Глава 11.0

Люкс в отеле в Чхондам-доне, Сеул.

Я, Им Хён Джун, пришедший вместе с Чхве Со Джуном, тихо сидел у стены в аккуратной чёрной рубашке. Моё лицо выглядело довольно юным, но в глазах чувствовалась тяжесть.

Через некоторое время к нам тихо подошёл мужчина в модифицированном ханбоке.

Человек, которого называли «Большой рукой фондового рынка».

Это был Ли Джин Мён.

В отличие от других богачей, он всегда носил традиционную одежду.

Он был человеком, который подавлял собеседника одним лишь взглядом и атмосферой, а не словами.

Мы с Чхве Со Джуном встали и поклонились Ли Джин Мёну.

— Я Чхве Со Джун, генеральный директор HJ Partners.

— Здравствуйте, старейшина. Я Им Хён Джун.

Ли Джин Мён медленно кивнул и сел.

— …Молодой человек.

Ли Джин Мён мельком взглянул на Чхве Со Джуна, затем перевёл взгляд на меня, Им Хён Джуна, тихо сидевшего рядом.

Обычно, когда люди встречались взглядом с Ли Джин Мёном, они отводили глаза, но мой взгляд ничуть не дрогнул.

Он перевёл взгляд на Чхве Со Джуна и заговорил:

— Зачем хотели меня видеть?

Чхве Со Джун достал свой планшет и положил перед Ли Джин Мёном.

— Это график движения цены акций «Юниверс Геймс» за последнее время.

Чхве Со Джун достал другие подготовленные документы и начал объяснять шаг за шагом.

В документах были данные о прошлых торговых паттернах, движении счетов и информация о предстоящих играх.

Ли Джин Мён мельком взглянул на них и открыл рот:

— Вы думаете, я даже график не умею читать? Говорите, что хотите сказать. У меня не так много времени.

Когда Чхве Со Джун замешкался перед твёрдым тоном Ли Джин Мёна, я выступил вперёд:

— Как вы уже знаете, старейшина, это всё равно что играть в подставную хвату (корейская карточная игра).

— Думаете, информация утекла?

На моё смелое замечание Ли Джин Мён фыркнул, будто это было нелепо.

Но меня такие вещи ничуть не смутили, и я продолжил:

— Генеральный директор «Юниверс Геймс» Ма Сан У намеренно раздувает цену акций.

— …

— Вы бы и сами заметили, не так ли?

— И что вы предлагаете мне сделать? Я же ничего плохого не сделал.

Мой острый взгляд устремился на Ли Джин Мёна.

— Изначально новость о выходе на мировой рынок должна была выйти вместе с анонсом новой игры. Но по какой-то причине анонс задерживается, и видны только следы накопления объёмов. Вы же знаете, что сейчас даже розничные инвесторы - «муравьи» уже набежали!

Они раздувают цену и ждут, пока набегут «муравьи». Это типичный метод переложить весь объём на мелких акционеров. Прибыль полностью забирают манипуляторы, а ущерб ложится в основном на мелких инвесторов.

Ли Джин Мён опустил свой стакан и, сложив руки, посмотрел на нас двоих.

— Разве такое не случается сплошь и рядом? Я думал, что-то серьёзное.

— Конечно, раз вы умеете читать поток, вы бы вышли до того, как всё рухнет.

Ли Джин Мён не стал отрицать моих слов. Его глаза остро блеснули.

— Пожалуйста, официально выдвините предложение об отставке генерального директора Ма Сан У.

На мои слова Ли Джин Мён спросил:

— С какой стати я должен это делать?

— Потому что вы не просто акционер. Потому что вы человек, которого считают символической фигурой на рынке.

Ли Джин Мён молча уставился на меня.

Для него это было дело, от которого он мог просто отказаться.

Но почему-то сердце Ли Джин Мёна дрогнуло от слов этого юнца.

— «Юниверс Геймс» это компания, которая и без того выросла бы, даже если бы Ма Сан У не устраивал всё это.

— Хорошо. Допустим, это так. Если я начну действовать, чтобы сменить директора, что вы планируете делать дальше? Что изменится от простой замены одного директора?

Я возразил твёрдым тоном:

— Если вы начнёте действовать, всё меняется. Потому что сам этот факт будет воспринят как предупреждение.

— Ха-ха-ха.

Ли Джин Мён громко рассмеялся.

— Я и не знал, что у меня такое влияние.

— Вы значительнее, чем вы думаете. И если через это дело цена акций нормализуется, вам от этого будет и практическая выгода. Потому что вы завоюете доверие рынка.

На самом деле в моих словах был смысл.

В краткосрочной перспективе цена акций могла упасть, но в долгосрочной это стоило сделать.

Я вбил последний клин в размышляющего Ли Джин Мёна:

— Единственный, кто может урегулировать эту ситуацию, это вы. Единственный, кто может выдержать эту тяжесть, тоже вы.

Выражение лица Ли Джин Мёна просветлело, как будто ему понравились мои слова.

На самом деле, я кое-что понял, встретившись с Ли Джин Мёном.

Ему нравилось показывать себя другим, и его жажда славы была так же велика, как жажда денег.

На мгновение повисла тишина, и в гостиной тихо играла классическая музыка.

Ли Джин Мён подозвал официанта и попросил пива.

Увидев это, Чхве Со Джун заменил заказ на два пива и один напиток.

Вскоре принесли два пива и апельсиновый сок.

Чхве Со Джун протянул мне апельсиновый сок и сказал:

— Выпьешь, когда станешь совершеннолетним.

— Ах, да. Так и сделаю.

К счастью, они говорили тихо, так что Ли Джин Мён не услышал.

К тому же, как только перед ним поставили бокал с пивом, он осушил его залпом.

Глядя на эту сцену, я впервые почувствовал зависть.

— Кья! Всё-таки холодное пиво лучше всего утоляет жажду.

Чхве Со Джун тоже сделал несколько глотков и согласился:

— В жаркую погоду оно особенно притягательно.

— Верно, ты тоже так думаешь?

Ли Джин Мён, выпив несколько бокалов подряд, встал и хлопнул себя кулаком в грудь.

— Ладно. Я займусь этим делом об отставке.

---

По Ёыйдо (финансовый район Сеула) прокатилась огромная волна.

Один официальный документ с именем Ли Джин Мёна потряс мир брокеров.

[Подача запроса на созыв внеочередного общего собрания акционеров «Юниверс Геймс» и предложения об отставке генерального директора]

Уже одного этого имени было достаточно, чтобы изменить всё.

Фондовый рынок отреагировал мгновенно.

С самого открытия торгов объём торгов взорвался, а новостные статьи заполонили заголовки.

[«Большая рука» фондового рынка Ли Джин Мён. Требует отставки генерального директора «Юниверс Геймс»… что происходит?]

[Объявление о предложении об отставке на фоне подозрений в манипулировании ценами акций «Юниверс»…]

Точные детали не разглашались, но на рынке уже начало распространяться одно мнение:

Что-то пошло не так!

Эта новость достигла и генерального директора Ма Сан У, который жил в роскошном пентхаусе с видом на Ханган.

Он сжимал в руке телефон перед широким стеклянным окном.

На телевизоре, висящем на стене, одна за другой выходили новости об «отставке генерального директора Ма Сан У».

— Чёрт. Как это случилось?

Ма Сан У торопливо нажал кнопку вызова.

Собеседником был не кто иной, как генеральный директор газеты «Тэсон Ильбо» Чон Тэ Джун.

После двух гудков звонок прервался.

Вскоре высветился другой номер, и телефон Ма Сан У зазвонил.

— Директор Чон, у нас большие проблемы. Ли Джин Мён лично выдвинул предложение об отставке.

В отличие от отчаянного Ма Сан У, голос Чон Тэ Джуна был спокоен.

— Какое это имеет отношение ко мне? Не звони мне больше. Потому что я не имею никакого отношения к этому делу.

— Что значит «никакого»? Кто устроил всё это? Ты это сделал!

— Эй! Ма Сан У. Слушай внимательно.

Холодный голос Чон Тэ Джуна раздался из телефона.

— У тебя есть доказательства, что это сделал я?

— Ты, сукин сын… Думаешь, я один умру?

— Ха-ха-ха. Ты жалкий ублюдок. Так устроен мир.

Чон Тэ Джун сказал это и повесил трубку.

Рука Ма Сан У дрожала, когда он услышал гудки.

Всё, что было у Ма Сан У, рухнуло за одну ночь.

---

Главный зал штаб-квартиры «Юниверс Геймс».

Сегодня это место было наполнено необычайным напряжением.

Потому что проводилось внеочередное общее собрание акционеров.

В повестке дня был только один вопрос.

Предложение об отставке генерального директора Ма Сан У.

Крупные отечественные СМИ и инвесторы массово стеклись в это место, где решалась судьба генерального директора.

Среди них был человек, вошедший в зал тихо, скрыв лицо под кепкой и маской в обычной одежде.

Это был я, Им Хён Джун.

Я максимально прятался и шёл вместе с надёжным Чхве Со Джуном.

Чхве Со Джун спросил меня:

— Вы будете в порядке, руководитель?

— Я просто пришёл посмотреть.

Я сел с бесстрастным лицом.

В это время Ма Сан У, ожидавший неподалёку, снова и снова перелистывал документы с окаменевшим лицом.

Ведущий объявил о начале собрания и озвучил повестку:

— Пункт повестки дня № 1. Предложение об отставке генерального директора Ма Сан У…

С этими словами дверь открылась, и вошёл Ма Сан У.

Когда он прошёл вперёд и встал перед акционерами, в зале поднялся шум, смешанный с криками «долой» то тут, то там.

Ма Сан У, казалось, ожидал этого, он не показывал вида и встал перед микрофоном, чтобы начать свою защиту.

Никто не поднял руку за Ма Сан У на его словах, которые были не более чем оправданиями.

В конце концов Ма Сан У был отстранён от должности генерального директора.

Ма Сан У, не сумев с этим смириться, даже ругался и устроил скандал.

Вспышки фотокамер снова и снова направлялись на такого Ма Сан У.

Когда люди некрасиво ворвались и силой выталкивали Ма Сан У, наши взгляды встретились.

В это короткое мгновение перед моими глазами всё изменилось, и я увидел кусочек будущего, пронёсшийся, как короткий фрагмент.

---

Убогий подвальный офис без единого окна.

Место, где даже воздух казался тяжёлым.

Там сидел Чон Тэ Джун.

Перед ним на коленях стоял Ма Сан У, склонив голову, лицо его было мокрым от пота.

Чон Тэ Джун молча пододвинул конверт, лежавший на столе.

И сказал голосом, острым как лезвие:

— Подпиши этот документ. Тогда ты сможешь жить.

Ма Сан У дрожащими руками открыл конверт.

В документах были такие вещи, как «Договор передачи акций», «Обязательство о неразглашении конфиденциальной внутренней информации» и «План отъезда за границу».

— Директор Чон. Нет, директор Чон, это слишком…

— Слишком? Смотри, ублюдок. Это всё ты сам на себя навлёк.

Чон Тэ Джун презрительно усмехнулся, откинувшись на спинку стула.

— Как ты посмел упомянуть моё имя.

— Я не хотел…

Кулак Чон Тэ Джуна жестоко обрушился на щёку Ма Сан У.

Тело Ма Сан У рухнуло на пол.

Но Чон Тэ Джун не остановился на этом, схватил Ма Сан У за воротник и поднял.

— Так что подпиши документ. Тогда я говорю, что позволю тебе жить.

— …

Незаметно за спиной Чон Тэ Джуна стояли двое мужчин в чёрных костюмах.

Они были похожи на машины без эмоций.

Ма Сан У, дрожа от страха, подписал всё, что ему велели.

И на этом сцена оборвалась.

---

Я моргнул.

Мои руки мелко дрожали.

Боясь, что Чхве Со Джун заметит, я изо всех сил пытался унять бешено колотящееся сердце.

«Тот, кто устроил всё это, был другой».

Настоящим монстром был не Ма Сан У, а Чон Тэ Джун, муж моей старшей тёти.

Я обернулся и снова посмотрел на Ма Сан У, которого выталкивали.

Сейчас этот человек изо всех сил боролся, чтобы предотвратить свою отставку, даже не подозревая, что его ждёт впереди.

Я тихо сжал кулак.

Ма Сан У был только началом.

Взгляд в моих глазах изменился.

Это уже был не взгляд юноши, не знающего мира.

Для меня Чон Тэ Джун теперь выглядел как монстр, который одновременно держал в руках и СМИ, и власть.

Я совершенно не мог понять, что делает человека таким отвратительным.

У человека есть последняя черта, которую нельзя переступать.

Но у этих людей даже этого не было.

Даже когда я переживал всевозможные трудности в прошлой жизни, я жил, сохраняя эту последнюю черту.

Но, глядя на этих отвратительных людей, меня охватывала тошнота.

Я не мог просто оставить это как есть.

Они выглядели как паразиты, которые высасывают кровь и пот других людей, даже не задумываясь об этом.

Таких людей должно ждать подобающее возмездие.

Это и есть возмездие за злую карму.