Наконец-то

Терон вернулся к группе академиков и занял своё место. Малышка Сэди выглядела так, словно вот-вот выпрыгнет из своих туфелек, её косички радостно подпрыгивали. К счастью, она достаточно читала ситуацию, в которой они оказались, чтобы быть тихой.

Казалось, никто, кроме Золотых Мансеров и старшекурсников, не понимал, что произошло. Мастерство, с которым Терон использовал [Прикосновение Миража], очевидно, уже коснулось Экспертного Уровня.

Создав технику Водяной Мансии в таком раскалённом воздухе, с такими ограничениями по времени... что ж, результат говорил сам за себя.

Это был просто трюк? Можно было так возразить. На самом деле, было бы трудно это отрицать.

Но когда речь заходила о сражениях, такого понятия, как “справедливость” не существовало.

Вейжан смущённо стоял на арене, всё ещё не веря, что проиграл так просто. Ему даже не дали шанса показать свои способности.

Неторопливые хлопки эхом раздались по округе. Все обернулись и посмотрели на Учителя Бёрна, радостно сложившего ладони в хлопке, опираясь на прижатую к телу трость.

"Замечательное зрелище, поистине. Ты дал нам повод для гордости, Терон. Три заслуженных кредита. Думаю, это своего рода рекорд. Первый год обучения: и 18 кредитов меньше чем за полгода."

Несколько взглядов упало на Терона.

"Спасибо за вашу похвалу, Учитель Бёрн. — Терон склонил голову в знак признательности. — Это не так впечатляюще, как звучит. Мои учителя давали мне прекрасные возможности."

"Действительно, скромное дитя. Многие могут у тебя поучиться. Как вы все видели. Грубая сила — это ещё не всё в бою. Ровно как и наш академический факультет будет учиться у военного, так и военный факультет будет учиться у нас.

"Для работы скульптору нужен и молоток, и зубило. Самые прекрасные, великие детали могут быть вырезаны лишь одновременно крепкой и сильной, но мягкой и нежной рукой. Оба аспекта работают в тандеме, и мы хотим, чтобы вы — будущая опора Империи — поняли, как вам необходимы оба качества."

Учитель Бёрн с улыбкой посмотрел вокруг.

"Согласно этому, смысл нашего обмена состоит в том, чтобы научиться у другой стороны. Поэтому, вам придётся отбросить старые образы мышления. Каким бы умным ни был маленький Терон, и какой бы впечатляющей ни была его победа, всё это идёт в разрез с духом сегодняшнего обмена.

"Одиннадцать кредитов, которые вы все должны заработать, должны быть получены путём, соответствующим этому духу. Таким образом, одиннадцать кредитов в случае академического курса должны быть получены через сражения, — Учитель Бёрн перевёл взгляд на Терона, — а ты будешь оцениваться по специальной системе.

"На этот раз Терон по праву заработал три кредита, но если он попытается сдать ещё один урок таким образом, то провалит его."

Нервозность в классе начала неизбежно нарастать. Казалось, что их мечты, пройти новые требования, выбрав небоевые занятия, исчезали прямо перед ними.

"Не стоит чувствовать себя так подавлено. В конце концов, это Императорская академия. Вы все здесь для того, чтобы учиться, так что учитесь. Мы — учителя здесь для того, чтобы помочь вам избавиться от ваших слабостей.

"Сегодня будет лишь первый день. Дважды в неделю мы будем присоединяться к военному факультету, и дважды в неделю они будут присоединяться к нам. Оставшийся день, конечно, не включая выходные, каждый факультет проведёт, как обычно."

Учитель Бёрн снова ударил в ладоши.

"Теперь я покину вас, Сержант Далкоу. Приведите этих академиков в форму для меня. У меня есть только одна просьба. Каждый обмен должен заканчиваться спаррингом. Что такое военный факультет, если не место, где можно научиться сражению?"

Смех пожилого мужчины мешал его ненавидеть, а из его слов едва ли можно было что-то подчеркнуть.

Терон молча наблюдал за происходящим, пытаясь понять, что же здесь происходит на самом деле. Но как бы он ни прокручивал это в голове, что-то не сходилось.

Единственное, что приходило на ум сейчас, так это, что кто-то затеял очень, очень долгую аферу. Но могло ли им сойти с рук то, что они так долго держали воспитанников Сект вдали от их штаб-квартир?

Все движения говорили, что этот вопрос стоит острым концом. Но в то же время было много действий, которые прямо противоречили этому.

"Ах, да. Я так стар и бестолков, что едва не забыл сказать. Со следующего месяца, ученики Секты Светящейся Луны так же присоединяться к обменам. Если кто-то из вас проявит достаточный талант, возможно, вы сможете покинуть мир войны и политики, чтобы вступить в Мир Самосовершенствования."

В голове Терона вспыхнули тревожные сигналы.

Собачий свисток.

До сих пор, слова Учителя Бёрна были просто идеальными; ни к чему не придраться. Однако, если бы член Императорского клана был здесь прямо сейчас, одних этих слов было бы достаточно, чтобы его обезглавили на месте.

Говорить о Сектах так, как будто они в чем-то превосходят Корону и путь, который та может предложить, было хуже табу. Такое каралось смертной казнью, если доходило до ушей нужного человека.

Чувства Терона неуловимо обострились, и, как и ожидалось, студенты вокруг были слишком юны.

Казалось, никто не уловил богохульство в словах Учителя Бёрна. Его слова прозвучали слишком невинно, и большинство академиков, что в обычное время не оставили бы это без внимания, сейчас слишком нервничали из-за новых требований. Слова старого мужчины не осели ни у кого в голове.

Терон наконец-то понял, что здесь происходит.

Может, где-то и было Скрытое Царство, ждущее своего часа, но это было далеко не самое важное.

Это был мятеж, и он оказался в самом центре борьбы против Короны.

Терон почувствовал, как та же самая кривая зубастая ухмылка расплывается в глубине его души.