Глава 2. Посвящение в члены школьного совета

— Судзухара-кун. Как продвигается отчёт о статусе на следующую неделю?

— А, да. Уже примерно наполовину готов, планирую закончить послезавтра.

С приходом Каэдэ наконец собрались все шестеро членов школьного совета, и новый состав начал работу.

Для начала нам нужно было объяснить Каэдэ, чем вообще занимается совет.

— …и вот так примерно. После одобрения президента нужно ещё получить одобрение Минaсe-сэнсэй, так что будь внимательна.

— Поняла. Запомнила.

По решению президента мы с Юки были назначены ответственными за обучение Каэдэ. Это было логично — мы же её одногодки.

— Хорошо, теперь настроим рабочий компьютер. Включай.

— Есть!

Юки обращалась с Каэдэ совершенно нормально, будто того «объявления войны» никогда и не было.

Каэдэ тоже вела себя с Юки по-своему ярко и жизнерадостно.

Наблюдая за ними, я ещё раз убедился: они действительно полные противоположности.

Юки — как кошка: не очень ловко ладит с людьми.

А Каэдэ — как собака: дружелюбна абсолютно со всеми.

По крайней мере сейчас я был рад, что в школьном совете не повисло напряжение.

— Пароль хранится в школьной системе. Позже дам тебе записку с ним, только не потеряй.

— Не волнуйся. Я уже запомнила, когда смотрела раньше.

— Не может быть, чтобы ты запомнила так быстро…

— T5Cy318Gp9, верно?

— …Точно.

Юки посмотрела на неё с недоверием.

— У меня всегда была хорошая память, — гордо сказала Каэдэ, выпятив грудь.

— Она была потрясающей ещё в начальной школе на конкурсе по заучиванию цифр числа π. Говорят, она выучила до 600 знаков, но организаторы подготовили только до 500, так что на середине никто уже не понимал, правильно она говорит или нет. Получился редкий инцидент.

— А-а, вспоминается… Я заняла первое место, но в грамоте так и написали: «Выучила до ___-й цифры числа π», а место оставили пустым.

Юки шепнула мне:

— Эй, эй, она всегда была такой невероятной?

— Ага. В нашем году Каэдэ была самой умной.

— Вот как…

Юки прикусила нижнюю губу с досадой и спросила:

— Слушай, а как ты запомнила это только что? Есть какой-то секрет?

— Хм… Трудно объяснить словами.

— У тебя что, фотографическая память или что-то такое?

— А, фотографическая память? Нет, ничего такого особенного у меня нет.

Каэдэ слегка покачала головой.

— Я просто связываю то, что хочу запомнить, с разной информацией в голове. Например, для пароля я запоминаю не только сами символы, но и цвета, запахи, шрифт — всё вместе. Плюс заставляю себя думать: «Это очень важно!» Это тоже помогает.

Она показала пальцем на область лба:

— Представляю, что использую вот эту часть мозга. Когда привыкнешь, всё легко.

— Легко, говорит она…

И Юки, и президент уставились на Каэдэ с выражением «ну-ну, конечно».

Я и раньше подозревал, но Каэдэ была того же типа гения, что и Юума.

Честно говоря, мне следовало догадаться ещё в тот момент, когда она поступила в эту школу третьей по результатам, при этом работая актрисой.

— Йо, всем привет. Вижу, вы тут усердно трудитесь.

Вице-президент появилась всё ещё в спортивной форме — видимо, только закончила помогать с клубными делами. На шее у неё висело светло-голубое полотенце, и она слегка вспотела.

— А-а, как приятно от кондиционера…

Она встала перед кондиционером и начала обмахивать свою форму, чтобы охладиться. Мы с Сугитой-сэмпаем быстро отвели взгляды, чтобы нас не поймали.

— Каэдэ-тян, как продвигается работа? Есть что-то непонятное?

— Пока всё нормально!

— Если что-то будет непонятно, смело спрашивай у Сидзуки.

— Эй, а почему не у меня, Риса-сэмпай!?

— Ха! Как и ожидалось от девочки, воспитанной в стиле осакских подколов. Остро!

— Спасибо!

Вице-президент и Каэдэ мгновенно нашли общий язык. Видимо, энергичные натуры притягиваются.

Они уже называли друг друга по именам, а вчера вообще увлечённо обсуждали косметику.

— С приходом Ниицума-сан стало так оживлённо, — тихо проговорила президент, глядя на них.

— Ха-ха. Извините за это.

— Почему ты извиняешься, Судзухара-кун? Мне, наоборот, нравится, когда весело.

Президент тепло улыбнулась. От этих слов на душе сразу стало легче.

— Раз уж собрались все первокурсники, давайте определимся с должностями?

— Точно, мы ещё не распределили роли для первокурсников. Какие позиции остались?

— Общие дела, Связи с общественностью и Секретарь.

Президент, вице-президент и казначей (отвечающий за финансы) — все были второкурсниками.

Три оставшиеся должности, если честно, были довольно вспомогательными.

— Президент в прошлом году была секретарём, верно?

— Да.

— Тогда я хочу быть секретарём.

Юки энергично подняла руку.

— Хм. Тогда, пожалуй, я возьму Связи с общественностью. У меня громкий голос, как-никак!

— Подожди, ты вообще понимаешь, чем занимается отдел по связям с общественностью?

— А? Разве это не то, где, если что-то случается, нужно залезть на крышу школы и объявить в мегафон?

Нет, это неправильно. Что это за пещерный метод? Пользуйся системой оповещения.

— Значит, мне остаются Общие дела.

У меня не было особых предпочтений, поэтому я просто взял оставшуюся роль.

Когда мы доложили о своём решении президенту, она радостно улыбнулась.

— Отлично. Всё именно так, как я и думала.

Только я подумал, что всё уладилось—

— Эй, ты правда нормально относишься к тому, что тебе достались только Общие дела?

— А? Почему?

— Общие дела — это такая… разноплановая должность. По сравнению с остальными её часто недооценивают…

А, вот оно что.

— Если ты на самом деле хотел быть секретарём или заниматься связями с общественностью, нам стоит нормально это обсудить—

— Нет, у меня правда нет особого желания занимать какую-то конкретную роль. К тому же Общие дела тоже важная работа, разве нет? Типа незаметного героя.

— Верно. Общие дела часто считают низкой позицией, но я так не думаю. Это роль поддержки всего совета, поэтому требуются гибкие коммуникативные навыки и широкие знания. Именно поэтому я считаю, что такой внимательный человек, как Судзухара-кун, идеально подходит.

Президент вступилась за меня.

— Если ты правда не против…

Юки покрутила прядь волос и отвела взгляд.

— Спасибо, что беспокоишься обо мне.

Я обошёл её и сказал с лёгкой улыбкой:

— Это не то чтобы я беспокоилась о тебе или что-то такое. Просто не люблю, когда талантливых людей не ценят по достоинству, вот и всё.

Любой бы понял, что это просто её способ скрыть смущение.

Краем глаза я заметил, как президент тепло улыбается.

＊　＊　＊

— Салат с морепродуктами, хрустящий картофель фри… и шесть стаканов с напитками, пожалуйста.

Вечер. Закончив работу в школьном совете за день, мы пришли в «Зайзерию» — семейный ресторан недалеко от школы.

Всё началось с того, что вице-президент предложила устроить Каэдэ приветственную вечеринку.

Сначала она хотела пойти в караоке, но Юки заметила, что после уроков караоке запрещено правилами школы.

В итоге мы пошли на компромисс и выбрали «Зайзерию».

Поскольку ресторан был рядом со школой, примерно половина посетителей были учениками.

Нас проводили к самому дальнему столику. Рассаживались мы так: президент, вице-президент, Сугита-сэмпай напротив Юки, Каэдэ и меня.

Поскольку это была приветственная вечеринка Каэдэ, ей досталось центральное место.

— Ладно, давайте сначала возьмём напитки?

Уф… Я… я хочу вина.

С завистью посмотрев на офисных работников, пивших вино из графинов, я с сожалением налил себе имбирного эля из бара с напитками.

Когда все взяли напитки, президент подняла стакан.

— Тогда за приветствие Ниицума-сан и за будущие успехи нашего школьного совета… За нас!

— За нас!

Я залпом выпил половину имбирного эля, будто это было пиво. Да. Это тоже неплохо.

Когда принесли всю еду, вице-президент хлопнула в ладоши над головой.

— Отлично, начинаем! Традиционная церемония посвящения нового члена школьного совета — игра «Каэдэ-тян отвечает на наши вопросы»!

— Э? Есть и такое?

— Конечно! Пока ты не пройдёшь это, ты не настоящий член!

Вице-президент… Мы с Юки такого никогда не проходили!

— Поняла. Давайте вопросы!

— Ого, смелая. Ладно, начну с лёгкого…

С ехидной улыбкой вице-президент спросила:

— В средней школе у тебя был — ай!?

Президент легонько шлёпнула её по голове.

— Риса. Мы же договорились не задавать младшим неловкие личные вопросы, помнишь?

— Я-я просто пошутила! У тебя такое страшное лицо, страшное!

Хотя президент лишь мило улыбалась, для вице-президента это, видимо, выглядело устрашающе.

Вице-президент в панике быстро сменила тему:

— Т-тогда новый вопрос! Куда обычно ходят после уроков ученики средних школ в Кансае? В «Зайзерию»?

Сразу как-то скромно стало…

— Да, либо в «Зайзерию», либо в «Маггс», наверное. У среднешкольников мало денег, поэтому мы могли растягивать один напиток на несколько часов.

— А-а, в Канто тоже так же.

— Похоже на то. В то время я была занята театром, поэтому гуляла с друзьями только в школе. Поэтому… вот так вот собираться, как сейчас, было моей давней мечтой.

— К-Каэдэ-тян… Вот, возьми мои фри.

У вице-президента заблестели глаза, и она подвинула свою тарелку с картошкой фри к Каэдэ.

— Ладно, следующий вопрос — для Сидзуки.

— Э, мне?

Президент немного растерялась, когда вдруг оказалась в центре внимания, и спросила:

— Эм, у тебя есть братья или сёстры?

— Я единственный ребёнок. А у вас?

— Я тоже единственный ребёнок, — ответила президент.

— У меня есть младший брат, — сказала вице-президент.

Младший брат… Уже по одной этой фразе было понятно, что жизнь у её брата нелёгкая.

— У меня четыре младшие сестры, — сказал Сугита-сэмпай.

— «Что!?», — одновременно воскликнули президент и вице-президент. Видимо, они тоже не знали.

— Подожди. Настоящие сёстры? Не выдуманные?

— Настоящие. Третий класс, первый класс и близняшки-пятиклассницы.

— Вау. Твои родители реально постарались.

— Удивительно, что ты никогда об этом не упоминал.

— Вы же не спрашивали.

Сугита-сэмпай всегда был немного загадкой…

Я знал только, что он тихий, с низким голосом, отаку и идеально выполняет свою работу.

— Они зовут тебя «Они-тян» и всякое такое?

— У каждой свой способ. Они-тян, Аники, Нии-нии и… «Глупые Очки».

Постой. Одна из них точно цундэрэ…

— В любом случае, сегодня речь не обо мне. Это приветственная вечеринка Каэдэ.

— Ах, точно. Ладно, следующий вопрос — от Большого Брата Сугиты.

— Мне, что ли…

Видимо, он не подготовился. Немного подумав, он спросил:

— У тебя есть любимое аниме или манга?

— Я люблю сёнэн-мангу. Прочитала все известные серии, аниме тоже смотрю. Мне всегда больше нравились вещи для мальчиков, чем девичьи шоу. Я была больше фанаткой Kamen Rider, чем Pretty Cure.

— Понятно. К сведению, я фанат Pretty Cure. Именно это и сбило меня с пути. Хотя я не жалею.

Ты знал, что это собьёт тебя с пути, и всё равно пошел!?

— Ладно, следующий — Юки-тян.

— …………………………

Юки посмотрела на Каэдэ, которая слегка наклонила голову, ожидая вопроса.

— Судзу—

Она что-то пробормотала, потом неловко поправилась.

— Эм… в средней школе ты ходила в подготовительную школу или занималась с репетитором?

Постой. Она чуть не назвала моё имя только что?

— В первом году я ходила в подготовительную школу, но расписание не совпадало, поэтому я бросила ещё до второго года. После этого занималась самостоятельно.

— Вау. И при этом ты заняла третье место… Это потрясающе.

— Не-а, я ещё далеко не на том уровне. Занятия в этой школе гораздо сложнее, чем в средней. А скоро ещё промежуточные экзамены, так что мне нужно серьёзно взяться.

— Уф. Это слово под запретом. От слова «промежуточные» еда сразу становится невкусной.

Вице-президент театрально высунула язык, как только прозвучало «промежуточные экзамены».

Президент тихо кашлянула.

— Члены школьного совета не могут позволить себе провалить учёбу. Все, старайтесь, — сказала она, многозначительно посмотрев на вице-президента.

— Почему ты смотришь только на меня!?

Что ж, в отличие от первокурсников, которые поступили по результатам экзаменов, второкурсники были выбраны голосованием.

Видимо, вице-президент не была особо сильной ученицей. Хотя уже одно поступление в эту академию говорило о том, что она не так уж плохо учится.

Теперь, похоже, моя очередь…

Чёрт, это сложно. Даже если я должен задать вопрос, в голову ничего не приходит. Я и так практически всё о ней знаю, а единственное, чего не знал — её дни в средней школе — я только что услышал в «Маггс»…

Пока я мучился, вице-президент переводила взгляд между мной и Каэдэ.

— Кстати, это было настоящим сюрпризом, да? Что Судзу-чи и Каэдэ-тян — друзья детства.

— Мы просто ходили в одну и ту же начальную школу. Это действительно считается друзьями детства?

— Интересный вопрос. Технически друзья детства — это те, кого ты знаешь с самого маленького возраста… так что, наверное, зависит от того, считается ли начальная школа «маленьким возрастом».

Президент слегка наклонила голову.

— Нет-нет, есть гораздо более простой способ определить, — сказала вице-президент, покачивая пальцем.

— Нужно проверить, обещали ли вы когда-нибудь: «Когда вырастем, поженимся!» Если обещали — значит, друзья детства. Если нет — то нет.

Что это за дурацкая логика…?

— Понятно…

Каэдэ слегка кивнула.

— Тогда мы — друзья детства, — весело заявила она.

— Кхе! Кхе!

Юки, которая пила яблочный сок, внезапно поперхнулась.

Нет, я не помню, чтобы мы давали такое обещание.

Когда я в шоке повернулся к ней, Каэдэ быстро мне подмигнула.

Видимо, она просит подыграть.

— Расскажите! Расскажите подробнее! — радостно заверещала вице-президент.

— Это было просто обещание, когда мы были совсем детьми. Я даже не помню.

— Ууу, как жестоко! А ты, Каэдэ-тян? У тебя есть чувства ко взрослому Судзу-чи?

Каэдэ взглянула на меня.

— Ну… если спрашивать, нравлюсь ли он мне или нет, то я бы сказала, что люблю, — тихо и застенчиво ответила она, слегка покраснев.

— Кья-кья-кья!

Вице-президент завизжала, как перевозбуждённый ребёнок.

Но потом вдруг посерьёзнела.

— Э? Но Судзу-чи ведь нравится Юки-тян, верно…? А Каэдэ-тян нравится Судзу-чи… при этом и Юки-тян, и Каэдэ-тян в школьном совете… Ух ты! Это любовный треугольник!

Ты только сейчас это поняла…?

— Это потрясающе, прямо как в тех драмах, в которые всегда играет Сугата-чи в своих играх!

— Те игры, в которые я играю, — чистые романтические, — резко поправил Сугата-сэмпай, поправляя очки.

Нет, к сведению, я тоже за чистую любовь.

— Значит, в нашем школьном совете может разыграться мыльная опера… Судзу-чи, на всякий случай засунь журнал под рубашку.

— Это меня будут закалывать…?

— Если тебя убьют, оставь это мне! Как действующая старшеклассница-детектив, я обязательно найду преступника! Истина всегда одна!

Что это за дешёвая подделка под Конан-куна…?

— Вообще-то, если отставить это в сторону… а романы внутри школьного совета вообще разрешены?

— Если это чистые отношения, то должно быть нормально… — с натянутой улыбкой ответила президент, переводя взгляд между мной, Юки и Каэдэ.

— Может, всё-таки стоит их запретить…

— Неееет! Это так скучно! Никакого запрета на романы! — запротестовала вице-президент.

— Точно! Любовь должна быть свободной! — подхватила Каэдэ.

Они вдвоём недовольно загудели и надулись.

Тем временем Юки, побледнев, тихо бормотала себе под нос:

— Я должна что-то сделать… Я должна что-то сделать…