АРТЕМИДА ВЫПУСКАЕТ СВИНА-УБИЙЦУ

Нельзя сказать, что Артемида ненавидела всех мужчин, но их подавляющее большинство — определенно. С момента рождения она уяснила одну важную вещь: мужчины — те еще гадкие создания.

Она успела семь месяцев провести в компании брата-близнеца Аполлона, и уже одного этого хватило бы, чтобы настроить Артемиду против всего мужского населения.

Артемида родилась первой, может, потому, что ей не терпелось выбраться из чрева матери. Она тут же выросла до размеров шестилетней девочки и оглянулась на богинь, собравшихся на помощь Лето.

— Значит, так, — сказала Артемида, — я помогу появиться на свет своему брату. С ним будет куча проблем. Вскипятите воду! Больше полотенец! А я пока продезинфицирую руки.

И Артемида действительно помогла рождению собственного брата. С того момента она стала богиней деторождения, защитницей всех новорожденных и детей. (С другой богиней-родовспомогательницей Илифией они поделили обязанности.) Стоило Аполлону родиться, как он тут же принялся танцевать и петь о собственном величии, а Артемида отошла в сторону и закатила глаза.

— Он всегда такой, — сказала она Гестии. — Все семь месяцев в чреве он не затыкался.

Гестия мягко улыбнулась.

— А ты, моя дорогая? Ты поешь или танцуешь?

— Кхм, нет. Но у меня большие планы. Ты не отведешь меня к папе?

Гестия мигом доставила юную Артемиду на Олимп, где ее отец Зевс сидел на своем троне и выслушивал еженедельные доклады богов ветров по формированию облаков. Это занятие навевало такую скуку, что Зевс обрадовался первой же возможности отвлечься.

— Эй, смотрите-ка! — перебил Зевс презентацию в «PowerPoint» Южного ветра о зонах низкого давления. — Там Гестия и… какой-то ребенок. Заходите!

Гестия шагнула в тронный зал, ведя Артемиду за руку.

— Владыка Зевс, это твоя новая дочь Артемида. Если ты занят, мы можем прийти позже.

— Занят? — Зевс откашлялся. — Нет-нет! Разумеется, все эти доклады о погоде ужасно важны, но к черту! Подождут!

Он отправил богов ветров восвояси, а сам распростер руки навстречу Артемиде.

— Иди к папе, моя крошка! Дай мне на тебя посмотреть!

На Артемиде был лишь один хитон, достающий ей до колен, — что-то вроде футболки, затянутой шнуром на поясе. У девочки были цвета вороного крыла волосы до плеч и убийственно прекрасные серебряные глаза. Я использовал слово «убийственно», потому что у всякого при взгляде в эти глаза возникало ощущение, что стоит Артемиде разозлиться, и они правда могут тебя убить.

Ей было меньше суток от роду, но выглядела она младшеклассницей. Даже для девяти- или десятилетней она считалась бы высокой. В баскетбольной команде четвертого класса она бы точно стала лучшим игроком. Подойдя к трону, она одарила Зевса лучезарной улыбкой, от которой его сердце тут же растаяло.

— Папа! — она бросилась в его объятия. — Я люблю тебя, я люблю тебя! Ты лучший папа в мире!

Может, парни ей и не нравились, но она определенно знала, как подготовить почву для того, чтобы вить из родного отца веревки.

Зевс усмехнулся.

— Ох, дорогая! Ты самая милая малышка-богиня, которую я когда-либо видел! Скажи папе Зевсу, что ты хочешь в подарок на свой день я солнышко, и я исполню любое твое желание.

Артемида похлопала ресницами.

— Любое-любое?

— Абсолютно! Клянусь рекой Стикс!

Тадам! Волшебные слова. Казалось бы, богам должно хватать ума не делать необдуманных обещаний, но Зевс с поразительным упорством наступал на одни и те же грабли. И теперь он был обязан исполнить все, о чем бы Артемида ни попросила.

Девочки в таком случае могут потребовать пони, новый телефон или поход в молл с друзьями. Другие захотят билет в первый ряд на концерт самой популярной мальчишеской группы или свидание с каким-нибудь крутым парнем — ну, не знаю, Перси Джексоном или еще кем. (А что? Такое тоже возможно.)

Артемиде все это было до лампочки. Она прекрасно знала, чего хочет. Может, причиной тому была ее мама Лето, которой ради рождения детей пришлось пройти через столько трудностей, скитаться с одного острова на другой и прочее. Может, причина заключалась в змее Пифоне, что едва не проглотил Лето, когда она еще была беременна близнецами. Так или не так, но с момента появления на свет дух Артемиды не знал покоя. Она желала странствовать по миру и охотиться на самых чудовищных созданий, и еще она определенно не желала иметь детей. Ей хватило неприятностей, что пережила во время беременности ее мать. Артемида была рада помогать другим при родах, но лично через это проходить не собиралась.

— Позволь мне навеки остаться девой, отец, — попросила Артемида, накручивая на пальчик прядь волос из бороды Зевса. — Я не хочу никогда выходить замуж. Я хочу лук и стрелы… Нет, не так. Забудь об этом. Если ты мне дашь лук и стрелы, они могут оказаться не лучшего качества. Я отправлюсь к Старшим циклопам, пусть сделают мне оружие под заказ. Но ты можешь подарить мне последователей: нимф океанов, рек, лесов и — почему нет? — смертных девушек тоже. Любая, пожелавшая присоединиться ко мне, сможет стать моей последовательницей, пока она остается, как и я, девой. Думаю, решение об этом стоит принимать лет в девять, прежде чем в девочках проснется интерес к мальчикам, потому что потом их головы будут слишком забиты всякими глупостями. Начнем с восьмидесяти последователей, как думаешь? А там посмотрим, как пойдет. Они смогут охотиться со мной, разделывать мою добычу, заботиться о моих охотничьих собаках. Кстати говоря! Мне нужны охотничьи собаки.

Она сделал глубокий вдох.

— Еще я хочу право охотиться на любых опасных животных во всем мире. Я хочу, чтобы все горы считались моей священной территорией, так как именно там я буду проводить большую часть своего времени, в дикой природе. Теперь по поводу городов… Даже не знаю. Выбери один любой старый город в качестве моего особого места. Я буду посещать города, только если местным женщинам понадобится моя помощь при родах, или если их маленьким детям потребуется защитник.

Она с улыбкой посмотрела на Зевса своими огромными серебряными глазами.

— И… да, думаю, это все.

Зевс моргнул, на секунду потеряв дар речи.

А затем захохотал.

— О да, ты определенно моя дочь! Какой размах! — Он поцеловал Артемиду в лоб и усадил ее себе на колено. — Ты знаешь, когда у меня рождаются дети, подобные тебе, я невольно думаю, что это стоило всего гнева Геры. Я исполню все, о чем ты попросила, моя дорогая. И даже больше того, я отдам тебе много городов! Что-то мне подсказывает, ты будешь пользоваться популярностью.

Зевс оказался прав. Артемиде поклонялись самые разные люди: беременные женщины, маленькие дети, родители, юные девы, желавшие защиты от мерзких парней, и, разумеется, все охотники, что в то время означало кучу народа. Парень ты или девушка, если ты охотился, Артемида была на твоей стороне — но лишь пока ты не начинал загрязнять природу и находил должное применение своей добыче. Будучи еще и богиней диких животных, Артемида, если у тебя отказывали тормоза и ты убивал слишком много животных без какой-либо достойной причины, устраивала тебе очень неприятный разговор тет-а-тет.

Закончив с Зевсом, Артемида отправилась к Старшим циклопам, работающим в одной из кузниц Гефеста на острове Липари. Для нее они сделали особый охотничий лук из серебра и колчан, полный чудесных золотых и серебряных стрел.

Затем она пошла к Пану, богу-сатиру дикой природы. Он обеспечил ее лучшими дикими псами для охоты. Какие-то из них были бело-черные, другие рыжие, третьи — пятнистые, как далматинцы, но все они отличались свирепостью. Они бежали быстрее ветра, и каждый пес в одиночку мог завалить взрослого льва. Представьте, что они могли вытворить всей стаей.

Далее Артемида собрала себе группу последовательниц. Это оказалось несложно. Многим нимфам и смертным девушкам понравилась идея жить свободно на лоне дикой природы и никогда не волноваться о замужестве. Сейчас кто-то из вас мог подумать: «Ой, но я хочу когда-нибудь выйти замуж!» Да, но в те времена большинство девушек мужей не выбирали. Однажды твой папа вдруг заявлял: «Выйдешь за этого парня. Он предложил мне самый большой выкуп». И неважно, что жених был толстый, старый, страшный и от него пахло заплесневевшим сыром. Другого выбора, кроме как выйти за него, не было.

Последовательницы Артемиды освобождались от такой перспективы. Им также больше не нужно было постоянно оглядываться через плечо, боясь, как бы какой-нибудь любвеобильный бог не устроил на них засаду Охотницы Артемиды автоматически становились «вне зоны доступа». Если кто-то пытался их похитить, да даже просто с ними пофлиртовать, он оказывался под прицелом серебряного лука богини-девы.

Обычно Артемида брала с собой на охоту девушек двадцать. Сложно преследовать добычу толпой в восемьдесят человек. Остальные последовательницы либо охотились в других группах, либо оставались в лагере и занимались разделыванием добычи, выделыванием шкур, разведением костров… или чем еще дети природы занимаются в лагере. Я сам с Манхэттена, так что плохо разбираюсь в таких делах.

Очень быстро Артемида поняла, что ей придется преодолевать значительные расстояния на большой скорости, еще быстрее той, что может развить богиня на своих двоих. И она решила обзавестись колесницей, вот только долго не могла решить, каких животных в нее впрячь. Лошади были прерогативой Посейдона. Да и потом, они были слишком одомашненными, а Артемиде нужно было что-то дикое и быстрое.

И вот однажды она заметила стадо оленей.

Мы бы с вами подумали: «Надо же, олени. Я сейчас запрыгаю от восторга».

Но в этом стаде было пять огромных ланей — взрослых самок размером с буйвола, а копыта и рога у них были из чистого золота. Откуда Артемиде было знать, что это не просто золотое напыление? Она была богиней диких животных. Ей ли не знать.

Она повернулась к спутницам и шепнула:

— Эти благородные олени будут смотреться просто потрясающе в моей колеснице! Они станут нашей первой серьезной добычей, леди!

Вообще-то Артемида редко убивала беззащитных животных, подобных оленям. Чаще всего она охотилась на тех, кто представлял опасность для людей, — на медведей, львов или бешеных барсуков. Но она знала множество способов поимки животных без причинения им вреда. Среди ее спутниц была нимфа Бритомартида, настоящий мастер в плетении сетей, Артемида даже со временем сделала ее низшей богиней — Леди Сетей. (Играла ли она в баскетбол? Не знаю.)

Бритомартида установила несколько ловушек и замаскированных сетей. Затем спутницы Артемиды принялись шуметь. Как они и рассчитывали, большинство оленей стандартного размера бросились прочь, но гигантские лани с золотыми рогами ринулись на врагов, намереваясь защитить стадо.

Четверо из них угодили в сети и были пойманы, но самая умная из пяти в последнюю секунду развернулась и на полной скорости устремилась прочь.

— Миледи, — сказала Бритомартида, — нам ее преследовать?

Артемида улыбнулась.

— Нет. Четырех ланей достаточно, чтобы тянуть мою колесницу. Та пятая заслужила свободу своим умом! С этого мгновения она под моей защитой. Я запрещаю кому-либо из охотников причинять ей вред.

Та счастливица лань прожила долгую жизнь. Ее часто можно было увидеть в Керинеи, поэтому она стала известна как керинейская лань. Позже Геркулесу прикажут поймать ее, но то уже совсем другая история.

Так Артемида получила все, что ей было необходимо: оружие, последовательниц, охотничьих псов и колесницу, ведомую волшебными ланями с четырнадцатикаратными рогами. Богиня почти все время проводила в горах, охотилась на чудовищ, наказывала любого, кто проявлял к животным необоснованную жестокость или не уважал дикую природу, но иногда показывалась и в городах, проверяя, как там живется детям, помогая матерям при родах и, может, набирая среди юных барышень новых спутниц.

Кое в чем они с братом Аполлоном были очень похожи. Оба были превосходными лучниками. Артемида была защитницей юных дев, а Аполлон — юношей. Оба обладали целительной силой. Оба могли поразить непочтительных смертных нежданной стрелой или ужасной эпидемией. Позже Артемида станет известна как богиня луны, заняв место титаниды Селены, точно так же, как Аполлон получил солнце, которым заведовал титан Гелиос. На некоторых изображениях Артемиды можно увидеть на ее голове серебряный полумесяц, означающий, что либо она была богиней луны, либо ей к затылку скотчем прилепили бумеранг. Остановимся на первом варианте.

Но кое в чем они с братом были полной противоположностью. Аполлон заводил интрижки буквально со всеми. У Артемиды же не было времени на подобные глупости. У нее был стойкий иммунитет к любовной магии.

Ее брат Аполлон обожал сочинять музыку. Артемида же предпочитала слушать стрекот сверчков по ночам, треск костра, уханье сов и журчание рек. Аполлону нравилось привлекать к себе внимание. Артемида больше всего ценила одиночество на лоне природы в компании лишь своих последовательниц.

Ее символы? Ничего неожиданного: лук, лань и иногда полумесяц.

Вы могли подумать, что ей поклонялись исключительно женщины, но мужчины тоже очень ее уважали. Спартанцы обращались к ней, прося об успехе в охоте, стрельбе и всем прочем. Неприятное добавление: дабы почтить ее, они привязывали к алтарю Артемиды юношу и секли его кнутом, пока его кровь не заливала все вокруг. Уж не знаю, с чего они решили, что это обрадует Артемиду. Я упоминал, что у спартанцев были те еще проблемы с головами?

Остальные греки жертвовали ей козлов, а иногда и собак.

Знаю-знаю. Собак?! Артемида обожала собак. Зачем приносить их ей в жертву — не имею ни малейшего представления. Надеюсь, Артемида высказала свое крайнее неодобрение, наслав на этих идиотов чуму.

Она была популярна во всей Греции, но самый большой ее храм стоял в Эфесе в Малой Азии. Его воздвигли амазонки, и это сразу расставляет все по местам. Государство воительниц? Они просто не могли не почитать Артемиду.

Да, она больше отвечала за сферу охоты, но при необходимости Артемида была прекрасным воином. Например, когда те два брата-гиганта, Алоады, пошли на Олимп, нагромождая одну гору на другую, сооружая таким образом башню для нападения. Их одолела как раз Артемида.

А произошло это вот как. Пока бог войны Арес мариновался в бронзовом кувшине, близнецы-гиганты принялись хвалиться, как захватят Олимп и сделают богов своими рабами. Эфиаль хотел взять в жены Геру, а От собирался силой заставить Артемиду выйти за него.

Когда слух об этом дошел до Артемиды, она сказала:

— Ну все. Этим двоим пора умереть, сейчас же.

Наверное, она могла их поразить из лука и на расстоянии, но ей захотелось лично разделаться с ними, чтобы иметь возможность видеть муку на их лицах.

Она спустилась с гор и выпустила в них стрелы, целясь в ноги, руки и особо чувствительные места. Гиганты попытались пронзить ее своими огромными копьями, но Артемида была слишком быстрой.

Наконец она пробежала между гигантами, а те одновременно атаковали, но богиня в последнюю секунду увернулась, зато братья поразили друг друга. Гиганты умерли. Проблема была решена. Эта история вошла в список лучших «Самых смешных битв Олимпа».

Но чаще всего за Артемиду убивали дикие звери.

Так, однажды царь греческого города Калидон Ойней забыл сделать подношение Артемиде. Стоял сезон сбора урожая. Калидонцы должны были пожертвовать богам первые плоды своих трудов. Они полили алтарь Афины оливковым маслом. Сожгли зерен для Деметры. Преподнесли Посейдону рыбных палочек в соусе тартар.

Но забыли Артемиду. А ей хватило бы всего-то нескольких яблочек из садов. Она даже согласилась бы на лимоны. Но ее алтарь так и остался пустым.

— Ну ладно, — буркнула она себе под нос. — Может, меня и опозорили, но безнаказанными они не останутся!

И она призвала самого свирепого свина за всю свиную историю.

Этот вепрь был размером с носорога. Налитые кровью глаза сверкали огнем. Толстую непробиваемую шкуру покрывала щетина, столь же жесткая, как древко копья, так что одной ее было достаточно, чтобы порубить тебя, как грудинку. Из его рта били молнии и вырывались облака кислоты, прожигающие насквозь все на пути вепря, а его огромные и острые как бритва клыки… скажем так, если ты оказывался достаточно близко, чтобы рассмотреть их, это означало, что ты, скорее всего, уже мертв.

То был, обозначим для ясности, настоящий Свин-Убийца.

Артемида выпустила его на поля Калидона, где он выкорчевывал садовые деревья, топтал посевы, убивал скот, крестьян и тех солдат, что оказывались достаточно тупы, чтобы попробовать ему противостоять.

К тому моменту царь Ойней сто раз пожалел, что не пожертвовал Артемиде пары яблок. Он обратился к своему сыну Мелеагру:

— Ты лучший охотник во всем царстве, сын мой! Что нам делать?

— Объявить на вепря охоту! — ответил Мелеагр. — Артемида — богиня охоты, правильно? Она простит нас, только если мы устроим самую грандиозную и опасную охоту в истории. Если мы проявим смелость и мастерство, ее гнев спадет.

Царь Ойней нахмурился.

— Или она разозлится еще сильнее. И потом, ты не сможешь убить это чудовище в одиночку!

— Не смогу, — согласился Мелеагр. — А потому я созову лучших охотников со всей Греции!

Царь разослал вестников и назначил награду. Вскоре Калидон наводнили охотники со всего мира, и так началась Первая и, к всеобщей надежде, Последняя Великая Калидонская Охота на Вепря.

Артемида и не подумала им помогать. Один парень по имени Мопс, сильнейший в бросании копья во всей Греции, запустил свое копье в вепря с такой силой, что оно могло бы пронзить бронзовый щит. Но Артемида заставила кончик копья отвалиться в полете, и оно просто отскочило от чудовища, не причинив ему никакого вреда.

Другой охотник, Анкей, посмеялся над ним:

— Так Свина-Убийцу не завалить! Смотри и учись! — Он поднял свой лабрис. — Я покажу тебе, как сражаются настоящие мужчины! Поросенок какой-то зеленой богини ничто против меня!

Он ринулся в атаку, подняв лабрис над головой, а вепрь вонзил свои клыки прямо ему в промежность. Анкей умер, но остался в памяти людей как Безпромежное Чудо.

Наконец царевич Мелеагр с помощью своих друзей смог убить вепря. То было очень смело и все такое, но Артемида не успокоилась. Она вызвала у других охотников приступ зависти. Когда Мелеагр освежевал вепря и вывесил его шкуру во дворце в качестве главного приза охоты, они заспорили, кто на самом деле заслуживает лавры за победу над вепрем.

Потасовка вылилась в полномасштабную гражданскую войну. Сотни людей погибли, а все потому что царь забыл пожертвовать Артемиде немного фруктов. Серьезно, Ойней, их всего-то двенадцать богов. В следующий раз проверь по списку.

Так что такие дела, забыл сделать подношение — и Артемида могла тебя убить. Но если ты желал обеспечить себе по-настоящему болезненную смерть — смело вторгайся в ее личное пространство.

Именно эту ошибку совершил охотник Актеон. Самое странное, что он всем сердцем уважал Артемиду и всегда вовремя совершал жертвоприношения. Он отдавал в подношение богине свою лучшую добычу и старался быть хорошим охотником. Его вырастил и тренировал сам Хирон, знаменитый кентавр, выучивший всех величайших греческих героев. (Кхе-кхе, и меня, кхе-кхе.) У Актеона было пятьдесят охотничьих собак, и когда он не учился геройству в пещере Хирона, он часто отправлялся со своей стаей выслеживать опасных созданий и возвращался со свежениной из кабана.

Как-то раз он провел целый день в горах, охотясь. Устав, он прилег на камень, с которого открывался отличный вид на озеро с водопадом внизу. Его собаки задремали на лугу за ним. Натянув на голову одеяло, Актеон заснул и очнулся лишь следующим утром, услышав чьи-то голоса.

Актеон протер глаза, разгоняя остатки сна, и взглянул вниз. Увиденное заставило его подумать, что он все еще в стране грез. В потоках водопада омывались настоящие красавицы, и одежды на них не было. А самая прекрасная среди них выглядела точь-в-точь как статуи Артемиды, виденные Актеоном в храмах. Высокая, с темными волосами и сверкающими серебряными глазами. У Актеона кровь застучала в ушах, когда он увидел ее купающуюся.

Отползи он со всеми предосторожностями прочь, все было бы нормально. Артемида его не заметила, Актеон мог просто уйти и прожить долгую жизнь, храня эту тайну и считая себя счастливчиком. У него ведь еще не было ни единого дурного помысла в голове. Шпионить он не собирался.

Но нет. Разумеется, нет. В Актеоне проснулась жадность.

Он продолжал смотреть, с каждой секундой влюбляясь в Артемиду все сильнее, пока не решил, что обязан жениться на ней.

Конечно, ему было известно, что богиня объявила себя вечной девой. Но ведь она еще не встретила его!

Актеон уважал Артемиду, всегда делал ей подношения. Он любил охотиться, любил животных… У них было столько общего! Как он раньше об этом не подумал?

Он спрыгнул с камня и крикнул:

— Прости меня, миледи!

Спутницы Артемиды завизжали и поспешили на берег, хватая одежду и луки. Артемида сощурилась. Не сделав и попытки прикрыться, она направилась к Актеону прямо по водной глади.

— Кто ты? — спросила она.

— Актеон, миледи. Я великий охотник, и я всегда почитал тебя.

— Неужели? — Артемиду его слова не впечатлили. — И все же ты решил подсмотреть за мной, пока я купалась?

— Это… это вышло случайно, — у Актеона как-то нехорошо защекотало шею, словно на нее сели мухи. Он уже не чувствовал в себе былой уверенности, но отступать было поздно. — Твоя красота… придала мне решимости. Ты должна стать моей! Выходи за меня!

Артемида наклонила голову. Все ее тело окутало серебристое свечение.

— Ты должна стать моей, — повторила она. — Ты считаешь меня своей добычей?

— Н-нет, миледи…

— Ты думаешь, что ты — охотник, а я — некий приз, который ты со своими собаками сможешь получить?

— Ну, нет. Но…

— Позволь мне рассеять твои заблуждения, Актеон, — сказала богиня. — Охотник здесь я. И только я. А ты — моя добыча. Ни одному мужчине, увидевшему меня нагой, не позволено жить.

Тело Актеона скрючило от боли. Прямо над глазами у него изо лба выросли два мощных рога. Пальцы слиплись и превратились в раздвоенные копыта. Спина выгнулась и удлинилась. Ноги утончились. Ботинки сжались и огрубели до копыт.

Актеон стал красивым взрослым оленем.

Артемида пронзительно свистнула. Все пятьдесят собак Актеона тут же проснулись. Запах их хозяина исчез, но — ого! — воздух наполнил чудный аромат огромного оленя! Актеон попытался приказать собакам не подходить, но у него больше не было голоса. Они его не узнавали. Тогда он бросился бежать, как обычно и поступают олени, но собаки оказались быстрее.

Они разорвали своего старого хозяина на кусочки.

Закончив, собаки отправились на поиски Актеона, но нигде не могли его найти. Они лаяли и скулили в тоске и в конце концов вернулись домой, к пещере Хирона. Кентавр, увидев застрявшие у них в зубах обрывки одежды Актеона и запекшуюся на шерсти кровь, сообразил, что, должно быть, произошло. А ведь он предупреждал этого глупого юнца не связываться с Артемидой. Чтобы утешить собак, он сделал из старого костюма охотника набивную куклу, нечто вроде пугала, и собаки успокоились, решив, что их хозяин все еще с ними.

Думаю, Хирон поступил очень мило, но это невольно наводит меня на мысли, а не припасено ли у него где-нибудь в шкафу пугало Перси Джексона, так, на всякий случай. Что-то мне не хочется получать ответ на свой вопрос.

То был не единственный случай, когда парень увидел купающуюся Артемиду. Во второй раз это был юноша Сиприос, которому не посчастливилось оказаться не в том месте и не в то время.

Он просто гулял, когда заметил нагую богиню и удивленно вскрикнул. Но он был еще очень юн и не собирался просить ее выйти за него. Парень просто бухнулся на колени и взмолился о прощении.

— Пожалуйста, госпожа, — хныкал он. — Я не хотел! Не превращай меня в оленя и не делай так, чтобы меня разодрали псы!

Артемиде стало неуютно, в конце концов, она ведь была защитницей детей.

— Что ж, Сиприос, — сказала она, — есть одна проблема. Ни одному мужчине не позволено увидеть меня нагой и остаться в живых.

— Но… Но…

— А раз ты относишься к мужскому полу, я вынуждена тебя убить. Но вот если бы ты не был мужчиной…

Сиприос моргнул.

— То есть… подожди. Что?

— Смерть или смена пола. Выбирай.

Выбирать особо было не из чего. Умирать Сиприосу не хотелось. Так что — фокус-покус! — Артемида превратила его в ее, и девушка Сиприос жила долго и счастливо в качестве одной из охотниц богини.

Скажете, чудные дела творились? О, дальше будет еще чуднее!

Как-то раз Зевс положил глаз на одну из спутниц Артемиды, девушку по имени Каллисто. Да, предполагалось, что последовательницы Артемиды автоматически становятся «вне зоны доступа», но мы ведь говорим о Зевсе. Да и потом, эта Каллисто была той еще сногсшибательной красоткой.

В то время она была фавориткой Артемиды. Они были очень похожи, обе быстрые и сильные и совершенно не интересующиеся парнями. Как только Каллисто присоединилась к группе, они с Артемидой стали закадычными подружками. И, как и все спутницы богини, девушка поклялась оставаться девой навеки, но у Зевса были на нее свои планы.

Однажды он выглянул с Олимпа и увидел на полянке Каллисто, в одиночестве принимающую солнечные ванны.

— Это мой шанс! — сказал он себе. — Остается только придумать способ, как бы подобраться к ней, чтобы она не сбежала. Эта девчонка быстрая. Хм…

И Зевс сменил облик и превратился в точную копию Артемиды.

Знаю — настоящий триллер, правда же? Но, как я уже говорил, этот парень, желая добиться приглянувшейся леди, был готов пойти на все. Вплоть до того, чтобы притвориться собственной дочерью.

Фальшивая Артемида неторопливо вышла на поляну.

— Привет, Каллисто. Что делаем?

— Миледи! — вскочила на ноги Каллисто. — Я просто отдыхала.

— Не против, если я присоединюсь? — спросила Фальшивая Артемида.

Каллисто заметила странный взгляд богини, но все же сказала:

— Э-э, конечно.

Фальшивая Артемида приблизилась и взяла Каллисто за руку.

— Ты очень красивая, ты знаешь?

После чего Фальшивая Артемида поцеловала девушку, и я говорю не о дружеском чмоке в щечку. Каллисто попыталась вырваться и отстраниться, но Зевс крепко ее держал, а он был силен.

— Миледи! — вскрикнула Каллисто. — Что ты делаешь?!

Зевс вернулся в свой облик, и Каллисто закричала еще громче.

— Ну-ну, — промурлыкал бог неба. — Артемиде совсем не обязательно об этом знать, моя дорогая. Это будет наш маленький секрет!

И так Зевс в который раз показал себя той еще божественной вонючей кучей. Да-да, я в курсе, что он может услышать и разозлиться. Не то чтобы я в первый раз испытываю судьбу с Громовержцем. Но я всего лишь называю вещи своими именами.

Будь Артемида где-нибудь неподалеку, она бы обязательно пришла на помощь, но, к несчастью, Каллисто оказалась сама по себе. И Зевс исполнил задуманное.

После бедной девушке было слишком стыдно, чтобы признаться. Она боялась, что в произошедшем есть и ее вина. Заметка на будущее: если на вас напал какой-то урод, в том нет вашей вины. Обязательно расскажите кому-нибудь.

Но Каллисто хранила все в тайне так долго, как только могла, делая вид, что ничего и не было. Но, к сожалению, она забеременела, и вечно скрывать это было невозможно. Несколькими месяцами позже в конце жаркого дня, проведенного за преследованием чудовищ, Артемида с ее спутницами захотели поплавать. Все, кроме Каллисто, попрыгали в озеро.

— Что случилось? — позвала Артемида. — Иди к нам!

Каллисто вспыхнула и прижала руку к животу, который как раз начал округляться. Она не смела снять одежды, ведь тогда Артемида бы заметила, что с ней.

Но Артемида все равно почувствовала, что что-то не так. Вдруг к ней пришло озарение, почему в последнее время Каллисто казалась такой отрешенной и грустной.

У богини защемило сердце.

— Ты, Каллисто? — выдохнула она. — Из всех моих последовательниц, меня предала ты?

— Я… Я не хотела! — воскликнула Каллисто, и по ее щекам покатились слезы.

— Кто это был? — спросила Артемида. — Красавец воин? Сладкоречивый герой? Мой брат Аполлон? Ох, нет… пожалуйста, скажи, что это был не он.

— Это… это была ты! — зарыдала Каллисто.

Артемида недоуменно уставилась на неё.

— Еще раз, и подробнее.

Каллисто рассказала, как Зевс предстал перед ней в облике Артемиды.

Богиня была вне себя. Ей страстно захотелось тут же отправиться на Олимп и придушить отца, но когда твой папа — царь всего мироздания, ты мало на что способен. Она взглянула на Каллисто и с сожалением покачала головой.

— Ты была моей любимицей, — сказала она. — Если бы тут же пришла ко мне, я бы помогла. Нашла бы тебе богатого и красивого мужа и позволила бы устроиться в любом городе по твоему выбору. Я бы разрешила покинуть мои ряды с честью. Ты бы ушла с миром. В нападении Зевса не было твоей вины.

Каллисто зашмыгала носом.

— Но я не хотела потерять тебя! Я хотела остаться!

Артемиде казалось, что ее сердце сейчас разорвется, но она не смела этого показать. Существовали четкие правила, касающиеся ее спутниц. Богиня не могла позволить нарушить их даже ради лучшей подруги.

— Каллисто, твое преступление состоит в том, что у тебя были от меня тайны. Ты оскорбила меня и сестер-охотниц своей ложью. Ты опорочила наше общество дев, пребывая в нем уже не будучи девой сама. Этого я не могу простить.

— Но… но, Артемида…

— Конец разговорам! — Артемида указала на Каллисто, и девушка начала изменяться. Она увеличилась в размерах, ее руки и ноги стали короче и толще. Одежды, помогавшие скрывать ее положение, превратились в удушливо плотный покров коричневого меха. Каллисто стала бурой медведицей. А когда она попыталась заговорить, из ее пасти вырвался рев.

— А теперь — уходи, — сказала Артемида, сдерживая слезы. — Твой новый образ станет напоминанием, что ты более никогда не можешь показаться мне на глаза. Если я вновь увижу тебя, я должна буду тебя убить. УХОДИ!

Каллисто побежала прочь. Она родила человеческого малыша, названного Аркадом, который вернулся в мир смертных и со временем стал царем. Но вскоре после этого бедная Каллисто была убита охотниками.

Зевс ощущал толику вины за случившееся и потому превратил Каллисто в созвездие Большой Медведицы. Как будто это могло исправить то, что он разрушил ее жизнь.

Удивительно, но факт: после инцидента с Каллисто оба следующих лучших друга Артемиды были парни. Уж не знаю почему. Может, она решила, что им не удастся причинить ей боль сильнее, чем Каллисто, а если и удастся — что ж, ничего удивительного, ей и так было известно, что мужчины — сволочи от природы. Или она пыталась доказать себе, что сама она никогда не нарушит клятвы непорочности, какие бы очаровательные красавцы ни были рядом.

Ее первым другом-мужчиной стал Орион, и у того было то еще темное прошлое. Во-первых, он был великаном, точнее, немного низковат для стандартного великана, где-то около семи футов, да и выглядел он вполне человекоподобно, чтобы сойти за смертного. Долгое время он служил у царя Хиоса придворным охотником. Затем у Ориона произошла небольшая неприятность с царской дочерью. Узнав обо всем, царь ослепил Ориона раскаленным железом, после чего изгнал из царства.

Орион скитался по всей Греции, пока судьба не свела его с богом-кузнецом Гефестом. Орион поведал ему свою трагическую историю, причем великан выглядел раскаявшимся, и Гефест — настоящий специалист по трагедиям и вторым шансам — сделал механические глаза, с которыми Орион вновь смог видеть.

Орион отправился на покой на Делос, где и встретил Артемиду. Она решила, что он вполне так ничего. Он не пытался скрыть свои прошлые преступления, плюс он был великим охотником. Годы слепоты отточили остальные его органы чувств, а механические глаза обеспечили его ночным видением, наведением на цель и прочими полезными и классными возможностями. Он стал первым мужчиной, присоединившимся к группе охотников Артемиды.

Не знаю, как на это отреагировали ее последовательницы. Они ведь еще никогда не отправлялись на охоту в обществе мужчины. Но Орион вел себя прилично. Когда девушки купались, он всегда держался в стороне и наравне со всеми занимался ежедневной рутиной. Очень быстро он стал Артемиде лучшим другом.

Имелась лишь одна проблема: Орион был слишком умелым охотником. Однажды, будучи в одиночестве, он увлекся: подстрелил шестнадцать медведей, двенадцать львов и нескольких чудовищ, названий которых даже не знал. Затем он начал стрелять по беззащитным зверькам: оленям, зайцам, белкам, птицам, вомбатам. Может, его просто занесло. Или Аполлон наслал на него безумие, потому что богу не нравилось, что какой-то парень кучу времени проводит с его сестрой.

В общем, вскоре Ориона уже окружала целая стена из трупов вомбатов. Измазав лицо кровью белки, он сунул себе в волосы листья и принялся орать:

— Я убью всех животных в мире! Всех до единого! Умрите, тупые мохнатые гады!

Что едва ли соответствовало идеям Артемиды о мирном сосуществовании с дикой природой. Это также совсем не обрадовало мать-землю Гею. Орион вопил так громко, что привлек ее внимание, и, несмотря на сон, Гея пробормотала:

— Хочешь убить кого-то, воображала? Вот тебе.

И прямо за спиной Ориона из расщелины в земле вылез огромный скорпион. Когда великан обернулся, он тут же получил в грудь ядовитым жалом.

То стало концом Ориона. Артемида искала друга, а когда наконец нашла его хладный труп в окружении (вот уж она, наверное, удивилась) тысяч мертвых пушистиков, ее сердце вновь оказалось разбито. На этот раз уже Артемида создала созвездие, поместив Ориона на небо в компании скорпиона, чтобы его история жила вечность.

Полагаю, мораль сего рассказа такова: не стоит устраивать резню среди зайчиков, белочек и вомбатов. Они тебе ничего плохого не делали, но у них может оказаться очень большой друг-скорпион.

Последним лучшим другом Артемиды стал царевич Ипполит. Он был красавец и душка, вот только романы его совершенно не волновали. Он хотел лишь одного: охотиться, охотиться и еще раз охотиться. Другими словами, идеальный парень для Артемиды. И она приняла его в свою группу охотников, что, вероятно, стало той еще проверкой на прочность для многих ее последовательниц, настолько он был притягателен.

Но Ипполит оказался эталонным спутником, он крепко держал данные богине клятвы и ни разу не позволил себе заглядеться на девушек.

Вот только не всем нравилось его отношение. К примеру, Афродиту, богиню любви, оно буквально вывело из себя.

— Да вы издеваетесь?! — возмутилась она. — Чтобы такой красавчик сутками напролет проводил в компании восьмидесяти милейших дев, и они его ничуточки не интересовали? Это непростительно! Неправильно!

Когда Ипполит отправился домой навестить отца, царя Тесея (о котором должна быть целая отдельная история), между ними случилась серьезная ссора. Отец хотел, чтобы Ипполит женился и обзавелся детьми, которые бы стали продолжателями их рода, когда он станет королем и т. д. и т. п.

На что Ипполит сказал:

— Нет! Я хочу быть с Артемидой и охотиться!

Тесей зарычал от расстройства.

— Если ты ее так любишь, почему не женишься на ней?

— Она богиня-дева, отец! Ты вообще меня когда-нибудь слушаешь?!

Страсти все накалялись, не без прямого подстрекательства наблюдавшей за ними с Олимпа Афродиты. Да, она была богиней любви, но между любовью и ненавистью нет такой уж существенной разницы. Оба эти чувства легко выходят из-под контроля, и одно часто преобразуется в другое. Уж поверьте мне. Я знаю, о чем говорю.

Наконец, Тесей схватился за меч и убил собственного сына.

Упс.

Разумеется, царь тут же пришел в ужас от содеянного. Поместив тело сына в царскую усыпальницу, он отправился к себе, чтобы в одиночестве предаться горю. Тем временем Артемида, узнав о случившемся, бросилась в гробницу.

Всхлипывая от душившей ее ярости, она обняла мертвого Ипполита.

— Нет! Нет, нет, нет! Я не потеряю еще одного лучшего друга! Ни за что!

Забрав тело, она покинула город. Обыскав всю Грецию, она в конце концов нашла лучшего в мире врача — парня по имени Асклепий. Он был сыном Аполлона, бога врачевания, но Асклепий даже превзошел в этом умении отца, возможно, потому, что все свое время тратил именно на врачевание, а не на ухаживания и концерты в парках.

— Тетя Артемида! — поздоровался Асклепий. — Рад тебя видеть!

Артемида опустила к его ногам тело Ипполита.

— Асклепий, вылечи Ипполита. Прошу тебя! Даже я на это не способна.

— Хм… — задумчиво промычал Асклепий. — А что с ним?

— Он мертв, — ответила Артемида.

— Это очень серьезно. Практически фатально. Но посмотрим, смогу ли я что-нибудь сделать.

Асклепий смешал какие-то травы, приготовил зелье и влил его в мертвого царевича, который тут же ожил.

— Слава Судьбам! — воскликнула Артемида. — Асклепий, ты лучше всех!

— Да ладно, не проблема.

Вот только то была очень даже серьезная проблема. Афродита пожаловалась Зевсу. Эта богиня просто не умеет проигрывать. Следом возмутился Аид. Нельзя было позволить, чтобы Асклепий бродил по миру и оживлял мертвых. Это бы вызвало настоящий хаос как в мире смертных, так и Подземном мире. Зевс согласился с аргументами и поджарил Асклепия молнией. Вот почему в наши дни вы не можете отправиться к доктору и попросить его воскресить ваших умерших родственников. Зевс установил строгие границы оказания медицинской помощи.

Что же касается Ипполита, Артемида лично позаботилась о его безопасности и увезла его в Италию, где он стал жрецом в одном из посвященных ей храмов и дожил до глубокой старости.

После этого случая Артемида решила больше не заводить чересчур близкие отношения ни с кем из своих последователей. Это представляло бы угрозу для них самих. Кроме того, она стала с особой осторожностью относиться к идее приглашения в свою группу охотников-мужчин.

Что лично меня очень даже устраивает. Мне нравится Артемида, но дикая природа — это не для меня. И я не люблю охотиться. Девушки, правда, мне нравятся, но моя подружка точно не оценит идею отпустить меня в компании восьмидесяти красавиц «на прогулку по лесу».

Она у меня та еще собственница.