Тайный враг

Вдовствующая императрица полагала: раз Нин Юэ намерена представить ей свою семью, значит, она её приняла. Как же она радовалась, что наконец-то обретёт себе невестку-внучку!

Однако чего вдовствующая императрица не учла, так это мыслей самой Нин Юэ. А та рассуждала просто: раз уж она пообещала не разглашать её сан, то если Цзян Ин сам её увидит и что-то ляпнет — это будет уже не её забота.

Ещё когда они столкнулись с Нин Фэном у ворот, она попросила Гу Юя увести Цзян Ина внутрь. Сейчас Цзян Ин наверняка всё ещё в главном зале.

Вдовствующая императрица, пребывавшая в отличном расположении духа, разом помрачнела, едва переступив порог зала. Кого же она там узрела? Собственного внука, Цзян Ина!

Цзян Ин, заметив её, вытаращил глаза. Уж не мерещится ли ему?

— Бабушка? Что ты здесь делаешь?

От этого возгласа госпожа Хэ тотчас потеряла покой. Она уже знала, что Цзян Ин — наследник князя Цзинь.

А если он наследник, то его бабушка — не кто иная, как нынешняя вдовствующая императрица!

Нин Юэ подошла поддержать госпожу Хэ и тихо спросила:

— Матушка, где дети?

— Я… я приведу Эрлана и Сяочи, — пролепетала та.

Она слышала, как Сяочи называл Цзян Ина «дядюшка». Что это означало? Выходит, он тоже потомок императорского рода!

Боже правый, что же ей делать? А Нин Юэ держалась как ни в чём не бывало. Госпожа Хэ переволновалась так, что, казалось, вот-вот поседеет.

Постойте-ка… ведь дети Нин Юэ — тоже императорские потомки.

У неё вдруг помутился рассудок. Она совсем перестала что-либо соображать.

— Матушка, приведи детей, — мягко сказала Нин Юэ.

Она уже догадывалась, зачем явилась вдовствующая императрица: повидать двух малышей.

Вероятно, Цзян Ин уже рассказал ей о детях.

— Отчего же мне нельзя здесь быть? У меня голова разболелась и жар. Дворцовые лекари никуда не годятся. Неужто мне и выйти нельзя, чтобы два божественных лекаря осмотрели мою хворь? — с напускной обидой возразила вдовствующая императрица.

Так или иначе, она решила пока пожить здесь. Пусть хоть сам император явится — никто не заставит её вернуться.

— Бабушка, может, всё-таки остановишься у меня? — осторожно предложил Цзян Ин.

— Нет! Не пойду! Я останусь здесь. Так удобнее! — рассердившись, вдовствующая императрица без лишних слов уселась на стул, отрезав все возражения.

Цзян Ин беспомощно глянул на Нин Юэ. Та лишь развела руками: она-то что могла поделать? Раз вдовствующая императрица желает тут остаться, разве посмеешь её гнать?

Так вдовствующая императрица и Цзян Ин беззастенчиво водворились у них в доме.

После ужина Цзян Ин отвёл Нин Юэ в сторону.

— Юэюэ, мне нужно кое-что тебе рассказать.

— Пойдём в кабинет, — ответила она.

Цзян Ин кивнул. Чем меньше ушей, тем лучше.

Нин Юэ провела его в кабинет, и едва они остались одни, Цзян Ин торопливо начал:

— Юэюэ, дело Генеральской резиденции расследовано. Даже император уже в курсе.

— Вот как? — Нин Юэ заинтересовалась. Поразительная расторопность. Сразу видно — особый отряд императора.

— И что император намерен предпринять?

— Через несколько дней все домочадцы резиденции, кроме самого генерала, будут сосланы. Однако, чтобы сохранить лицо генерала, император с ним предварительно сговорится. Им не объявят истинной причины, а сошлют под каким-нибудь случайным предлогом.

— Кроме того, старуху Ань Юань дядя-император уже тайно взял под стражу. Для посторонних объявили, будто она слегла от горя и поправляет здоровье в своём дворе.

— Если твоя бабушка пожелает вернуться в Генеральскую резиденцию — пусть возвращается, — добавил Цзян Ин.

Нин Юэ вздохнула. Нин Фэн только что здесь был. Судя по настрою Ань Нин, она ни за что не вернётся в Генеральскую резиденцию.

К тому же Нин Фэн часто бывает в походах. Какой смысл ей одной торчать в этом доме? Это не пойдёт на пользу её здоровью.

— Отложим пока этот разговор. Бабушка, скорее всего, не захочет возвращаться. Да и не оправилась она ещё окончательно. Я очень волнуюсь, как бы там ей не стало хуже.

— Тогда не возвращайтесь. Я поговорю с дядей-императором. Кстати, Юэюэ, в семье Ань сейчас тоже неспокойно. Они опасаются, что дело Ань Юань затронет и их. Последние дни сидят за закрытыми дверями, никого не принимают. Даже маркиз Ань перестал выходить.

— Дядя-император выяснил, что в многочисленных несчастьях Генеральской резиденции маркиз Ань несомненно замешан и, весьма вероятно, является главным зачинщиком.

— А откуда у маркиза Ань вообще титул? — Нин Юэ не стала обсуждать это напрямую, а задала другой вопрос.

— Одна из дочерей семьи Ань стала любимой наложницей дяди-императора, и он даровал семейству титул. Только титул этот без права наследования.

— Ладно, уже поздно, я пойду отдыхать, — удовлетворив любопытство, Нин Юэ без обиняков выставила его прочь.