Спаситель

С каждым шагом сердце Нила билось всё быстрее. Со спокойного шага он перешёл на бег, стараясь не привлекать лишнего внимания. С трудом контролируя скорость, он мчался к собору.

Ловя на себе озадаченные взгляды, Нил пробегал одну улицу за другой, пока не достиг стен собора.

Бам. Бам. Бам.

Нанося глухие удары по золотым вратам, Нил с трудом сдерживал эмоции. Ему хотелось выбить ворота и сравнять собор с землёй.

Послышались голоса — к вратам начала сбегаться стража. Нил ощущал панику, висевшую в воздухе.

— Что вам нужно? — голос, переполненный силой, прозвучал, казалось, прямо в разуме Нила. Узнав в нём лидера паладинов, Нил лишь тихо усмехнулся.

— Ангел смерти Церкви бога войны прибыл со срочным сообщением для святой девы Церкви богини жизни! — провозгласил Нил.

Напряжение в воздухе начало рассеиваться — словно только что паладины и не были готовы атаковать нарушителя порядка. Врата медленно распахнулись, и Нил увидел мужчину, закутанного в белоснежные латы. Их взгляды встретились. Лорес, лидер паладинов, никогда не любил Ангела смерти, но был вынужден считаться с его статусом.

Скрыв напряжение, Нил медленно прошёл внутрь, игнорируя Лореса.

— Я не говорил, что ты можешь войти в собор, — приказным тоном произнёс лидер паладинов, положив руку на рукоять меча.

— Мне нет до тебя дела. Где Долорес? — пустыми глазами глядя на Лореса, Нил продолжил идти вперёд.

Возмущённый такой наглостью, паладин отдал приказ окружить Ангела смерти.

— Мы не получили сообщений из Церкви бога войны. Откуда нам знать, что ты явился сюда не из личных целей? — десятки паладинов образовали круг вокруг Нила, готовые в любой момент броситься в атаку.

— Я не обязан отчитываться перед тобой. Отведи меня к патриарху Айзеру, — убийственным взглядом Нил заставил паладинов расступиться и медленно двинулся дальше.

Взбешённый поступком Нила, Лорес был вынужден отправить паладинов к патриарху, доложить о прибытии гостя, а сам последовал за Ангелом смерти.

Ангел смерти, входящий в десятку сильнейших, являлся одним из наиболее почитаемых членов Церкви, и Лорес не имел полномочий его остановить. Паладин чувствовал, что аура Нила неестественно колеблется, словно пытается что‑то скрыть.

Пройдя в главную залу, Нил увидел сидящего старика. Лицо патриарха давно покрыли морщины, а тело утратило былую силу. Человек, одной ногой стоящий в могиле, смотрел на Нила ледяным, безжизненным взглядом.

Патриарх Айзер…

С трудом сдержав порыв гнева, Нил натянуто улыбнулся и встал на одно колено.

— Приветствую вас, патриарх Айзер, — склонив голову, он боролся с закипающей яростью — она нарастала, словно ураган, с каждой секундой.

Именно этот старик раз за разом заставлял Долорес страдать. Именно он был повинен в её муках. Десятки раз Нил наблюдал, как Айзер обращался с девушкой словно с инструментом. Нил не мог ему этого простить.

Патриарх смотрел на него с явным подозрением. Помолчав некоторое время, он произнёс:

— Здравствуй, Нил, можешь подняться. — Махнув рукой, Айзер продолжил: — Мне доложили, что ты просишь встречи с Долорес. Это так?

Без колебаний Нил кивнул.

— Да, это прямой приказ Папы, поэтому я не могу раскрывать деталей поручения, — приложив руку к груди, Нил поклонился.

Конечно, никакого приказа не было, но к тому моменту, когда Церковь узнает об этом, будет уже слишком поздно.

— Вот как… — задумчиво пробормотал старик. Его впавшие глаза скользили по телу Нила, заставляя того невольно вздрагивать. — Могу ли я присутствовать?

— Нет, — мгновенно ответил Нил. — Встреча должна быть полностью приватной.

Паладин, стоявший позади, с всё большей силой сжимал рукоять меча. Пусть Ангел смерти и был равен архиепископу, но перед ним стоял патриарх.

«Но даже несмотря на это, он так дерзко общается с господином Айзером», — ругался про себя Лорес.

Чувствуя недовольство подчинённого, Айзер лишь усмехнулся.

— Хорошо. Я не имею ничего против, — сложив руки перед собой, ответил патриарх. — Я догадался, что раз вы нанесли нам столь дерзкий визит, всё будет примерно так. Госпожа, — сказав это слово, он ехидно улыбнулся и тихо рассмеялся, наблюдая за реакцией Нила, — Долорес уже идёт сюда. Прошу, подождите её в комнате для переговоров.

Нилу хотелось прямо сейчас размозжить череп этому дряхлому старику. Тот намеренно выделил слово «госпожа» и тихо усмехнулся, следя за реакцией Ангела смерти.

Но лицо Нила не дрогнуло: бушующие в глубине души эмоции не смогли прорваться наружу сквозь выкованную болью и кровью стальную маску.

Ничего не говоря, Нил встал и направился в комнату для переговоров.

Заняв место во главе бронзового стола, Нил в гневе ударил по нему. Ему удалось взять себя в руки и не превратить это произведение искусства в груду обломков.

Несколько минут в комнате царила мёртвая тишина.

Послышался скрежет открывающейся двери. В комнату медленно, отчуждённо вошла девушка. Одетая в белоснежное платье, с горящими отчаянием изумрудными глазами и золотистыми волосами, она подошла к противоположной стороне стола и присела. Её взгляд был прикован к бронзовой поверхности, а руки дрожали.

Аккуратная фигура, словно выставленная напоказ в облегающем платье, готова была рассыпаться. Девушку переполняли боль и ужас, а на лице больше не было привычной фальшивой улыбки.

Долорес знала: к ней пришёл архиепископ Церкви бога войны. Она понимала, что все люди этого чина знают — она лишь инструмент. Значит, ей нет нужды улыбаться и притворяться той самой святой девой, которую так любит народ. Ей было страшно от осознания, что её вновь заставят исцелить человека, от ран которого бросает в холодный пот.

Не смея поднять голову, она тихо произнесла:

— Здравствуйте, достопочтенный архиепископ Церкви бога войны. Я — святая дева Церкви богини жизни, прибыла по вашему указанию и ожидаю вашего приказа, — выдавив из себя официальный текст, она, не поднимая головы, склонилась ещё ниже.

В комнате вновь повисло молчание.

— Здравствуй, Дол. Как и обещал, я пришёл, чтобы спасти тебя, — голос архиепископа звучал мягко.

От удивления Долорес хотела поднять голову и посмотреть на собеседника — ведь лишь один человек называл её «Дол».

— Ну что же ты, не нужно этих официальных речей. Подними голову, Дол, — дрожа, Долорес подняла взгляд, и по её щеке тут же пробежала слеза.

— …Н‑нил… Нил! — слетев с места, она подбежала к Нилу и крепко обняла его.

Нил прекрасно понимал: за ними никто не следит. Если бы это действительно был приказ высших эшелонов Церкви бога войны, попытка подслушать стала бы искрой, способной разжечь новую войну.

Долорес всё крепче обнимала Нила, а новые слёзы падали на бетонный пол.

Нил лишь мягко улыбнулся и снова и снова повторял:

— Всё хорошо. Я вытащу тебя отсюда…