Глава 4.0
Том 1 — Глава 4
Часть I — Тёплый хлеб и чужая тень
Утро началось раньше обычного.
Артём проснулся не от шума — от ощущения, что что-то изменилось. Несколько секунд он лежал неподвижно, слушая. Дом скрипел так же, ветер проходил через щели так же, где-то снаружи уже слышались шаги жителей.
Но было другое.
Запах.
Тёплый, чуть сладковатый.
Он сел и сразу понял — хлеб.
Вчерашняя пшеница наконец пошла в дело. Он поднялся, проверил инструменты, привычно пересчитал факелы и только потом вышел наружу.
У колодца уже собрались люди. Кто-то смеялся, кто-то спорил, женщины несли воду без прежней осторожности, будто до сих пор не верили, что она действительно есть.
Староста заметил его и коротко кивнул.
Без слов.
Это было новое — раньше в его взгляде всегда оставалась настороженность. Теперь — осторожное уважение.
Артём не стал задерживаться. Он направился к своему полю — тому самому, скрытому за складкой земли.
Колосья качались ровно, будто ждали. Он провёл рукой по ним и начал собирать урожай.
Ритм успокаивал.
Срезать.
Собрать.
Отложить семена.
Просто.
Пока он работал, спина ощущала чужой взгляд.
Он не обернулся сразу.
Лишь спустя минуту, как будто случайно, поднял голову.
Рима сидела на камне чуть в стороне.
Ноги подтянуты к груди, взгляд настороженный, но уже не такой дикий, как раньше. Она смотрела не на него — на хлеб, который лежал рядом.
Артём вздохнул.
— Если хочешь — подходи.
Она не двинулась.
Он пожал плечами и продолжил работать.
Через несколько минут хлеб исчез.
Он даже не услышал шагов.
— Быстрая, — пробормотал он.
День прошёл в работе.
Стена требовала укрепления. Некоторые блоки осели, где-то появились щели. Артём молча исправлял их, иногда находя рядом камни, которые кто-то оставлял заранее.
Деревня постепенно включалась в процесс.
Без просьб.
Без приказов.
Просто повторяя увиденное.
Один мужчина попытался поставить факел слишком низко. Артём молча переставил его выше.
— Так лучше, — коротко сказал он.
Мужчина кивнул и запомнил.
Система начинала работать сама.
К полудню голод снова напомнил о себе.
Он сел у стены и достал хлеб. Только откусил — рядом послышался шорох.
Рима.
Она стояла ближе, чем раньше. Глаза внимательно следили за каждым движением.
— Ты всегда ешь один? — неожиданно спросила она.
Голос был тихий, будто она сама удивилась, что заговорила.
— Обычно да.
Она помолчала.
— Почему?
Артём задумался.
Ответов было много, но ни один не подходил ребёнку.
— Привычка.
Она кивнула, будто поняла больше, чем сказала.
Он отломил кусок и протянул ей.
На этот раз она взяла медленно.
Не убежала.
Просто села чуть дальше и начала есть, внимательно наблюдая за ним.
Как кошка, которая ещё не решила — доверять или нет.
После еды он вернулся к дому.
Внутри становилось тесно. Сундуки стояли криво, инструменты мешались, вещи постепенно превращали пространство в хаос.
Он нахмурился.
Нет.
Так нельзя.
Дом должен быть базой.
Он начал перестановку.
Сначала убрал лишние блоки, потом выровнял пол, добавил деревянные доски там, где раньше была просто земля.
Работа затянула.
Снаружи солнце медленно двигалось к закату, а он продолжал сортировать вещи:
камень — отдельно,
железо — отдельно,
еда — отдельно.
Порядок возвращал спокойствие.
Когда он наконец вышел наружу, небо уже окрашивалось в оранжевый.
Рима снова была рядом.
Она стояла у стены и трогала пальцем факел.
— Почему он не тухнет? — спросила она.
Артём посмотрел на свет.
— Потому что стоит на блоке.
Она нахмурилась.
Ответ явно не удовлетворил её, но он не стал объяснять дальше.
Она ещё не понимала игровые правила.
Ночь опустилась быстро.
Факелы зажглись один за другим, словно невидимая линия защищала деревню. За стеной послышались шаги существ, но они не приближались.
Артём сделал обход.
Всё цело.
Вернувшись к дому, он заметил Риму — она сидела прямо на земле, прислонившись к стене, и медленно клевала носом.
Он остановился.
Ребёнок.
На холодной земле.
Внутри неприятно кольнуло.
Он тихо подошёл, положил рядом кусок ткани, которым укрывал инструменты, и накрыл её.
Она вздрогнула, но не проснулась.
Артём несколько секунд смотрел на неё.
— Как вообще можно так жить… — пробормотал он.
Он развернулся и вошёл в дом.
Но уснуть сразу не смог.
Мысль крутилась в голове:
дети должны думать об играх.
Не о еде.
На холме за деревней два наблюдателя смотрели вниз.
— Территория стабилизируется, — сказал младший.
— Люди стали спокойнее, — ответил старший.
— Он делает это неосознанно?
Старший молчал.
Внизу человек без ауры укрывал ребёнка тканью, словно это было самым обычным делом.
— Отчёт отправим позже, — наконец сказал он. — Пока наблюдаем.
Ночь стала тихой.
Артём лежал, глядя в потолок.
Дом уже ощущался иначе.
Не временным укрытием.
Базой.
И впервые за долгое время он подумал не о шахте и не о ресурсах.
А о том, что завтра нужно сделать ещё кое-что.
Место.
Для неё.
Том 1 — Глава 4
Часть II — Место, которое нельзя оставить пустым
Ночь пришла медленно.
Факелы вдоль стены зажглись один за другим, ровно разделяя свет и тьму. За пределами деревни слышались шаги — тяжёлые, неуверенные. Существа бродили рядом, но не приближались.
Артём сделал привычный обход.
Проверить угол.
Проверить факелы.
Проверить стену.
Простые действия успокаивали. Мир начинал работать как система — если всё на месте, значит ночь пройдёт спокойно.
Он уже собирался возвращаться домой, когда заметил движение у стены.
Та самая девочка.
Она сидела, поджав ноги, и пыталась укрыться от ветра. Плечи дрожали, но она упрямо не двигалась, будто боялась потерять место.
Артём остановился.
В голове сразу появилась привычная мысль:
«Не вмешивайся. Она привыкла сама.»
Он сделал шаг к дому.
Остановился.
Вздохнул.
Вернулся обратно, положил рядом кусок ткани, которым накрывал инструменты, и молча ушёл.
Девочка напряглась, но не убежала.
Он не стал смотреть дальше.
Внутри дома было тесно.
Сундуки стояли криво, проходы узкие. Каждый раз, когда он двигался, что-то цеплялось за ногу.
Неправильно.
Он присел у верстака и задумался.
В игре всё было проще — увеличил дом, переставил блоки, и готово. Здесь каждый удар кирки звучал громко, каждый блок казался реальным.
Он посмотрел на стену.
Если убрать эту часть… расширить сюда… поставить пол из досок…
Мысли сами складывались в схему.
Как всегда.
Он поднялся и начал работать.
Сначала тихо снял пару блоков, потом выровнял землю. Доски легли ровно, словно сами знали своё место.
Размер получился знакомый.
Три на четыре.
Артём замер.
— Серьёзно?.. — тихо пробормотал он.
Даже здесь он строил как в игре.
Он усмехнулся и продолжил.
Работа затянулась до глубокой ночи.
Когда он вышел наружу проверить шум, деревня уже спала. Только ветер шуршал по траве.
Девочка всё ещё была там.
Теперь она спала, свернувшись клубком.
Артём посмотрел на неё дольше обычного.
Ребёнок.
Он вспомнил, как в его мире дети в таком возрасте спорили из-за игр, а не из-за еды.
Неприятное чувство кольнуло внутри.
Он отвернулся.
— Завтра разберёмся, — тихо сказал он сам себе.
Утро началось с запаха хлеба.
Артём вышел наружу и почти сразу заметил её — она сидела чуть дальше, чем вчера, но уже не убегала.
Он молча положил хлеб на землю и отошёл.
Она посмотрела на него.
Потом на хлеб.
Потом снова на него.
Подошла.
Взяла.
Не убежала.
Просто ела, не сводя с него глаз.
— Ты всегда так смотришь? — спросил он.
Она пожала плечами.
— Чтобы знать, когда убегать.
Ответ был простым.
Слишком взрослым.
Артём нахмурился, но ничего не сказал.
День прошёл в работе.
Он укреплял дом, добавлял новые полки, переставлял сундуки. Теперь внутри появилось больше места — не специально для кого-то, просто… стало удобнее.
Он сам не заметил, как оставил один угол пустым.
Без сундуков.
Без инструментов.
Просто пустым.
Когда он понял это, то замер на секунду.
— Привычка, — буркнул он.
Но исправлять не стал.
К вечеру девочка снова появилась.
Она стояла у входа и смотрела внутрь дома.
— Ты… строишь? — спросила она.
— Да.
— Зачем так много?
Он задумался.
— Чтобы потом не переделывать.
Она кивнула, будто это имело смысл.
Потом вдруг спросила:
— Ты уйдёшь?
Вопрос прозвучал неожиданно.
Артём посмотрел на неё.
— Не знаю.
Она молчала несколько секунд.
Потом тихо сказала:
— Люди уходят.
И отвернулась.
Он не нашёл ответа.
Ночь снова опустилась быстро.
Факелы горели ровно, тени двигались вдоль стены. Артём сидел внутри дома и проверял инструменты.
Кирка — есть.
Хлеб — есть.
Факелы — достаточно.
Он поймал себя на мысли, что автоматически считает ещё кое-что.
Где она.
Он нахмурился.
— Это уже лишнее.
Но мысль не исчезла.
На холме наблюдатели снова смотрели вниз.
— Территория стабилизируется быстрее, — сказал младший.
— Люди начали менять поведение, — ответил старший.
— Из-за него?
Старший молчал.
Внизу человек без ауры сидел в доме, который постепенно превращался в настоящую базу.
— Пока не вмешиваемся, — наконец сказал он.
Поздно ночью Артём вышел наружу.
Девочка спала у стены.
Он посмотрел на неё, потом на дверь дома.
На мгновение возникла мысль позвать внутрь.
Он сразу отогнал её.
Слишком рано.
Он просто подвинул факел чуть ближе, чтобы свет грел сильнее, и вернулся обратно.
Перед тем как закрыть дверь, он остановился.
Дом уже не казался пустым.
И именно это почему-то тревожило больше всего.