить в совет, можно завести полезные связи с такими людьми?

— Именно.

Это имело смысл.

Завести связи с влиятельными людьми в долгосрочной перспективе было огромным преимуществом.

Связи ценнее денег — это я усвоил на собственной шкуре, когда поднялся на вершину компании.

— Это помогает при трудоустройстве в крупные корпорации, получении рекомендательных писем… Чем чётче твои карьерные цели, тем ценнее становятся эти связи.

— Хм. А у тебя есть какие-то конкретные цели, Арисугава?

— Я…

Юки замялась.

Её отец уже решил, в какой университет она пойдёт и где будет работать.

Скорее всего, у неё не было ничего, что она могла бы по-настоящему назвать своей мечтой.

Скорее всего, она вступила в ученический совет только потому, что хотела стать президентом лучше, чем её брат.

— К слову, моя мечта — найти милую жену.

— Отлично. Надеюсь, ты найдёшь кого-нибудь… кроме меня.

— О? Значит, ты знаешь, что ты милая.

— Заткнись.

Юки пробормотала это и ускорила шаг вверх по лестнице.

＊　＊　＊

— Прошу прощения. Меня зовут Арисугава Юки, с сегодняшнего дня я буду состоять в ученическом совете.

Когда мы вошли в кабинет, внутри уже находились двое.

Одна из них — президент ученического совета, Миками Сидзука.

Она сидела за столом у окна, перед ней стояла табличка с надписью «Президент», и она сосредоточенно заполняла какие-то документы.

Второй был парень в очках, сидевший за столом с надписью «Казначей» в правом углу комнаты и печатавший на ноутбуке.

Ноутбук был весь обклеен аниме-стикерами — одного взгляда хватало, чтобы понять: он отаку.

— О, вы рано пришли.

Президент подняла взгляд, посмотрела на нас двоих и сказала:

— Извините, Риса — вице-президент — ещё не пришла. Пока расслабьтесь и выпейте чаю.

Она лично заварила нам чай, и по кабинету разлился успокаивающий аромат чёрного чая.

— Присаживайтесь вот сюда.

— А, спасибо.

Юки, как и следовало ожидать, села в самый дальний угол дивана — максимально далеко от меня. Как трагично.

— Ой… горячо.

Она сделала глоток и сразу же отдёрнулась — у неё оказался «кошачий язычок». Мило.

Потягивая чай, приготовленный президентом, я оглядел кабинет ученического совета.

Он был немного меньше обычного класса. Вдоль стен стояло шесть столов для руководства.

В центре находился большой стол с двумя диванами напротив друг друга — скорее всего, для приёма гостей. Именно там мы и сидели.

Стены были украшены грамотами и дипломами, а также висел ряд табличек с именами предыдущих президентов ученического совета.

В самом правом конце появилась новая табличка — 69-й президент ученического совета Миками Сидзука.

— Как чай?

— Очень вкусный. В следующий раз, пожалуйста, не утруждайте себя — мы сами всё приготовим.

— Всё в порядке. Мне нравится заваривать чай. К тому же я не люблю строгую иерархию, так что не нужно со мной слишком официально.

Президент элегантно отпила чаю и перевела взгляд на Юки.

— Арисугава… значит, ты младшая сестра Юмы-сенпая, верно?

— …Да.

На лице Юки едва заметно дрогнуло выражение.

— Как и следовало ожидать от брата и сестры — оба невероятно талантливы.

— Нет… я на втором месте. Брат был первым.

— Рейтинги — это всего лишь относительная оценка. Это не значит, что ты ему уступаешь.

— …Наверное.

Мягкий тон президента, похоже, немного успокоил Юки.

Похоже, она уже заметила комплекс Юки по отношению к брату.

Даже в будущем Юки относилась к ней как к старшей сестре. Со временем эти двое наверняка сблизятся.

— Извините, я опоздала!

Дверь кабинета с грохотом распахнулась, и в комнату влетела девушка с светло-каштановыми волосами, собранными в боковой хвост.

На ней были свободные носки, а комнатные туфли были надеты на пятки. Кардиган был завязан вокруг талии.

Юбка едва соответствовала дресс-коду, а сумка была увешана ремешками и брелоками.

С её загорелой кожей она выглядела настоящей гяру эпохи Хэйсэй — редкое зрелище в наши дни.

— Риса, ты опоздала на пять минут.

— Прости-прости! Команды по лёгкой атлетике и футболу опять ругались, пришлось их разнимать.

Она запрыгнула на стол вице-президента, расстегнула верхнюю пуговицу формы и обмахнулась рукой.

— Лёгкая атлетика и футбол… они спорили из-за площадки?

— Не-а. Они спорили, что лучше — «Киноко но Яма» или «Такэноко но Сато».

Знаменитая война грибов и бамбука, значит?

— Я их заткнула, сказав, что лучше шоколад Godiva.

Вот это читерство! Какая нестандартная личность.

— Так это и есть новые первокурсники? Э? Их всего двое?

— Ах, насчёт Ниидзумы — она связалась и сказала, что берёт академический отпуск.

— Академический отпуск? Школа началась меньше месяца назад.

— Она болеет?

— Нет, по словам учителей, она актриса. Её текущая пьеса должна была закончиться в начале апреля, но её продлили ещё на месяц.

— Актриса, значит…

Меня удивило не то, что она актриса, а то, что она умудрилась занять третье место в рейтинге, совмещая учёбу с карьерой.

— Нормально ли принимать в совет человека, который уже в отпуске?

— Она пообещала, что после окончания пьесы сосредоточится на учёбе. Пока что вам двоим, возможно, придётся работать чуть больше, но я тоже помогу прикрыть.

— Поняла. Мы постараемся справиться.

Юки сразу же ответила, словно хотела доказать свою полезность.

— Значит, пока нас только двое?

— Не говори это таким жутким тоном. И мы не одни — здесь ещё старшекурсники.

Юки мгновенно отреагировала, не давая мне даже подумать о чём-то странном.

— Ладно, давайте официально представимся.

Президент хлопнула в ладоши, выпрямилась и вежливо поклонилась.

— Я Миками Сидзука, 69-й президент ученического совета. Поскольку я уже представлялась на выборах, подробности опущу. Но если будут вопросы — спрашивайте не стесняясь.

Её добрый голос и спокойная улыбка буквально излучали святое сияние.

Мягкие манеры и изящное поведение — сразу было понятно, почему её так все уважают.

— Да! У меня есть вопрос! У тебя есть парень?

Гяру Риса озорно улыбнулась и подняла руку.

— А это наша вице-президент, Симодзоно Риса, местная нарушительница спокойствия. Переходим дальше — наш казначей…

— Эй, эй! Не пропускай мою презентацию вот так! Я тоже могу быть серьёзной!

Риса в отчаянии вцепилась в президента.

— Ты точно больше не будешь дурачиться?

— Это невозможно. Просить меня не шутить — это как подавать карри с котлетой без самой котлеты.

Какая уверенность. Хотя, честно говоря, она, наверное, и без котлеты справилась бы.

Пока раздражённая президент пыталась её оттолкнуть, Риса игриво подмигнула и сказала:

— Привет-привет! Я Симодзоно Риса, ваш вице-президент! Мы с Сидзукой — подруги детства с начальной школы, очень близкие!

Подруги детства, значит?

Их характеры казались совершенно противоположными, что было удивительно, но в то же время объясняло, почему они так легко обмениваются лёгкими подколками.

— Я только в этом году вступила в совет, так что пока не разбираюсь, как здесь всё работает. Но не переживайте — я компенсирую это своим невероятным талантом и безграничной популярностью. Поэтому, дорогие первокурсники! Если у вас будут вопросы по работе — не спрашивайте меня. Спрашивайте кого угодно, только не меня!

«………………………………»

Я покосился в сторону.

Юки хмурилась, плотно сжав губы.

Да, я так и думал, что она не сойдётся с таким типом человека.

Президент вздохнула и потёрла виски.

— Если она будет вас доставать, сразу говорите мне. Пару хороших подзатыльников обычно её исправляют.

Это… звучало как способ починить сломанный телевизор.

И вот, последнее представление.

Парень в очках, который всё это время сидел за столом казначея, наконец впервые за сегодня заговорил.

— Я Сугэта Ботаро, казначей.

Ого. Какой глубокий голос.

Такой баритон мог бы посоперничать с профессиональными сэйю.

— Смешно, правда? Он полный отаку, а голос у него просто убийственный!

Риса громко рассмеялась и хлопнула Сугэту по спине.

Согласно результатам выборов, он, как и президент, перешёл из прошлого состава. Видимо, уже в прошлом году был казначеем.

— Ну… эээ… будем рады работать вместе.

С этими словами Сугэта снова сел.

Он казался тихим парнем — полная противоположность Рисе.

— Ладно, теперь ваша очередь, первокурсники. Пожалуйста, представьтесь.

Пока я раздумывал, кому начинать, Юки ткнула меня локтем в живот.

Значит, начинать мне.

— Меня зовут Судзухара Масаоми. Буду рад работать вместе со всеми. Эээ… о чём мне рассказать…?

Чёрт. Я совсем не подготовился к представлению.

— Может так — у кого-нибудь есть вопросы? Я лучше на них отвечу.

— О, о! У тебя есть деву—кх!

Вице-президента мгновенно заткнули локтем от президента.

Ага. Значит, она здесь официальный «прямой человек».

— В таком случае, — спокойно продолжая вдавливать локоть в живот Рисы, произнесла президент, — расскажи, почему ты решил вступить в ученический совет?

— А, точно. Причина, по которой я вступил… пожалуй, меня заинтересовала работа ученического совета. Также я подумал, что это отличная возможность для саморазвития…

Я на ходу выдал стандартное вежливое объяснение.

Пока я говорил, рядом тихо пробормотали:

— Вау. Это была самая гладкая ложь, которую я когда-либо слышала.

Хм. Может, просто сказать правду?

Рано или поздно они всё равно узнают, так что лучше сказать сразу.

— …На самом деле это был просто вежливый ответ.

— А?

Я откашлялся, бросил быстрый взгляд на Юки и сказал:

— Настоящая причина в том, что мне нравится Арисугава, и я хочу быть рядом с ней.

В кабинете повисла полная тишина.

— Ч-ч-чтооо…!?

Лицо Юки медленно заливалось краской.

Было кое-что, чего не знал никто, кроме меня —

Несмотря на то, что Юки уже много раз отказывала в признаниях, она была слаба против внезапных атак.

Она хорошо умела отказывать только тогда, когда ожидала признания.

Она наверняка даже представить не могла, что я выкину такое, да ещё и перед всем ученическим советом.

Её обычное холодное выражение лица мгновенно рухнуло, даже уши покраснели.

— Ахахахаха! Никогда не видела, чтобы кто-то признавался во время своего представления!

Риса громко расхохоталась. Президент же застыла в шоке.

— Подожди… это было… твоё первое признание?

— Нет. Меня уже один раз отвергли.

Ну, технически я тогда только спросил, что будет, если я признаюсь.

Это был первый раз, когда я сказал это напрямую.

— Тебя отвергли? И ты всё равно не сдаёшься?

— Моё самое сильное качество — упорство.

Подождите, почему это прозвучало так, будто я прохожу собеседование при приёме на работу?

— Одобряю! Я думала, ты будешь скучным, но этот парень мне нравится!

Риса показала большой палец, выглядя крайне довольной.

— Хм… Это первый раз, когда в ученическом совете завязывается роман, — пробормотала президент, явно озадаченная.

— Подождите! Стойте! У меня нет к нему никаких чувств!

Юки отчаянно пыталась развеять недоразумение.

— Пока что.

— На всю жизнь!

Она схватила лежавший рядом буклет, свернула его в трубочку и шлёпнула меня по голове.

Эй! Не порти мне мозговые клетки!

— Ладно, теперь твоя очередь, Арисугава-сан.

— А, д-да!

Явно всё ещё смущённая, Юки кое-как пробормотала своё представление.

Зная её, она наверняка подготовила что-то формальное и хорошо структурированное, но я полностью разрушил все её планы.

— Вот подожди, позже…

Слёзы слегка блестели в её глазах, когда она гневно посмотрела на меня. Кажется, на этот раз я её действительно сильно разозлил.

— Вау, серебряные волосы! Никогда таких не видела. Такие шелковистые!

Риса внезапно подошла к Юки и протянула руку, чтобы потрогать её волосы.

Ой-ой. Это было похоже на то, как кто-то пытается погладить дикого зверя.

Но, к моему удивлению, Юки не огрызнулась.

Хотя… она злилась, но сдерживалась.

Всё-таки Риса была старшекурсницей и вице-президентом. Даже у Юки были свои пределы.

Честно говоря, она выглядела как кошка, которая неохотно терпит ласку назойливого хозяина.

— В прошлом году в совете тоже были красивые девушки, но в этом году состав просто следующий уровень!

— Согласна! Все красотки, и у каждой свой вайб. Мы могли бы дебютировать как айдол-группа!

— Знаешь, это могло бы сработать. Контраст стилей точно понравился бы широкой аудитории.

Пока мы с Рисой с энтузиазмом обсуждали эту идею, Юки тяжело вздохнула рядом.

— Это совсем не то, что я себе представляла, когда думала об ученическом совете…

Она выглядела полностью разочарованной.