Опыт работы на ферме (1)
Семь дней адского OJT завершились без особых происшествий. Благодаря этому мои навыки, которые долгое время стояли на месте, претерпели значительные изменения.
Оценка эффективности (100):
— Вокальное мастерство: 10(▲)/20
— Танцевальное мастерство: 9(▲)/20
— Селф-пиар (Self-PR): 12(▼)/20
— Управление посещаемостью: 18/20
— Организационная адаптивность: 11/20
— Общая усталость: 38%
Вокал подрос, танцы тоже. С тех пор как я узнал, что превышение 40% усталости превращает мой нос в кровавый фонтан, я управлял этим показателем с аптекарской точностью... и всё же.
Почему мой селф-пиар упал?
Прошло всего несколько дней, а я потерял один балл. Я и не знал, что оценки могут идти в минус. Понятно, что субъективные категории могут колебаться, но это уже слишком.
Разве они не должны объяснять причины вычетов?
В нормальных компаниях при оценке персонала всегда дают фидбек.
Пока я ворчал про себя, всплыло системное окно.
[СИСТЕМА] Пришли рабочие инструкции от «Начальника».
▶ О, помощник менеджера Ким! Я видел твою презентацию. Но по сравнению с другими сотрудниками, твое выступление... не выделялось. Поскольку это относительная оценка, я ничего не могу поделать. Прости, ладно?
...С «добрым» объяснением, ага.
Это бесило. А то, что я понимал их логику, бесило еще больше. Как я вообще мог выделиться на фоне этих монстров таланта? Бороться за этот несчастный балл не стоило. Как неуклюжему новичку, мне было выгоднее тихо сидеть в сторонке, чтобы никому не мешать. Не хотелось даже представлять, сколько лишнего внимания я привлеку, если начну лезть не в свое дело.
Впрочем, плевать, главное — навыки растут.
В этот раз бонус к танцам ощущался по-особенному. Я не стал внезапно богом сцены, но затраты энергии на те же движения заметно снизились. Похоже, я перестал тратить силы на лишнюю суету.
Мемберы Spark тоже заметили перемены. Это было видно по тому, с каким энтузиазмом все кинулись тренироваться. Попутный ветер начал дуть во всех направлениях.
«Хён! Я сегодня ходил к команде A&R!»
«Зачем?»
«У меня появилась блестящая идея! Хотел узнать, можно ли внести правки в последнюю минуту!»
Ли Чонхён, поймав творческую волну, дорабатывал заглавный трек прямо до конца записи.
«В этот раз как насчет того, чтобы добавить максимум гармоний в высокие части? Думаю, звук станет намного богаче.»
«Звучит круто. Но, Сонбин, не слишком ли это нагрузит тебя и Джуву?»
«Если не вытянем гармонии на высоких нотах, тогда я и Кан Киён подключимся. Или Ким Иволь, ты можешь увеличить свою партию.»
Чон Сонбин активно предлагал идеи и дополнял мелодию.
«Окей, теперь давайте пять минут на мозговой штурм по ключевым словам для смены имиджа. Поехали!
«Краска для волос, цветные линзы, наклейки на лицо...2
«Подождите, я не успеваю печатать!»
«Запоминай. Так ты быстрее, Чонхён.»
При всех моих претензиях к ребятам, должен признать: их способность выражать свое мнение выросла в разы. Мозговые штурмы стали в радость. Вчера мы просидели на совещании четыре часа без перерыва.
Когда я отправил отчет в отдел планирования, уже наступило время обеда. В этот момент появился менеджер с наборами салатов. Я закрыл ноутбук и спросил:
— Менеджер! Что там с тем собственным контентом, который мы отложили?
Из-за личных дел и внезапного OJT планы на съемки шоу пришлось отодвинуть. Задачи, требующие больших усилий, было трудно впихнуть в график прямо перед камбэком.
Менеджер достал салат и лучезарно улыбнулся:
— О, это? Я слышал, вы едете на ферму!
— Что?
Ферма... Какая еще ферма?
«Городская ферма выходного дня? Это полезно для эмоционального развития детей. Так что, помощник менеджера Ким, разузнай об этом и доложи».
Так начались мои отношения с сельским хозяйством в прошлой жизни. Поскольку я занимался заявкой, на меня же свалилось всё остальное: от покупки рассады до прополки грядок менеджера Нама в летний зной. Однажды дождливым летом мне позвонили среди ночи:
«Вы хотите, чтобы я сделал водоотвод на поле?»
— «Да. Если борозды прокопаны заранее, всё будет ок. Ты их прокопал, Ким?»
«Да, перед посевом...»
— «Но дождь что-то аномальный. Ким, просто съезди глянь. Жена и ребенок рвутся на поле, переживают».
Менеджер Нам, который не позволял жене и детям даже руки намочить, выгнал меня под проливной дождь.
«Менеджер... я прочистил каналы, возвращаюсь».
— «О, отличная работа! Дорогая, не надо проверять, я связался с работниками фермы, они всё осмотрели. В такой ливень? Да, работа на ферме — это тяжко...»
Мне так хотелось крикнуть его жене, что ее муж отправил под шторм коллегу, а не «работника фермы». Я думал, что это был последний раз, когда я пачкал руки в земле.
— Вот твой наряд, хён.
Смирившись, я взял штаны, которые протянул Киён. Узор был вырвиглазным.
— Кто это выбирал?
— Джуву-хён.
Наш Джуву, у тебя прямо дар подбирать униформу. Нашел штаны, идеально подходящие для деревенской прополки. Пак Джуву взглянул на меня, видимо, почувствовав мою смесь боли и смеха.
— Хён... если не нравится, можем поменяться.
— Нет, мне нравится.
Не хватало еще, чтобы на камеру я выглядел как 21-летний парень, который отобрал у макнэ яркие штаны в маках, потому что ему не понравились его собственные в космос-стиле.
В этот момент из соседней комнаты вышел Чхве Джехо, закончивший переодеваться.
— Эй, это нормальная длина?
Его щиколотки были голыми. Края черных штанов с пионами болтались где-то высоко над лодыжками.
— Тяжело найти капри на твой рост, да? — подколол я.
У людей должно быть чувство приличия. Я достал высокие носки, которые прихватил на всякий случай, и протянул Джехо.
— Надень. Если не хочешь заработать сыпь от травы.
— Сыпь?
— Да, типа того.
Я как раз давал ему добрый совет заправлять штаны в носки, чтобы жуки не заползли, когда снаружи раздался голос стаффа:
— Spark, начинаем съемку через 10 минут!
— О, да!
Черт, я же еще не переоделся. Камеры были накрыты, пока мы переодевались, так что я с облегчением стянул футболку. И когда я наклонился, чтобы поднять командную майку...
— Хён! — Сонбин позвал меня как-то слишком встревоженно.
Я хотел обернуться, но Сонбин оказался быстрее. Он развернул меня спиной к стене и спросил шепотом, который я едва расслышал:
— Что у тебя со спиной, хён?
— Со спиной? А что с ней?
Я потянулся назад, думая, не сел ли на меня какой-то жук, но ничего не почувствовал. Сонбин выглядел ошарашенным.
— Нет, это...
Что происходит? У меня там внезапно татуировка с драконом прорезалась? Потом Система скажет: «Помощник менеджера Ким, уместно ли офисному сотруднику иметь такие наколки? Минус балл за дисциплину!». От одной мысли голова разболелась.
Пока я пребывал в прострации, Сонбин отвел меня в соседнюю комнату. Все были заняты переодеванием, так что на нас не обратили внимания. Сонбин закрыл дверь и осторожно произнес:
— Там... эм... огромный шрам у тебя на спине, хён...
— Шрам? А, это.
Стоило мне услышать это слово, как рой мыслей в голове утих. Точно, есть такой. В детстве я убегал, чтобы не получить нагоняй, споткнулся и налетел спиной на угол стола. Кожу тогда распороло знатно.
Но всё же, «огромный» — это он преувеличивает, разве нет?
В начале он действительно был пугающим. Но сестра вовремя вернулась домой и отвезла меня в травмпункт, так что зашили сразу. Сестра настояла, что взрослому мужику такой шрам ни к чему — мол, людей пугать буду, — и заставила меня сделать операцию по удалению, когда я был студентом.
Наверное, человек, не привыкший к шрамам, может удивиться. Тем более мы впервые переодевались вместе. Я ответил Сонбину как можно будничнее:
— Это я в детстве неудачно упал. С тех пор он сильно уменьшился.
— Уменьшился? Этот?
Ну, он явно преувеличивает. Сейчас это, максимум, чуть утолщенная полоска.
— Ага. Я не говорил, потому что под одеждой не видно. Мне что, нужно заклеить его для эфира? Как тату?
— Я в этом не особо разбираюсь, но, хён... мне кажется, его будет видно даже сквозь белую футболку.
— Да не так уж всё и плохо. Если ткань плотная, то даже белая...
...Но пока я отвечал, я почувствовал неладное. Сонбин, конечно, заботливый лидер, но не слишком ли он остро реагирует? Это же просто шрам, не тату якудза.
Я подошел к зеркалу в комнате и повернулся к нему спиной. Затем слегка повернул голову, чтобы рассмотреть отражение.
— А?
Подождите-ка. Что не так с моей спиной?