Глава 16.0

— Директор Чхве, вы любите иракскую кухню?

Я, Им Хён Джун, спросил, складывая газету, и Чхве Со Джун на мгновение замер.

Это был неожиданный вопрос.

— …Почему вы вдруг спрашиваете об иракской кухне?

Вместо ответа я просто расслабленно улыбнулся.

В этой тонкой тишине в голове Чхве Со Джуна промелькнула мысль.

«…Неужели?»

Бизнес, который продвигал президент «Тэсон Строительства» Лим До Хён, был связан с Ираком.

Он осторожно спросил:

— Руководитель, вы, случайно, говорите о том проекте, над которым работает «Тэсон Строительство»?

Я сузил глаза и посмотрел на Чхве Со Джуна.

Короткое молчание было знаком подтверждения.

— Вы точно знаете, о чём речь.

От моей одной реплики взгляд Чхве Со Джуна слегка дрогнул.

— Зачем это… Разве с тем проектом есть какие-то проблемы?

Вместо ответа я достал из сумки планшет и слегка коснулся экрана несколько раз.

Затем подошёл к Чхве Со Джуну и передал ему планшет.

На экране отображался «Отчёт об участии в частном проекте строительства нефтеперерабатывающего завода в Кербеле, Ирак».

— Посмотрите сами.

На мои слова Чхве Со Джун вгляделся в экран.

Читая предложение за предложением, на его лице отразилось удивление.

[Компания-участник инвестиций: Sahara Investment]

[Маршрут участия в капитале: Зарубежный филиал «Тэсон Строительства» — Korea Finance — Sahara Investment]

— …Что это?

Я не ответил, а достал пакетик растворимого кофе и высыпал его в кружку.

Затем налил горячую воду и, помешивая чайной ложкой, заговорил:

— Вам не кажется, что Sahara Investment выглядит подозрительно?

— Я знаю её как ближневосточный капитал, но…

Я без слов кивнул в сторону Чхве Со Джуна.

— Это верно. Официально это выглядит как частная инвестиционная компания, но есть довольно много подозрительных обстоятельств.

Чхве Со Джун внимательно изучал данные, листая экран планшета.

Тем временем я продолжал говорить:

— Проблема в том, что эти средства поступили через Korea Finance. А Korea Finance тесно связана с «Тэсон Строительством».

Взгляд Чхве Со Джуна стал острым.

— Если это так, то это может быть не просто деловой сделкой.

— Определённых доказательств нет. Пока нет.

Я взял кружку, подошёл к Чхве Со Джуну и указал на какое-то место на экране планшета.

— Президент Лим До Хён выехал за границу под предлогом встречи с высокопоставленными чиновниками иракского правительства. Однако в официальных заявлениях иракского правительства о какой-либо встрече не упоминалось.

Чхве Со Джун сделал такое выражение, будто что-то было не так.

— Вы думаете, что за президентом Лим До Хёном что-то стоит, руководитель?

— Пока нельзя утверждать, что это так. Но и нельзя с уверенностью сказать, что это не так.

Я повернул голову к окну.

— Пока ясно одно: «Тэсон Строительство» стало очень нестабильным. От этого инцидента они получат серьёзный удар. Но более подозрительно поведение моего дяди.

— …

— Если бы это был тот дядя, которого я знаю, он бы не допустил такой ситуации.

— Это правда. Если бы это был он, он бы сделал всё, чтобы иракский проект шёл хорошо.

За окном хлестал освежающий ливень.

Звук капель, барабанящих по стеклу, создавал странный ритм.

Это был благодатный дождь, охлаждающий изнуряющее лето, но моё сердце пылало.

Истина, которая должна была излиться, как тот дождь, всё ещё была скрыта за облаками.

За окном сверкнула молния.

Вскоре раздался звук, будто небо раскалывается.

Я посмотрел на струи дождя, а затем повернул голову к Чхве Со Джуну:

— Директор Чхве, есть кое-что, что вам нужно проверить относительно иракского проекта, который ведёт «Тэсон Строительство».

— Да, просто скажите. Я сделаю всё, что в моих силах.

Я слегка улыбнулся.

В отличие от мягко изогнутых уголков рта, мой взгляд был твёрдым и глубоким.

Тяжёлым, как спокойная река с неизведанной глубиной.

Мой голос тоже звучал низко, оставляя мягкую вибрацию.

— Я всё ещё складываю кусочки пазла. Торопиться не нужно. Нужно быть осторожным вдвойне.

— Да.

---

Верхний этаж штаб-квартиры «Тэсон Электроникс».

Это было пространство, где обычно находился председатель группы «Тэсон» Лим Ман Сок.

За панорамным стеклянным окном, откуда открывался вид на город, закат отбрасывал длинные тени.

В роскошном интерьере стоял мягкий диван.

Председатель Лим Ман Сок сидел там с выражением лица, полным беспокойства.

В этот момент вместе со звуком стука открылась дверь.

— Председатель, это Кан Чхоль У.

Начальник секретариата Кан Чхоль У, которого называли правой рукой председателя Лим Ман Сока, тихо вошёл.

Как и подобает человеку, который десятилетиями был рядом с председателем, его взгляд был спокойным, ни единой дрожи.

Лим Ман Сок жестом указал на место:

— Садись.

Кан Чхоль У тихо сел и стал ждать команды Лим Ман Сока.

После того как тишина закончилась, из уст председателя Лим Ман Сока раздался низкий резонанс:

— Тихо выясни, кто связан с послом Ирака.

Брови Кан Чхоль У слегка двинулись.

— Это из-за вопроса о пересмотре нефтеперерабатывающего комплекса «Тэсон Строительства»?

— …Да.

Лим Ман Сок поднял стоящую перед ним чайную чашку, отпил глоток, поставил её и на мгновение посмотрел в окно.

— Возложить ответственность на До Хёна было естественно.

Тот, кто наверху, должен брать на себя ответственность за то, что пошло не так.

Но и сложа руки сидеть я не могу.

Кан Чхоль У кивнул.

Он знал характер председателя Лим Ман Сока лучше, чем кто-либо.

Председатель Лим Ман Сок перевёл взгляд на Кан Чхоль У и сказал:

— Когда компания теряет доверие, нужно приложить огромные усилия, чтобы его вернуть.

Это не просто вопрос провала одного контракта.

Само имя «Тэсон» может пошатнуться.

— Я понимаю.

Я разузнаю тихо.

Кан Чхоль У нажал на свой планшет, а затем открыл рот:

— Возможно, у директора по глобальным стратегическим операциям Чон Му Ёна есть личные связи.

Я попробую связаться с ним.

Выражение лица Лим Ман Сока слегка просветлело.

— Если возможно, скажи ему попробовать связаться сегодня. Чем позже станет дата, тем сложнее нам будет провести это дело тихо.

Нет ничего хорошего в том, что это станет известно.

— Да, председатель.

Я позабочусь, чтобы это никогда не просочилось наружу.

Когда Кан Чхоль У встал с места, Лим Ман Сок добавил последнее:

— И ещё одно, Чхоль У.

— …Да.

— Следи, чтобы это дело никогда не смешалось с теми, кто занимается политикой. Мы бизнесмены, а не бойцы.

— …Я запомню.

Кан Чхоль У тихо покинул кабинет председателя.

Затем снова воцарилась только тишина.

Лим Ман Сок погрузился в размышления, поглаживая свой шершавый подбородок.

---

На следующий день председатель Лим Ман Сок первым пришёл в зал для семьи владельца в отеле «Тэсон» и ждал кого-то.

Через некоторое время дверь открылась, и вошёл мужчина с приятной внешностью.

Председатель Лим Ман Сок встал с места и тепло поприветствовал гостя:

— Вы проделали нелёгкий путь. Я Лим Ман Сок.

Посол Ирака в Корее Хасан аль-Карим мягко улыбнулся и пожал руку председателю Лиму:

— Я всегда рад возможности встретиться с таким человеком, как председатель.

Двое немного поболтали, а затем вскоре перешли к главной теме.

Однако первым заговорил не председатель Лим Ман Сок, а посол Ирака в Корее.

— Мы тоже находимся в сложной ситуации из-за проекта, который ведёт «Тэсон Строительство».

Лим Ман Сок слегка кивнул и заговорил:

— Мы тоже не намерены сдаваться. Не можем же мы позволить имени «Тэсон» рухнуть за границей, верно?

Посол Хасан поставил стакан, который держал, и осторожно заговорил:

— Но, видите ли, председатель. Мой близкий знакомый работает в министерстве нефти, поэтому я время от времени слышу об атмосфере.

Председатель Лим Ман Сок подался ближе к послу Хасану.

— По словам той стороны, «Тэсон Строительство» в последнее время демонстрирует пассивное отношение к коммуникации с местной стороной. Раньше они быстро продвигали консультации, но в эти дни… как бы это сказать? Это не совсем удовлетворительно?

— …Вот как?

Лим Ман Сок отреагировал спокойным тоном, но внутри его мысли углубились.

«Тэсон Строительство» столкнулось с кризисом, поэтому им не хватило бы, даже если бы они реагировали активно.

Даже председатель лично движется из-за этого, так как же он мог не растеряться, услышав такую историю?

За мгновение в голове Лим Ман Сока пронеслось множество мыслей.

«Неужели До Хён не справляется с ситуацией? Не может быть, чтобы этот парень…»

Если только он не скрывает что-то.

У владельца компании не было причин делать такое нарочно.

Председатель Лим Ман Сок скрыл свои смешанные чувства и поднял стакан к послу Хасану:

— Похоже, мы ведём дела незрело. Я буду уделять больше внимания, чтобы в будущем таких слов не возникало.

Посол Хасан сказал, отвечая тем же:

— Раз председатель так говорит, я чувствую себя гораздо увереннее. Я также хорошо передам намерения председателя на родину.

Их стаканы встретились, издав чистый резонанс.

Когда посол Хасан поставил стакан, начальник секретариата Кан Чхоль У, находившийся рядом с председателем Лим Ман Соком, передал коробку.

Удивлённому послу Хасану Лим Ман Сок сказал с улыбкой:

— Это подарок, который мы в «Тэсоне» даём только особым связям. Это не много, так что примите его от души.

— Быть приглашённым в такое драгоценное место уже достаточно, но ещё и получать такой подарок. Я не знаю, как и быть.

Он так говорил, но уголки рта посла Хасана не могли опуститься.

И не зря, потому что когда он открыл коробку, которая выглядела роскошно, внутри оказались очень дорогие часы ручной работы класса люкс.

Даже внутри корпуса была выгравирована золотом фраза:

[О времени, которое мы создадим вместе, начиная с этого момента]

Взгляд Хасана на мгновение дрогнул.

Больше, чем сами часы, его сердце тронула фраза, написанная внутри.

Лим Ман Сок медленно открыл рот, делая вид, что не замечает:

— Разве бизнес в конечном счёте не является работой по созданию времени вместе? Я надеюсь, что мы сможем построить не только время, которое мы проведём вместе в будущем, но и доверие.

Посол Хасан держал коробку обеими руками и поднял голову:

— Я с благодарностью приму это, председатель.

Двое в последний раз пожали друг другу руки и расстались.

---

Даже после того, как посол Ирака в Корее ушёл, Лим Ман Сок не мог покинуть своё место.

Он долго сидел молча, глядя в окно, погружённый в глубокие размышления.

Он не терял улыбки, пока посол Хасан не ушёл.

Теперь, с застывшим лицом, он молча глотал только тишину.

Слова Хасана всё ещё эхом отдавались в его голове.

«Я не знаю, почему «Тэсон Строительство» демонстрирует такое отношение».

Лим Ман Сок медленно встал и подошёл к окну.

В глубокой ночи городские огни мирно мерцали.

В его глазах всё было опасно нестабильным.

Он погладил подбородок и обдумывал слова, оставленные Хасаном.

Сколько бы он ни перебирал их в голове, они не имели смысла.

Учитывая характер его младшего сына, трудно было рассматривать это как простое совпадение или простую ошибку.

«Неужели До Хён что-то скрывает?»

Мысли следовали одна за другой.

Сомнение порождало другое сомнение.

Вскоре он покачал головой.

«Не может быть, чтобы мой сын сделал такое».

Тень легла на его глубоко морщинистое лицо.

С каждым выдохом тревога обитала в нём и испускалась, запутываясь в подозрениях.

Его инстинкт видел красный предупреждающий свет, но его отцовское сердце хотело верить до конца.

Наконец он разжал губы, плотно сжатые, словно отворачиваясь от правды:

— …Не может быть.