Глава 200.0
Глава 100.2
— …Настроение у меня паршивое, но слово своё я сдержу.
Эсир стёр перчаткой струйку крови на щеке. Затем поднёс пальцы ко рту и медленно стянул перчатку зубами.
— Когда-нибудь вы, мятежник, заплатите за эту кровь.
Перчатка упала на землю, и он демонстративно наступил на неё ногой.
Хеймдаль насмешливо ухмыльнулся.
— А-а, чем бесполезнее шавка, тем громче она лает, не так ли?
Эсир провёл рукой в оставшейся перчатке по волосам.
На его лбу отчётливо проступила морщина, выдававшая сдерживаемую ярость.
На лице появилась неестественная улыбка, лишённая всякой сдержанности.
— Что ж, не буду мешать вашему разговору.
Я с трудом подавила подступившие ругательства и отвращение.
Ладно, хорошо. Придётся отказаться от этого места.
Я и так думала бросить дом, раз уж моя личность почти раскрыта кронпринцем.
— Тогда я удаляюсь.
Эсир до самого конца не сводил с меня пристального взгляда. Однако его поклон был безупречно элегантен.
Стоило мне подумать, что теперь можно спокойно собрать вещи и на время укрыться у Титис, как он, не успев отойти и на шаг, вдруг остановился и обернулся:
— Ах да, если в следующий раз вас не окажется в этом доме, ваше имя попадёт в список сбежавших целителей.
Моё лицо застыло. Это означало одно — клеймо «еретика».
— Конечно, прогулки не в счёт, — добавил он и, повернувшись спиной, удалился, словно из какой-нибудь подпольной лаборатории.
В переулке, где мы остались вдвоём, повисла тишина.
Хеймдаль молча смотрел вслед удаляющемуся Эсиру.
Взгляд был спокоен, но кто знает, какие мысли скрывались под этой гладью.
Я опустила глаза.
Незаметно для себя обнаружила, что моя рука находится в захвате ладони Хеймдаля.
Я подняла бровь.
— Не собираешься за ним?
Он перевёл на меня взгляд, до этого безмолвно сопровождавший Эсира.
— Не знаю.
На его лице снова появилась исчезнувшая было улыбка.
— Скажи-ка, ты когда предпочитаешь съедать самое вкусное? Сразу или в конце?
Ответ совершенно не относился к моему вопросу, но я всё же искренне ответила:
— Обычно оставляю младшим.
Случайно вырвавшаяся правда заставила меня мысленно поморщиться, но уже было поздно.
— А я предпочитаю оставлять вкусное напоследок, — невозмутимо продолжил Хеймдаль.
«Напоследок» — это он, конечно, об Эсире.
Имеет в виду, что не оставит его просто так?
Или между ними есть ещё что-то? Я не стала уточнять.
В тот миг в его красных глазах ясно читалась враждебность.
Что ж, было бы хорошо, если бы этим всё и закончилось.
Я мысленно вздохнула.
«Но кое-что всё-таки придётся прояснить».
В словах Эсира прозвучало то, что нельзя просто проигнорировать.
— Хеймдаль, — спокойно начала я. — Ты мятежник?
Как я и ожидала, он не проигнорировал вопрос, хотя и выглядел совершенно невозмутимым.
— А если и так?
Я пожала плечами:
— Ну, тогда просто приму это к сведению.
Хеймдаль улыбнулся с интересом.
— И не выгонишь?
— Хочешь, чтобы я тебя выгнала?
— Нет.
— Вот и хорошо. Не скажу, что не удивлена масштабом твоих действий, но какой смысл сравнивать тяжесть преступлений, когда мы оба преступники…
Хотя, если честно, сравнивать всё-таки стоило бы.
Я слегка покачала головой.
— Ладно, забудем. Сделаю вид, что ничего не слышала.
— Почему?
— Потому что мы всё равно скоро расстанемся.
Хеймдаль моргнул.
На мгновение его лицо приняло странное выражение — столь краткое, что едва ли можно было уловить, но я заметила.
— Что такое? Думал, мы будем вместе вечно? Вряд ли ведь.
— Хм-м?
На мою шутку он лишь слегка изменил характер улыбки.
Почему-то в тот миг мне вспомнился его дневной образ с голубыми глазами:
<Прошу прощения, но я не могу покинуть это место.>
— Хочешь сбежать? — неожиданно сорвалось с языка. — Ты же мятежник. Тебе ведь не стоит попадаться?
Хеймдаль посмотрел на меня с загадочным выражением, словно оценивая и пытаясь понять мои намерения.
— …Со мной-то понятно, но тебе-то зачем?
— Меня заметил сумасшедший, а мне лишние проблемы ни к чему.
— А-а…
— Ты согласен?
— Что ж, приятно слышать. Значит, я для тебя менее сумасшедший, чем он.
— Хеймдаль…
— Рад, что нравлюсь тебе больше того парня.
— Извини, конечно, но я сейчас не шучу.
— …
Улыбка медленно исчезла с его лица.
Однако это не возвращение к чистому листу бумаги.
Скорее, его лицо постепенно покрывалось тёмной краской до состояния, когда невозможно ничего различить.
— В таком случае, мне стоит радоваться?
— Я не шучу…
— Если не шутишь, ещё лучше.
Хеймдаль подошёл чуть ближе. Только тогда я вспомнила, что мы и так стояли довольно близко, изображая влюблённых.
— Я тоже не против заполучить тебя, — прошептал он, хитро прищурившись. — И днём, и ночью.
Он игриво наклонился ближе:
— Особенно в постели.
Хеймдаль медленно перебрал пальцами мои волосы.